Первый курс. Глава 9
17 ноября 2023 г., 21:39
После этого события прошло почти две недели. Блейз так и не смог извиниться перед С.Энн. Каждый раз, когда он к ней подходил, она либо кричала, что никогда его не простит, либо обещала наслать проклятия. Что касается волос С.Энн, то ни Джемма, ни даже мадам Помфри не смогли вернуть её родной цвет. По словам мадам Помфри, это всё из-за неумелого обращения с палочкой и недостатка опыта для такого сложного заклинания.
Устав от постоянных перепалок С.Энн и Блейза, Матильда опять проводила большую часть своего свободного времени с Седриком. Сегодня ей пришла ответная посылка от Стиви. Недавно Матильда просила его прислать подарок для дня рождения Седрика. Он пригласил её на вечернее празднование в гостиной Пуффендуя. И сейчас Матильда сидела у себя в комнате и открывала посылку, гадая о её содержимом, ведь она понадеялась на вкус Стиви и совсем не знала, что там внутри. Но внутри оказались две коробочки: маленькая и побольше, и записка:
Мэтс, спасибо огромное вам с Джеммой за подарки! Удивлён, что ты всё-таки подружилась с Седриком, но мы с мамой рады. Да, она тоже участвовала в составлении подарка. Итак, в большой коробочке — набор по уходу за метлой, специальный, для игроков в квиддич (мой выбор). В маленькой — шоколадные золотые снитчи, которые специально заказала мама (Осторожно, они летают! Один так и остался у нас дома из-за моего любопытства).
Твой любимый сквиб
Взяв две коробочки, Матильда поспешила на встречу к Седрику. Несмотря на то, что в гостиной Слизерина не праздновали его день рождения, здесь тоже было шумно. Это было нормально для пятницы. Седрик ждал Матильду неподалёку от кабинета зельеварения. — Это ещё что такое? — увидев Матильду с коробками, спросил Седрик. — Это сюрприз имениннику на день рождения. Откроешь потом! — Спасибо, — Седрик взял коробки у Матильды, и они медленно пошли по коридору. — Так ты говоришь, что знаешь, где вход в гостиную Пуффендуя? — Да. В коридоре подземелий с бочками, стучать в ритме Пуффендуй в одну бочку… кажется, та, что справа от натюрморта, вторая бочка второго ряда, снизу, — увидев удивлённое лицо Седрика, Матильда ответила. — У меня есть что-то вроде разрешения на посещение. — Ладно… то есть, отлично! План наш такой — ребята сейчас берут на кухне еду, а мы… Собственно, это весь наш план, поэтому, похоже, мы просто идём в гостиную, — Седрик засмеялся, а потом со смущением произнёс: — Тем более, Чжоу, наверное, уже заждалась. Но не говори никому, что я её туда провёл. У неё, в отличие от тебя, таких привилегий нет. — Хорошо. Но, знаешь, тебе следует лучше работать над своими планами. Они дошли до полуподземного помещения. Стены здесь были такими, как описывалось в письме, повсюду бочки и имелся один большой натюрморт. Внезапно из-за картины вышли несколько пуффендуйцев — друзей Седрика, и, что неожиданно, Теренс. Увидев Седрика, он начал разговор, качнув головой в знак приветствия: — Диггори. — Хиггс, — Седрик кивнул точно так же. — Слышал, у тебя сегодня торжество? Поздравляю, — невозмутимо сказал Теренс. — Спасибо. — Лайондейл? — увидев Матильду, Теренс растерялся, а затем сердито сказал: — Чего ты тут шляешься?! Марш в гостиную Слизерина! — Я здесь с Седриком, иду на его день рождения! — с пожелтевшими волосами возразила Матильда. — Фарли знает?! — раздражённо спросил Теренс. — Не думаю, что ей стоит об этом знать, — спокойно ответила уже розововолосая Матильда. — Отлично. Диггори. Лайондейл, — Теренс снова кивнул и исчез за натюрмортом. — Не знала, что вы дружите, — сказала Матильда, обращаясь к Седрику. — Не то, чтобы дружим… Просто он — неплохой ловец и староста. Я бы тоже хотел быть старостой. — А ещё вы не говорите Джемме, где он прячется, — добавила Матильда. — Да она и не спрашивает нас. Ну, в какую бочку будешь стучать? — ухмыльнулся Седрик. Немного поразмыслив, Матильда ответила: «В эту!». И Седрик, удивившись, показал Матильде, как правильно стучать. Бочка открылась, и, когда они прошли через земляной проход наверх, перед глазами Матильды предстала очень светлая, по сравнению со слизеринской, гостиная. Комната была вся в жёлтых тонах, даже деревянные столы и круглые двери. Круглые окошки находились у самой земли так, что было видно зелёную траву. По всей гостиной были расставлены или развешаны различные растения. Когда Седрик вошёл, гостиная разразилась криком: «С днём рождения!». Некоторые пуффендуйцы смотрели на Матильду недоверчивыми взглядами. Друзья Седрика подбежали к нему, стали радостно его подбрасывать и кричать. Девочка Лилиана вручила Матильде бутылку сливочного пива. Сев на диван, Матильда стала со стороны наблюдать за торжеством. — Эй, ты что здесь забыла? — к ней подошёл мальчик, тоже первокурсник. — Не поверишь: праздную день рождения Седрика. И если ты имеешь что-то против этого, например, то, что я со Слизерина, то становись в очередь. Потому что я тоже имею к себе претензии по этому поводу. — Спокойно, Эрни. Я думаю, она хорошая. Мы с ней общались перед распределением, — сказала только что подошедшая девочка, а затем обратилась к Матильде: — Привет. Помнишь меня? Я — Сьюзен Боунс, а это — Эрни Макмиллан. Ещё у нас тут… Сьюзен начала осматриваться, но Эрни её остановил и крикнул: — Эй, ребят! После этого, к ним подошли светленькая девочка с косичками и мальчик с тёмными волосами. Мальчик выглядел испуганным и постоянно косился на слизеринскую эмблему на её форме. Девочка с косичками выглядела менее испуганной: скорее её можно было назвать взволнованной. — Эй, я что, сама всех должна представлять? — возмутилась Сьюзен. — Ладно, давайте так. Я… — начала Матильда, но тут Седрик, стоя с двумя коробками, закричал: — Эй, Мэтс, теперь можно открыть?! Розововолосая Матильда, улыбаясь, закивала. Седрик открыл коробки и, восторженно улыбаясь и наблюдая за снитчами, подбежал к Матильде и обнял её, приподняв над полом. — Спасибо, Мэтс! Это очень круто! — Седрик, ты меня задушишь! Кстати, снитчи — шоколадные, — сдавленно ответила Матильда из-под объятий. — Что?! Да ты шутишь! Ты — невозможная! — Седрик отпустил Матильду и обернулся на летающие по комнате снитчи. — Ребята, ловите снитчи! Они — шоколадные! Я поймаю нам по одному. Седрик ушёл, и Матильда решила продолжить знакомиться. Но вместо неё заговорил темноволосый мальчик с уже удивлённым лицом: — Я — Джастин, Джастин Финч-Флетчли. Твои волосы! Они меняют цвет! — Да, Джастин, это называется метаморфомагия. Это в порядке вещей для меня. — Удивительно! — восторженно воскликнул Джастин. — И меня зовут Матильда Лайондейл, но лучше так, как назвал меня Седрик. — Лайондейл? — спросили одновременно Сьюзен, Эрни и девочка со светлыми косичками. — Ох, давайте не будем об этом. Мой брат сквиб и мне хорошо. Всё в порядке. Сквиб — это человек без магии, рождённый магами, Джастин. — Как ты… — начал Джастин, но ему что-то прошептал на ухо Эрни. — Моя тётя знает твою маму, — поделилась Сьюзен. — Они работают вместе. — Я — Ханна Аббот, — представилась, наконец, девочка с белыми косичками. — Я смотрю, ты уже со всеми подружилась? — снова подошёл Седрик, но уже снитчами в руках. — Я тут вам всем принёс. Хотя, уверен, вы бы и сами поймали, если бы постарались. Седрик раздал всем снитчи и снова ушёл к шумной компании. Джастин, поражаясь, начал медленно есть, другие, менее удивлённо, тоже принялись за угощение. Эрни, в отличие от всех, вдумчиво начал всматриваться в своё лакомство. — Эрни, если бы я хотела всех отравить, я бы не стала сама есть этот снитч, — сказала Матильда, жуя свою конфету. — Я буду присматривать за тобой, Матильда, — ответил Эрни и показал пальцами на свои глаза. До конца октября, каждый раз, когда Матильда подходила к Седрику или садилась за стол Пуффендуя, Эрни пристально следил за каждым её движением и изменением цвета её волос. К счастью, Седрик вовремя заметил, что это раздражает Матильду, и стал приглашать её на тренировки по квиддичу их команды. Некоторые игроки были против её присутствия, поэтому Матильде пришлось снова заняться отношениями Блейза и С.Энн, которые с каждым днём только ухудшались. Многие ученики начали подшучивать над С.Энн из-за её нового цвета волос. Матильда, в отличие от Блейза, старалась как можно чаще пресекать эти насмешки. Казалось, всё складывалось хуже некуда. «Либо осень так влияет на людей, либо это место медленно становится самым скучным местом, где все люди очень сильно заняты своими делами. Даже учёба становится более занимательной, хотя, может быть, учителям в Хэллоуин веселее, чем ученикам», — размышляла Матильда, лёжа на своей кровати. Пэнси и Дафна о чём-то весело щебетали. И всё же Гринграсс зачем-то решила прервать скуку Матильды: — Эй, Лайондейл, ты там ещё не умерла? Ты уже давно уставилась в этот потолок и ещё ни разу не моргнула. — Не дождётесь. Хотя, должна признать, я на грани: выслушивать, как вы сплетничаете, и моргать, пока вы не видите, та ещё смертная скука. Милисента, читавшая книгу, невольно засмеялась, за что Дафна наградила её укоризненным взглядом. — А где же твоя подружка? Пошла менять фамилию на Уизли-Перкс? А может быть, трансфигурировать себя в ходячую тыкву — последний писк моды? — Во-первых, Пэнси, если ты ещё раз пошутишь про новый цвет волос С.Энн, то с тобой точно случится несчастье. — А ты что, в прорицательницы записалась? — рассмеялась Пэнси. — Нет, это была открытая угроза. А ещё я вам хотела поведать настоящую историю её рыжих волос, но, видимо, зря, — розововолосая Матильда отвернулась от них и сделала вид, что собирается уйти. — Нотт мне уже всё рассказал, а ему рассказал Забини. Какая-то когтевранка, вроде бы её подруга, это сделала, а зачем, я так и не поняла. Так что, история так себе, — ответила Дафна, а Матильда усмехнулась. — Ну, конечно. Мы же, слизеринцы, всегда говорим только правду. — О чём ты? — в один голос спросили Пэнси и Дафна, на лицах которых выражалась необъятная заинтересованность. Даже Милисента прервала своё чтение, чтобы услышать версию Матильды. — О том, что Блейзу было выгодно всё спихнуть на Мун. В тот день, мы гуляли и не знали, чем заняться. Лили рассказала о чудодейственных слезах и перьях феникса. И Блейз с С.Энн придумали превратить друг друга в фениксов. Но, как вы знаете, у них ничего не получилось, зато волосы С.Энн стали гореть. Мадам Помфри смогла сделать так, чтобы они не выглядели как огонь, и попросила С.Энн стараться меньше злиться. Но, я вас уверяю, её волосы теперь постоянно тёплые. А не общаются они сейчас, потому что С.Энн один раз случайно его обожгла. — То есть, ты хочешь сказать, что Салли-Энн теперь феникс? — Нет, Милисента, только огненные волосы, ничего более. В этот момент в комнату зашла Джемма. Как позже выяснилось, она пришла отдать подарки, присланные Стиви. Он подарил Джемме что-то непонятное, похожее на двигающихся каменных паучков, и, как бы странно это ни было, она была очень рада такому подарку. Матильде Стиви прислал летающие свечи, которые летают за тем, кто их зажёг, а потушить их можно только заклинанием. Это Матильда прочитала в инструкции. Так они, восторгаясь своими подарками, просидели до самого праздничного ужина. У Большого зала профессор Снейп о чём-то разговаривал с С.Энн. По её лицу можно было понять — диалог не особенно приятного характера. Но ещё более неприятным он показался Матильде, когда профессор Снейп обратился к ней: — О, мисс Лайондейл, присоединяйтесь, к вам это тоже относится. «Надеюсь, это не выговор о волосах С.Энн… Стоп! Я же в этом даже не виновата. А что связывает меня и С.Энн? Блейз? Или сейчас будет разговор о её кошмаре? Нет! Не думай об этом! А о чём думать? А может, всё же что-то с Блейзом? Нет, хватит. Хэллоуин, Седрик, подарки от Стиви — всё прекрасно», — именно с такими мыслями в своей черноволосой голове медленно подходила к профессору Снейпу Матильда. — Я подметил, — профессор состроил гримасу отвращения, — вашу чрезмерную привязанность к другим факультетам. Вы уделяете им больше свободного времени, чем нужно. — А разве свободное время и его использование — это не личный выбор учеников? — Да, мисс Лайондейл. Но вы же не хотите быть тем учеником, из-за которого Слизерин проиграет кубок? — Кубок меня мало волнует, и, тем более, вы не допустите, чтобы Слизерин проиграл. — Мисс Лайондейл, я прошу вас и мисс Перкс об одном уговоре. Если вы согласитесь, я буду закрывать глаза на ваши… дела с Когтевраном и Пуффендуем. Суть договора очень проста. Вы будете на всех мероприятиях сидеть за столом Слизерина. — Показательное выступление объединённости? Может, нам ещё улыбаться и дружно обниматься? — Я согласна на уговор, — выпалила С.Энн. — Что?! — Отлично, мисс Перкс. Мисс Лайондейл? И прежде, чем вы ответите, должен сказать, что вам тоже нельзя никого подсаживать за стол Слизерина, — словно прочитав мысли Матильды, предупредил профессор. — Давай, Мэтс. Это от силы пять дней в году, — прошептала С.Энн. — Ну, хорошо. Матильда и С.Энн вошли в красиво украшенный зал. Седрик, улыбаясь, помахал Матильде, приглашая присесть. Но она лишь помотала головой, указывая взглядом на профессора Снейпа. Вместе с С.Энн, Матильда села на своё прошлое место за столом Слизерина. Увидев их, Блейз тут же оставил своё место рядом с Ноттом и сел вместе с ними. — Я тебя ещё не простила. Это просто уговор со Снейпом, о котором тебе знать не обязательно, — не глядя на Блейза, холодно оповестила его С.Энн. — Ага! «Ещё»! Я слышал слово — «ещё»! Значит, ты собираешься это сделать? — Максимум, что я собираюсь сделать, Блейз, это поужинать. И позволь, я сделаю это в тишине. Блейз с надеждой посмотрел на Матильду с её голубыми волосами, но она лишь пожала плечами. Так, праздничный ужин превратился в неудобный, молчаливый ужин. Пока в Большой зал не ворвался профессор Квиррелл — остановившись около сидящего профессора Дамблдора, он простонал: — Тролль! Тролль… В подземелье… Спешил вам сообщить, — после этого он упал в обморок. Все в зале закричали. Кто-то, как Блейз, вопил: «Я не хочу умирать в двенадцать лет!». С.Энн тараторила что-то вроде: «Так и знала, что не надо было идти в эту школу». Матильда сидела молча и думала: «Подземелья? Там, где спят Слизерин и Пуффендуй? Я надеюсь, что здесь есть и другие подземелья». И в этот момент, профессор Дамблдор взмахом своей палочки выпустил несколько фейерверков, а потом прокричал на весь зал: — Старосты! Немедленно уводите свои факультеты в спальни! Джемма и Теренс встали и послушно стали командовать учениками, начиная эвакуацию. Но у Матильды под вопросом о подземельях созрел идеальный план по сближению Блейза и С.Энн. Притянув к себе Блейза, Матильда начала быстро шептать ему на ухо: — Бери С.Энн и идите, спрячьтесь где-нибудь. — Что? — Подземелья, Блейз. Там тролль и наши спальни! — Ох, точно! Стой. А ты куда? — Предупредить Седрика. Блейз схватил С.Энн за руку и быстро что-то зашептал ей на ухо. Когда Матильда добралась до Седрика, они уже выбегали из зала. — Что ты тут делаешь?! — завопил Седрик, увидев Матильду. — Тролль в подземелье, Седрик! Где наши спальни? — Точно. Понял. Я что-то придумаю. Постараюсь их переубедить. А ты… — Пойду в своё безопасное место, на Астрономическую башню. Предлагаю присоединиться, — прервала его Матильда. — Ладно. И так сойдёт. И я присоединюсь, если не получится их переубедить. Но, скорее всего, не один. Матильда помчалась к выходу. Седрик начал объяснять что-то старшекурсникам-пуффендуйцам. Как только Матильда побежала к лестнице, чьи-то руки по обе стороны подхватили её и понесли вверх. Как оказалось, это были близнецы. — Итак, Львёнок, куда направляешься? Я думал, спальни Слизерина в другой стороне? — спросил Фред. — Эй, Ли, давай вперёд. Будешь прикрывать, — сказал Джордж. — Матильда, прекрати пинаться! Ли послушно переместился и стал делать вид, будто ничего не происходит. Матильда, совершенно не понимая их плана, завопила: — Спасибо! Но у меня есть ноги! — Тише! А то я подумаю, что ты лишилась рассудка, — зашипел на неё Фред. — Да неужели?! Я действую логично, а вот вы как раз нет! Я не собираюсь спать с троллем, — они остановились у портрета Полной Дамы. — А ещё вести меня — слизеринку, в толпу гриффиндорцев — не лучшая идея. Близнецы разом отпустили Матильду. Ли засмеялся и сказал: — А это вы не продумали, да? А ты удобно устроилась. Специально до последнего не напоминала? — О том, что я со Слизерина, Ли? Или о том, что вы с Гриффиндора? Ладно, с вашего позволения, я отправлюсь на Астрономическую башню, — затем, посмотрев на портрет, Матильда добавила: — И, если я правильно поняла, пароль «Свиной пятачок!» — Верно, — ответила Дама, и открылся проход. — Но как? — спросили хором пораженные мальчики. Матильда подошла к ним и прошептала: — Я — гриффиндорка под прикрытием. После этих слов Матильда отправилась на башню. Сегодня на башне было холодно. Матильда надеялась, что когда к ней присоединится Седрик, он что-нибудь придумает. Через десять минут крышка люка и правда открылась. Но это был не Седрик с пуффендуйцами или Чжоу. — Мы принесли тебе еду! — воскликнули близнецы. Джордж придерживал крышку люка, пока Фред заносил тарелку, полную еды. Затем показалась голова Ли. — А я принёс тебе одеяло и чью-то подушку с дивана, — сказал он. — Да не собирается она здесь ночевать, Ли! — возмутился Джордж. — Вообще-то, собираюсь! — ответила Матильда, а затем озадачено взглянула на мальчишек. — Кстати, с чего это вы помогаете слизеринке? — Просто тогда, в туалете Плаксы Миртл, за наше спасение с тобой расплатился только Ли. И сейчас наша очередь. — А меня беспокоит, что ты знаешь наш пароль, и Полная Дама открыла тебе проход, — отозвался Ли. — Скажем так, у меня просто есть разрешение на посещение от Дамблдора. Надеюсь, Ли, ты доволен, что получил ответ на свой вопрос. А вы, раз приходили из чувства долга, — Матильда недовольно взглянула на близнецов. — Спасибо. Можете идти. — И оставить тебя здесь одну? — возмутился Фред. — Почему ты просто не покажешь своё разрешение Перси? — спросил Джордж. — А потому, Ураган, что, как по мне, Перси не изменился. Ну, посмотрит на разрешение и скажет: «Она же — слизеринка. Подделала». Тем более, вы сами такого же мнения обо мне. Зачем ходить к Перси? И я буду не одна, скоро здесь будет мой друг… возможно. Матильда легла на подушку, укрылась одеялом и отвернулась от мальчишек, в надежде, что они уйдут. Мальчики долго молчали, уставившись на неё. — А когда придёт этот твой слизеринец? — спросил Ли. — Я и не говорила Слизерину, что я здесь. Там, у меня в друзьях, возможно, аж четыре человека. — Настолько всё плохо? — спросил кто-то из близнецов, но Матильда не видела, кто. — Дела идут хорошо с Пуффендуем… вроде. Но Дамблдор не разрешил поменять факультет. А на Слизерине я дружу с Блейзом, из-за того, что он почти единственный, кто не называл меня сквибом; С.Энн, которая мечтает уехать в Шармбатон с Лили Мун из Когтеврана. Хиггс считает меня подругой, ведь я не говорю Джемме, где он прячется. И Джемма… ну, вы знаете, она близка к моей семье. Да и с вами дела хуже, чем я ожидала. Затем раздался звук откинутой крышки люка. Матильда повернулась, надеясь, что либо Седрик явился, либо её оставили в покое. Но, оказалось, башню покинул только Ли. Она была в смятении и, взяв кусочек пирога, накрылась одеялом с головой. — И что, мы будем сидеть тут вечно? — сказал один из близнецов. — Если надо, будем, — ответил второй. — Похоже, и этот друг тебя подвёл, Матильда. — Как будто вы чем-то лучше? — Ну, да, мы же отобрали у тебя К.Б.Д.С.. — Я не об этом. — А о чём? — спросил Фред, стягивая с неё одеяло. — О том, что я не знаю, почему Слизерин, Шляпа говорила и о Когтевране, и даже о Гриффиндоре. Но почему Слизерин, не знаю. И мне больно самой от этого, так ещё вы возненавидели меня за это! — Но мы же здесь, — отозвался Джордж. — Да, Львёнок, мы с тобой. Я же говорил, ты слишком плохого мнения о нас. Матильда усмехнулась, и к её глазам начали подступать слёзы. Она снова спрятала голову под одеяло. — То есть, получается, это из-за нас ты медленно становишься зубрилой с книгами? — Мне нравится учиться, но, поверьте, до Перси мне далеко. Травология и История магии, на которой я, вообще, сплю, не самые лучшие предметы, — со всхлипом ответила Матильда и добавила: — Спокойной ночи, Пожар и Ураган. Дверь люка снова хлопнула. — А вот у нас матч со Слизерином в субботу, — нервно протараторил Ли. — Ты вот за кого будешь болеть? За вашего ловца Хиггса, получается? — Так Пожар и Ураган же загонщики, причём тут Теренс? — Значит, Гриффиндор, — сказал Ли, удаляясь под смешки близнецов.***
Сквозь сон Матильда почувствовала, как кто-то поднял её на руки. Послышался шелест пергамента. — Никого? — спросил знакомый голос. — Нет, — ответил такой же. Её куда-то понесли. Затем Матильда почувствовала теплоту, и кто-то уложил её на что-то мягкое, такое же тёплое. — Ты что, притащил слизеринку в нашу гостиную?! — послышался громкий, полный возмущения голос. — У неё есть разрешение, — ответил знакомый голос, а затем начал шепотом будить Матильду. — Эй, Львёнок, твоё разрешение с собой? Дай его мне. — Да, Пожар, хорошо, — пробормотала Матильда и снова заснула. Но вдруг, резко осознав, где находится, она проснулась и начала рыться по карманам мантии. Вытащив оттуда кусок пергамента, Матильда протянула его Перси. — Это может быть фальшивкой, — внимательно изучив пергамент, заметил он. — Тогда пошли к Дамблдору, — уже проснувшись, предложила Матильда. — Если Фарли узнает, три шкуры спустит с нас обоих, — с тяжёлым вздохом сказал Перси и, отдав разрешение назад, ушёл спать. — Пожар, у вас тут тепло… — начала Матильда. — Да, я слышал нытьё слизеринцев на свою гостиную. Ложись спать. — Пожар, не уходи. Или попроси Урагана побыть со мной. Вдруг кто-то из Гриффиндора проснётся раньше, чем я успею сбежать. — Всё хорошо, Львёнок, я буду здесь. Фордж засыпал ещё на башне. Матильда проснулась с рассветом. Рядом с собой она увидела спящего в сидячем положении Фреда. Она укрыла его одеялом и, стоя рядом с проходом, услышала сонный голос Фреда: — Уже уходишь? — Меня могут заметить, — сказала Матильда и скрылась за портретом. За завтраком Матильда села вместе с Блейзом и С.Энн, чтобы узнать, как они и где прятались. Блейз рассказал, что они ночевали в гостиной Когтеврана. Пенелопа Кристалл была против их присутствия, пока С.Энн не объяснила, что их гостиная тоже в подземельях. Тогда старосты разрешили остаться только ей, ведь её они уже знали. Но Лили Мун, неожиданно для самого Блейза, заступилась за него. Затем к столу Слизерина подошёл Седрик и сказал, что у него вчера получилось переубедить старост, и поэтому он не пришёл. Они ночевали в какой-то другой комнате. После этого Матильда рассказала Блейзу и С.Энн, что ночевала на Астрономической башне. И добавила для Блейза, что еда и тепло у неё тоже были. После такого Хэллоуина, неделя выдалась тяжёлой. Пенелопа Кристалл всё-таки пожаловалась Джемме на Блейза и С.Энн. За что старосте Слизерина пришлось снять с них баллы. Джемма также была осведомлена и о том, что Матильда не ночевала у себя. Сначала Матильда мысленно выругалась на Перси, но Джемма не стала снимать с неё баллы, а просто удостоверилась, что всё хорошо. Профессор Снейп вёл себя странно на последних занятиях. Он тоже снимал штрафные баллы, но уже и со своего факультета. И это только на занятиях по теории. В честь недавних событий, Матильда решила написать Стиви: Это отдел сквибов, следящих за нарушениями магов? У меня заявление! Я не ночевала в своей гостиной. В школе был тролль! Астрономическая башня была шикарна. Но ещё приятнее спать в гостиной Гриффиндора, имея разрешение на это. Зато мне всё-таки удалось подружиться ещё раз с Пожаром и Ураганом Уизли и их другом Ли. Они пригласили твою неугомонную сестрёнку поболеть за них на матче против Слизерина. Ты понимаешь, что я пойду на квиддич? Мне даже и представить сложно.Невероятная Мэтс
