Ох, уж этот Слизерин! Ох, уж эти Уизли!

      Матильда увидела, как плывёт по воздуху в гостиную Безопасного места. На фоне был слышен топот и крик Джеммы:        — Валериан, Мерлинова борода! Что ты наделал?!       Затем Матильду опустили на диван. И она услышала голос отца:        — Фините.       То же самое он повторил и со Стиви. Теперь они снова могли шевелиться. Джемма продолжала ломиться в дверь на втором этаже и кричать на Валериана, пока Стиви кричал на отца. Матильда окончательно перестала что-либо понимать.        — Рег, дай мне две минуты, — попросил мистер Лайондейл.        — Не смей меня называть так, как его! И да, я даю тебе твои пару минут, — рассерженно отчеканил Стиви.       Мистер Лайондейл повернулся к встревоженной Матильде, взял её за руку и начал рассказ:        — Когда-то давно у меня был друг. Регулус Арктурус Блэк. Он был младше меня… сильно младше, но мы дружили. Это был младший брат того самого Сириуса. В шестнадцать лет Рег стал Пожирателем. Он с детства мечтал об этом. Хотя знал, я этого не поддерживал. Но потом что-то случилось. Он разочаровался и пришёл ко мне за помощью. Его надо было спрятать. И я переправил его сюда… в Безопасное место… Это было глупо с моей стороны, учитывая, что здесь жили его дядя и мой отец в то время. Но, тем не менее, Рег смог перед ними объясниться. Позже, по словам Альфарда, он занял чулан, но прожил в нём от силы месяц, а потом сказал, что наконец созрел план… И тогда трансгрессировал через лес. Больше я его не видел. Я… сильно по нему скучаю. После этого я потерял способность… ну, метаморфа.        — Ты забыл упомянуть одну очень важную вещь! Что я, хоть и сквиб, как две капли воды похож на твоего дружка! Вероятно, поэтому ты назвал меня Регулус. Вот только тот спёр что-то у своего Лорда, и теперь Малфоям зачем-то понадобился я!        — Да, поэтому! Ну и что? — ответил мистер Лайондейл. — Малфоям ты нужен не больше, чем мне в доме Пожиратели! Поэтому… я не уберег одного Регулуса, второго уж точно никому не отдам.       Все в доме были в шоке. Мистер Лайондейл, похоже, сам не ожидал от себя таких слов. Произнести хоть звук и вовсе никто не решился, если бы не хлопок, раздавшийся после появления домового эльфа.        — Хозяин Эритус, Деми пришла, чтобы передать новости от леди Адалин. Гости Малфои будут через час, — трясясь, писклявым голоском произнесла она.       Мистер Лайодэйл и Стиви испуганно переглянулись. Затем второй побежал в одну из комнат этажом выше и вышел уже в парадном костюме. Джемма спустилась обратно к Матильде.        — Рег, Феликс здесь?        — Ну конечно, отец.        — Пошли его Дамблдору! Напиши на пергаменте, что твоя сестра — легилимент. И теперь пусть учит её окклюменции. И… Подпиши моим именем, пожалуйста.        — То есть, я теперь ещё и секретарь? Стоп… что? Мэтс — легилимент?       Стиви вопросительно взглянул на них обоих. Матильда спряталась за своими зелёными волосами от смущения. А мистер Лайондейл всем видом пытался сказать: «не ворчи».       Когда владелец дома взял Матильду за руку и пошёл вместе с Джеммой и Стиви с фениксом в руках к выходу, последний заявил:        — Отец, давай оставим девочек вместе с Валерианом в Безопасном месте?        — Рег…        — Отец, да, Джемма и Мэтс могут дать Малфоям, в случае чего, отпор куда лучше, чем я, не спорю. Но кто-то должен присматривать за Валерианом. Обычно это делали я и ты. Но, на этот раз, думаю, Малфоям будет полезнее не видеть Мэтс, как и ей самой.       На лице Стиви красовалась хитрая улыбка. Такое же выражение лица, с осознанием всех слов, появилось и у его отца. После этого мужчины с фениксом на руках вышли из дома.        — Потом всё расскажешь, Мэтс! Или расскажи Джемме! — крикнул Стиви на прощание.

***

       Стук из комнаты Валериана доносился почти до самой темноты. Джемма продолжала читать книги и выписывала какие-то заметки. Матильда не решилась рассказать ей что-либо о своих талантах. Домовик Деми пыталась всячески угодить новой хозяйке, так что без еды никто не остался. Единственное, что беспокоило Матильду — это то, что ни отец, ни Стиви ещё не вернулись. Наверняка это беспокоило и Джемму, но она упорно делала вид, что занята и ни о чём не расспрашивала.        Когда наступила ночь, Джемма захлопнула книгу и начала расхаживать взад-вперёд, попутно тыкая палочкой в зеркало над камином, постукивая пальцами по длинному столу. Наконец, она произнесла:        — Мне пора домой. Да, родители знают, что я в безопасности со Стиви, но только его здесь нет. При этом здесь яростный Валериан… и… и их слишком долго нет. Давай признаем это.        Как раз в этот момент кто-то начал стучать по развалинам дома. А затем на стол свалилась Деми с горой всяких разных подарков        — Стиви! — воскликнула Джемма и побежала к двери, открыв её заклинанием.        — Извини, что задержался. Твои тебя уже ищут. Просто все эти Малфои, Пайки! Не переживай, ничего особенного, обычный светский ужин, — проговорил Стиви голосом отца, после чего Джемма выбежала и трансгрессировала в лесу.        — Что это? — спросила Матильда, указывая на стол.        — Все твои подарки, — улыбаясь, сказал Стиви. — Мэтс, ты на связи? Рождество было. Правда, тот спектакль, который ты устроила маме сегодня, был просто нечто. После ужина она умчалась куда-то и сказала, что у нас будет общий подарок. Ты явно её встревожила, хотя она это и не показывает.        Матильда ещё раз покосилась на гору подарков и тяжело вздохнула. А Стиви словно повеселел.        — Давай открывать! — нервно предложил он и сел рядом, снимая галстук.        Первым Матильда, естественно, открыла подарок Фреда и Джорджа. Это был зелёный свитер с оранжевой буквой «М». К нему шла записка:

Мы попросили маму связать для тебя. Это фирменный свитер Уизли. Носи на здоровье.

Пожар и Ураган

       Следующая была коробочка от Блейза. Несколько пачек «Берти Боттс», шоколадные лягушки и, конечно же, тыквенный сок. Никакой записки, кроме ярлычка с именем дарителя, не было. С.Энн прислала ей флаконы для зелий. В записке она восхваляла её, как будущего великого зельевара. Неожиданно было получить подарок от Лили Мун. Это был маггловский стеклянный шар со снегом внутри. Также неожиданно было получить и старую гриффиндорскую форму, которую Матильда уже надевала, от Ли Джордана. В записке он подробно рассказывал, как тяжело ему было отправить эту форму незаметно, и все тонкости того, как она будет посещать квиддич. Седрик прислал интересную шкатулку, в которой находился жемчужный браслет. В послании он указал, что это посоветовала подарить Чжоу. От этого засмеялся даже Стиви. Джемма подарила тёплый плед для вылазок на Астрономическую башню. Отец — пергамент с неопубликованным интервью с мистером Олливандером, подписав, что знает, что Матильде интересны палочки. Стиви традиционно подарил волшебные фейерверки. Последними остались письмо и не подписанная коробочка. Указав на коробочку, Деми робко произнесла что-то про хозяина Рьяна. В ней находился колдограф. Письмо было от Дамблдора, где он лишь говорил, что Матильда невнимательно прочла книгу, на которую он дал ей разрешение. И что занятия будут летом, в доме кого-то по имени Рубин.        — Рубин?! Поверить не могу! — возмутился Стиви. — У него вообще голова на плечах есть?        — Кто это? — спросила Матильда.        — Родственничек по маминой линии, любитель огневиски. Ты мне лучше расскажи про легилименцию, всех этих людей… Да, кстати, не забудь поздравить завтра Валериана… или хотя бы просто поблагодарить. Он будет очень рад.        — Я не знаю, что рассказать. Я же всё уже писала. Легилименции научилась по книге. Применяла пока только на соседке по комнате, пока она спит. На этой самой подруге — С.Энн. Блейз и она — единственные мои друзья со Слизерина. Лили Мун учится на Когтевране, подруга С.Энн. Про то, что я подружилась с Пожаром и Ураганом я тоже писала. Ли — это их друг. Про Седрика ты в курсе. Чжоу — она кто-то вроде его девушки… там всё сложно. Может, расскажешь, как по-настоящему прошёл ужин?        — Ну, возможно, это и был бы тот ад, который мы с отцом представляли. Если бы младший Малфой не устроил допрос, почему нет тебя. А потом пришли Пайки. И на этом и правда начался светский приём… И нет, отец не позволил мне быть домовым.        Стиви усмехнулся и предложил Матильде переночевать в его комнате. Она была самой первой на втором этаже.

***

      Раннее утро. Матильда лежала на кровати, а Стиви, держа её за руку, находился на полу. Именно так они и спали. Неожиданно она услышала топот. Матильда со скрипом вскочила с кровати, услышав возглас Стиви:        — Ты чего?       Выбежав в коридор второго этажа, она увидела, как быстро захлопывается дверь в комнату Валериана. Заглянув в библиотеку, Матильда обнаружила, что все книги, которые он брал, снова на месте. Она снова не понимала, что происходит. Но что-то сжалось в её груди. Обеспокоенность? Матильда подошла к двери Валериана и постучала.        — Эй, Валериан…        — Уходи! — послышалось из-за двери.        — Я лишь хотела сказать… спасибо за колдограф. Он очень красивый, — сказала Матильда и присела на корточки около двери Валериана.        — Да, последней модели. Как мы, аристократы, любим, — Валериан засмеялся.        — Что я тебе должна за него?        — Говоришь как слизеринка, — Валериан снова засмеялся. — Не поверишь, твоё «Спасибо» уже подарок.       После этого он замолчал. Матильда так и осталась сидеть около его двери. Пока Стиви не вышел и не пригласил её за стол, где Деми уже вовсю накрывала завтрак. Когда они ели, молча вошла мать. Она протянула к ним две руки, в которых лежали «подарки».        — Это… — начал Стиви.        — …Маховики времени, — закончила Матильда.       Это были и правда маховики времени. На каждом была гравировка: «на удачу». Но миссис Лайондейл, сглотнув, сказала:        — На случай победы… его.       Было понятно, что она имеет в виду. Поэтому никто не проронил ни слова, пока миссис Лайондейл не сказала:        — Пойдёмте домой.        — Но Валериан… — начал Стиви.        — Как по мне, ему будет лучше в Мунго, — парировала она.        — А маховикам было бы место в Министерстве, — послышался голос мистера Лайондейла и Стиви засмеялся.        — Эритус! — не скрывая недовольства, сказала миссис Лайондейл.        — Адалин, нам нужно подготовить детей обратно к школе. Если ты не забыла? Я готовлю Валериана, ты — Матильду. Ответ от Дамблдора получен?        — Да, — робко сказала Матильда, — летом тренировки у Рубина.        — Он в своём уме?! — возмутилась миссис Лайондейл.        — Вот и я говорю. Рубин — это…        — Стиви! — хором воскликнули оба родителя.

***

      Две девушки стояли на магической стороне платформы 9 ¾ со своими вещами, в ожидании поезда. Они приехали слишком рано, поэтому их родители решили не ждать вместе с ними. Было видно, как остальные ученики только проходили через барьер.        — Я и Стиви… Мы прочли про легилименцию. Это правда, что у легилиментов болит голова? Как ты себя сейчас чувствуешь? — решилась на разговор Джемма.        — Голова и вправду болит. Но я давно не использовала легилименцию. Голова стала болеть после Безопасного места… И я не такой легилимент… только с помощью палочки, — ответила Матильда.        — Что ж, тогда добро пожаловать в мир трансгрессии. Думаю, к возрасту, когда тебе будет можно самостоятельно, привыкнешь, — усмехнулась Джемма.       Неожиданно к ним подлетел кто-то высокий, с громыхающей тележкой. Матильда не успела разглядеть, кто это, как Джемма начала кричать, достав палочку:        — Я тебе сказала! Не смей больше никогда ко мне подходить, после той выходки! Уфф… — руки её сжались в кулаки, она собралась с мыслями и продолжила: — Что непонятного?! Чтоб я близко тебя не…        — Тише, Фарли, я всё понял. Я многое обдумал за эти каникулы, честно. Здравствуй, Лайондейл.        — Хиггс, — качнула в ответ головой Матильда.        — И что же ты обдумал? — Джемма наставила на него палочку.        — Ты главная. Не стоит мешать тебе. И не выпендриваться, — скороговоркой протараторил Теренс.        — Хм… Мозги, вроде, на месте, не будем их пока трогать, — съязвила Джемма и убрала палочку.        — И, тем не менее, проблем прибавляется, — тяжело вздохнув, сказал Теренс.       Матильда посмотрела в сторону барьера. Там прошли со своими тележками Блейз и Теодор Нотт.

***

      На этот раз компания в купе состояла из всё тех же старост Джеммы и Теренса, Матильды, Майлза Блетчли и Блейза, а также, что неожиданно, Нотта и Милисенты Булстроуд. Джемма улыбалась, ведь всё шло по её плану. Хиггс её слушался. Для Блетчли нашлись «свободные уши» в виде Милисенты. И сейчас они беседовали между собой. А Блейз плакался в плечо Теодора, поэтому изредка староста всё же толкала Матильду, выводя её из собственных мыслей.       Матильда же сидела, уткнувшись лбом в окно, и поток её мыслей не прекращался: «Легилименция… окклюменция… Слизерин… Дамблдор… какой-то Рубин… Безопасное место… Валериан… он, наверное, уже в Дурмстранге… Лайондейлы… Грины… змееусты… Маховик времени, который она оставила на каминной полке Безопасного места… Малфои… метаморфы… припадки Валериана… Блэки… два Регулуса… какие-то Проклятые книги… и всё это время у них был домовик!»       И вот Джемма снова вырвала её из потока мыслей. На этот раз Матильда расслышала причитания Блейза, но Джемма взглядом указывала на Теодора Нотта. Она была явно испугана.        — Я им, значит, — «С Рождеством!»… а они мне — «Аревуар». Вот я и назвал их бабочками! Ну, вырвалось… а они, видите ли, обиделись, — причитал в плечо Нотта Блейз.        — Хватит ныть, я и так там был! — прервал его Теодор. — Я обратился к Грин!       Все в купе непонимающе замолчали. Теодор Нотт продолжил сверлить Матильду взглядом, а она, тем временем, испуганно смотрела на него в ответ.        — Только не делай вид, что ты не понимаешь, что я обращаюсь к тебе… волосы выдают, — с тяжёлым вздохом сказал Теодор. — Я всего лишь прошу помочь мне с зельеварением на экзаменах. Ты, вроде как, в этом понимаешь.       Матильда была ошарашена. Первый раз к ней обратились по этой фамилии. Но внезапно вмешался Блейз со своей истерикой:        — Зельеварение?! Ты сейчас думаешь об экзамене по зельеварению?! У тебя друг в беде, и ему плохо!        — Друзей не имею, лишь знакомых. Так что, Грин? — холодно ответил Теодор, смотря на Матильду. Блейз отвернулся к окну.        — А мне казалось, твоя компания из Дафни, Пэнси и Малфоя вполне сможет тебя подготовить?        — А ты мне казалась умной. Я же сказал, друзей не имею. Та компания мне поднадоела. Теперь приходится встречать Рождество с плачущим Забини.       Милисента невольно издала смешок. Матильда нахмурилась. А ведь и правда, Теодор Нотт не из особенно «людимых».        — Блейза я подготовлю в обмен на травологию. Что ты мне можешь предложить? — сказала Матильда, и Блейз к ней удивлённо повернулся.        — Хоть ты и попала на Слизерин, научись лгать, Грин. А пока могу предложить свою помощь в полётах. Ты в них явно не сильна. Или в обмен на какую-либо информацию. Ведь я, как тень, всё слышу, а меня никто не замечает.       И вправду, все слухи по школе разносятся благодаря Теодору Нотту. Может, он знает ещё больше, чем нужно?        — Только подготовка, — ответила Матильда.        — Большего и не требую, — сказал Нотт и пожал руку Матильде.       Когда Джемма и Теренс ушли дежурить, за дверями купе послышался голос Седрика:        — Фарли! Хиггс!       Матильда тяжело вздохнула. Дверь в купе открылась и Седрик вошёл. Майлз сразу же вскочил со своего места.        — Диггори! — с нажимом сказал он.        — Блетчли! — ответил Седрик и подошёл к Матильде. — Мэтс, как дела? Я так и не получил от тебя ни одной совы. Что с тобой?       Беловолосая Матильда повернулась к нему. А Седрик начал нервно загибать и разгибать пальцы её ладони.        — Прости, Седрик, слишком много семейных дел навалилось за каникулы. И ещё я теперь учитель зельеварения этих двух несчастных. Лучше спроси, как дела у Блейза, — Матильда указала в сторону Забини и Нотта.        — Что с тобой?        — Меня променяли на Шармбатон! — всхлипывая, ответил Блейз.        — Что ж, это печально, — не зная, что сказать, сказал Седрик.        — «Печально» — это слабо сказано, — вставила свои пять кнатов Матильда, — мне их ещё потом и мирить придётся. Но самое ужасное из всего этого то, что часть лета я проведу у родственничка по имени Рубин! Что-то знаешь о нём?       В купе резко воцарилась тишина. Все повернулись на Матильду. Неожиданно Нотт сказал:        — Я слышал от отца, что Рубин Лайондейл сошёл с ума. В прямом смысле этой фразы.        — Мой брат назвал его «любителем огневиски».        — Я, к сожалению, слышал и то, и другое, — ответил Седрик и, не получив продолжения диалога, решил удалиться.       Поездка стала длиться мучительно долго. Тишина. Она убивала. Все смотрели на Матильду.       С последней встречи Джемма обещала всегда быть рядом. Но сейчас её не было. Отчего-то это тяготило.       До замка на этот раз Матильда добиралась не на лодке, а на карете, которая ехала сама. Благо, ей не пришлось нести свои вещи. Теренс сказал, что по прибытию, они будут в её комнате.       На входе в холле её встретили близнецы и Ли.        — Я тоже недавно приехал и узнал, что ты никому не посылала сов! Могла бы хотя бы поблагодарить за форму! — обиженно сказал последний.        — Простите, ребят. Дома некоторые проблемы.        — Тогда мы вам вкратце расскажем о наших приключениях! — хором бодро сказали близнецы.        — Но для начала… Львёнок, как тебе наш подарок? — спросил Фред.        — И мой! — добавил Ли.        — Спасибо, ребята! Свитер очень красивый и тёплый. Теперь будет, во что укутываться в гостиной Слизерина. А форма Гриффиндора — это просто замечательно! И, да, я понимаю, как тяжело тебе дался этот подарок, Ли.       Все четверо заулыбались. Признание от Матильды лично, явно было лучше любой совы.        — Нам тоже понравились твои хлопушки. Ли тоже оценил, — сказал Джордж.       Ли смущённо опустил голову. А, тем временем, Фред с азартом всё-таки решил продолжить их рассказ:        — Но ближе к делу. Сначала мы заставили Рона надеть наш фирменный свитер. Он их просто ненавидит!        — Затем и Перси досталось. Мы натянули свитер на него насильно, — продолжил Джордж.        — Но просто на сонного, — хором сказали они.        — А ещё мы отобрали значок старосты у Перси! — сказал Фред.        — Жаль ненадолго… Что-то маловато приключений, братец! — добавил Джордж, когда они подходили к Большому залу.        — Значит, будут ещё! — уверенно ответила Матильда. — Повеселите меня до конца лета, а то в августе я уезжаю к Рубину.        — К Рубину?! — хором произнесли мальчики.       В ответ Матильда лишь тяжело вздохнула и ушла к столу Слизерина. Там она договорилась, что занятия с Ноттом будут в гостиной. А с Блейзом в библиотеке, решив, что так ему будет морально легче. Ведь он будет меньше видеться с С.Энн.

***

      Сразу после каникул, учителя завалили учеников уроками. Если раньше занятия длились до обеда, то теперь всё было иначе. С.Энн иногда засыпала на Защите от Тёмных Искусств. Блейз, хоть и был в таком же расстроенном состоянии, теперь всё же завтракал каждый день. Видимо, чтобы не повторить участь потерянной подруги. Матильда даже не успевала проводить занятия с Блейзом и Ноттом, но те и не жаловались.       Как-то после травологии, перед обедом, около Большого Зала её догнал Фред.        — Слушай, Львёнок, я сегодня узнал, что у нас скоро матч с Когтевраном! Если ты всё-таки взяла с собой форму Ли, то ждём тебя на трибунах! А, и ещё… — Фред достал из кармана мантии пергамент и протянул Матильде, — …хотел вручить ещё после завтрака, но было как-то неудобно.        — В любом случае я буду, Пожар. Я же ваш талисман! — усмехнулась Матильда и поспешно развернула пергамент.       Дорогая Матильда, рада была узнать, что, при поступлении в Хогвартс, вы решили продолжить дружбу с моими сыновьями. Надеюсь, на этот раз они не доставляют вам столько хлопот? Вам понравился мой свитер? Также они рассказали, что вам придётся провести август у своего дяди. Искренне вам сочувствую. Поэтому, в знак уважения, предлагаю вам погостить у нас дома некоторое время на летних каникулах. Естественно, с разрешения ваших родителей.

Со всей добротой к вам,

Молли Уизли

       — Ты что… — начала Матильда, но Фред уже сидел за столом Гриффиндора.       Матильда быстро сбегала в совятню, нашкрябала на обратной стороне пергамента письмо отцу, с просьбой отпустить её на каникулах, и вручила его недовольной Грации. Та, уже привычно хлопнув хозяйку по ушам, улетела.       После этого Матильда немедленно направилась к столу Гриффиндора на обед. Она крепко обняла близнецов и сказала:        — Спасибо вам большое! Я согласна! Мой отец напишет ответ. Уверена, он не против. Хотя я и не одобряю вашу жалость.       Перед матчем Матильду в гриффиндорской форме встретил Седрик. Она сумела его удивить. Седрик тоже хотел предложить Матильде своё летнее времяпрепровождение, которое включало в себя Чжоу. Но ей был не по душе такой план. Поэтому она рассказала ему о приглашении близнецов и о том, что отец уже успел дать согласие. Седрик же на это ответил:        — Не думаю, что это был знак жалости, Мэтс, скорее добра.       «Что же я такого сделала, чтобы быть со мной такими добрыми?» — размышляла Матильда.       Матч на этот раз был скучнее, чем обычно. То ли из-за отсутствия нарушений Слизерина, то ли из-за спокойной игры Поттера, то ли из-за слишком странной тактики Когтеврана. Поэтому немудрено, что Гриффиндор победил. Чему Матильда была несказанно рада. После этого Ли и правда начал думать, что она — их «талисман».       Лили Мун каким-то образом тоже видела Матильду в форме Гриффиндора. О чём её в гостиной расспрашивали С.Энн и Блейз. Так понемногу началось их сближение. Поэтому этой своей оплошности Матильда была рада. С.Энн меньше злилась на Блейза, ведь теперь они были на одной стороне. Именно в этот момент у Матильды созрел план, как их помирить окончательно.       Нотт же не обращал на эти слухи никакого внимания и просто отдал Матильде план, где расписал, когда они будут готовиться к экзаменам. Он учёл также будущие матчи по квиддичу и решил, что будет вместе с Блейзом заниматься в библиотеке. Также он расписал, как Матильда и Блейз будут заниматься травологией.

***

      Сонная Матильда вышла после Истории Магии. Сегодня конспект писала С.Энн. Неожиданно к ней с бешеной скоростью подбежали близнецы и схватили её под руки.        — Знаешь, что мы вчера узнали? — хором спросили они.        — Что?        — Следующий матч у нас с Пуффендуем… — начал было Фред.        — Естественно, я приду, — перебила его Матильда.        — Да, но вопрос не в этом, — продолжил Джордж: — За кого ты будешь болеть?        — За вас, конечно же! Думаю, Седрик меня поймёт.        — Это хорошо! Потому что это не та новость, с которой мы пришли, — сказал Фред.        — А с какой новостью вы пришли? — Матильда начинала злиться и её волосы постепенно становились жёлтыми.        — С такой, что судить матч будет Снейп! Представляешь! Я даже упал с метлы, когда это услышал, — ответил Джордж.        — Не знаю, зачем это ему. Но Снейп, на самом деле, не такой уж плохой. По крайней мере, как декан — он вполне ничего.        — Львёнок, он штрафует Гриффиндор по любому поводу. Поэтому нам и нужна твоя поддержка, — сказал Фред.       И в этот момент Матильда вспомнила все уроки зельеварения и придирки к Поттеру. Действительно, Снейп ненавидит Гриффиндор.