Тайный Санта

Следующий час был просто невероятен. Через колонки, стоящие на ее столе, Маринетт включила какую-то рождественскую радиостанцию. Она говорила о своих проектах все более и более увлеченно и смеялась над тем, каким дурашливым, оказывается, мог быть Адриан. Она носилась из одного конца комнаты в другой, а Адриан ездил за ней на стуле на колесиках. Иногда он поджимал ноги и проезжал мимо нее, вращаясь вокруг своей оси и ухмыляясь. Это было настоящим сумасшествием: видеть Адриана таким… живым, более живым, чем когда-либо ранее. А для него смотреть на то, как Маринетт смеется и даже дразнит его, бегая вокруг в таком счастливом и возбужденном состоянии, было одной из самых лучших вещей, которые он когда-либо видел. Она всегда была такой застенчивой и, несмотря на то, что она все еще была немного скована, немного неуклюжа и вела себя немного по-дурацки, он никогда не считал что-либо из этого недостатком. Она была такой вежливой и заботливой, что он не понимал, почему она так не уверена в себе. Кто-то настолько потрясающий заслуживал всю уверенность этого мира. Он мог только надеяться, что время все расставит по своим местам. Адриан нехотя признался себе, что ему становилось все труднее не быть Котом Нуаром. Это было почти невозможно, и он постоянно выдавал себя. К счастью, у него получилось не называть ее Принцессой, но были и другие вещи, отличающие только Кота Нуара, и он боялся, что этим отпугнет ее. С другой стороны, если честно, он ничего не мог с этим поделать — он был в лучшем настроении, чем он был уже долгое время, по крайней мере, вне встреч с Ледибаг. Он с оттенком юмора заметил, что этот вид счастья может быть достигнут и в дружбе, а не только в любви, и что у него, возможно, появился новый потрясающий друг. Раньше только Нино и Ледибаг удостаивались такого титула, но он внезапно подумал, что, может быть, Мари присоединится к ним. Он уворачивался от Маринетт, захламляя ее камеру и галерею своими фотографиями, и смеялся во все горло, когда его телефон зазвонил. Скорчив недовольную гримасу, он вернул ранее изъятый телефон Мари, ухмыльнулся на то, как она раздраженно выдохнула, увидев, что количество фотографий перевалило за сотню, и достал собственный телефон. А потом взглянул на время и похолодел от ужаса. У-упс, было уже 5:05. — Д-да, Натали, — попытался начать он, виновато улыбаясь Мари. Она тоже заметила время и испуганно выдохнула. Маринетт могла лишь видеть, как Адриан содрогнулся, пока его, очевидно, ругала ассистентка его отца. — Д-да, я знаю, извини меня. Да. Я сейчас пойду домой… Хорошо. Да, парк будет удо… О, он уже там? Да, хорошо. Извини, я пойду. Адриан быстро повесил трубку и со вздохом откинулся на спинку кресла. — Похоже, мне пора, — кисло сказал он, поворачивая голову, чтобы взглянуть на Маринетт. Она выглядела немного грустной и немного сомневающейся. Его настроение слегка поднялось вверх, когда он увидел, насколько она не хотела, чтобы он уходил. Ни одна клеточка его тела не хотела покидать эту теплую, наполненную счастьем пекарню. Но он уже был по уши в беде. — Я чудесно провела время, — пискнула Маринетт, мило улыбнувшись и покраснев. — Я тоже, это было потрясающе, правда, — ответил он, поднимаясь и направляясь к своему пальто. Он аккуратно взял его в руки, следя за тем, чтобы не обнаружить Плагга. Когда он повернулся, Маринетт стояла перед ним, протягивая ему елочный шарик и красную футболку Bug Power. — Ты занят завтра? — выпалила она, ее щеки снова сделались ярко-красными, но ее поза не изменилась. Адриан мгновение пялился на нее, а потом широкая улыбка осветила его лицо. — Не особенно. Я должен посмотреть расписание. Он принял вещи, которые она ему протягивала, улыбаясь при виде ее неуверенности. Она крутила в руках шарф, который он ей подарил и пыталась выглядеть беззаботно. — Я не занята завтра. Он сделал это так быстро, что даже начал сомневаться, не ошибка ли это. Более того, это было рискованно и очень в стиле Кота Нуара, но что-то в ней заставило его это сделать. Он поймал ее руку и сжал ее на мгновение таким образом, что это нельзя было списать на обыкновенный жест вежливости. Ее глаза расширились, а губы образовали ровную букву «о». — Тогда до завтра, — он усмехнулся, его большой палец осторожно погладил ее по костяшкам, прежде чем он выпустил ее руку и направился к двери. — Я тебе напишу, хорошо? Она уставилась ему вслед, ошарашенная и удивленная, широко распахнутыми глазами глядя, как он уходит. А потом на выдохе, совсем тихо, но с легкой улыбкой на губах, произнесла: — Х-хорошо. *** Адриан попрощался с ее родителями по дороге к выходу и не сдержал довольной ухмылки, которая растянулась на его губах, когда он в последний раз помахал этим добрейшим людям, прежде чем выйти в снег. Снег, кстати, никуда не исчез, крупные белые хлопья все так же падали с неба и таяли, соприкасаясь с его разгоряченным лицом. Адриан поспешил к ждущей его машине, параллельно проверяя свое расписание на следующий день. Он яростно листал календарь и молился всем известным богам, чтобы оказалось, что он не занят. И, словно по велению духа Рождества, он был не занят. На самом деле у него могли бы возникнуть проблемы из-за опоздания на съемку, но его отец не присутствовал лично, так что все прошло гладко. Адриан выполнял все, что от него требовали (как самый настоящий паинька, честное слово), принимал отточенные до совершенства позы и улыбался в камеру до девяти часов вечера. Затем его наконец-то отпустили, и он смог добраться до дома и созвониться с Нино. Его голос отражался от стен и высокого потолка, пока он подходил к своей комнате. — Не знаю, что ты хочешь услышать, приятель, — Адриан почти смеялся. — Мы отлично провели целый день вместе. Потом пообедали у нее дома, а потом я поехал на съемки. — Вы с ней еще увидитесь? — с нескрываемым любопытством в голосе спросил Нино. — Канун Рождества в четверг, так что у тебя есть два дня. Я знал, что вы, ребята, поладите, как только нормально поговорите. Адриан тряхнул головой в адрес совсем-не-деликатного-лучшего-друга, но ухмыльнулся и сказал: — Вообще-то мы с ней увидимся завтра. Я планировал написать ей, когда мы с тобой договорим. — Ты собираешься снова поговорить с Маринетт, когда мы закончим? — эхом отозвался Нино, а затем неожиданно скороговоркой выпалил: — Меня зовет мама, мне пора, пока. И положил трубку. Адриан посмотрел на телефон и покачал головой: он просто хотел поговорить с Мари еще раз, не стоило Нино из-за этого так перевозбуждаться. Телефон молчал, так что Адриан вздохнул и открыл дверь своей комнаты. В ту же секунду Плагг вырвался на свободу. — Выглядит так, будто ты привязываешься к Скромной Девочке. Адриан застонал, его шея покраснела от смущения. — Я тоже, для протокола, — добавил Плагг, заставляя Адриана изумленно приподнять бровь. — Что насчет Ледибаг? — Думаю, они приблизительно равны, — Плагг захихикал откуда-то издалека, видимо, направившись за едой. — Она мой друг, не выдумывай. Мало мне Нино, так теперь еще и ты туда же. — Что ж поделать, если ты и состоишь целиком из влюбленностей, — пожаловался Плагг. — Что плохого, если вы с ней сойдетесь? — Это не плохо, это просто неправда, — Адриан нахмурился. Он уже снял всю верхнюю одежду, оставшись в одной футболке, и подошел к компьютеру. На самом деле, если быть абсолютно честным, его не раздражал очевидный энтузиазм Нино, это было даже забавно. И он не собирался позволять подобным шуточкам или возможным слухам помешать им с Маринетт нормально общаться. Он уже давно не проводил время так весело вне патрулирования. Но если говорить о влюбленностях… Адриан потянулся к тому месту, где осталось его пальто, и вытащил из кармана коробочку с подарком для Ледибаг. Он приоткрыл крышку, позволяя свету лампы отразиться в поверхности украшения, и счастливо улыбнулся. Оно было идеальным, Адриан знал это. Правда, он не был уверен, когда они с Ледибаг увидятся. — Плагг, когда закончишь с едой, сделаешь мне одолжение? *** Маринетт рассматривала сотни фотографий улыбающегося Адриана, которые остались у нее в телефоне после прогулки, и хихикала, как идиотка, просматривая их от начала и до конца. Иногда можно было увидеть что-то вроде покадровой анимации, когда она щелкала по экрану без остановки. Правда, к сожалению, большая часть была нерезкой. Маринетт быстро поняла, что те, что сделал сам Адриан, стали ее любимыми — никакой нерезкости, четкое изображение его довольной улыбки. — Маринетт, Кот Нуар звонит, — Тикки резко возникла около ее головы, и Маринетт неохотно оторвалась от фотографий. — Надеюсь, ничего не произошло. Наверное, он звонит по поводу патрулирования. Она встала с кровати и вышла на балкон, по дороге трансформируясь в Ледибаг. Снег все еще падал, и ее почти сразу начало потряхивать от холода. Маринетт ответила на звонок и тут же увидела изображение своего напарника на небольшом экране — он явно находился где-то внутри здания и сидел напротив нейтральной белой стены. — Привет, миледи! — он радостно поздоровался и улыбнулся так заразительно, что она не могла не улыбнуться в ответ. Да, похоже у него хорошее настроение. — Хороших праздников и все такое. У тебя все хорошо? — Да, все в порядке. Выглядишь довольным. Хороший день? — Лучший день, — ответил он и подмигнул. — А теперь он стал еще лучше, ведь я говорю с тобой. — Ты по поводу патрулирования, Котик? Идет снег, так что я не уверена, что нам стоит… — Маринетт не дала сбить себя с толку. — Нет-нет, то есть да, но не совсем, — к ее удивлению, он запнулся, как будто вдруг занервничал. — Я просто хотел увидеть тебя до Рождества, у меня для тебя есть подарок. — Подарок? Ты не должен был, Котик, но спасибо. У меня тоже для тебя кое-что есть, — чудесный прошедший день заставил ее быть немного мягче к напарнику, чем обычно, и сразу рассеять его сомнения. — Для меня? — выпалил он, его глаза распахнулись до предела и счастливо засияли, а потом он радостно рассмеялся. — Уже обожаю его! — Думаю, тебе понравится, — сказала она расплывчато и ухмыльнулась. — Он очень тебе подходит. — Когда хочешь встретиться? Она на минутку задумалась, пытаясь все обдумать. — Как насчет вечера среды? Поздно вечером, прямо перед тем, как наступит канун Рождества. Я буду занята завтра и, очевидно, в четверг и в пятницу, но так мы все равно технически пересечемся в праздник. — Отлично, звучит замур-рчательно, не могу дождаться, — казалось, звонок подошел к концу, но тут Ледибаг внезапно сказала: — Эй, Кот, я тут слышала кое-что о тебе. — Кое-что? Может быть, что у меня девять жизней? — он усмехнулся — широкая улыбка от уха до уха устрашающе веселая как никогда. — Нет, — она внимательно посмотрела на него, в глубине души наслаждаясь тем, что поймала его за руку, когда он был милым, — слышала, ты удивил каких-то детей сегодня, ввязавшись с ними в драку снежками. Это правда? Кот Нуар подскочил на месте. Его глаза расширились, и он спросил: — Э-э… Как… Как ты узнала об этом? Она посмотрела на него, приподняв бровь и легко улыбаясь. — Не смущайся, думаю, это здорово — ты ведь сделал их счастливыми. Услышала разговор каких-то людей на улице и подумала, что это слишком похоже на тебя, чтобы быть неправдой. — О, ха-ха, да, ты, конечно, права, — он рассмеялся, но как-то на выдохе, что моментально заставило ее насторожиться. — Те ребята, наверное, рассказали своим родителям, а те сказали еще куче народа. Да, один из них притворялся мной, представляешь? Не смог не сделать им сюрприз, — он видимо расслабился, пока говорил. Но даже если она и заметила его странную реакцию в начале, не было никакой возможности разузнать, что же это было, и не вызвать никаких подозрений. В любом случае, он уже явно отринул те выводы, что сделал в начале, а холод уже пробрал ее до самых костей. — Хорошо. Тогда увидимся в среду вечером, Кот. Я пойду. — Хорошо, миледи. Счастливого Рождества. — Счастливого Рождества, Кот. *** Звонок закончился, а Кот Нуар остался сидеть в своем кресле у письменного стола. Его костюм медленно спал, а дыхание потихоньку выровнялось. Он почти запаниковал. О, как было глупо делать такой вывод сгоряча. Конечно, жители города будут болтать об этом, ничего удивительного. Из того, что единственным человеком, кому он сам это рассказал, не следовало, что… было глупо даже думать об этом. Ха, бред. Какая высококлассная бредовая идея. Но она была права. И он был прав. Мог ли он вообще представить Маринетт в роли Ледибаг? Адриан громко рассмеялся, слушая, как его смех рассыпается по пустой комнате. Но звук почти сразу же пропал, а он сам резко выпрямился в кресле. Он мог. Адриан вскочил и встряхнул головой, а потом потянулся к письменному столу, чтобы взять телефон. Он должен был остановить эти мысли здесь и сейчас, он не должен переносить свои чувства к Ледибаг на Маринетт. Он уже был достаточно зол на себя за то, что вообще позволил этим мыслям попасть в его голову. Это было несправедливо. Маринетт нравилась ему сама по себе, а не потому что напоминала ему… Он снова тряхнул головой, пытаясь уничтожить откуда-то взявшееся сравнение и сосредоточиться на чем-то другом. Ледибаг услышала ту историю от кого-то в городе — вот и сказочке конец. А сейчас ему было о чем подумать. Например, о том, когда точно он встретится завтра с Маринетт. Адриан взглянул на часы — было уже около десяти вечера. Но сейчас были каникулы, так что, может быть, она еще не спала. А: Эй, Мари, ты не спишь? Он откинулся на спинку кресла в ожидании ответа, а потом улыбнулся, глядя на новое фото контакта Маринетт. Адриан и Маринетт с фотографии улыбались ему в ответ, стоя в снегу, и то теплое счастливое чувство, горевшее у него в груди весь день, снова вернулось. Он отложил телефон в сторону, потянулся за коробкой с елочным шариком и положил ее на колени. Потом осторожно освободил хрупкое стекло от упаковки и взял Эйфелеву башню в руки. Сейчас, рассудил он, нужно было решить, куда ее поставить. Адриан огляделся и установил фигурку рядом с мониторами компьютера, чтобы она все время была на виду. Он сильно сомневался, что снова уберет ее в коробку — даже после окончания новогодних праздников. Адриан не знал, успеет ли он достать маленькую елочку в этом году, так что он решил просто оставить шарик в качестве украшения стола. А вот в следующем году он обязательно повесит его на деревце, да еще и следующий шарик купит. Телефон зажужжал, вибрируя на поверхности стола, и Адриан довольно улыбнулся, увидев заинтригованное «Нет!» на экране. А: Класс! Я тут подумал насчет того, когда мы могли бы встретиться и что поделать. Мы могли бы поиграть в видеоигры, если ты не против. Теперь, когда она ожидала его сообщения, ответ пришел быстро. М: Звучит здорово! Сама я не особо играю в игры, но хотела бы попробовать. Есть какие-нибудь, которые ты бы хотел, чтобы я попробовала? О. Теперь он знал, что они будут делать весь день. Новичок в играх, чистое поле для него. Он даже не знал, с чего начать представление игровых чудес. А: Куча всего! Я очень люблю игры, но у меня слишком много любимых. У тебя есть на уме что-нибудь конкретное, чтобы сузить поиск? М: Ой, я не знаю. Дашь мне какие-нибудь категории? Адриан выпрямился на стуле, уставившись в никуда и стараясь думать. Неожиданно он вскочил на ноги и помчался на свой второй этаж, где лежали все коробки с дисками. Он быстро просмотрел несколько из них, но тут же отказался от этой стратегии, вместо этого пытаясь думать о Маринетт. Она была довольно чувствительной, так что ей, скорее всего, понравились бы истории. Значит, что-нибудь с крутым сюжетом, что-нибудь увлекательное? Его мысли тут же устремились к одной из самых любимых серий — «The Legend of Zelda», но он все еще не был уверен, что ему следует выбрать: «Twilight Princess» или «Majora's Mask». Эти две были слегка мрачными, «Ocarina of Time» подходила уже лучше, но если говорить о 3D играх по Легенде, то на ум сразу приходили «Windwaker» и «Skyward Sword». A: Ладно, я выбрал две. Теперь скажи: героические приключение в море и на земле или героические приключения в небе и земле? М: В море и на земле звучит весело. Давай выберем эту ^u^. Он не мог с собой ничего поделать и хихикнул, глядя на ее смайлик. Затем он вытащил диск с Пробудителем Ветров и направился вниз, к консоли. А: Значит, решено — «Legend of Zelda: Windwaker». Это одна из моих любимых игр, думаю, тебе понравится. Я смогу объяснить весь контекст, который тебе понадобится. Да, и предупреждаю: я как бы люблю эту игру, так что могу быть довольно надоедливым. М: Я в предвкушении! Если тебе она нравится, значит, и мне понравится тоже. Когда ты хочешь прийти? Я встаю довольно рано, так что любое время после девяти будет подходящим. А: Полдесятого будет нормально? Я принесу консоль. М: Звучит здорово, я очень хочу сыграть. И… будет не очень проблематично, если в районе часа я исчезну минут на сорок? Мои родители получат посылку, нужно будет помочь им ее разгрузить. А: Конечно, все в порядке. Нужна помощь? Наступила небольшая пауза. М: Ты не обязан! Это наша работа, так что я справлюсь. А: Но я хочу. На месте разберемся. М: Ладно, если ты уверен. Напиши мне, как выйдешь из дома. Пожалуй, я пойду спать. Спокойной ночи, Адриан! Он улыбнулся, глядя на экран телефона и на их фотографию, а потом ответил. А: Спокойной ночи, Мари! Он переоделся в теплую пижаму и использовал остатки сил, чтобы упаковать все необходимое для завтрашнего похода к Маринетт (включая запасные игры, которые ей точно понравятся, на случай провала Пробудителя Ветров) в рюкзак, который он обычно носил на фехтование. Когда с этим было покончено, а Плагг доел свой ужин, он наконец выключил свет и упал в кровать, ставя точку в этом замечательном дне. Он закрыл глаза, надеясь, что следующий ничуть не будет уступать предыдущему. Будильник был включен, и Адриану уже хотелось как можно скорее оказаться в теплой пекарне вместе со своим новоприобретенным другом. Когда он провалился в сон, на его губах сияла улыбка.