All for you

      В этом году октябрь выдался удивительно тёплым и почти без осадков, но в этот вечер, как на зло, начался ужасный ливень. Холодный ветер пронизывал до самых костей и заставлял ёжиться даже за рулём машины, хотя бы потому, что смотреть на людей, попавших под внезапный дождь, было неприятно. За считаные минуты небо затянуло тёмными серыми тучами. Хорошо ещё, что не началась буря, — непредсказуемость погоды и так почти испортила все его планы. Оставалось только радоваться, что в этот день он решил поехать на машине. Насколько было бы глупо, если бы он приехал на мотоцикле, вымокший насквозь? Смех, да и только. Хотя обычно он предпочитал ездить на байке до наступления холодов, в этот раз его шестое чувство не ошиблось с выбором. Но даже так это оставалось очень глупой затеей.              Нао снова смотрит на сигнал светофора и продолжает движение, медленно подъезжая к автомойке.       Это будет провал. Полный. Случится чудо, если он не опозориться.              Он заезжает в бокс, и все сотрудники сразу оборачиваются, обращая внимание на автомобиль. Его машина, мягко говоря, смотрится неприлично дорого для этого места, просто потому что этот район города, конечно, был не самым бедным, но такие авто увидеть всё равно было редкостью. Правда, вопреки мыслям Нао, на машину обратили внимание не из-за дороговизны (стоит поработать хоть немного на мойке, чтобы понять, что такие красавицы — это обычное дело), а из-за жуткого ливня за пределами здания.              Но Нао в данный момент проигнорирует даже апокалипсис. Он почти уверен, что тот парень должен работать сегодня. С утра он видел, как блондин пришёл на работу, и оставалось только надеется, что его смена ещё не закончилась.       Хоть в чём-то Нао везло.              Он выходит из машины и осматривается, сразу же убеждаясь, что приехал не зря. Парень со светлыми волосами выходит из комнаты персонала и идёт к Нао, устало фыркая, когда видит его. Блондин, без сомнений, как Нао и думал, работал с самого утра: устало опущенные плечи, немного сгорбленная спина и недовольный взгляд. Под конец месяца всем нужны были деньги, но в конце дня уже ничего не хотелось делать. Тем более в такой день.              Кто бы мог подумать, что кто-то в своём уме приедет в такую погоду?              Нао и сам совершенно не против прямо сейчас развернуться и отправиться домой. Его чёткий план с самого начала был сомнительной идеей, а лёгкой подачи погоды стал совсем глупым. Но он уже приехал. Пути назад нет. Он и так тянул достаточно долго. Поэтому все прочие мысли приходится отбросить.              Блондин дежурно улыбается, отмечая, что хозяин машины в своих дорогих шмотках (а они точно дорогие, на первый взгляд едва ли не сияют), смотрится странно в этом месте.              Совершенно несуразно. Как все богатые мальчики, случайно заезжающие к ним.              Такие как он обычно чрезвычайно пафосные, грубые и заносчивые, и вообще чаще просто отправляют своего водителя помыть ему машину. И не в такую дыру, а куда-нибудь, где и оборудование получше, и персонал повежливее и почище. Но клиент есть клиент. Раз уж приехал — обязательно обслужат.              — Здравствуйте, я Вас слушаю, — голос парня звучит устало и не очень приветливо. Он прячет руки в карманы своего потемневшего от влаги, местами грязного рабочего комбинезона.              — Вы выглядите слишком хорошо для такой работы, — вырывается у Нао, вместо нормального ответа, и ему хочется ударить себя за мысли вслух.              Он не был неловким и всегда всё держал под контролем. Всегда, но этот парень с первых секунд стал исключением. Мгновенно вывел Нао из душевного равновесия и заставил думать на ходу, а не пользоваться тщательно продуманным шаблоном.              Первоначальный план катится всё дальше в бездну.              Нао с секунду пытается подобрать слова в своё оправдание, но этой секунды достаточно, чтобы блондин успел ответить.              — Все так думают, — бормочет парень себе под нос, недовольный очередным замечанием (что это скорее комплимент, он игнорирует), но удивлённый обращением на «Вы».              Обычно такие пафосные парни не разменивались на любезности, так что он решает простить поздний визит и комментарий о его внешнем виде. Вообще-то, только такие мелочи и делали его существование лучше. Если бы он каждый раз начинал истерику из-за пары бестактных слов — у него давно не было бы работы.              Со временем ко многому привыкаешь.              Но для Нао такая ошибка казалась ужасающей. Его приходится пару раз покашлять в кулак, чтобы скрыть неловкость, перед тем как продолжить, но он ощущает, как его образ, который он хотел выстроить, рушится ещё на уровне фундамента.              — Ваша смена уже заканчивается, да? Прошу прощения, — Нао старается улыбаться как можно более очаровательно, чтобы сгладить неловкое начало, но по виду блондина вообще не понятно получается ли. Кажется, каждеым новым словом, он делает только хуже. Если бы кто-то из знакомых Нао увидел его сейчас, они бы не поверили, что он умеет нервничать. Но его пальцы, которые теребят край рукава на пальто, выдают его с головой.              Он, оказывается, не так хорош, когда дело касается чувств.              — У меня ещё минимум пол часа, — пожимает плечами парень, — так что всё будет в лучшем виде. Так какие будут пожелания?              Он шмыгает носом и осматривает машину клиента. Классический чёрный цвет очень подходит для таких как Нао. Многие богатые выбирают именно этот цвет для своих дорогих машин. Да и на самом Нао бежевая водолазка, светлые джинсы, а сверху тонкий белый плащ, будто только из химчистки, тщательно выстиранные, высушенные и отутюженные. Совершенно обычный вид, для молодого и успешного офисного клерка, который может позволить себе такую машину, но всё ещё совершенно далёкий для парня, работающего на автомойке.              Хотя много ли блондин на самом деле мог сказать о Нао?              Ничего.              Только то, что он видит своими глазами, а остальное это просто догадки, которые могут быть совершенно необоснованными.              Парень потирает нос рукавом комбинезона, ожидая от Нао пожеланий по работе. Но тот не слишком спешит сказать что-то внятное, начиная раздражать. Он просто хочет поскорее взяться за мытьё машины и поскорее закончить любые коммуникации. Слишком устал, слишком голоден, всё слишком.              — Вы выглядите уставшим, может закончите с работой на сегодня и поедете домой отдыхать?              Что?              Парень пару раз быстро моргает, пытаясь понять, что именно ему говорят и, смотря на Нао исподлобья, кривит губы в усмешке:              — Мне за отдых не доплачивают, — он пожимает плечами, в который раз за их короткий диалог удивляясь собеседнику.       Забота о нём выглядела, конечно, очень мило. Не то чтобы он не хотел поскорее покончить с работой и завалиться спать, но он привык заканчивать дела. К тому же, за полную мойку Нао заплатит довольно много, а если его всё устроит, может дать чаевые. Ничто в этом мире не мотивировало так, как деньги.              Впрочем, даже у желания заработать были свои пределы. Работая в сфере услуг можно было стерпеть что угодно, но вот жалость и снисхождение на лицах клиентов были за гранью терпения Тео. Он знал, что выглядел жалко. Но это не значило, что раздражение, рождающееся каждый раз, когда на него смотрели так, он пропускал мимо ушей.              — Да и какая разница? Я не ребёнок, жалеть меня не надо, — почти огрызается блондин, сразу теряя всю свою напускную вежливость.       Если бы это увидел кто-то из начальства…              Стоит признать: у него всё ещё есть это работа не потому, что он умеет держать язык за зубами, а потому, что нет у него времени болтать. Обычно не он принимает клиентов. Он только моет, чистит и всё прочее. Но деньги. Деньги нужны как никогда.              Приходится прикусить язык, чтобы замолчать.              А Нао больше не теряется со словами, наоборот, решает, что раз парень позволяет себе вольности, то и он не будет ходить вокруг да около. Будто второе дыхание открывается, чтобы наконец-то дать Нао шанс.              — Это не жалость, это забота. И причём тут ребёнок? Вы нисколько не похожи на ребенка, — вряд ли это похоже на комплимент, но Нао продолжает говорить, не давая и слова вставить на этот счёт, — я с удовольствием заплачу вам даже больше, чем за полную мойку, если Вы поужинаете со мной.              Парень широко распахивает глаза и таращится на Нао, переваривая услышанное. Нао же старается делать вид, что вот такие предложения для него — это обычное дело (хотя, если присмотреться, совершенно очевидно, что с его плеч будто огромный груз спал).              Но вид Нао сейчас последнее, что волнует блондина.              С чего вдруг такой неприкрытый интерес к нему? Он сделал что-то странное, чтобы предлагать ему такое? Он невольно смотрит на своё отражение в стекле автомобиля, пытаясь пригладить волосы.              Нао улыбается уголками губ. Он очарован этим простым жестом.              Блондин ведь точно сейчас решил поправить причёску, чтобы выглядеть привлекательнее в глазах Нао, или ему показалось?              — Типа заплатишь мне за свидание? Как мальчику по вызову? — парень хмыкает, вроде бы переварив слова Нао, и снова растрёпывает свои волосы, понимая, как глупо было то, что он сделал до этого, — Не слишком ли для двух минут знакомства? О нет, погоди, мы даже не знакомы.              — Это не свидание, просто небольшая благодарность за искренность. И познакомиться никогда не поздно, — Нао улыбается — ему, по правде говоря, и знакомиться не надо было, он и без того знал имя этого блондина, но тому совершенно не обязательно это знать — и протягивает руку вперёд, — Нао.              — Тео, — парень медлит (мало кто использует в качестве приветствия рукопожатие, особенно при обращении к тому, кто явно ниже по социальному статусу), решая всё же игнорировать странные слова Нао (может быть все богачи такие), прежде чем пожать руку, перед этим небрежно вытерев ладонь о свой комбинезон. Едва ли это помогло бы, будь руки Тео действительно грязными, и он знал, что запах моющих средств стойко въелся в его кожу ещё на годы вперед.              Плохо скрываемое удивление всё ещё читается на его лице, и Нао чувствует, как голубые глаза Тео с интересом и недоверием осматривают его. Нао ничего не говорит на это, используя момент чтобы осмотреть парня в ответ.              То, как странно они подходили друг другу, было даже смешно.              У Нао не было иностранного акцента, но многие его действия кричали о жизни в чужой культуре. К тому же, сложно было не заметить европейские черты лица, хотя иссиня-черные волосы и тон кожи сбивали с толку при первом взгляде. Сам же Тео, наоборот, был светловолосым и голубоглазым — довольно странное сочетание с аккуратными азиатскими чертами лица и разрезом глаз.              — Теперь мы знакомы, — замечает Нао, улыбаясь.              — Да, — не может не согласиться Тео, — но мне всё ещё нужно помыть твою машину. И я понятия не имею, с чего ты взял, что я был искренен. Хотя…              Он вытаскивает из кармана простенький мобильник, проверяя время, и закусывает губу в попытке скрыть довольную улыбку — смена действительно почти окончена, так что можно сбежать с чистой совестью, особенно если…              Стоило понять, что Нао — дурак, ещё когда его машина заехала на автомойку. В ливень.              — Ладно, я согласен, — Тео проговаривает это уверенно и расслабленно, отслеживая реакцию Нао на его внезапное согласие: если тот пошутил, то Тео сразу заметит это, — но кормить едва знакомых парней ужином более, чем странно. Хотя, так или иначе, твои деньги всё равно окажутся у меня.              Окей, Тео вправду очень нужны были деньги, и он экономил буквально на всём, так что…принять предложение и набить желудок за чужой счет, просто потому, что какой-то богатенький парень оказался достаточно жалостливым? Выглядело как план. Да, точно. Деньги. Всё из-за денег.              Нао не скрывает удивления, когда Тео соглашается. Но он добился того, ради чего приехал, и сейчас это было самым важным. Какие бы причины не были у Тео, и какое бы сейчас у него не было отношение к Нао — всё равно. Он ещё успеет показать ему себя и развеять какие-то предрассудки. Позже.       Нао тихо смеётся и кивает:              — Хорошо, как скажешь. Тогда мы договорились.              Нао тоже переходит на формальное общение, раз уж Тео первый обратился к нему так и, видимо, не против такого. Это было странно: Нао, за время которое он прожил здесь, отвык так просто заводить знакомства. Японцы обычно были более холодны, и у них не принято знакомиться на улице или тем более, вот как они сейчас, на автомойке (вряд ли хоть где-то это считается нормальным, но всё же).              Поэтому он и боялся реакции Тео, но других идей у него не было. Нао даже представить себе не мог, как блондин отреагирует на его предложение: всё же сложно судить по человеку, лишь наблюдая за ним со стороны. Но всё вышло куда лучше, чем Нао мог предполагать. По крайней мере пока. И он был чертовски этому рад.              Тео кивает и ещё раз внимательно осматривает Нао. Как ни крути, а никакой угрозы он пока не видел. Нао был достаточно вежлив (Тео было с кем сравнивать), в меру осторожен и мило улыбался. Ладно, ещё он был довольно красив. Возможно, даже слишком, чтобы так за просто проводить время с автомойщиком. И деньги, конечно же, у него были деньги.              — Я подожду, пока ты соберёшься. Надеюсь, ты любишь итальянскую кухню.              — Я люблю мясо, — уточняет Тео, прежде чем снова скрыться в подсобном помещении.              Он меняет рабочий комбинезон на свои светлые потёртые джинсы, которые давно пора было выбросить. Если не присматриваться, то вполне можно было подумать, что это дань моде. Ходить так проще, чем купить себе новые. Как минимум, потому что на новые нужно накопить денег, а эта цель близка к отметке «невыполнимо».              И эти вполне ничего.              Только колени протёрлись и теперь на тех местах дыры, через которые видно синяки на коже. И одну из штанин прогрызла соседская собака, когда вещи сушились на заднем дворе дома.              Это не важно. Они ещё вполне ничего.              Выцветшая чёрная футболка, хотя бы без дыр и не самая худшая, которую он мог бы надеть сегодня. А поверх джинсовка. Из тех, что делают вид, что они куртки, потому что внутри у них искусственных мех. Манжеты и капюшон у куртки сделаны из чёрной ткани, а ещё на ней много карманов, которые забиты всяким мусором. Универсальная вещь с начала похолоданий и до самой весны. Другой тёплой куртки у него просто нет, а по утрам, когда он идёт на работу, уже достаточно холодно.              Сбросив грязные и мокрые рабочие вещи, парень понимает, что его обычная одежда прямо-таки не сильно отличается по своей свежести, но тут же одёргивает себя: для кого было наряжаться? В конце концов вряд ли Нао передумает, после такого-то их знакомства.                     ***                     — Ну и? Куда мы собираемся? — обращается он к Нао, садясь на пассажирское сидение.