always you.

— Ты знаешь, что сейчас мы находимся недалеко от Шервудского леса? В этот момент Гарри и Луи заезжали в Ноттингем. Стайлс обладал знаниями в очень разнообразных направлениях, но это было так точечно, бесполезно и каким-то образом при этом интересно, что нельзя было сказать, чем он может тебя удивить на этот раз. Как и сейчас. К счастью, Луи всегда было чем ответить: — А ты знаешь, что если я смотрю на тебя дольше десяти секунд, я думаю только о том, чтобы поцеловать твои невероятно красивые губы или коснуться твоих всегда великолепных кудряшек, а может и тыкнуть в ямочки, чтобы убедиться, не глубже ли они Марианской впадины, а иногда есть желание прижать твое огромное идеальное тело к себе, защищая от всего мира, не отдавать тебя никому больше. Гарри, как и обычно в такие моменты, смущенно улыбался и отворачивался к своему окну, поглаживая руку Луи большим пальцем в знак того, как сильно эти слова задели его нежное сердце. remember how it tasted looking into your eyes baby, you were still high never coming down with your hand in mine — Если хочешь, мы можем заехать туда, обворовать толстых и противных купцов и отдать деньги бедным. — Думаю, это совершенно незаконно, но благородно, сэр Луи Уильям Томлинсон. Луи тихонько посмеялся и предложил: — Хорошо, а позволите ли вы, сэр Гарри Эдвард Стайлс, увезти вас в Ноттингемский замок? — Я бы с радостью принял ваше предложение, сэр, но ходят слухи, что там водятся призраки. Луи усмехнулся, но ничего не ответил. На самом деле Гарри просто не любил посещать такие стандартные достопримечательности, они напоминали ему про годы изучения истории в университете, что ему совершенно не нравилось. Конечно, исторические памятники культуры — это здорово, это важно, возможно, даже интересно, но Гарри это было не по душе, а Луи и не против. Поэтому Гарри немного подумал, а потом его осенило и он вдруг резко сказал: — Я думаю, что мы должны немного отдохнуть от дороги и этого темпа. Я давно хотел сходить на пикник, но было не с кем и некогда. Здесь есть один очень красивый парк с уточками и белками, как ты смотришь на это? — Это было бы чудесно, любовь моя, — Луи посмотрел на Гарри пару секунд самым теплым взглядом, который он мог дать за это время, но потом ему пришлось вернуться к дороге, чтобы они не разбились. — Хочу покормить с тобой уточек. Гарри все еще не мог поверить в происходящее. Он чувствовал себя таким счастливым, и, наверное, это был лучший день в его жизни, по крайней мере, он сейчас был не в состоянии вспомнить себя счастливее. Надежда на лучшее укреплялась с каждым нежным словом, сказанным Луи, с каждым его теплым взглядом и мягким касанием, хотя Стайлс понимал, что это опасная дорожка — доверие. when you’re here, don’t need to say no more nothing in the world that i would change it for Они закупились небольшим количеством продуктов в магазине, взяли плед из багажника, нашли спокойное местечко возле небольшого, но красивого пруда, на котором плавала стая утят за их мамой-уткой. Они расположились на пледике, поели немного фруктов, разговаривая напротив друг друга. Но надолго их не хватило и вскоре Гарри сидел в объятиях Луи, прижимаясь к нему широкой спиной. — Стоит ли позвонить твоим сестрам и предупредить их, что мы приедем к вечеру? Луи задумался, помолчав пару минут. — Нет, пусть это будет сюрприз. Хочу купить им подарки, что думаешь? — Это было бы чудесно, — Гарри повернулся к Луи лицом и чмокнул того в губы, улыбаясь. — Что ты хотел бы им подарить? — Увидишь. Так они просидели еще полчаса, пока не начался дождь. Они быстро собрали вещи и побежали в машину, держась за руки. Они сложили вещи в багажник, закрыли его, а потом Луи вдруг прижал Гарри к машине, целуя так, будто Гарри был самой желанной вещью в его жизни, без которой он просто умрет. Холодные капли стекали по их волосам, закатываясь за шиворот, отчего по телу у обоих бегали мурашки (или не только поэтому), одежда намокала все больше и больше, но внезапный порыв Луи заставил тело Гарри гореть, словно у него поднялась температура. Они трогали друг друга лихорадочно, желая коснуться каждого миллиметра: спина, руки, волосы, шеи, ничто не оставалось без внимания. Луи начал тереться вставшим членом о бедро Гарри, а когда Стайлс почувствовал это, он, подавив стон, отстранил Луи от себя, несмотря на все свое нежелание делать это. — Луи, мы сейчас оба намокнем. — Ох, малыш, я уже… Гарри прыснул, легко толкнув старшего в плечо: — Идиот. Пошли в машину, а то мы замерзнем, заболеем и умрем. Я не могу позволить тебе такой роскоши, даже не думай. Я и пальцем не пошевелю, если ты заболеешь, ясно тебе? — Ох, ну конечно, болтай больше, малыш. Они сели на свои места и поехали за подарками. — Итак, что это было? — Просто ты невероятный. Это не требует объяснений, ты — всегда желанный мной. Желание сделать что-то такое всегда есть во мне, но иногда становится сильнее чем обычно. Когда мы бежали с тобой под дождем, держась за руки, я чувствовал себя на вершине этого ебаного мира, я чувствовал себя королем рядом с тобой, и это…так чертовски возбуждает, — последние три слова он сказал шепотом, а затем повернулся к Гарри, закусив губу. — Не говори это так тогда, когда я не могу ничего с тобой сделать, пожалуйста, — прошептал Гарри, накрывая свой возбужденный член рукой через грубую ткань джинс, чувствуя, что он как никогда в своей жизни хочет просто хотя бы подрочить. Он еле держал себя в руках, чтобы не начать делать это прямо там. Он не думал, что старший будет особо против. Луи, заметив это, повернул голову к дороге, нахмурился и чуть сильнее надавил на газ. У Гарри пробежались мурашки по всему телу. Напряженные жевалки Томлинсона, его строгий вид не делали ситуацию ничуть легче. 'cause we made it underestimated and always underrated now we're saying goodbye waving to the hard times Уже было около десяти вечера, когда они подъезжали к дому Томлинсонов. В последние пять минут поездки они разговаривали с Лиамом и Зейном по видеосвязи, сообщая, что у них все хорошо, они все еще живы и сейчас приехали в Донкастер. Парни попросили передать привет сестрам Луи и попрощались. Как раз в этот момент они подъехали к дому, остановив машину. Гарри посмотрел на Луи и увидел, что тот волнуется. Младший наклонился к нему, нежно поцеловав в губы. — Все будет замечательно, обещаю. Луи кивнул, отстегнул ремень безопасности и, глубоко вздохнув, вышел из машины. Он взял руку Гарри и постучал в дверь. — Кто там? — послышался голос одной из близняшек. — Открывай, обезьянка, — сказал Луи. Дверь тут же распахнулась, и Томлинсон оказался в крепких объятиях Фиби (или Дейзи? Гарри пока не мог понять). — Фибс, кто там? — раздался приближающийся голос Лотти. Луи мягко отстранился от малышки, улыбнулся самой широкой улыбкой, которую дарил только самым близким людям, и повернулся к Лотти. Та с визгом кинулась к нему на шею, пока Фиби тепло приветствовала Гарри, которого помнила как свою няню. we were only kids just tryna work it out wonder what they'd think if they could see us now «Так чувствуется дом,» — подумал Гарри.