The Touch of Her/Прикосновение к ней

На ней сарафан. Ну конечно, она такая. Она не могла надеть какой-нибудь совершенно безвкусный ансамбль, включающий в себя практичные серые брюки и бесформенный жакет в тон? Что-то, что заставило бы ее легко слиться со стеной конференц-зала? Не будет ли это слишком странной просьбой? Нет, я получаю солнечную Дэнверс, в восхитительном желтом сарафане, которой демонстрирует ее загорелые ноги и все пространство загорелых рук. Она настолько ослепительна, настолько красива, настолько притягательна, что все глаза в комнате устремлены на нее. Она, естественно, ничего не замечает. Она всегда такая. Интересно, это потому, что она так привыкла к тому, что на нее пялятся в другой жизни, что она отфильтровывает внимание и игнорирует его, даже не замечая? Если бы я указала ей на стайку ее бесцеремонных поклонников, она бы посмотрела на меня с удивлением? Возможно. Хотя ее удивление, возможно, больше связано с тем фактом, что я действительно обращаюсь к ней. По молчаливому согласию мы не сказали друг другу ни слова с самого прилета. Я была... за рамками, указывая на очевидное. Не знаю, что за безумие или озорство овладело тогда мной. С тех пор она так смущена, что даже не смотрит на меня. Я дала ей немного пространства. Но чем дольше тянется молчание, тем неловче оно становится. Это просто смешно. Ради бога, она же моя помощница. Почему я вообще ей уступаю? Я смотрю на нее, нетерпение застилает мое лицо. - Кира? Она смотрит на меня широко раскрытыми глазами, и тут же ее щеки краснеют. Она снова смотрит вниз. О, ради бога. Так и подмывает сказать ей, что у всех нас время от времени случаются сбои в работе сосков. Вряд ли она особенная. Неловкие двенадцать минут с Харрисоном Фордом на балу для прессы, о которых лучше забыть. - Да, мисс Грант? Пора заметить слона в комнате. Я прочищаю горло. - Кэт Грант! Мы обе испуганно оборачиваемся, когда основной докладчик поворачивается ко мне. Роджер Бернс. Медиамагнат из Великобритании. Он широко улыбается, и это идет его породистому красивому лицу. Мы просто киваем друг другу, не более того. Но на этот раз его глаза светятся интересом. Больше, чем требуется для человека, с которым я встречалась дважды по тридцать секунд за раз. Выражение лица Кары сразу же становится недовольным. Бернс начинает скороговоркой рассказывать о своей предстоящей речи, включив обаяние, как пожарный шланг. В мои молодые годы он был именно таким гладко говорящим знающим себе цену котярой, тогда я могла бы такое оценить. Сейчас я обнаруживаю, что все больше и больше восхищаюсь реакцией моей помощницы на него. Кажется, я никогда раньше не видела такого выражения на ее лице. Если бы я не знала ее лучше, я бы сказала, что она столкнулась со сгнившими внутренностями скунса. Так начинается мой почти научный эксперимент причины и следствия. Я дотрагиваюсь до его руки, челюсть Кары скрипит достаточно сильно, чтобы услышать. Я улыбаюсь его почти сносному остроумию, и Кара роняет ручку. Она шарит по полу с грацией больного ДЦП ребенка. Я приподнимаю бровь, когда она поднимается на ноги. Время для финального залпа. Я игриво похлопываю его по груди и смеюсь над, возможно, худшей шуткой в истории человечества. Кара хмурится, как русский злодей из второсортного боевика и разрывает свой толстый блокнот на 300 страниц пополам. Это привлекает внимание Бернса. Широко раскрыв глаза, он поворачивается, чтобы посмотреть на нее, выпаливая в изумлении: - Как?! Нет, нет это не так. Я ухмыляюсь и смотрю на Кару, ожидая какого-нибудь запутанного объяснения того, как она случайно бросила вызов законам физики. Это должно быть интересно. Вместо этого она один раз моргнула, открыв рот, бросила разорванный блокнот и убежала. Я хмурюсь. Что ж. Это неприемлемый исход. В отсутствие Кары Бернс заканчивает трепаться, широко улыбается и предлагает выпить. У него был вид человека, убежденного, что он собирается снять сливки. Глупый мальчишка. Он даже не понимает, что не участвует в игре, не говоря уже о том, в какую игру играют. Я говорю ему, что мне нужно выйти в сеть, и прогоняю его нетерпеливым взмахом руки. Выражение замешательства на его лице было бы комичным в любое другое время, но сейчас он не важен. У меня есть более насущные проблемы, чтобы заняться ими. Например, куда, о, мой бог, куда делась моя взбалмошная помощница?

***

Кэт Грант это чистое зло. Чистое. Зло. Ладно, не то, что эти закоренелые, злобные инопланетные преступники из Форт-Росса. Но она уже близко. Я сижу в баре отеля в окружении участников конференции. Большинство игнорируют меня, но я отбиваюсь от трех мужчин, пытающихся купить мне выпивку, бросая на них самые ледяные взгляды. Двое рассмеялись над моей попыткой быть холодной. Один спросил, не нужна ли мне медицинская помощь. Кэт, конечно, может красиво сверкать глазами. Она может сделать невербальное потрошение искусством. Я ей в этом завидую. Я имею в виду не то, чтобы мне хотелось часто так смотреть на людей, но было бы неплохо, знаете ли, знать, как. В случае чего. Прямо сейчас я ненавижу ее навыки. Я ненавижу, как легко она может разрезать человека на полоски. Затем, через мгновение, переходит на следующего человека. Как ей это удается? Я тяжело выдыхаю. Это жестоко, что она сделала. Флиртовать передо мной с этим мужчиной? Роджер ублюдок Бернс. Весь такой гладкий, с идеальными зубами и прекрасными волосами. Конечно, она захочет его. Он даже немного похож на ее бывшего. Но разве она должна быть такой откровенной? Неужели все должно быть игрой? Я ничего не могу поделать с тем, насколько очевидной я была в последнее время. Жаль, что я не могу перестать краснеть. Жаль, что я не могу остановиться... в другом. И это означает, что она знает. Она знает и, кажется, забавляется, играя со мной. Как я и сказала. Зло. Я морщусь, глядя на свой стакан. У меня сегодня тяжелый день. Я выжата как лимон. Я швыряю пустой стакан на стойку и требую повторить. Ну, по-настоящему это на меня все равно не действует, так что я могла бы быть поаккуратнее со своим кошельком. - Эй, если ты будешь так сильно хлопать ими, то сломаешь стойку. - Раздается рядом. Я оборачиваюсь и вижу женщину лет тридцати, которая смотрит на меня с очаровательной улыбкой. Через несколько мгновений я узнаю ее. Организатор конференции. Она приветствовала нас несколько часов назад, протягивая нам пакеты с фирменными ручками, кружками и флешками. Кэт отказалась даже прикоснуться к пакету, словно близость дешевой сумки могла вызвать неистовую кожную инфекцию. Она бывает так драматична. Я вздыхаю. - Симпатичный пакетик, - говорит женщина, выглядя удивленной. Как будто это какая-то шутка. Она присаживается на сиденье рядом со мной. О да. Я так долго таскала пакет с собой, что автоматически схватила его во время моего грандиозного побега. Я внимательно рассматриваю женщину. Она выше 6 футов ростом, крепкая, сильная, как какой-нибудь отставной десятиборец, с коротко остриженными вьющимися черными волосами и чрезвычайно привлекательными бицепсами. Именно такую женщину, вероятно, не пропустят дамы определенного склада. Вероятно, именно такую женщину я и должна заметить, если когда-нибудь захочу избавиться от недосягаемого, невозможного, абсолютно злого босса. Я мрачно смотрю на нее. - Я Марджори Бенсон, - говорит женщина, протягивая руку. У нее добрые глаза, думаю я. Я пытаюсь улыбнуться. - Кара Дэнверс. - Ты слишком хорошенькая, чтобы топить свои печали в алкоголе. Что же тебя так разволновало? - Ничего.- И поскольку ложь для меня это такая анафема, я не могу не изменить себя для точности. - Ну, я ничего не могу исправить. - Ах.- Она наклоняет голову. - Я видела тебя с Кэт Грант раньше. Она твой босс? Отлично. Я даже не могу убежать от зла в какой-нибудь анонимный бар. - Да. - Я жадно глотаю свой напиток. - Понимаю. Проблемы с Кэт Грант. Знакомо.- Она одаривает меня понимающей улыбкой и заказывает джин с тоником. - Ты работала на Кэт? - Целую жизнь назад. Ладно, двенадцать лет назад. - Напиток поставлен перед ней. - Кем ты была? - Младший вице-президент. Она была моей наставницей. - Она бросает на меня оценивающий взгляд. - Она тогда многих из нас наставляла. Она больше так не делает. По крайней мере, я думала, что не делает. В том, как она смотрит на меня, есть вопрос. Но по какой-то причине я не хочу, чтобы она знала, как мисс Грант помогает мне. Это слишком личное, хотя это и не так. Хотя там нет ничего, кроме моих мечтаний и бесполезных фантазий. Признаться, что мисс Грант наставляет меня, это уже чересчур. - Все в порядке, - говорит она, и ее голос мягок и добр. - Я вижу все по твоим глазам. Мне совсем не нравится этот взгляд. Тысячи отрицаний готовы сорваться с моих губ. Кроме того, что она может знать на самом деле? Я здесь чужая. Она не может этого знать… - Возможно, в свое время я тоже проявляла интерес к Кэт. Я хотела большего и сказала ей об этом. - В ее голосе звучит тоска. Она опрокидывает свой бокал, и я смотрю, как она глотает, как будто она только что не сказала самую удивительную вещь. Как ты можешь говорить это вслух? Словно рассказывая самую банальную вещь в мире. Мое сердце начинает биться хаотично с необходимостью знать каждую деталь того, как разворачивалась эта история, каждую мимику Кэт Грант на предложение этой уверенной, неожиданной женщины, которая раздает сомнительные подарочные наборы на конференциях. Я пытаюсь изобразить безразличие. - И как? Тебе это удалось? - Ладно, это прозвучало более отчаянно, чем я надеялась. - Полагаю, примерно так же, как и тебе? - Предположила Марджори. - Я имею в виду, что мне не хотелось бы предполагать, но... - она действительно выглядит немного виноватой. - Просто я узнала твой взгляд из своего зеркала много лет назад. Неужели я действительно такая прозрачная? - Я не понимаю, что ты имеешь в виду. - Ммм. - Она делает еще один глоток своего напитка. - Тогда ладно. - Она заставляет себя встать. О, нет. Нет, нет, нет. Мне нужно знать все. Она не может бросить мне такой кусок и уйти. Я хватаю ее за руку сильнее, чем намереваюсь, потому что она вздрагивает и удивленно смотрит на меня. Я расслабляю свою хватку. Вот тебе и беззаботность. - Что она тебе сказала? Когда ты ей сказала? Эта понимающая улыбка вернулась. - Что это было бы неуместно. Мы расстались, правда, в хороших отношениях, но все равно было больно. Я имею в виду, что я была молода и... она очень впечатляющая женщина. - Слишком впечатляющая, - бормочу я. Марджори хихикает. - Да. Мои бедные яичники тоже не очень хорошо это восприняли. Ну что ж. Я выжила. - Она поднимает бокал. - Но до невозможного давит. До сих пор. Я смотрю на ее бокал. Заявить такое было бы признанием. Я ненавижу признаваться себе в этом, пусть это выглядит так жалко. И все же, по-видимому, бессознательно, я поднимаю свой бокал и чокаюсь с ней. - Ты же знаешь, я буду все отрицать, если кто-нибудь спросит. - Вполне справедливо. - Марджори наклоняется ближе. - Знаешь, есть поговорка: Если ты не можешь быть с тем, кого хочешь, будь с тем, с кем можешь. - Ее брови дерзко приподнимаются, а выражение лица говорит: принимай это за шутку или нет. - А конференции славятся тем, что все что происходит на конференциях, остается тут. Воздух высасывается из моих легких. Я не люблю свиданий на одну ночь. Или на один полдень, как это может быть. С другой стороны, это так лестно, быть желанной кем-то, кого я нахожу привлекательным. Возбуждает даже то, что кто-то красивый думает, что я стою того, чтобы заарканить меня. Это вносит изменения. Мое тело слегка подергивается от любопытства. Но правда в том, что мое сердце просто не работает таким образом. - Марджори ... я ... - я наклоняюсь и похлопываю ее по руке. - А вот и ты! - Между нами внезапно встает Кэт Грант. Маленькая, но сильная, как пронизывающий ледяной ветер. Ее руки уперты в бедра и локти направлены к Марджори, как острые пики. - На мгновение мне показалось, что ты забыла, что ты моя помощница. - Мисс Грант? - Мое проклятое сердце снова колотится. Как ей это удается так легко? Нарушить мое равновесие? Острые, прищуренные глаза переводятся на Марджори. - Маргарет, - говорит она, и с ее голоса капает яд. - Как неожиданно. - Марджори, - поправляет женщина, закатывая глаза. - И я знаю, что ты это знаешь. - Уже достаточно отвратительно, что ты раздаешь мешки с коммерческим барахлом, но я думала, что ты выше того, чтобы подбирать бродячих помощниц между выступлениями. Бродячих? Я возмущенно складываю руки на груди. Марджори натянуто улыбается. - Кара сама себе хозяйка. - Она встает и решительно ставит бокал на стойку. - Я просто хотела поздороваться. - Ее улыбка сжимается. - По какой-то причине она выглядела совсем заброшенной. - Эй! - Теперь говорю я. Это звучит как писк. - Я прямо здесь. - Недолго, - Кэт смотрит на меня и нетерпеливо постукивает ногой. - Я плачу тебе не за то, чтобы ты общалась с несостоявшимися вице-президентами. Идем. У нас много работы. И работа не предполагает, что тебе вскружит голову глава конкурирующей сети. - Она бросает на Марджори предостерегающий взгляд. Улыбка Марджори превращается в ухмылку. - Ну... я вообще-то не о делах с ней говорила. - О, я точно знаю, что ты делала. А Кире это не интересно. Смеясь, Марджори качает головой. - Хочешь дам совет моему старому наставнику? Немного уважения имеет большое значение. - Она поворачивается ко мне. - Надеюсь, увидимся позже, Кара. - Намек просто слетает с ее языка, и он явно предназначен для ушей ее бывшего босса, учитывая, что это самое откровенное, что она сделала за все это время. - О... - говорю я, молясь, чтобы снова не покраснеть. - Хм. Я краснею. Черт возьми. Она уходит, подмигнув мне, а своему бывшему боссу помахав рукой. Я чувствую, как мисс Грант прожигает меня взглядом. Она почему-то кажется сердитой. Почему? Я отсутствовала не более пятнадцати минут. Ничего не было запланировано, кроме случайных встреч и общения. - Иди за мной, Кира, - бросает она, и кажется, что изморозь только что покрыла бар. Ладно, Что, черт возьми, что вот это сейчас было?

***

Что, черт возьми, только что произошло? Прошли годы, десятилетия с тех пор, как я чувствовала себя такой собственницей. Никогда над подчиненным. Конечно, не над кем-то таким как... Кара. Этого не должно быть. Я сказала это с самого начала. Если бы только она могла перестать краснеть и быть такой милой и наивной, что любая хищная муха из бара могла бы налететь и забрать ее... Я скриплю зубами от досады на нее и на себя. Я бросаю на Кару мрачный взгляд, и она встречает его, сбитая с толку. - Что-то случилось, мисс Грант? Случилось? Что может быть не так? Я не дала тебе стать зазубриной на спинке кровати женщины, которая могла бы очаровать половину Нэшнл-сити, а ты даже не осознала опасности. - Ты бы с ней переспала? - Спрашиваю я, прежде чем успеваю остановиться. Да, это неуместный вопрос. Она хмуро поправляет очки. - А как это вас касается? – интересуется она. Что ж. Верно. Но ведь так оно и есть, не правда ли? Но я не могу этого сказать, потому что это опасный путь. Путь, по которому я отказываюсь идти. Я поджимаю губы. - Она печально известна, - говорю я. - Я беспокоилась о твоем благополучии. - О, да, так хорошо. Я поздравляю себя. По правде говоря, Марджори также печально известна и опасна, как взбитые сливки. - Это просто... - она кривит лицо... - В вашем голосе звучала ревность. Я резко останавливаюсь. Я резко оборачиваюсь к ней. Ее глаза выпучены, как будто это было последнее, что она собиралась сказать. - Не будь смешной, - твердо говорю я ей. Это, вероятно, имело бы больший вес, если бы я не бросила взгляд на ее губы, когда говорила это. Она ничего не заметила. Она слишком занята тем, что злится на мой ответ. Я заставляю себя посмотреть ей в лоб. Взор оседает на шраме над левым глазом. Доказательство, что она Супергерл. Внезапно я подавляю желание рассмеяться. Я поссорилась с Супергерл. Которая, похоже, готова сейчас закипеть. - Это не смешно, - говорит она с жаром. - Мисс Грант, почему вас так волнует, с кем я буду спать? О, как она это говорит. Словно выбирает из череды любовников. Почему мне так трудно в это поверить? Неуместный всплеск жгучей ревности вырывается из меня. - Ты не будешь спать с ней, и это окончательно. - Я использую свой лучший тон босса. Я отчаянно надеюсь, что этого достаточно. Ее бровь приподнимается. - Вы ревнуете. - В ее голосе слышится изумление, и сейчас я ненавижу ее за это. За то, что разоблачила меня. За то, что указала на мою слабость... - Если она вам так нравится, - продолжает Кара, - почему вы отказали ей, когда она предлагала? О, милостивые боги. Аминь. Она думает, что я ревную, потому что хочу Марджори? Эту амазонку, которую я отбрила десять лет назад? Это дерзкое создание. Пыталась поцеловать меня между бокалами мартини. Я хихикаю, прикрыв лицо. - О, Кира, я могу поклясться, что ты очень сильно ошибаешься. - В моих словах есть абсолютная убежденность, потому что они точны. Кара тревожно смотрит вниз. Она действительно слишком хороша. Для меня. Для Марджори. Для всех нас. Но особенно для меня. Кто я такая? Слишком старая мать-одиночка и ее босс. Это безумие. Не раздумывая, я беру ее за щеку. - Мне плевать на Марджори. Поверь мне. Я опускаю руку и смотрю, как она делает глубокий, дрожащий вдох. - Вы правильно назвали ее имя. - Она говорит это почти с удивлением. Я это сделала? О. Наверное, так оно и было. - Я бы хотела, чтобы вы и мое называли правильно. - Кара смотрит на меня в упор долгим, полным боли и надежды взглядом, и в этот момент я думаю, смогу ли я ей в чем-нибудь отказать. Если бы она попросила меня поцеловать ее прямо сейчас, я бы целовала ее до потери сознания. При этой мысли меня охватывает возбуждение, и я ненавижу свое предательское тело. О, я сделаю все, что она попросит меня прямо сейчас. Она понятия не имеет, какой силой обладает. Я вряд ли собираюсь делиться с ней этим. Вместо этого я выпрямляюсь и закатываю глаза. - Понятия не имею, что ты имеешь в виду. А теперь, если мы закончили трогательное общение, то по расписанию мы должны быть в конференц-зале номер два через десять минут. Сопровождай. Кара. Я отчаянно пытаюсь не думать о том, что, наконец-то, назвала ее имя, но ничего не могу с собой поделать. Сияющий свет на ее лице при звуке этих четырех букв мог бы питать Нэшнл-Сити целый год. Я отвожу взгляд, не в силах этого вынести.