Upon a crooked path / На извилистой дорожке

Кофе просто ужасный, а вчерашняя черствая булочка еще хуже, но Эмма этого почти не замечает. Она уставилась в монитор компьютера, в левой руке у нее уже почти забытый стаканчик с остывшим кофе, а в правой мышка, блондинка листает список имен, страницу за страницей. Интернет-кафе битком, воздух спертый и густой, наполненный убийственной смесью ароматов пота и горького кофе. Но за пользование компьютером тут берут совсем немного, и татуированный парень, работающий в этой забегаловке, совсем не против того, что она сидит здесь уже три дня подряд, оккупировав одну из его машин. В конце концов, она продолжает платить. Найти человека не так уж трудно, по крайней мере для того, у кого имеется такое прошлое, как у Эммы, но она понимает, что имеет дело с женщиной, которая не только не хочет, чтобы ее нашли, но и раз за разом доказывает, что находчива и до чертиков умна. Реджина исчезла, словно в воздухе растворилась. Пять дней назад они с Генри пришли в особняк мэра, и нашли только холодный пустой дом. Отопление было выключено, кладовая и холодильник пусты. Оставшаяся одежда в шкафу наверху была аккуратно разложена, но в ящиках комода ничего не было. "Мерседес" тоже исчез, лишь едва заметные следы шин вели к дороге и пропадали на проезжей части. Отчаянные мольбы Генри о том, чтобы она нашла его мать, были неизбежны, как и последовавшая за этим ссора с ее родителями. Дэвид и Мэри Маргарет твердо стояли на своем и вещали, что если Реджина Миллс покинула город, то это только к лучшему, и выбор этот бывший мэр и по совместительству Злая Королева сделала вполне осознанно. Эмма должна остаться в городе, стать опорой и поддержкой горожан и матерью Генри. Негоже ей пускаться в безумную погоню за злейшим врагом своих родителей. Как бы там ни было, Эмма уехала рано утром во вторник, пытаясь поймать след недельной давности. Она нашла "мерседес", тот был продан за наличные торговцу подержанными автомобилями в маленьком прибрежном городке под названием Хэмптон. Пятьдесят баксов развязали язык барыге, купившему машину. Это был крупный мужчина с редеющими волосами, и его интерес сразу угас, как только он понял, что она на самом деле не заинтересована в покупке автомобиля. На самом деле рассказал он не так уж и много, но этого было достаточно, чтобы понять, что она двигается в правильном направлении. Он поведал, что женщина, которая продала ему машину, казалась взволнованной, может быть, немного растерянной. Она забрала вырученные деньги и прыгнула в автобус, направлявшийся на юг. Он решил, что она сбегает от чего-то, возможно, от бывшего. На бумагах не было имени, только небрежно нацарапанная подпись, которую можно было интерпретировать как угодно. И вот Эмма направляется на юг, следуя по тому же маршруту, что и год назад, только в обратную сторону. Тогда она впервые вела свою обшарпанную подержанную машинку в сторону Сторибрука с намерением вернуть своего сбежавшего сына. Теперь же она сидит в интернет-кафе в Бостоне, где снаружи холодный зимний дождь отбивает ритм на стеклах окон, ест черствую булочку и продолжает искать. Все еще без особого успеха. Она рассеянно подносит кофе ко рту и делает глоток. Горький привкус наконец-то вывел ее из сосредоточенного транса, и она, нахмурившись, поставила стакан на стол. Отлепившись от монитора компьютера и сменив позу, она вздрагивает от боли в шее и спине. Ей нужно проветрить голову. И жизненно необходима нормальная еда. Она надевает свое мокрое зимнее пальто и натягивает на уши черную шерстяную шапку. Рассеянно помахав рукой парню за стойкой, она выскальзывает из кафе. У нее все еще нет зонтика, несмотря на то, что она постоянно напоминает себе купить его каждый раз, когда выходит на улицу, и поэтому она бежит, пытаясь спрятаться от ледяного дождя под любым козырьком, попадающимся ей на пути. Спустя пару минут ее джинсы промокли, а нос замерз, но в одной руке у нее два чили-дога, а в другой - горячий шоколад. Жить, определенно, становится веселее. Она спряталась под навесом цветочного магазина и слизывает с пальцев теплый острый соус, жутко довольная этим маленьким подарком судьбы. Мысли в ее голове бродят от темы к теме во время перекуса. Она вспоминает тот день, когда впервые увидела Генри на пороге ее крошечной квартирки на другом конце этого огромного города. То, как они с матерью оказались в ловушке в сказочной стране, провалившись в портал, появившийся из шляпы. Вспоминает Кору, что, естественно, тут же заставляет ее подумать о Реджине, а следом и о книге сказок Генри. А затем какая-то неясная мысль мелькает в ее голове. Она что-то упускает. Как пить дать. Она мчится назад в интернет-кафе, пытаясь понять, что не сходится, и лишь чуть морщится, когда горячий шоколад выплескивается из стаканчика, но не замедляет шаг. Мысли в голове толкаются, опережая друг друга. Когда она врывается в помещение, обнаруживает, что ее уютное местечко занято, и других свободных нет. Она топчется на месте, вода неприятно хлюпает в промокших насквозь ботинках, и нетерпеливо барабанит пальцами по бедру. Когда, наконец, освобождается место, она швыряет парню за стойкой двадцатку и мчится к компьютеру. Горячий шоколад забыт и потихоньку остывает в стаканчике, а Эмма лихорадочно листает списки недавно принятых на работу из штатов Мэн, Массачусетс и Вермонт. Эти списки, вообще-то, являются собственностью штата, и были получены не совсем законным путем, но ей повезло, что все еще имеются необходимые источники. Какая там частная жизнь. Все можно купить, главное - суметь заплатить необходимую стоимость. Она точно знает, что что-то проглядела. Какое-то имя маячит в ее голове. Что-то было прямо перед глазами, но она не обратила внимания. И... Бинго! Некая мисс Реджина Дэниелс начала работать в кафе "У Роузи" неделю назад. В описании ничего, за что мог бы зацепиться взгляд. Женщина, тридцать пять лет, не замужем. Ничего необычного, привлекающего внимание, за что можно было бы ухватиться. Эмма сначала и не обратила внимание на это имя, сотни Реджин было в списках, которые она штудировала. Жалобы в министерство здравоохранения, штрафы за превышение скорости, записи нанимателей на работу и сдающих жилье, даже списки умерших. Она искала что-то другое, возможно, загадку, которую нужно было непременно разгадать, и совсем не обращала внимание на имя, которое было постоянно перед глазами. Быстрый поиск в Гугл-картах выдал, что кафешка "У Роузи" не только находится в Бостоне, но и, вообще-то, всего в паре кварталов от того места, где она сейчас. Так близко, все это время она была так близко. Эмма рассмеялась в голос. Дождь на улице сменился мелкой моросью, ледяная пыль оседает на ее ресницах и посылает мурашки, противно ползущие вниз по шее и спине. Слишком сыро. Эмма ненавидит такую погоду, ненавидит сырость и холод. Она засовывает руки в карманы пальто и наклоняет голову, быстро моргая, чтобы вернуть четкость картинки. Сгущаются сумерки, на улицах оживленно, люди возвращаются домой этим унылым январским вечером. Похоже, настало идеальное время для посещения этой кафешки. Внутри помещения божественно тепло. Приятный аппетитный аромат супа и жареного лука доносится из кухни, что в дальнем конце зала. Эмме досталось место у самой стены, так как заведение переполнено. Похоже, местечко весьма популярное. Те хот-доги, которые она слопала уже почти час назад, надолго в желудке не задержались, поэтому она заказала тарелку супа. Когда заказ принесли, Эмма сделала глубокий вдох. Она почти забыла зачем она, собственно, сюда пришла потому, что наваристый домашний куриный бульон и хрустящая гренка источают просто божественный аромат. Но пока официантка не успела упорхнуть, Эмма как можно аккуратнее и непринужденно спрашивает о новенькой, дескать, не появилась ли у них недавно работница? Некая Реджина? Официантка, чей бейджик сообщает, что зовут ее Бэт, внимательно смотрит на Эмму. - Реджина сказала, что она недавно в городе и у нее нет друзей, - осторожно произносит она. - Конечно, у нее есть друзья. У всех есть друзья. - Эмма выдает свою самую очаровательную улыбку. Она наклоняется вперед, ставит локти на столешницу и упирается подбородком в кулак. Поза обезоруживающая, просто предложение одной подружки поболтать с другой. Раньше срабатывало, не подвело и теперь. - Агаа, она милашка. - Бэт теперь улыбается. - Она работает по утрам, до обеда. Немного медлительная, но сладенькая, как сахарок. На мгновение Эмма думает, что это не та Реджина, которую ищет она, ведь, "милашка" и "медлительная" - это последнее, что можно было бы сказать про женщину, которая растила ее сына. Но нет, чутье Эмму подвести не может, а она привыкла доверять своей интуиции. - Спасибо. - Она снова улыбается, затем показывает на свою тарелку с супом. - Пахнет просто восхитительно. Ужасно хочу попробовать. Официантка Бэт намек понимает и отходит к другому столику. Эмма отправляет ложку густого бульона в рот. Он горячий и тут же обжигает ей язык, но, божечки, оно того стоит. Она тихо стонет от удовольствия. Она знает, где будет завтракать. Должно получиться. ххх В крошечном номере мотеля имеется душ-кошмар клаустрофобика, ограниченная подача горячей воды и отсутствует фен. Эмма собирает мокрые волосы в конский хвост и натягивает шляпу на уши. Не забывает прихватить и пушистые варежки по пути на улицу. До закусочной всего восемь кварталов и Эмма прибавляет шаг. Температура снова упала, возможно, где-то около нуля, но слабое зимнее солнце пытается пробиться сквозь серые облака. Эмма чувствует себя примерно так же, как это солнце, оптимизм не бьет через край, но присутствует. Она надеется, что найдет Реджину сегодня утром, парой слов убедит женщину в том, что сын скучает по ней и нуждается в ней, и они обе вернутся в Сторибрук к вечеру. План так себе, но Эмма думает, что сориентируется по ходу действа. Она занимает то же место, что и вчера вечером. Яркие лучи солнца настырно пробиваются сквозь стекло, освещая пылинки, лениво плавающие в воздухе, и впервые за долгое время Эмма чувствует, что согревается. Она запихивает варежки и шапку в карман пальто и осматривается. Объекта ее поисков не видно, поэтому она хватает меню и изучает варианты. Возможно, удастся и позавтракать до того, как они уедут. Официантка появляется рядом с ее столиком, улыбаясь дружелюбно и широко. Эмма заказывает яйца, бекон и тост на завтрак, затем захлопывает меню и отдает его официантке. Она встречается с женщиной взглядом, и у нее тут же перехватывает дыхание. Это Реджина. Но и не совсем она. Волосы убраны в аккуратную французскую косичку. Ни грамма макияжа на лице, и выглядит она на несколько лет моложе. Карие глаза излучают тепло, а белоснежная улыбка искренняя и мягкая. И на ее лице нет ни малейшего намека на то, что она узнала Эмму. Просто официантка улыбается посетителю. Эмма не может удержаться и выдыхает: "Реджина?" Женщина сразу закрывается, взгляд на мгновение становится жестким, в нем читается подозрение, которое моментально придает чертам лица такое знакомое выражение. Но почти сразу меняется, и женщина кажется искренне удивленной. - Извините, мы знакомы? - Она говорит неуверенно, немного испуганно, ее голос более высокий, отличается от того хриплого, низкого и уверенного, к которому Эмма привыкла. И Эмма понимает, что просчиталась. Да, она знает, что случилось с Чихуном, гномом, который пересек черту города и вернулся назад аптекарем. У него не осталось ни единого воспоминания кроме тех, что дало проклятие. Но то было проклятие, наложенное самой Реджиной. Она же не была его жертвой. Если у нее были воспоминания об обоих мирах, Эмма полагала, что она сохранит их и после того как пересечет черту. Но, очевидно, это не так. И на Эмму обрушивается осознание. Реджина намеренно сделала так, чтобы ничего не помнить. Она хотела забыть боль. Оборвать все связи и начать с чистого листа. С нуля. Она не просто сбежала из Сторибрука, она сбежала от своей прошлой жизни. Эмма слишком долго ничего не отвечает, и теперь брюнетка снова смотрит на нее с подозрением. Бля. Приходится изображать саму невинность, давненько она занималась подобным. Она улыбается, откидывается на спинку стула, чтобы выглядеть как можно безобиднее. Опускает подбородок и хлопает ресницами, глядя на женщину снизу вверх, нацепив извиняющуюся улыбку. - Оу, нет, - отвечает она, стараясь казаться беззаботной. - Я просто вчера болтала с Бэт, вот и все. - Как удачно она запомнила имя. - Она сказала, что у них появилась новенькая. Она сказала, что ты милая и очень хорошо справляешься. Она, конечно, преувеличивает, но похоже ее слова возымели должный эффект, и черты лица брюнетки снова смягчаются. - О. Тогда ладно. - Голос звучит мягко и чуть дрожит. Официантка одаривает Эмму уже не такой искренней улыбкой, как ранее, выпаливает: "приятного аппетита", и убегает на кухню. Эмма наблюдает за ней, за ее девичьей походкой и подпрыгивающей в такт шагам косичкой, не может сдержать эмоций и бормочет под нос ругательство. Ебать. Вот теперь ее миссия нехило так усложнилась. ххх Снаружи все то же зимнее бледное солнце, его лучи бликуют и отражаются от бесконечных рядов окон офисных зданий. Свет уже не кажется приятным, он резкий и ослепляющий. Издевательство какое-то. У Эммы начинает больно пульсировать в голове. - Твою мать. - Теперь вслух выражается она. И что теперь?