Upon a crooked path / На извилистой дорожке

В воскресенье днем в баре тихо, лишь двое мужчин играют в бильярд, и две дамы сидят за стойкой. Эмма пьет пиво, а Реджина мучает бокал красного вина, на заказе которого тоже настояла блондинка. - Тебе понравится, - пообещала Эмма и к своему удивлению Реджина поняла, что так и получилось, ей очень понравилось. Реджина делает еще один глоток из своего бокала и задумчиво смотрит на женщину, сидящую рядом. Они быстро стали друзьями, возможно, слишком быстро, но как она может судить? Ее жизнь полная неразбериха. Она знает, как зашнуровать ботинки и подать чашку кофе, но в голове ни малейших воспоминаний о том, как она этому научилась. Абсолютная пустота вплоть до того момента, как она обнаружила себя за рулем автомобиля, одиноко мчащегося по пустому извилистому шоссе. Она сразу продала машину. То, что она не задумываясь может управлять этим чудищем жутко напугало. Она могла перечислить, как называются детали автомобиля, могла завести его и начать движение, и с ужасом осознала, как легко было бы просто нажать на газ, дернуть руль вправо и покончить с жизнью раз и навсегда. Но она должна была следовать инструкциям, четким почерком написанным в письме, и двигаться вперед. Что она и сделала. Она продала машину и запрыгнула в ближайший автобус, наблюдая затем в окно за незнакомыми окрестностями. Или эта местность должна быть знакомой? Возможно, она уже сотни раз проезжала здесь? Кто бы знал. Поэтому, может, и нормально то, что она быстро заводит друзей. Только еще одну женщину она могла бы назвать своим другом, и это Бэт, официантка из кофейни. Они менялись за два часа до начала обеденного времени и иногда, когда было спокойно, могли поболтать о том о сем. Ну, в основном говорила Бэт, а Реджина слушала. О чем могла рассказать Реджина? Но Бэт была матерью одиночкой с тремя детьми школьниками, поэтому они никогда не встречались за пределами работы. И кроме нее и посетителей кафе, Эмма была единственной, с кем разговаривала Реджина. Эмма еще не спрашивала о ее прошлом, за что брюнетка была благодарна до слез. Кроме того казалось, что блондинка хочет просто общаться с ней, и Реджина с удивлением обнаружила, что сама желает того же. Теперь она старается накапливать воспоминания, день за днем, и они дарят комфорт, что-то, о чем она иногда может подумать, когда не спится. Чтобы чувствовать что-то знакомое, когда она, например, идет по улице. Это придает уверенность, и защиту. Бэт как-то спросила ее о прошлом, когда она только начала работать в кафе. Те невнятные слова, которые Реджина смогла выдавить, вызвали у Бэт жалостливое выражение на лице, и стало понятно, что официантка думает, что Реджина сбежала, от партнера, распускающего руки, или какой-то передряги. И, возможно, так и было. Она честно не знает. Вдруг ее осеняет, что нормальные люди обычно задают друг другу вопросы, поэтому она откашливается и пробует это осуществить. - Эмма, - тихо начинает она. Блондинка увлеклась баскетбольным матчем, трансляция которого идет по телевизору, висящему за баром, и на мгновение показалось, что та не слышит, что ее позвали по имени. Но Эмма медленно переводит взгляд на Реджину, и когда серые глаза встречаются с карими, на губах брюнетки появляется невольная улыбка. Реджина уже узнала, что эта женщина абсолютно непредсказуема. Она одновременно сильная и нежная. Может быть внимательной и доброй, а через мгновение уходит глубоко в свои мысли. У нее решительная походка, и, кажется, что ей абсолютно все равно, что на ней надето, но у нее потрясающие глаза, замечательные скулы и очень красивая улыбка. Эта самая улыбка сейчас прячется в уголках губ блондинки в то время, как она с любопытством изучает Реджину. - Мм? - Все, что та отвечает, и Реджина вдруг осознает, что пялится. Она чувствует, как ее щеки заливаются румянцем, поэтому быстро опускает взгляд на свой бокал вина, чтобы окончательно не потерять самообладание и суметь озвучить свой вопрос. - Просто интересно, я не спрашивала тебя раньше, - она с трудом подбирает слова, но не останавливается. - Ну, то есть, где ты работаешь? - Работаю? - Блондинка выглядит ошарашенной, и Реджина думает, что спросила что-то неподобающее. Возможно, та богата, может, ей вообще не нужно работать? Может, она как раз сейчас в поисках работы? Эмма отводит взгляд, и Реджина видит, что блондинка задумалась, возможно, прикидывает, как лучше ответить. Через какое-то время она все же заговаривает. - Я работаю в правоохранительных органах. Если конкретнее, я - шериф. Застенчивая улыбка, сопровождающая это заявление, вызывает странный трепет в груди Реджины. И вдруг ей захотелось узнать эту женщину, по-настоящему узнать ее. - Ты и сейчас на работе? Именно поэтому ты в Бостоне? - Скорее, наоборот. - Признается Эмма. Кончиками пальцев она поглаживает запотевшие стенки своего стакана. - Я... в отпуске, наверное. - О. Значит... ты здесь не живешь? - Сердце Реджины уходит в пятки, женщина близка к панике. Неужели, она ее бросит, когда Реджина, наконец, нашла себе друга? - Нет. - Ответ короткий и резкий, и Реджина невольно опускает взгляд на свое рубиновое вино. Внезапные слезы появляются на ее глазах, и она яростно моргает, пытаясь всеми силами не расплакаться. Блондинка наклоняется, и Реджина чувствует, что та пытается поймать ее взгляд. Она намеренно не поднимает голову потому, что знает точно, что Эмма с легкостью прочитает все, что отражается сейчас на ее лице, а она до чертиков смущена тем, как сильно отреагировала. - Эй, я никуда не собираюсь в ближайшее время, слышишь? - Голос Эммы нежный и добрый. Паника постепенно уходит, а в груди разливается тепло. Откуда эта женщина знает, как правильно подбирать слова? Реджина делает глубокий вдох, поднимает голову и тут же теряется в глубине серых глаз. Она кивает, шепчет: "хорошо", и пытается сообразить, какой еще задать вопрос, чтобы не попасть впросак. Нужно продолжать беседу. Именно так должны вести себя нормальные люди. Люди, у которых есть прошлое и воспоминания, друзья и семья. - У тебя есть семья? - Спустя пару минут спрашивает она. - Там, откуда ты приехала? Кажется, что вопрос пугает блондинку, она хватает картонный подстаканник и нервно постукивает им по стойке. Проходит несколько минут, прежде чем звучит ответ, и этого времени хватает Реджине, чтобы задуматься о том, почему этот вопрос может быть сложным. - У меня там родители, - наконец, выдает она. Эмма немного запинается, и Реджину внезапно осеняет, что несмотря на то, что у них совсем разные пути, прошлое этой женщины не менее сложное, чем отсутствие оного у Реджины. Она до такой степени довольна внезапным открытием, что почти не слышит, как Эмма продолжает. - … и мой сын. - У тебя есть сын? - Удивленно ахает Реджина. Она вспоминает Бэт и ее трех сорванцов, то, как официантка всегда торопится домой, чтобы поскорее забрать их у няни, и вопрос сам срывается с ее губ. - Почему ты его оставила? Серые глаза сразу темнеют, взгляд становится холодным и мрачным, и Реджина сразу же жалеет о том, что не сдержалась. Но мгновение спустя лицо блондинки проясняется, и она пожимает плечами. - Вообще-то, я здесь как раз по его просьбе. - Она поднимает руку. - Не спрашивай, - говорит она, и Реджина медленно кивает. - Я узнала о нем чуть больше года назад потому, что отдала на усыновление, и сейчас он с моими родителями. Именно там ему лучше оставаться... по крайней мере, в данный момент. Реджина понимает, что не все так просто в этой истории, но каким-то шестым чувством осознает, что не стоит давить. Она неуверенно протягивает руку. Блондинка слегка напрягается, когда она касается ее предплечья, но Реджина аккуратно сжимает его, и Эмма расслабляется и слегка улыбается ей. Брюнетка кивает, жутко довольная собой от того, что, наконец, правильно поняла, как себя нужно вести и меняет тему. - Хочешь еще пива? - Как можно беззаботнее спрашивает она и показывает на почти пустой стакан Эммы. Блондинка секунду размышляет, а затем пожимает плечами. - Ага, было бы неплохо. И Эмма, шериф, мать маленького мальчика приподнимается и машет бармену, протирающему столы в полупустом заведении. В груди Реджины снова появляется странное тянущее чувство. Неужели это влечение? - Удивляется она.