Кагуцучи

* * *

Где-то глубоко под землёй…       Корень… Корень дерева, корень растения, корень организации, корни семьи, корни истории… У этого слова много значений, много «пользователей»: корни могут находиться в земле, над землёй, могут быть людьми. Однако у всех этих значений имеется один-единственный общий признак: в любом известном случае корни являются ничем иным, как основой чего-то… Растений или семей, организаций и жизни. Абсолютно вся жизнь понимает, что корни — это её основа — то, без чего она не может существовать. Ведь корни — это знак стабильности, процветания, уверенности в том, что земля внезапно не «уйдёт из-под ног».       Давным-давно, около четырёх десятилетий назад, славный ученик Второго Хокаге, Тобирамы Сенджу, Сарутоби Хирузен вступил в должность Хокаге, став известен, как Сандайме Хокаге. Хирузен правил достаточно долго и был известен своей мягкой натурой, из-за чего порой другие Каге пользовались этим, с целью выбивания выгоды для себя. В целом, правление его было не слишком удачным, на его веку и по его вине произошло: понижение боевой мощи Конохагакуре, вследствие двух Мировых Войн, в которых деревня принимала очень активное участие, частичные потери территорий, да и сейчас, в общем-то, боевой потенциал селения достаточно низок из-за отправления на войну юных членов различных кланов, где те помирали, словно мухи.       Таково было мнение Данзо Шимуры — давнего товарища Третьего Хокаге, а впоследствии и главы секретного отделения АНБУ Конохи — Корня или же АНБУ «Не». Этот человек мог воистину считаться патриотом своей деревни — истинным её сыном. Благодаря своим навыкам и действиям он сумел занять высокое положение в деревне, благодаря чему совершать то, что по мнению самого Данзо приносило благо деревне, стало намного легче.       Под его руководством «Не» успел совершить множество действий, которые в потенциале должны были принести Конохе пользу. И ему было абсолютно плевать на то, что его методы были чересчур радикальными: скрытые проникновения, убийства, диверсии и нападения — таковы были методы Шимуры Данзо. На его плечах лежали множество интриг: от убийства личностей, угрожавших безопасности деревни, и заканчивая развязыванием целой Мировой Войны, в ходе которой огромное количество шиноби Конохи были убиты по вине Сарутоби Хирузена.       Однако таково было мнение Шимуры о самом себе. Он никак не мог в упор заметить, что большая часть его действий, так или иначе, приносили лишь вред деревне. Перед самим собой и подчинёнными он прикрывался тем, что всё, включая развязывание Третьей Мировой Войны, попытка покушения на Сандайме Хокаге и нападение на Акацуки с целью заполучить мощь Риннегана — всё это ради блага деревни. Тем не менее у него была ещё одна цель, помимо защиты Конохи, ради которой он и творил все эти злодеяния — Шимура Данзо завидовал своему другу Хирузену Сарутоби, ведь именно его выбрал Второй в качестве преемника!       «Почему не я?!» — всё время твердил он себе, тайком посматривая на мягкосердечного Сарутоби, из-за которого деревня стала слишком слаба. Будь он на месте Третьего, сейчас бы у ног Конохи уже лежал весь мир!       Он прожил все эти сорок лет, вынашивая глубоко в своей душе это желание, крепко сшитое с завистью и злобой. Шимура терпеть не мог одно даже понимание того, что творит Сарутоби. Его правление — сплошной вред. За примерами даже ходить далеко не нужно: ученик Третьего, Орочимару, самый настоящий вундеркинд, стремящийся заполучить бессмертие в ходе бесчеловечных экспериментов. Хотя по факту, «материал» для исследований Саннина предоставлял ему именно Данзо, так как видел в этом огромный потенциал. Однако в скором времени Хирузен поймал Орочимару с поличным и позволил тому, из-за своей мягкости, уйти, нарушив все планы Змеиного Саннина. В тот момент, экспериментатор окончательно отвернулся от Листа, возгорев желанием уничтожить его за создание помех в его целях. Таким образом, своими действиями он создал очередную опасность для Конохи, с которой даже «Не» разобраться пока не смог.       Однако в данный момент у Данзо были совершенно другие мысли. Ему было абсолютно не до этого. Последняя глобальная миссия Корня завершилась успехом — Учиха Итачи вырезал весь свой клан, оставив в живых лишь своего младшего брата. Ныне нукенин заставил Данзо откреститься от идеи совершать что-либо с Саске, отчего главе «Не» было очень неприятно.       Но дальше — больше. Хирузен сумел каким-то неведомым образом выведать о том, что Корень проявлял участие в истреблении Учиха Ичизоку, после чего официально распустил «Не», поставив все сорокалетние труды Шимуры под угрозу уничтожения. К счастью для последнего, Третий вновь оказался слишком мягким, чтобы убить своего давнего друга за предательство. Однако всё же поставил условие, что отныне Шимура должен делать лишь то, что пойдёт на благо деревни.       Сарутоби думал, что это отличное разрешение ситуации… Однако у Данзо всегда были своеобразные взгляды на «полезные для деревни действия».       И пускай официально Корень был распущен, однако члены организации всё ещё были целиком преданы своему бывшему лидеру. Таким образом, Корень переместился глубоко под землю, став полностью подпольной организацией.       Совсем недавно на столе Шиноби но Ями появился очередной отчёт об наблюдении за Оружием Деревни, джинчурики, имя которому Узумаки Наруто. Данзо терпеть не мог этого мальчишку — одним своим существованием он перемешивал ему все карты. В планах у главы «Не» было вырастить мальчишку нелюдимым, озлобленным и чрезвычайно легко внушаемым. Но проблемы начались с самого начала — при попытке создать закладки на развитие мальчика, член Корня из клана Яманака потерпел неудачу, ментальная защита мальчика оказалась чрезвычайно плотной и сложной. Специалист говорил, словно в мальчике оказались сразу два разума: один из них был совсем юным и был такой, какой предсказывали менталисты, а другой был намного старше и, соответственно, гораздо устойчивее к установке закладок, отчего последнее было невозможно. Тогда специалисты наплевали на это и установили закладку на разум помладше, однако дальше произошло нечто: закладки любой сложности моментально стирались, словно пихались на взрослого человека. Яманака лишь разводил руками, ведь сделать хоть что-то не представлялось возможным, словно два разума были скрещены. Догадка о том, чей был второй разум пришла тут же: Девятихвостый. Демон сумел помешать Конохе даже тут.       В связи с тем, что из джинчурики тупого болванчика сделать не получилось, пришлось всячески влиять на население и статус мальчика в деревне. «Не» распустил правду о том, что мальчик является носителем Лиса. Деревня тут же обернулась против мальчика, всячески ущемляя его и заставляя того биться в истериках. Однако и тут произошло нечто: постепенно мальчик перестал обращать на это внимание — ему всё ещё не были понятны мотивы ненависти, по отношению к нему, однако моральное давление перестало на него работать.       Аналитики бились головой об стены, не понимая причин такого поворота. В недоумении был весь «Не».       Однако дальше всё стало ещё хуже — мальчик неожиданно стал крайне быстро прогрессировать в плане образованности. Список книг, что он брал из библиотеки поражал своей длиной — мальчик много читал и стремился к знаниям и различным умениям. Тупое оружие перестало быть тупым. И помимо этого, парень начал догадываться о своём сожителе.       Но то, что произошло дальше полностью завернуло все планы Шимуры в трубочку и выкурило на балконе — мальчик оказался самым настоящим гением, чуть ли не превосходящим в гениальности своего отца — Минато. Скорость развития поражала наблюдателей, да и самого Данзо тоже. Мальчик освоил все академические техники за первый год поступления в Академию, однако притворялся идиотом и неучем.       Вскоре пацан освоил первые нормальные ниндзюцу и даже создал свои в ДЕСЯТЬ лет! Разумеется, произошло это при содействии его учителя — Ируки Умино и, изредка, Хаяте Гекко, людей верных Хокаге, отчего Хирузен был прекрасно осведомлён о истинной силе мальчика. Даже более — он активно помогал его развитию, пускай и через посредников: увеличенное пособие, постепенное улучшение репутации мальчика (пускай она и до сих пор негативная), дорогущая чакропроводящая катана из страны Железа, которую ему преподнёс Умино. Что удивляло ещё больше, так это то, что остальные советники так и не узнали об этом.       «Всё же Обезьяна может в политику, когда ему что-то нужно», — думал Шимура, листая отчёты.       Все планы главы «Не», по отношению к джинчурики, были сорваны. Умный джинчурики, осознающий свою роль, да ещё и неконтролируемый — это ужасный джинчурики, которого нужно устранять. Препятствует этому лишь две вещи: «Не» вне закона и повторное запечатывание Лиса проводить не в кого — нормально контролировать Лиса могут лишь Узумаки. Хорошо хоть, что фуин клана всё ещё были в архивах «Корня».       Однако недавно вскрылся факт ещё хуже… Итоги разжигания ненависти у жителей по отношению к мальчику удручали. Согласно статистике и предсказаниям аналитиков и психологов, мальчик должен был проникнуться идеей заставить жителей деревни признать его, тем самым повышая его стремление верно служить Конохе, а значит и её жителям, благодаря чему можно было не опасаться за возможность мальчика выпустить Лиса прямо в родной деревне. Однако… Аналитики вновь ошиблись: у мальчика не появились нужные мысли, даже наоборот оружие начало относиться к деревне с неким холодом. Разумеется, никаких открытых или косвенных признаков того, что мальчик хочет как-либо навредить деревне, пока не было. Однако... Как говорится: Корень действует на опережение.       Данзо раздумывал над этой проблемой достаточно долго. Надежды на возвращение контроля над джинчурики ещё были. Однако их было мало и основными их символами были лишь два плана, причём один из них был крайне рискованным, отчего вероятность его успешного выполнения крайне низка.       «Иного выхода нет…»       Шимура из-за стола достал один из секретнейших документов во всей Конохе. Его название, за исключением самого Данзо, никто не знал, ведь это было ничто иное, как его главный секрет.       Раскрыв секретный документ где-то на середине, Шимура взял в руки ручку с особыми чернилами, после чего начал неспешно выводить символы своим резким, словно его характер, почерком.       После окончания записи, Данзо Шимура перечитал написанное и кивнул себе, после чего положил документ обратно в скрытый сейф.

«П#1 — Воспрепятствовать любому перемещению джинчурики за пределы деревни. Разрешаются ЛЮБЫЕ методы, за исключением тех, что могут навредить деревне».

* * *

      Со дня моего одиннадцатого Дня Рождения прошло ещё полтора года. Я ужасно сдал экзамены за второй учебный год, жёстко тренировался летом, из-за чего сумел выйти на уровень «элитного» генина за год до окончания Академии, а ещё справил своё двенадцатилетие, причём я последовал собственному слову, и устроил праздник у себя дома. К счастью, никаких инцидентов, в ходе которых моя квартира могла быть уничтожена, не было, так что я с чистой душой мог сказать, что День Рождения прошёл, как по маслу.       За это время моя внешность несколько изменилась: я стал куда более мускулистым, черты лица стали менее детскими, на щеке появился первый шрам, полученный в ходе неаккуратного эксперимента: я попытался провести огненную чакру через свою катану из обычного металла, а не чакропроводящего, из-за чего клинок, выдержав лишь десять секунд огненной «подпитки», попросту взорвался, а один из его осколков болезненно прошил мою щёку, оставив на лице внушающий шрам. Волосы стали чуть подлиннее — теперь они доставали до мочек ушей, но при этом не теряли своего «хулиганского», взъерошенного вида. Так что если не вдаваться в подробности, то это все видимые изменения.       В боевом плане я вновь повысил свой уровень сил, мой объём чакры значительно вырос, а также повысилась высота планки, к которой я теперь стремлюсь. Ни одной новой техники я так и не выучил — попросту не было свитков или людей, которые знали бы интересные техники. Так что я был вынужден всеми силами улучшать то, что у меня уже было. Я, наконец, до идеала отточил «Огненный Шар» и смог-таки сделать из «Воздушных Волн» — «Воздушные Лезвия», заточив спрессованный воздух, отчего теперь в моём арсенале было теперь две по-настоящему смертоносных техники, которых в целом я могу использовать штук одиннадцать до наступления полного чакроистощения.       Не стоит забывать и про тайдзюцу, в котором я также стал намного опаснее, ведь теперь мой «Частичный Режим Инферно» мог поддерживаться без прерывания целых пятнадцать минут, а если использовать нормальный «Режим Инферно»*, то я мог продержаться до трёх минут. Плюсом к этому, сама температура пламени значительно выросла, отчего и урон от попадания также возрос. Теперь попадание в дерево кулаком, облачённым в «Инферно» и усиленным чакрой, оставляло достаточно большую опаленную вмятину, глубиной пять сантиметров. В общем, теперь я в ближнем бою был ОЧЕНЬ опасен. Я даже удивлён, что никто до этого не додумывался до того, чтобы целиком облачаться в огонь — это же так удобно!       Помимо этого, я добился больших успехов в сюрикендзюцу — теперь вероятность моего промаха была крайне низкой даже в движении при активном использовании чакры. Короче, я теперь, можно сказать, снайпер.       В кендзюцу я продолжал активно тренироваться по наставлениям Хаяте и редким спаррингам с ним. Обычно наш урок проходил так: у нас был спарринг, разбор полётов, демонстрация со стороны сенсея нужных мне движений, потом я делал заметки в блокноте, после чего начиналась отработка, в то время, как Гекко таинственно исчезал. Удивительно, но эта методика оказалась на удивление эффективной по отношению ко мне — со временем я смог нехило прокачать свой собственный стиль, добавив в него нотки агрессивности, резкости и жёсткости, благодаря чему потенциал в атаке также скакнул вверх.       Наверняка многие зададутся вопросом: как я тренировался в кендзюцу, если у меня клинок взорвался? Очень просто, стоит заметить. По началу я просто взял… И купил себе новую катану, к сожалению обычную, из-за чего практиковаться в использовании чакры совместно с клинком не выходило. Однако в мой двенадцатый День Рождения произошло чудо: Ирука, заметив мою проблему, решил подарить мне на именины самую настоящую катану из чакропроводящей стали, причём жутко дорогую! В момент вручения подарка, я был готов просто взять и наброситься на сенсея с целью расцеловать его с головы до ног — настолько я был рад! Чёртов Ирука умудрился удивительно точно догадаться о моей наибольшей проблеме.       Так что сразу же после того, как я обзавёлся нужным оружием, я начал практиковаться в этом нелёгком деле: проведении стихийной чакры через клинок. К слову, до конца этой техникой я так и не овладел — пока заставить клинок «загореться» у меня получается лишь изредка, притом на недолгое время, отчего я был собой несколько недоволен. Считайте, что у меня жизнь полноценного шиноби начнётся через пару дней, а по плану я должен успеть овладеть этой фигнёй до финального экзамена…       Да… Завтра стартуют долгожданные выпускные экзамены в Академии. Боже, как же я рад этому — всё же я ждал этого момента все три года со дня моего поступления сюда. Подходят к концу все эти нудные лекции, уроки, тесты, экзамены и никчёмные спарринги — даже всерьёз подраться нельзя! А почему? Потому что мы ещё дети — мы не должны сильно калечиться во время тренировок. Ага, поверил, вспоминая при этом количество моих ссадин и порезов после каждой тренировки с Хаяте-сенсеем.       На самом деле, примерно год назад произошло ещё одно событие, ужасное и кровавое в своей сущности: в одну из ночей, когда на небе сияла полная луна, неизвестный убийца заявился в квартал Учиха и вырезал ВСЕХ его обитателей. Я немногое знаю о Шарингане — уникальном Додзюцу Учиха — однако могу с уверенностью сказать, что сам клан до этого момента являлся сильнейшим во всём мире. Так что в тот момент было предельно ясно — тот, кто сумел вырезать весь Учиха Ичизоку, невероятно силён. Днём позже оказалось, что один член клана всё же выжил — это был хорошо знакомый мне Учиха Саске — мальчик, занимавший по популярности у противоположного пола первое место среди остальных учеников. Я без понятия как это работает, однако после убийства всего его семейства его «рейтинги» резко подскочили вверх. Но парню от этого было нисколечко не лучше — такого подавленного состояния я вообще давно не видел. Когда я стоял рядом с ним, у меня вовсе возникало ощущение, словно сбоку от меня стоит не человек, а некая нежить — внешность и вообще окраска чакры мальчика показывала это очень отчётливо, а последнее это уже очень сильное доказательство, ведь сенсором я был не очень классным и обыкновенно цвет чакры я различать не мог. И тут такое!       На самом деле, мне было очень жалко парня. Я без понятия какого ему было на самом деле — за обе мои жизни я родителей в сознательном возрасте ни разу не терял. Однако представить себе это я мог прекрасно… И это ужасно…       Спустя некоторое время после произошедшего внезапно выяснилась личность виновника в уничтожении целого клана — Учиха Итачи, брат Саске. Как только я услышал это, весь пазл сложился целиком: Итачи по каким-то причинам вырезал весь клан целиком, включая свою семью, оставив в живых лишь своего младшего брата. Причём не ясно почему: то ли у него были долгосрочные планы на него, то ли просто решительности не хватило.       Так что по истечению этого события в мире стало на одного нукенина больше, причём очень сильного, а брат этого нукенина резко изменил свой характер с заносчивого, улыбчивого и несколько высокомерного на угрюмого, злого и ОЧЕНЬ высокомерного.       Однако с Саске я особо знаком не был. По началу, после его поражения от моих рук, он достаточно сильно интересовался мной, но лишь в качестве того, на кого равняться можно. Чуть позже, из-за успешного воплощения в жизнь моего плана «Как Предстать Неудачником», Саске перестал за мной наблюдать и начал считать меня тем, кем я «хотел» быть. Он выигрывал меня в спаррингах, насмехался порой надо мной и смотрел на меня, как на мусор. Я, чтобы выглядеть более правдоподобно, бесился из-за этого и звал его на реванш, однако едва тот соглашался — тут же «сливался».       В данный момент, меня действительно радовало то, что я с парнем был не особо-то и знаком, ведь в противном случае мне пришлось бы его утешать и набирать себе проблем, чего я, конечно же, не хотел.       Впрочем… Одни даже мысли об этом уже заставляли мою голову болеть так, словно по ней молотом дали. Хотя на самом деле, голова у меня сейчас стала на удивление много болеть, причём от этого не помогали ни отдых, ни тренировки. Так что сегодня я решил последовать давнему совету своей мамы: если ни с того, ни с сего болит голова — иди на природу.       Удивительно, но это и вправду помогает! Мысли в голове постепенно рассасываются, пока я слушал журчание реки, щебет птиц, как шелестят листья на деревьях, пока солнечные лучи приятно грели меня, лежащего на берегу небольшой речки, протекающей совсем рядом с деревней.       Это место я нашёл абсолютно случайно: просто вышел за ворота, после чего попетлял по лесу и вышел к речке, где решил слегка передохнуть. Однако место было столь чудесным, что я прямо тут и устроил себе отдых: полежал, позагорал, покупался. Просидел так час, после чего нудящая боль в висках, наконец, прошла, однако с места я так и не сдвинулся.       Ещё через полчаса я вспомнил, что у меня ещё остались дела в деревне: я хотел купить себе пару рулонов бинтов, а то мои, домашние, уже закончились. Вставать с тёплого песочка было ужасно лень, а понимание того, что теперь нужно тащиться обратно до деревни и вовсе заставляло выть от несправедливости. Однако я всегда был человеком волевым, поэтому заставить себя поднять задницу, всё же смог.       Быстро забравшись на самое высокое дерево поблизости, я определил, из какой стороны я пришёл, после чего неспешно двинулся в нужном направлении. Времени у меня было предостаточно, так что я решил просто прогуляться, а не бежать, сломя голову. Хотя… Можно было бы воспользоваться Шуншином и добраться до ворот намного быстрее, но… Лень, матушка лень. Так что следующие пятнадцать минут я, насвистывая себе под нос незатейливую мелодию, шёл сквозь, казалось бы, нескончаемый лес.       Как вдруг:        — …ерен? … мару-сама… чего… не сможешь… — внезапно я услышал голос какого-то незнакомца.       «Хм?» — подумал я, беззвучно забравшись на дерево, после чего аккуратно приблизился к двум беседующим людям. Один из них был мне абсолютно точно незнаком: светлые волосы, странная камуфлированная одежда и подобие на бандану, натянутое на лицо. А вот вторым человеком оказался Мизуки — сенсей из Академий, ставящий фирменный стиль тайдзюцу юным ученикам. Вот его появлению я был ОЧЕНЬ удивлён. Ведь я у себя в голове отметил то, что в целом он добрый, усердный тихоня, да ещё и слабоват — как по мне, Ирука посильнее его будет.       Так что я, притихнув, продолжил своё любимое занятие: подслушивание.        — Не беспокойся, всё пройдёт так, как надо, — заверил неизвестного Мизуки. — У меня будет помощник.       Очкарик ошеломлённо дёрнулся, едва не упав.       — Ты что, идиот?! Ты ещё кого-то решил уведомить о нашем плане?! Ты вообще головой думаешь, а, Мизуки?! А если он Хокаге доложит?! — грозно зашипел на одного из моих учителей ноунейм, оглянувшись по сторонам. — А если АНБУ уже у нас на хвосте?!       Мизуки лишь усмехнулся.       — Ты что, серьёзно думаешь, что я настолько глуп?! Посвящать кого-то в свои планы в такой ситуации решится только идиот! — слегка разозлился Мизуки, оскалившись на своего собеседника.       Неизвестный лишь хмыкнул, состроив недовольное выражение лица.       — Тогда что это за помощник?       — Да так, есть тут один паренёк… Его зовут Узумаки Наруто, и он… Слишком туп и неумел… — задумчиво ответил Мизуки, посмотрев куда-то в небо. — Впрочем, это не твоё дело — тебе лишь нужно доложить ему, что свиток вскоре будет у меня.       Очкарик сложил руки на груди, выставив одну ногу вперёд.       — Угу, не моё… А ничего, что если ты провалишься, то Орочимару и мне голову отвинтит?! И ты прекрасно знаешь, что от этого змея даже не отвертеться! А всё из-за тебя! — «вспыхнул» он, начав тыкать Мизуки в грудь.       Орочимару? Тот который один из трёх Великих Саннинов Конохи? Чёрт, разговор становится всё интереснее и интереснее! Не зря я всё же решил пешкодралом идти. Более того, у нас тут, наверное, что-то противозаконное готовится, впрочем, если вспомнить, что данный Саннин и вовсе является нукенином, то эта гипотеза мгновенно становится правдивой.       Однако мне всё же кое-что непонятно — какого чёрта здесь забыл Мизуки, он же вроде до этого никак не был связан со Змеиным Саннином?       — Хватит! — неожиданно резко ответил Мизуки, отбив от себя руку неизвестного. — Всё будет нормально, успокойся уже!       — Уверен? — ещё раз спросил очкарик, после недолгого молчания. — Если провалишься, то я тебя и на том свете достану!       — Абсолютно. Вали уже отсюда! — раздражённо сказал Мизуки. — Припёрся ко мне, ничего сложного не делает, а ещё и командовать тут мне вздумал! Коли такой умный, может сам свиток заберёшь?!       — Ладно-ладно, не горячись! — помахал руками неизвестный, — Просто нервы, понимаешь?       — Ага! Нервы у него… — буркнул Мизуки. — Бывай, — неуверенно махнул рукой неизвестный, после чего пошёл восвояси, то бишь в сторону, противоположную мне.       Мизуки остался посреди леса совершенно один… Так ему казалось.       Осознав бессмысленность дальнейшего наблюдения, я решил спешно ретироваться.       Отбежав от места подслушки на несколько сотен метров, я сложил несколько печатей и ушёл в Шуншин, появившись уже лишь перед входом в деревню. Махнув рукой охране в качестве приветствия, я побежал в сторону резиденции Хокаге — доклад не ждёт. Казалось бы, зачем оно мне это надо, мне ведь деревня всё равно ничего не дала? Однако таким образом можно заполучить благосклонность Хокаге, плюс имеется шанс получить ещё и награду какую-нибудь…       Почему-то у меня возникло ощущение, словно меня вскоре ожидают достаточно интересные деньки…

* * *

— Так, Наруто, давай-ка ещё разок… — седой старик, являющийся наиболее влиятельным ниндзя своей деревни, устало затянулся, прильнув губами к курительной трубке. — Сегодня ты, из-за «неполадок» с головой, пошёл на природу, за пределы деревни, и на обратном пути встретил учителя из Академии Шиноби, по имени Мизуки, так?       Мальчик согласно кивнул. — Ты, как будущий шиноби, решил подслушать их разговор, в ходе которого оказалось, что Мизуки — предатель, разыскивающий некий свиток для передачи его Орочимару, так?       Джинчурики вновь кивнул, посмотрев на старика воодушевлённым взглядом. — Более того, в планах у Мизуки каким-то образом выкрасть этот свиток при помощи тебя, причём вероятно для того, чтобы вся вина за пропажу данного свитка легла на твои плечи?       В ответ Хокаге, парень снова молча кивнул. В то же время сам Хирузен Сарутоби устало вздохнул, выпустив ещё одно облако смока. — Блин, старик Третий, хватит курить эту штуковину при мне! — неожиданно возмутился Наруто, укоризненно посмотрев на него. — Мало того, что себе здоровье гробишь, так ещё и я дышу этой химозой! Ты вот вечно твердишь «будущее поколение, его важность для деревни и бла-бла-бла», а сам гробишь его!       На этом моменте Хирузен попросту поперхнулся дымом, едва не выронив изо рта жутко дорогостоящую трубку, и окинул мальчика удивлённым взглядом. «Ну и дерзкий же он…»       Внезапно мальчик рассмеялся, посмотрев на лицо Хокаге. — Ладно-ладно, Третий-сама, я же пошутил — хватит на меня таким взглядом смотреть!       «Старик» в ответ на это мог лишь нервно дёрнуть бровью и, тяжело вздохнув, опереть голову на руку. Но, что удивительно, трубку он всё же убрал, сам не понимая почему. «Наверное, моя заботливость вперемешку с совестью проснулись…» — Ох, Наруто… То, что ты сейчас пересказал — это правда?       После этих слов, мальчика словно переклинило: глаза и черты лица приобрели вид огромной сосредоточенности, а голос приобрёл металлические нотки: — Да, Хокаге-сама, это ТОЧНО правда.       Хирузен сначала опешил от резкого изменения настроения ребёнка, однако решил не заострять на этом внимание, ведь возможно, что он просто стал чрезвычайно серьёзен из-за возможной опасности для деревни. «Так… Нужно по порядку всё обдумать. Если слова Наруто — правда, то тогда в ближайшее время у нас планируется кража некоего секретного свитка. Почему обязательно секретного? Потому что тут замешан Орочимару…» — старик противно скрежетнул зубами при упоминании одного из своих учеников, а точнее из-за собственной слабохарактерности. «Хм… Если учитывать то, что этим свитком заинтересовался он, то это значительно сужает область подходящих свитков. Более того, Орочимару был достаточно высокопоставленным шиноби — кандидатом в Хокаге — отчего можно догадаться, что змей решил выкрасть один из самых секретных свитков, причём он обязательно должен содержать техники, описанные лишь на этой бумажке… Бинго!»       Хирузен едва заметно на мгновение ухмыльнулся, оставшись довольный нынешней резкостью разума. Однако омрачал сей факт то, что Орочимару захотел забрать себе Фуин но Шо, в котором записано огромное количество запретных техник. Очевидно, что если змей заполучит свиток в свои руки, то позже весь мир сможет оценить итоги этого провала. Нужно было что-то делать… — Старик Третий, можно высказать предположение? — внезапно подал голос Узумаки, задумчиво глядя на него.       Хирузен на секунду задумался. — Давай. — Я думаю, что Мизуки-сан хочет как-то использовать меня при условии провала мной экзамена. — То есть? — переспросил Хирузен, удивлённо посмотрев на мальчика. — Ну, я тут внезапно вспомнил, что Мизуки в разговоре описывал меня, как «тупого» и «неспособного», а у нас на носу экзамены на генина. Вот я и подумал…       Хирузен задумчиво глянул на мальчика, с улыбкой отмечая, что Наруто и в правду отнюдь не глуп. Однако тут же нахмурился из-за несвоевременной забывчивости мальчика. — Хм… Ты прав, Наруто, — согласился Хирузен, тем самым вызвав улыбку на лице белобрысого. — Что же, я оповещу всех, кого нужно и вскоре мы пой… — внезапно Третьего перебил голос Узумаки. — Нет, Третий-сама, — голос Наруто приобрёл черты решительности, — Может сделаем по другому?       Хокаге, слегка удивившись, нахмурился, однако секунду спустя предвкушающе ухмыльнулся. — По другому? «Мне даже стало интересно, что он предложит…» — Да. Я тут просто подумал, что если АНБУ просто так повяжут Мизуки, то он может начать брыкаться и не признавать свою вину, всё же доказательств, если не считать моих слов, у вас нет. Да и слова одного человека — такое себе доказательство вины, — здраво рассудил мальчик, заставив Хирузена расплыться в улыбке, отдающей кровожадностью. — И что же ты предлагаешь? — Ну, я предлагаю изначально следовать плану Мизуки, то есть я специально завалю экзамен, после чего заставлю его начать действовать. Я постараюсь как-нибудь вытянуть из него правду, а ваши АНБУ меня прикроют, в случае чего, — предложил свой план сын Четвёртого, заставив Хирузена ненадолго задуматься. — И после раскрытия всей правды, Мизуки окажется «под прицелом». «Нда… А паренёк-то точно сын Минато — неплохо мозгами работает!»       Третий едва заметно радостно улыбнулся, всё же из мальчика получится толковый шиноби — предпосылки уже сейчас есть, а то, как он провернёт свой же план, может стать доказательством этого утверждения. Однако справится ли он? — Подумай хорошенько, Наруто! А что если Мизуки раскусит тебя и нападёт? С учётом твоей силы и знаний, ты можешь не продержаться до прибытия подмоги.       Парень на секунду задумался, уперевшись взглядом в пол. Как вдруг на лице Наруто появилась жуткая улыбка маньяка, от которой даже Хирузен почувствовал себя не в своей тарелке. Однако мальчик тут же, словно опомнился, после чего на его лице снова воссияла улыбка. — Старик, кончай с этим притворством! Ты же прекрасно знаешь правду, — деловито произнёс Узумаки, сложив руки на груди.       Хирузен, осознав произнесённое, едва не поперхнулся от удивления, однако позволил себе криво улыбнуться. — Как ты это понял? — Старик, если я веду себя в Академии, как идиот, это ещё не значит, что я и в реальности такой… — укоризненно отметил юноша. — Это же очевидно: стоит только вспомнить кого чаще всего упоминает Ирука-сенсей! Да и Хаяте-сан, наверняка вам отчёты отдавал… Тут уж только совсем ребёнок не догадается! «Весьма недурная аналитика для ученика Академии — пускай он и заявляет об элементарности этой догадки».       Хирузен удовлетворённо хекнул. — Неплохо, Наруто-кун! — похвалил мальчика старик. — В таком возрасте распутывать несложные политические действия… И в правду неплохо… — Спасибо, конечно, за похвалу, — Узумаки смущённо почесал затылок, — Но вы согласны на подобный план? Всё же у меня ещё много дел есть! «Вот нетерпеливый!»       Третий на некоторое время задумался, взвешивая все «за» и «против». — Хорошо, приступай к выполнению, Наруто-кун! — сказал он, отметив при этом рвение парня, ведь после этих слов от него и след простыл.       Убедившись в том, что в кабинете точно не оказалось никаких детей, Третий вновь достал из тумбочки свою трубку, после чего с блаженством затянулся. Дым заполонил всё пространство кабинета… «Мда… Ну и наследие же у тебя, Минато…» — с некоей грустью хмыкнул старик, посмотрев на портрет Четвёртого. «Обещаю, я выращу его таким шиноби, который в будущем превзойдёт и тебя, и меня!» — мысленно поставив себе ещё одну цель, Хирузен вновь с улыбкой затянулся. «Главное, чтобы Данзо не вставлял палки в колёса…»

* * *

«Сложно же отыгрывать ребёнка…»       Некоторое время спустя, я оказался на главной улице. Здесь туда-сюда шатались огромные толпы людей, кто-то спешил, кто-то медлил, кто-то веселился, кто-то грустил… И все они продолжали обходить меня стороной, то и дело кидая на меня отнюдь не самые дружелюбные взгляды.       Завтра будет выпускной экзамен и первая моя «миссия», после чего я официально стану ниндзя… Буду защищать этих идиотов, не способных смотреть на вещи объективно. Никогда не любил тех людей, что смотрят на окружающий мир лишь через призму своего восприятия — у таких людей очень узкое восприятие действительности, они не могут видеть всё так, как видят другие. Такие люди мечтают стать великим личностями, однако тщетно… Такого им никогда не достичь.       Впрочем, чего-то меня опять в тяжёлые размышления кинуло, а я ведь стремлюсь их избегать…       Нда… Странные какие-то ощущения у меня на душе — словно завтра произойдёт нечто, что окончательно изменит мою жизнь. Хотя это не так уж и далеко от правды: став ниндзя, я встану на сложную тропинку жизни, где меня на каждом шагу будут ожидать опасности. Мирные, относительно весёлые времена заканчиваются уже через несколько десятков часов, а потом начнётся новый этап моей уже долгой жизни. Опасный, но куда более интересный.       Я долго размышлял над своим возможным будущим. И, к сожалению, исход у всех этих размышлений был удручающим — выжить или умереть — другого исхода не было. Либо я стану сильным и переживу все невзгоды, либо я вновь попаду на ковёр Шинигами. Однако несмотря на суровую реальность, мне нравится этот мир — он интересный, неординарный, здесь другое отношение к жизни, к знакомым и друзьям, здесь абсолютно иные реалии. Они куда более жестоки и просты, однако чем-то они притягивают… Своей простотой что ли? В общем, мне хотелось бы задержаться здесь на подольше.       

Поэтому я выживу и изменю этот мир, убрав из него всё лишнее!

* * *

      В одном из многих классов Академии Шиноби, сегодня проходило достаточно редкое событие. Многочисленные подрастающие ниндзя, являющиеся следующим поколением воинов Конохагакуре, вразнобой сидели за огромными партами. В этот солнечный день, у этих ребят был экзамен на генина — первый их шаг в реальный мир ниндзя. Дети долго и усердно готовились целых три года, чтобы успешно закончить это учебное заведение, ведь у многих из них мечты были напрямую связаны с карьерой шиноби — кто-то хотел признания, кто-то денег или славы, а кто-то хотел стать наследником, достойным звания главы клана. Впрочем, разница была лишь в мечтах, ведь у всех них отправной точкой было именно это событие.       Достаточно сложный для большинства присутствующих письменный экзамен уже прошёл. Теперь дело было за «практическим экзаменом» — демонстрацией одной из важнейших для шиноби техники — клонирования. Для большинства присутствующих здесь Буншин но Дзюцу была лёгкой техникой, которую они уже давно прошли, взявшись за другие. Клановые ребята и вовсе уже давно с головой погрузились в изучение куда более сложных, клановых техник.       У всех присутствующих здесь была мотивация и возможности всё сдать на «отлично». Почти…       У одного беловолосого паренька был крайне встревоженный вид: очень нервозный, резкий, его взгляд был мечущимся от одного ученика к другому, отчего те смотрели на него, как на идиота. Разве что его друзья никак не могли понять, с какого перепугу он так волнуется.       Многие бы решили, что паренёк волнуется от того, что необходимая техника у него получается очень плохо, отчего он был уверен, что не сдаст экзамен. Так думали и большинство учеников, посмеиваясь над, наверное, единственным человеком в аудитории, кто экзамен на сдаст.       Однако это не было настоящей причиной… — Следующий: Узумаки Наруто! — донёсся громкий голос одного из экзаменаторов, сидящих в соседней комнате.       Мальчик, мысленно пожелав себе удачи, встал с места и с сосредоточенным видом пошёл в кабинет экзаменаторов. На встречу ему попалась только что сдавшая девочка с розовыми волосами и огромным лбом. Её звали Харуно Сакура. — Смотри не опозорься, Наруто! — насмешливо прошептала та, подразумевая обратное. Впрочем, мальчик, на удивление Сакуры, лишь забавно улыбнулся. — Спасибо, неизвестная! — ответил он ей с подколкой, чем заставил её чуть ли не вскипеть от злости. К его счастью, они были на экзамене, и девушка никак не могла себе позволить огреть его по черепушке.       Несмотря на настоящий смысл фразы, парень был всё же благодарен девочке, ведь благодаря этому паника в голове мальчика заметно стихла. На его лице вновь появились крайне сосредоточенные черты. Удивительно, но именно такой вид его лица нравился бы девушкам более всего, впрочем это будет так, если не брать в расчёт его широченную улыбку.       Парень переступил порог кабинета, оказавшись лицом к лицу с экзаменаторами. «Соберись, Наруто! Ты долго к этому готовился! Всё должно получиться!» — мысленно приободрил парень себя, резко тряхнув головой. Мысли стали упорядочиваться.       Парень, не дожидаясь сигнала о начале, сложил руки в жесте концентрации, начав разгонять по телу чакру, дабы суметь выплеснуть её в нужный момент для сотворения ниндзюцу. Оба экзаменатора никак не отреагировали на это.       От количества используемой чакры мелкие пылинки поднялись с пола, отлетая подальше от эпицентра «шторма». — «Bunshin no Jutsu!»       Едва парень закончил выкрикивать название ниндзюцу, часть кабинета оказалась в рукотворном дыму. Спустя секунду дым рассеялся, словно его никогда и не было. То, что увидели оба экзаменатора, заставило их устало потереть переносицу и устало вздохнуть.       Рядом с Наруто появился его двойник… Недееспособный двойник. Он был сер, мал и даже не живой — практически кукла. Отвратительная кукла.       Мальчик неверяще уставился на то, что он сотворил и тут же поник взглядом. Все его черты лица приобрели вид уныния и разочарования, ведь он вновь завалил экзамен — уже в третий раз.       Однако… «ДА-ДА-ДА-ДА-ДА!!! ПОЛУЧИЛОСЬ И В ТРЕТИЙ РАЗ! Ю-Ю-Ю-ХУ! ДА! НЕВЕРОЯТНО! Я ТАК РАД!!!» — вот, что на самом деле было в мыслях у мальчика.       Об этом знал лишь один из экзаменаторов, тот, что брюнет с хвостом. Он знал, что у Наруто есть особое задание, порученное ему самим Хокаге — завалить экзамен, вынудив начать исполнять свой план предателю — второму экзаменатору — тому, что со светлыми волосами. Его звали Мизуки.       Почему же мальчик так сильно волновался? Просто делать недееспособных клонов оказалось сложнее, чем он думал…       Однако роль есть роль…       Первый экзаменатор, Ирука Умино, сурово посмотрел на одного из своих учеников, что сейчас специально не справился с заданием. На его лице появилось разочарование… В предателе, сидящем слева от него, ведь именно из-за этого гада, Наруто, официально худший ученик Академии, а неофициально — лучший, не смог показать всем даже хотя бы треть своих познаний. Возможно, его репутация из-за этого упадёт окончательно, чего Ирука, конечно же, не хотел — за те два года, полных общения с этим мальчиком, Наруто стал для него младшим братом, что всеми силами желает перегнать его, старшего брата, желая впечатлить… Разумеется, последние два слова были вымыслом Ируки, однако всё остальное — чистейшая правда.       Второй же экзаменатор смотрел на беловолосого весьма снисходительно, с огоньком и хитростью в глазах… — Ирука-сенсей, Наруто не справился с заданием, однако он очень старается и клона всё же создал… Это его третья попытка, мальчик явно не сдаётся и стремится стать ниндзя. Может, будем снисходительны и всё же засчитаем ему экзамен? — мягким, заботливым тоном предложил беловолосый, отчего Наруто, вынужденный строить из себя идиота, моментально обрадовался и закивал головой.       Ирука же лишь недовольно фыркнул. — Мизуки-сенсей, все остальные ребята создали, как минимум, по три действующих клона, а Наруто всего одного, и какого? — мужчина посмотрел на распластавшегося на полу двойника. — Это же убого! Я не могу зачесть…       Выслушав своего учителя, Наруто зло оскалился на него, прожигая в лице Ируки дыру.       Мальчик, не дожидаясь и секунды, тут же резко развернулся, полыхнув злобой, и буквально вылетел из экзаменационного кабинета, усевшись на своё прежнее место. Он был зол, ужасно зол — ведь ему нельзя никому рассказать об этой невероятно смешной ситуацией, чёрт, да ему даже нельзя было самому посмеяться, ведь из-за этого вся маскировка ушла бы коту под хвост.       «Чувствую себя, словно герой-агент, спасающий целые государства от уничтожения, прям как в фильмах из моего прошлого!»       От пронёсшейся мысли желание засмеяться стало ещё сильнее. Однако в этот момент по классу прошёл смешок и обидные фразочки, типа: «Неудачник провалился», «Иного я от него и не ожидал», «Вот идиот», и от этого ему захотелось… Просто орать в голосину. «Терпи, терпи, Узумаки Наруто, считай это за тренировку воли и целостности разума!» — убеждал себя в голове мальчик, закусывая кулак, лишь бы не заржать.       Боль от укуса всё же остановила приступ смеха, вот только сила этого действия была несколько великоватой: из нескольких небольших ранок на руке появилась кровь. Увидев это, парень лишь устало вздохнул.       Через полтора часа на улице были вывешены результаты экзамена. Все дети, собравшиеся у доски радовались и смеялись, рассказывая, как они сдавали, и хвастаясь своими протекторами. Не сдавшие просто сразу же ушли… Все, за исключением Узумаки, ведь ему роль надо играть!       Дети и их родители, замечая парня, лишь высокомерно отводили в сторону взгляд, посмеиваясь и всячески обзывая парня, но так, чтобы он не услышал. Две мамашки даже чуть не упомянули соседа Наруто по телу, а ведь это государственная тайна, которая была рассекречена благодаря усилиям «Не». «Ох… И на что я подписался?..» — устало думал агент под прикрытием, сидя на отнюдь не прочной качели. «Сейчас бы сдал экзамен, порадовался со всеми и пошёл бы с друзьями в Ичираку или ещё куда-нибудь… А я тут сижу и симулирую вселенскую грусть… Когда уже объявится этот Мизуки?»       Едва парень упомянул имя предателя, как вдруг тот появился сбоку от мальчика. — Наруто-кун, прогуляемся? — предложил он, протянув юноше руку.       Тот был вынужден согласиться, после чего они вместе побежали куда-то ближе к лицам Хокаге. Через пять минут пара людей остановилась на балкончике одного из высоких домов. Этот балкон был входом в дом Мизуки, там они и расположились.       Наруто, как и предатель, присел к краю балкона скинув ноги вниз. И тот, и другой молчали, любуясь красивейшим Солнцем, уже скрывающимся за горизонтом лесов и других домов. Это было воистину красивое зрелище. — Ирука — строгий учитель, но он тебе не враг, — нарушить молчание первым решил Мизуки. — Я в глубине души понимаю это, я понимаю, что я отвратительно сдал экзамены, отчего мне пока нельзя становится шиноби, — ответил ему мальчик. — Но я же так стараюсь стать ниндзя, и ничего не выходит…       Мизуки повернулся к мальчику и улыбнулся. — Ирука просто стремится к тому, чтобы ты не умер от недостатка знаний или умений. Работа ниндзя — невероятно опасная вещь, там смерть поджидает тебя на каждом углу, — сказал беловолосый.       Мальчик в ответ на это осмотрел его ошеломлённым взглядом, и резко встал. — И что? Я готов к этому! Я достаточно силён! Мне просто не повезло — клоны моя самая слабая сторона! Но я готов сделать любую другую вещь, вот увидите, я справлюсь! — прокричал Наруто, показывая на себя большим пальцем и, нахмурившись, смотрел на мужчину.       Мизуки, выслушав тираду мальчика, незатейливо посмеялся. — Тогда у меня есть к тебе предложение…

* * *

«Чёрт, и как я вляпался в это дерьмо?!» — с жутким недовольством бурчал мальчик в мыслях, незаметно обшаривая огромные полки со свитками, в поисках одного из них, а именно Фуин но Шо — секретный свиток одного из Хокаге, где записаны все опасные для самого пользователя ниндзюцу — киндзюцу.       Впрочем, мальчик особо не раскисал, ведь если ему удастся украсть его, то он может успеть и вычитать чего-нибудь из него…       Глаза Узумаки с огромной скоростью читали названия тех или иных свитков. Вот уже двадцать минут он сидит в архиве деревни и ищет сраный клочок бумаги. Несмотря на то, что здесь все документы рассортированы, нужного свитка нигде не было. И это навевало плохие мысли: «Обман? Подстава?» — думал Наруто, ещё раз пробегаясь взглядом по нужному разделу. Нету…       Или же?       Юноша зацепился взглядом за странный выступ посреди всей полки. Он аккуратно достал все свитки и узрел нужный: Фуин но Шо лежал за всеми остальными свитками — в самом дальнем углу. Наруто аккуратно достал его, в то же время сложив обратно все остальные свитки так, как они лежали раньше. «Наконец-то…» — подумал Узумаки и, ещё раз проверив несостыковки и не найдя их, побежал к точке рандеву — небольшому ветхому домику, расположенному на границе с деревней. Путь лежал через максимально скрытные места, отчего проблем на свою голову он всё-таки не хапнул.       Через пять минут мальчик оказался на месте, однако Мизуки там ещё не было. «Опаздывает…» — нервно подумал Узумаки, пристукнув ногой. «В таком случае вычитаю чего-нибудь!»       Развязав свиток, Наруто потянул за его конец, после чего перед его глазами появилась первая киндзюцу техника в его жизни… «Массовое Теневое Клонирование? О-хо-хо! Похоже, мечты всё же имеют тенденцию сбываться…» — пронеслось в мыслях белобрысого, пока тот чуть ли не облизывал свиток, вчитываясь в его содержимое.       Через двадцать минут, Наруто закончил изучение техники. Удивительно, но в свитке была не просто информация о технике или её применении, там была ещё и подробная инструкция, детально описывающая этапы создания техники. К ещё большему удивлению юноши, вычитанная техника была достаточно простой в создании — лишь чуток сложнее, чем базовый Буншин но Дзюцу. Однако польза… Была огромной. Из-за чего? Из-за того, что эта техника, при наличии большого количества чакры, позволяла создавать материальных клонов в ПРОМЫШЛЕННЫХ масштабах. Однако у техники была ещё одна интересная фишка: передача памяти клона при его развеивании, то бишь перенесение всего накопленного опыта, знаний и памяти. Идеальная техника для шпионажа и отвлечения внимания! «Обязательно опробую её на Мизуки, хе-хе-хе!»       В этот момент на сцене появился ещё один действующий персонаж — Ирука Умино. Тот подошёл к мальчику, показывая злость в своих движениях. — Ха-ха, попался, гадёныш! — со злорадством в голосе произнёс он, грозно нависнув над учеником.       Мальчик слегка удивился приходу сенсея, однако внешне это никак не показал, и вместо этого лишь почесал затылок, нервно посмеиваясь.       Ирука также удивился подобной реакции, отчего встал в полный рост, с недоумением смотря на сорванца. — Уже нашли меня? — задорно скорее утвердил, чем спросил мальчик. — Быстро же вы, сенсей! А я ведь успел выучить всего один приём!       Умино в этот момент окончательно опешил от поведения своего ученика. Казалось, словно он не понимал, во что вляпался… «Ну и актёрище же он…» — с гордостью за ученика подумал Ирука. — Ирука-сенсей, давайте я вам покажу это замечательное дзюцу! А вы тогда засчитаете мне экзамен! — радостно воскликнул парень, сжав ладони в кулаки от нетерпения. — Ведь каждый, кто выучил дзюцу из свитка — сдал экзамен! «Терпи, Наруто! Отыгрывать дебила ещё недолго осталось!» — мысленно подбодрил своего ученика Умино.       Однако самому ему пришлось резко удивиться, ведь такова была игра… — А? С чего ты это взял? — удивлённо спросил Ирука, приподняв левую бровь. — Мне об этом рассказал Мизуки-сенсей, честное слово! — тут же выдал информацию парень, одновременно с этим сигналя о том, что враг где-то поблизости. — Он рассказал мне, где найти свиток и это место! — сверкнул парень улыбкой, неестественно стрельнув при этом глазами в сторону ближайшего дерева.       В это время оба ниндзя услышали свист откуда-то справа. На раздумия не было времени: ученик и учитель моментально достали кунаи и кое-как отразили огромный поток кунаев, выпущенных предателем. Как только последний кунай упал на землю, взгляды двух шиноби встретились с таковым у беловолосого чунина, стоящим на дереве, откуда прилетел весь этот склад металлолома. — А? — лицо Мизуки исказилось в неверии и шоке: происходящее было не спланировано! Юноша и мужчина стояли в боевой стойке и смотрели на предателя, широко скалясь при этом. — Что за?!       Вдруг откуда-то из кустов под деревом, в беловолосого полетел целый дождь из сюрикенов. Мизуки едва успел отпрыгнуть в бок, на землю, отбив при этом несколько пролетавших в опасной близости звёздочек. Предатель и два других шиноби оказались лицом к лицу друг с другом, однако если первый был в глубочайшем шоке и раздражении, то два других предвкушающе посматривали на нарушителя спокойствия. — Значит, всё-таки догадались? Но как? — с кривой ухмылкой спросил отступник, перехватив кунай получше.       Наруто и Ирука весело перемигнулись. — Просто я подслушал в лесу ваш разговор с очкариком — вот и всё! — преспокойно ответил Узумаки, направив кунай остриём на беловолосого. — Вот оно значит как… — зло шикнул нарушитель, после чего загадочно ухмыльнулся. — Чёртов Девятихвостый-Демон!       Отступник был искренне уверен в том, что только что раскрыл мелкому засранцу тайну ненависти к нему всех жителей деревни, отчего разозлится и пойдёт мстить, в то время, как сам Мизуки бы по тихому ушёл… Таков был запасной план отступника, в случае неудачи в скрытном похищении. — Ну, да, знаю такого, — как ни в чём не бывало ответил ему джинчурики. — Нет, идиот, Девятихвостый Лис запечатан именно в тебе! Поэтому-то всё это время тебя ненавидели жители этой идиотской деревни! «Ну, вот и всё, сейчас начнётся!» — мысленно усмехнулся беловолосый, уже готовясь сбежать. — А, ну ты мне прямо глаза раскрыл, — саркастично ответил ему мальчик, заставив Мизуки буквально поперхнуться от неожиданности. «Как?!» — сокрушался беловолосый, мысленно начиная понимать, что единственный способ успешно сбежать отсюда — это выиграть бой два на одного. «На Демонёнка можно даже не смотреть — он ничтожество, а вот Ирука… С ним придётся повозиться!» — Слушай, Мизуки, пока мы тут тебя не избили, может поделишься, зачем Орочимару нужен был этот свиток? — совершил попытку выведать информацию Ирука. — Зачем мне говорить это, идиот?! — Мизуки кровожадно оскалился, — Я просто убью вас обоих и сбегу отсюда! — Ну, это твой выбор, урод беловолосый! — ухмыльнулся Узумаки, доставая из подсумка кунай. — Ирука-сенсей, отдохните, мне тут как раз нужно было одну технику испробовать!       Ирука обеспокоенно глянул на мальчика. — Ты уверен? — Абсолютно, сенсей, вы же учили меня!       Ирука, посмотрев на мальчика пару секунд, лишь улыбнулся и согласно кивнул. — Отлично! Готовься, говнюк! Мне из-за тебя пришлось настолько убогих клонов делать! — яростно воскликнул Узумаки. — Заткнись, мелочь, чтобы убить тебя мне хватит и мизинца! — с усмешкой в голосе ответил ему Мизуки.       Мизуки уже приготовился к рывку, однако парень, усмехнувшись, скрестил указательные и средние пальцы двух рук.

«Tajū Kage Bunshin no Jutsu!»

      Пять минут спустя… «Ну и слабак же был этот Мизуки!» — недовольно пронеслось в мыслях беловолосого паренька, пока тот вспоминал скоротечный бой пятиминутной давности.       Мизуки явно не ожидал от мальца, едва закончившего Академию, одновременного создания аж ТРЁХСОТ теневых клонов, от того и моментально слился. Впрочем, сам паренёк был тоже изрядно удивлён — он, влив в создание техники лишь половину своего резерва, создал ТАКОЕ количество МАТЕРИАЛЬНЫХ клонов. И как же было приятно чуть позже получить память о заветном ударе от каждого из клонов. Единственное, что его действительно огорчало — это жуткая боль в висках, после одновременного развеивания всех клонов — у него аж кровь носом пошла, а сам он чуть сознание не потерял. Ведь как оказалось позже, развеивать всех двойников одновременно вообще не стоит, а если уж прям жуткая нужда в этом — нужно вливать в мозг побольше чакры, чтобы простимулировать его работу и увеличить эффективность усваивания информации. Впрочем, даже последнее целиком все «сюрпризы» не отменяет.       Однако парень невероятный потенциал техники всё же признал: шпионаж, бой, обучение, возможность делать тысячу дел одновременно — и это ещё далеко не все возможные случаи использования этой чудесной техники. «Короче, не зря я всё-таки решился стать приманкой… И «палачом» тоже».       АНБУ, следившие за происходящим, тоже были впечатлены огромным запасом чакры мальца. А уж тем более они удивились, когда после окончания избиения Мизуки, парень со скукой в голосе крикнул «Скукота-а-а…». В общем, в кругах АНБУ у Наруто появился какой-никакой авторитет, пускай и крайне незначительный.       В принципе, думать об этом сейчас ему не хотелось. Ведь Наруто только сейчас пришло осознание того, что придётся переписывать весь тест заново и сдавать Буншин, но Дзюцу тоже! А ведь у него было так много запланировано на сегодняшнюю ночь… — Наруто, — внезапно окликнул кто-то парня. Этот «кто-то» оказался никем иным, как Ирукой Умино. — Подойди ко мне! — сказал он, после чего приглашающе махнул рукой.       Беловолосый послушно подошёл к своему учителю и встал в стойку смирно. — Слушаю, — с серьёзным лицом посмотрел он на Ируку.       Мужчина в ответ на это тяжело вздохнул и отвесил ему подзатыльника: — Хватит паясничать! — Ну ладно-ладно… — пробурчал парень, почесав репу.       Впрочем, Ирука нисколечко не намеревался как-либо злиться на своего лучшего ученика и… Брата. — Закрой глаза, — попросил мальчика Умино, сверкнув гордящейся улыбкой. Наруто молча подчинился, после чего почувствовал, как нечто обернулось вокруг его головы, а спустя секунду крепко-накрепко затянулось на его голове. — Открывай.       Парень открыл глаза и посмотрел на Ируку, моментально отметив отсутствие протектора на его голове. И секунду спустя понял, что напялили на него. — Ирука-сенсей, вы что отдали мне свою повязку? Я сдал что ли? — с неверием во взгляде спросил мальчик. — Да, Наруто, — с улыбкой отвечает ему мужчина. Гордость переполняла его, ведь его младший брат с таким сложным испытательным экзаменом переходит на следующий этап своей жизни.       «Эх-х-х… Я уже готов, к тому, что он сейчас бросится мне на шею и начнёт благодарить меня…» — блаженно протянул в мыслях Ирука, уже раскрыв руки для объятий… Однако их не последовало.       Вместо этого парень недовольно смотрел на мужчину, притоптывая ногой странную мелодию. — Ирука-сенсей, зачем вы мне нацепили на голову вашу повязку?! Она же уже давно пропиталась вашим потом и кровью!!! — внезапно возмутился мальчик, пытаясь как можно скорее снять протектор с себя.       «Вот засранец!»       Мощнейший из всех, что чувствовал у себя на голове, подзатыльник, заставил мальчика моментально рухнуть камнем на землю с пустым взглядом в глазах. — Ай-ай-ай-ай-ай-ай!!! — катался по земле Узумаки, натирая собственную шишку. — Так-то тебе засранец неблагодарный!!! — орал рядом с ним Умино, угрожая кулаком.       За этим театром комедий в это время наблюдало, по меньшей мере, шесть АНБУ, которые недоуменно почёсывали при этом репы и втихую посмеивались над происходящим спектаклем. Всё же, такое увидеть — самая настоящая редкость. — Ладно, Ирука-сенсей, простите, шутки у меня, как и всегда, обидные и неуместные, — до сих пор почёсывая затылок, сидел на земле Узумаки, перевязывая повязку поудобнее.       Умино задумчиво хмыкнул. — Ничего страшного — ты уже своё получил, — как ни в чём не бывало, отмахнулся мужчина, отчего Узумаки вновь зажёгся огнём ярости. — Но ты мне лучше скажи, что ты сейчас чувствуешь?       В этот момент недовольство в глазах Наруто куда-то исчезло, поменявшись местами с большим удивлением. Мальчик посмотрел на своего сенсея и почесал макушку — Что я чувствую? — спросил сам себя Узумаки. — Ну… Тесноту в голове. — Мозги что ль добавились после удара? — со смешком ответил ему Ирука. — А ещё? — А ещё… — парень на секунду задумался. — Я чувствую, словно стою на стартовой линии какой-то гонки и до знаменательного выстрела остаются считанные мгновения… — ответил парень, взглянув на восходящее из-за деревьев Солнце. — Вот как… — удивлённо протянул Ирука. Всё же он уже узнал о философских наклонностях парня, но удивляться этому снова запрещено не было. — Тогда как тебе идея зайти в Ичираку и отпраздновать сдачу экзамена? — Мне нравится ваша идея, сенсей… — моментально ответил Узумаки, тихо хихикнув. — Тогда идём!       Мужчина и юноша под взглядами толпы АНБУ отправились навстречу рассвету — им пора возвращаться и отпраздновать.       Однако Ирука Умино и не подозревал, что у ответа, который дал его ученик, было неозвученное продолжение:

«И в этой гонке я выложусь на все сто процентов!»

Арка I: Конец