I will always protect you

      Майк устало откинулся на спинку дивана в своём подвале. Он уже два часа работал над проектом по физике. Чёртов Синклер, напарник по проекту, пропадал на тренировке, и Уиллеру приходилось отдуваться за двоих — не мог же он подвести лучшего друга. По совету Стива Харрингтона, Лукас, заметно вытянувшийся за лето, записался в школьную секцию по баскетболу. У него оказался настоящий спортивный талант, так что он уже два месяца играл за школьную сборную команду Хоукинса. Макс поддерживала парня, правда, иногда все же устраивая разборки по поводу сорванных из-за баскетбола свиданий.       Хендерсон тоже безвылазно торчал в школе. В этом году он выбрал в качестве основного модуля биохимический. На него сильно повлияло появление маленького демогоргона в его жизни. Дастин часто говорил друзьям, что однажды он обязательно станет прославленным биологом и обязательно откроет новый вид.       После переезда Байерсов Майк долгое время приходил в себя — он потерял двух дорогих его сердцу людей и был безутешен. Время для него словно остановилось. Он не ел, не спал, пропускал уроки, и только одно не давало ему окончательно свихнуться — телефонные разговоры с Оди. К сожалению, доктор Оуэн из института запретил Байерсам звонить в Хоукинс, объясняя тем, что это слишком опасно для Одиннадцать. Майку же позволялось звонить ей только дважды в неделю, и парень считал дни до желанного звонка.       Карен хоть и была нежной и доброй матерью и без ума любила своего единственного сына, но бессильно наблюдая как её мальчик худеет и тает на глазах, решила поставить сыну ультиматум: взяться за учёбу и наладить отношения со старыми друзьями, либо никаких звонков в Лэйк Форест.       И Майку пришлось научиться жить без Одиннадцать. Благодаря поддержке Дастина, Лукаса и Макс, с которой они наконец нашли общий язык, Уиллер быстро вошёл в колею и подтянулся по всем предметам. Карен с облегчением заметила, что у сына появился аппетит и его острые скулы вскоре перестали так болезненно выделяться на бледном лице.       Через две недели она разрешила Майку позвонить Байерсам. Уиллер опрометью бросился в подвал и, набрав столь желанный для него номер, вдруг понял, что не знает, как оправдать перед Оди свое длительное отсутствие. Он не хотел нагружать девушку своими проблемами, поэтому разговор получился скомканным и неловким. Положив трубку, Майк прислонился лбом к её гладкой поверхности и смачно выругался.       Уиллер с ещё большим рвением взялся за учёбу и каждый день радовал мать отличными отметками. Его старание было вознаграждено — Карен разрешила сыну отпраздновать Рождество и провести каникулы в Лэйк Форест. Лицо Майка озарилось радостью, и он заключил мать в крепкие объятия.       Уиллер давно заприметил в одном маленьком магазинчике красивые золотые часы с тонким кожаным браслетом. Парень уже почти накопил нужную ему сумму и предвкушал реакцию Одиннадцать на его подарок, он точно знал — часы ей понравятся.

***

      Оди нервно сцепила пальцы в замок, руки её мелко подрагивали, а в груди образовался плотный тугой ком, мешающий вздохнуть. Девушка не могла понять, радость ли это или страх перед долгожданной встречей. — Успокойся, Джейн, все будет хорошо, — руки Джойс ободряюще сжали похолодевшие ладошки дочери. Они сидели на кухне, где Джойс готовила праздничный пирог. Во всем доме стоял аромат свежей выпечки. Оди вызвалась помочь матери, но все валилось из её рук: едва не разбив большое фарфоровой блюдо для индейки, она обречённо вздохнула и оставила эту затею. Раздался долгий и пронзительный звук дверного звонка, и девушка вскочила со стула, но не смогла сдвинуться с места — от волнения ноги не слушались ее. На помощь сестре пришёл Уилл. Он распахнул дверь и с радостным криком заключил стоящего на пороге друга в крепкие объятия. Увидев в дверях долговязую и нескладную фигуру Майка, горло девушки сдавило от еле сдерживаемых слез. Он посмотрел на неё своими тёмными глазами, улыбнулся нежной, предназначенной только для неё улыбкой и раскрыл руки для объятий. Слезы брызнули из глаз Оди и, бросившись к Уиллеру, она крепко прижалась к нему, обвивая его пояс своими тонкими дрожащими руками. Уткнувшись лицом в его грудь, она с наслаждением вдохнула родной запах цитруса и хвои и вдруг поняла, как сильно она соскучилась по Майку Уиллеру. — Осторожнее, Оди, ты сломаешь мне ребра, — нежно произнёс тот, целуя девушку в макушку. От звука его ласкового голоса, который она так мечтала услышать наяву, а не в телефонной трубке, у девушки снова защипало в носу: — Я так скучала, — прошептала Оди. — Я тоже, — так же шёпотом ответил ей Майк.