Love, Freedom, Life

Первое, что бросается в глаза при встрече с Марком в лифте это цепи. Массивные серебряные цепи на шее. Очень дерзко и смело для такого унылого дома. Но вполне обычно для этого жильца. — Привет, Хёк, — улыбается Марк, когда парень пропускает его в кабинку. — Совсем забегался я. Вот уже вышел из подъезда на вечеринку, а оказалось телефон забыл. А ты идёшь на тусовку? — смотрит он своими огромными кофейными глазами, ожидая ответа от Донхёка, который завис на длинные пальцы Марка с широкими серебряными кольцами на каждом. Когда старший поднимает руку, чтобы нажать нужную кнопку или поправить волосы, метал красиво блестит. — Эй, ты почему завис? Донхёк заторможено моргает и наконец-то поднимает взгляд на парня. Лучше бы не. Светлая кожа Марка в тусклом свете лифтовой лампы и сама кажется чистым серебром. — Нет, — наконец-то выдавливает Хёк, глотая вязкую слюну. — Почему? Может потому что это вечеринка для самых крутых студентов, где все нажираются до посинения и ищут с кем бы переспать сегодня? Потому что ходить по дорогим клубам, знакомиться с пьяными или обгашенными людьми не совсем в привычках Донхёка? — Есть другие планы, — бросает он и выскакивает из открывшейся кабинки на его этаже, пока Марк не спросил чего ещё. Донхёк достаёт свободной от коробки рукой ключи и проскальзывает в свою квартиру. Маленькая однушка пахнет жвачками и конфетами. Небольшая коробка опускается на кофейный столик, а сам хозяин идёт за канцелярским ножом. Вьющиеся волосы спадают на глаза, когда Донхёк пытается осторожно распаковать посылку от мамы. Внутри находятся DVD-диски. Кто их ещё вообще смотрит? Ли Донхёк. Здесь любимые сериалы из юношества и молодости его родителей. «Спасатели Малибу», «Байки из склепа», «Альф», «Полиция Майями», «Друзья» и многое другое. Все эти диски были уже просмотрены парнем миллион раз, но от этого только приятнее вновь держать потёртые коробочки в руках. Ровный диск плавно опускается в проигрыватель и комнату наполняет музыка заставки «Друзей». Парень вновь чувствует себя тринадцатилетним подростком в доме на Чеджу. Кажется, что мама сейчас потреплет его по голове, а сёстры плюхнутся на диван, ворча о ужасном учителе по геометрии. Но всё, что осталось от той атмосферы это вельветовые брюки и клетчатые жилеты. Хотя нет, ещё яркие воспоминания, будто это было вчера… Донхёк постоянно отвлекался от любимого сериала из-за глупых мыслей. Марк Ли. Сосед из верхнего этажа, который каждую пятницу отправляется на тусовки в ночные клубы. И Донхёка зовёт при каждом удобном случае. Даже сегодня спросил. С одной стороны приятно внимание, но с другой… Марк прекрасно знает, что это не для Хёка. Парни хорошо общаются, часто смотрят фильмы или гуляют в парке. И Марк даже очень сильно немножко нравился Донхёку. Но подступиться к такому крутому и популярному парню невыполнимая задача для невинного Хёка, плачущего над ностальгическими ситкомами. Видимо сегодня в матрице произошёл сбой. Потому что Донхёк решительно подорвался с дивана и направился к шкафу, чтобы выбрать клубный наряд. Может это на него так повлиял герой из экрана? Или шикарный образ Марка? Или, может, чувства уже долго копились в крохотном теле? Но факт остаётся фактом — Ли Донхёк, тихоня и скромник литературного факультета, сейчас стоит перед ночным клубом при полной боевой готовности и с подведёнными блёстками глазами. Помещение, как и предполагалось, встретило его тяжёлым запахом алкоголя и пота. Люди огромной массой толпились на танцполе, пили у стойки или столиков, курили в углу или зажимались друг с другом в поцелуях 18+. Донхёк уже был не так уверен в целомудренности его решения. Он осторожно пробрался к барной стойке и заказал какой-то коктейль из меню. Понятия о том как и сколько нужно пить нет совсем, но и подсказать об этом некому. Поэтому он рискнёт и будет импровизировать. Напиток оказывается не слишком крепким и вполне удовлетворительным. Громкая музыка уже не кажется такой давящей, а напряжение постепенно уходит. К Донхёку даже подходили пару девушек и парень, предлагая угостить или потанцевать. Но он всем вежливо отказывал, бормоча что-то о паршивом настроении. Вдруг на талию опустилась чья-то рука, а над ухом раздался знакомый голос: — Почему скучаешь? Донхёк резко обернулся и уставился в удивлённое лицо Марка. — Хёк-и, что ты здесь делаешь? — Сижу, — засмеялся младший на зависшего друга. — Планы изменились. Марк тупо уставился на необычный вид Донхёка. Приталенная чёрная рубашка, хитрые подведённые глаза, лёгкая улыбка и загорелая кожа в свете неоновых ламп и вывесок. Не долго думая, он потащил парня танцевать. Тот не сильно сопротивлялся и двигался просто сногсшибательно. В толкучке они стояли близко-близко друг к другу и смотрели в глаза. Тяжёлый воздух с коктейлем запахов тяжело оседал в лёгких, опьяняя всех вокруг. В один миг Марк уже прижимал Донхёка к себе за талию, а тот крепко цеплялся за его плечи, продолжая двигать бёдрами. Какое-то безумие. Донхёк слегка охмелел и безумно хотел поцеловать парня напротив. — Марк… — сказал он на ухо, ощущая как жар разливается по всему телу от мест, где он прикасался к старшему. — Мне нужно на свежий воздух. Через минуты две они уже стояли под неоновой вывеской, опираясь о грязную стену. Марк прикурил, а Хёк тупо пялился на небо. Его сердце бешено стучало, а свет от вывески прыгал перед глазами. — Сколько ты выпил? — раздался голос Марка. — Немного, — признался Донхёк, опустив взгляд на сломанный забор напротив. — Это скорее от жары. — Ясно. Младший вновь поднял глаза на звёзды. Ночь сегодня красивая. Сейчас бы просто гулять. Он повернулся к Марку, который уже тушил окурок о стену. Взгляд снова упал на эти красивые пальцы с кольцами. Донхёк медленно потянулся и взял руку Марка в свою и потянул его в сторону. Он не думал, а просто поддался порыву. Сегодня он сделает всё, как хочет. Они не спеша шли по пустынной улице, крепко держась за руки. Кольца немного холодили кожу, но это ничто в сравнении с миллиардами импульсов, что раздаются от пальцев Марка. — Звёзды такие красивые сегодня, — сказал Донхёк, вдыхая ночную прохладу. Марк тоже поднял взгляд, но сразу же вернулся к лицу напротив. Блёстки на веках младшего немного осыпались на щёки и были в стократ интереснее и привлекательнее небесных светил. — Да, красивые… — Хён, а ты веришь в инопланетян? — вдруг спрашивает Хёк со светящимися глазами. — Вот я верю. Не может быть, чтобы во всей огромной Вселенной, которая продолжает расширяться, не было других цивилизаций или жизни. — Я тоже верю, — тихо ответил Марк и потянул младшего за руку к себе, чтобы оставить поцелуй на пухлых губах. Как давно хотел. Они оказались на вкус как жвачка и отдавали коктейлем, ранее выпитым младшим. Целовать хотелось грубо и с нажимом, но Донхёк был таким мягким и тёплым, что получалось только нежно сминать его губы, вкладывая только трепет и заботу. — Думаю, ты точно не из Земли, — прошептал он, когда оторвался от покрасневших губ. Оставив последний чмок, двинулся дальше, сплетая их пальцы. На небе начали сгущаться тучи на грозу. Когда парни подходили к дому, вдалеке сверкнула молния. Донхёк крепче сжал ладонь Марка и прижался ближе. — Ты что? Грозы боишься? Младший стыдливо опустил глаза и коротко кивнул. Послышался гром и он пугливо втянул голову, зажмурив глаза. — Может, зайдёшь ко мне? — неуверенно спросил он. — А что у тебя есть интересного, чего нет у меня? — Марк решил поиграть. Донхёк слегка нахмурился, задумавшись. — Ты когда-нибудь видел старый телефон с проводом таким покрученым, как в фильмах девяностых? — спросил он, смотря в глаза. Когда Марк отрицательно помотал головой, он гордо продолжил: — Я тебе не показывал, но у меня есть такой. А ещё у меня есть настоящая гипнотическая спираль. Знаешь что это такое? Старший помотал головой и, потрепав по волосам, потянул в лифт. Нажал только на одну кнопку...