Тот придурок - это я

Пол камеры был весь залит водой, так что, лишившись оков, Шэнь Цинцю хлопнулся вниз, окатив меня фонтаном ледяных брызг. Это хоть как вывело меня из ступора. Да, я снова сделал глупость, и теперь предстояло разгребать последствия. Ну, не впервой. У меня вырвался отчаянный смешок, и не имевший сил подняться узник презрительно глянул на меня снизу. - Ублюдок, - сипло выдохнул он. - Что да – то да, мои родители никогда не состояли в законном браке, - механически ответил я. – Не думаю, что вообще стоит женить людей и демонов. По большому счету, их потомки – всегда чужаки и нигде не дотягивают. Взять хоть меня. Я провалился как человек, а как демон попросту жалок. Я научился славно маскироваться, но благодаря вам сейчас легенда готова рухнуть. И силы я потратил. Тоже на вас. - Это безмозглое животное совершенно не меняется и по-прежнему обвиняет этого старика. Упади завтра небо на землю, так ясно, кто у этого отродья выйдет виновным. Интересно, в этот раз он также намерен «судить» и «выносить приговор»? – Шэнь Цинцю каркающе рассмеялся. - Конечно, вы тут ни при чем, но кому от этого сильно легче? Явно не мне в моем шатком положении, - я нес ерунду, лихорадочно соображая, что мне теперь со всей этой петрушкой делать. Время шло. Снаружи ждали Шан Цинхуа со стражниками. Разгорался костер. А я стоял над лежащим в грязной воде Шэнь Цинцю и понятия не имел, как мне выкрутиться. Пойти разве объявить, что повелитель передумал, и вместо казни вновь грядет свадьба? Меня едва не разобрал истерический хохот. А что? Раз прокатило, глядишь, прокатит и второй. Нет, это, конечно, бред. Может, просто оставить все как есть и попытаться рвануть в свой мир? Ага, сказала бы мне Ли Баожэй, давай, придурок, топай на продолжение битвы без резервов, авось скорее отмучаешься. Заодно брось тут местных Нин Инъин и Шэнь Цинцю на растерзание своему двойнику, а то вдруг он заскучает, слишком быстро разделавшись с тобой. Будет он императором четырех миров, а ты покойником. - Так, - сказал я вслух, сам того не замечая, - никто не будет покойником, кроме того несносного Бинхэ, из-за которого я сюда попал. В гуле Синьмо я явственно ощутил сомнение. Это было вполне заслуженно, но все равно неприятно. - Спятивший демон – мерзость похуже обычного демона, - прокомментировал Шэнь Цинцю, все так же не предпринимая попытки подняться. - Согласен, - на автомате кивнул я. – Ирония в том, что еще минут десять назад спятивший демон всерьез раздумывал, а не потерял ли рассудок этот заклинатель. Сумасшедших как бы не жалко пускать в расход. Упс, кажется, последнее было лишним. Меня ожег очередной ненавидящий взгляд. - Не принимайте на свой счет! – я попытался спасти ситуацию. – Это было чисто умозрительно. Ну, кто мог предугадать, что мастер вполне в себе? - Однако, это животное научилось подражать людям в манере речи, - прозвучало с толикой удивления. - То есть раньше Бинхэ общался простыми фразами и короткими гневными выкриками? – уточнил я, ливером ощущая, как уходит время. Снаружи ждут, но могут прийти проверить. Особенно если на огонек заявится кто-то наподобие Мобэя. Хреново. Пленник промолчал. - Послушайте, нам с вами надо что-то делать, - я беспомощно посмотрел на Шэнь Цинцю. – Мне вообще следует выбираться отсюда как можно скорее, пока ваш гребаный терминатор не разнес мой мир. - Занятно, - изрек учитель. - Послушайте, вы ведь, наверное, уже догадались? Перед вами не известный вам Бинхэ, который называет себя императором трех миров. Ваше чудище вломилось в мой дворец и испоганило мне вечер семейных разборок. Я почти решился на изгнание своей ненастоящей сестры, а потом почти простил ее за то, что она лярва и заедает мою жизнь… Кстати, если вам интересно, вы сами из моего мира, то есть мой учитель Шэнь Цинцю, до явления вашего ученичка были в полной безопасности. Драки с демонами и аферы заклинателей вас потрепали, не без этого, но, в целом, вы неплохо сохранились для своих лет и сопутствующих жизненных перипетий. А я так вообще готовился спровадить, простите, сопроводить вас в новую школу старейшины Юэ, назначив щедрое содержание, а после вашей кончины основать ваш мемориальный комплекс. - Даже демон согласится, что это звучит как бред, - заметил Шэнь Цинцю. Мне показалось, или учитель вольготно развалился в воде и теперь наслаждался театром одного актера в моем потном, недовольном лице. - Точно, даже я согласен, что это звучит как бред. Но это не бред, клянусь. Я действительно из другого мира. И у нас с вами действительно другие отношения. - Демон утверждает, что меж заклинателем и темным отродьем все хорошо? Он лжец или сумасшедший, или сумасшедший лжец, - фыркнул Шэнь Цинцю. - Ну, не то чтобы мы жили душа в душу, - отвел взгляд я. – Скажем так, мы достигли определенного паритета. То есть мы были в процессе его достижения, но ваш Ло Бинхэ все разрушил. Зачем вы его скинули в Бездну? Чтобы он вернулся и обеспечил вам такое вот спасибо? – я махнул рукой на стены каземата. - Демону не провести вновь этого старика, пусть он поднаторел в краснобайстве. Его претензии остались неизменными, - надменно усмехнулся Шэнь Цинцю. Я взвыл. - Этот учитель знал, что животное не сможет долго притворяться, - с удовольствием прокомментировал узник. - Так, мне это надоело! Перед кем я тут вытанцовываю? – завелся я. – Вы даже не мой настоящий учитель. - О, понеслось в добрый путь, - издевательски заметил Шэнь Цинцю. – Сейчас начнутся жалобы на тяжелое детство, рабский труд и несправедливые наказания. Но разве этой скотине известно, что такое рабство?! – внезапно выкрикнул пленник. Я аж подскочил. - Э-э, рабство – система общественных взаимоотношений, подразумевающая, что человек может быть собственностью другого человека или государства, - промямлил я, чувствуя, что меня затягивает все глубже в болото. – Но я лично это не одобряю, чтоб вы знали. Однако в Древнем мире и даже в Средневековье без рабства было никуда. Ну, вы сами все понимаете. - Уж я-то понимаю, и в куда большей степени, нежели эта говорящая обезьяна, - ядовито прошипел Шэнь Цинцю. И без того худо начавшийся разговор свернул совсем не туда. Чего Шэнь Цинцю прицепился к общественным институтам? Больше в тюрьме поговорить не о чем, как об устройстве общества? - Чего вы ко мне прицепились с этим рабством, будто я его создал? Оно отживет свое, не переживайте. У вас тут уже широко шагает феодализм, а там и капитализм подойдет когда-нибудь. Построят фабрики, разовьют транспорт, будут люди дохнуть не от наказаний, а от загрязнения воздуха, воды и почвы. Так оно приятней, однозначно. Люди, знаете ли, те еще свиньи по отношению друг к другу. Заметьте, я не говорю, что демоны – милые котята. Все по-своему нехороши, включая небожителей. Те тоже подленькие твари, если разобраться. Одного из них изувечил, лишил семьи и скинул на землю демон, так прочие пальцем не шевельнули, чтобы подлечить беднягу и помочь найти кров. Но нет, зачем об этом думать? В ваше время достаточно сказать: «Ты же демон, Бинхэ», - и закрыть вопрос. И чем это отличается от слов: «Ты же подлого происхождения»? А потом скажут: «Ах, у тебя нет хотя бы миллиона? Проваливай со своим мнением знаешь, куда!» Но теперь, пусть я и демон, с происхождением порядок, а миллион я хоть сейчас отожму. Мне повезло. Живите с этим! А знаете, в чем главный фокус? Если б меня не было, ваш мир ни на йоту не изменился бы. Люди все равно использовали бы и не щадили друг друга, равно как демоны с небожителями. Я выдохся. Даже лучшие из людей и нелюдей не выйдут за рамки века, пора бы к этому привыкнуть и не кормить глупыми эмоциями демоническую ярость. - Сожалею, учитель, этот ученик потерял лицо и позволил себе лишнего, - устало выдохнул я. Разгоревшаяся алая метка медленно гасла. - Лживые слова, - не замедлил сказать Шэнь Цинцю. - Все формальные речи лживы, а извинения и поздравления вдвойне, - я пожал плечами. – Вы в состоянии подняться? Не на руках же мне вас отсюда выносить. Учитель промолчал. Понятно, он не собирается мне хоть в чем-то уступать. Со вздохом я приподнял тощее тело и поставил на ноги. Потом накинул на Шэнь Цинцю свою верхнюю одежду и потащил во дворец. Это было глупо и даже опасно, но пусть хоть у кого-то будет праздник. - Вот, - с напускной грубостью я втолкнул Шэнь Цинцю в покои Нин Инъин. – Пусть Ин-эр извинит своего А-Ло, что он задержался. Зато он с подарком. Можешь начинать палить фейерверки. - А-Ло, что это? – Нин Инъин со страхом посмотрела на меня и даже отступила на несколько шагов назад. - Следует говорить «кто», подразумевая живых существ, - хмыкнул я. – Пока еще живых, - я поспешил уточнить. - Ин-эр не понимает своего А-Ло, - прошептала женщина, показательно не глядя на Шэнь Цинцю. - Ей это простительно. А-Ло сам себя временами не понимает, и чем дальше – тем чаще. Но если вдруг Ин-эр запамятовала, то это учитель. Его надо отмыть, одеть и откормить, а потом выбрать ночку потемнее и выставить на все четыре, если, конечно, он не успел досадить еще кому-нибудь, кроме этого Бинхэ. В противном случае нам придется поломать голову, куда его понадежней законопатить. - А-Ло странно говорит, - осторожно заметила Нин Инъин. - Точно, прямо как будто и не А-Ло. Ночь еще далеко, и чтобы скоротать время, предлагаю загадку. Выглядит как А-Ло, носит его имя по праву рождения, но мыслит и разговаривает иначе. Кто же это такой? – прищурился я. - А-Ло, ты пугаешь свою Ин-эр, - пискнула «жена». Я вздохнул. - Ответ верный, я не сомневался ни в тебе, ни в учителе. Он в тюрьме ровно то же говорил. Это, разумеется, ваш дорогой А-Ло, который научился притворяться, чтобы вам жилось веселее. - Спасибо, что подумал о нашем развлечении, А-Ло, - в это трудно было поверить, но Нин Инъин улыбнулась. Я невольно задумался, кто тут из нас на самом деле придурок. Вывод напрашивался неутешительный. – А фейерверки не отменяются? Мы можем отметить возвращение учителя из тюрьмы. А его теперь можно называть по имени? Мне захотелось побиться головой об стену. - Вы меня с ума сведете. Палите, зовите, что пятая нога захочет, воротите, но без меня. Я устал, я ухожу. Не смейте беспокоить меня до утра, изверги, - бросил я, позорно ретируясь с поля боя. В покоях двойника я запечатал дверь при помощи Синьмо. Для надежности. Больше всего мне хотелось закрыть глаза и очнуться в своем мире. С Ли Баожэй и Ши Цинсюанем. Наутро я проснулся в том же поганом мире двойника. И подумал: а что, собственно, мне тут терять? Если после нашей будущей встречи Бинхэ-бис удерет в свой мир, то, поднакопив сил, может легко заявиться на матч-реванш. Вывод: надо изменить его родной мир, чтобы он стал менее удобным для демона, а еще лучше – отвлек того от путешествий, желательно, на всю жизнь. Я призвал к себе проныру Шан Цинхуа и, приняв до отвращения пафосный вид, решительно заявил: - Баланс сил колеблется. Я должен спасти этот мир. - П-повелитель? – от неожиданности двурушник заикнулся. - Слушай мой императорский указ, - продолжил я, не сбиваясь с тона. – Ты возьмешь крепких, проверенных демонов и людей, обшаришь горы, долы и леса, найдешь всех уцелевших заклинателей и их учеников и приведешь их ко мне. Не трать время на уговоры: оглушил, накинул мешок на голову, связал и доставил к любимому повелителю чем скорее, тем лучше. Ты меня понял? - Но, повелитель, - проблеял Шан Цинхуа. - Никаких «но», - отбрил я. – Исполнять немедленно. Если через полчаса мне доложат, что ты все еще здесь, брошу в темницу, благо место освободилось, и вместо тебя поедет кто-то более расторопный. - Этот Цинхуа хотел как раз заметить по поводу темницы и ее бывшего узника… - Что этому Цинхуа дороже, новости об узниках или собственная целая голова на плечах? – сверкнул глазами я. – Ты еще здесь? Бегом за заклинателями, каналья. Ух, распустил я вас, собак! Шан Цинхуа как ветром сдуло. После его отъезда я ввалился к Нин Инъин и, игнорируя сидящего за чаем Шэнь Цинцю, завопил с порога: - Этот гребаный мир катится в Бездну, а никто и не почешется! - О, милый А-Ло, это так печально, - Нин Инъин поднялась мне навстречу. – Ин-эр огорчена, что сердце А-Ло уязвлено. - Сердце демона, - ввернул Шэнь Цинцю. - Прошу, учитель, - вздрогнула Нин Инъин, но я прервал ее следующим воплем. - Именно, сердце демона! Пусть вам будет стыдно, что сердца заклинателей настолько глухи. Правильно я уничтожил ваши хиленькие, погрязшие во лжи пиковые школы. Толку с них, - я показательно скривился. – Все заняты интригами и преследованием истинных талантов. Это я сейчас о себе, если кто-то по-прежнему ничего не понимает. - О, данная часть понятна во всех речах этого демона, - прокомментировал Шэнь Цинцю под беспокойным взглядом Нин Инъин. - Мысль А-Ло слишком высока, и глубина ее безмерна, чтобы глупая Ин-эр ее сразу уловила. - У нас имелись негодные заклинатели. Теперь их нет. Значит, надо набрать новых, достойных заклинателей, и побольше, - гордо выдал я. - Драгоценный А-Ло, но где же найти множество достойных заклинателей? – осторожно уточнила Нин Инъин. - Это не моя забота, я император, а не следопыт. Пусть Цинхуа разберется. Но! Как только он отыщет мне десяток-другой заклинателей, мы устроим состязания. Те, кто себя проявят, получат возможность невозбранно основать собственные кланы со школой, уставом и гербом. Я лично утвержу список новых кланов и школ. Этот мирок надо основательно встряхнуть. Но не взбалтывать, ха-ха. Шэнь Цинцю и Нин Инъин переглянулись. В их взглядах сквозило небеспочвенное опасение, что «повелитель» окончательно съехал с катушек. Я же преследовал двоякую цель. С одной стороны, заложить очаги сопротивления настоящему Ло Бинхэ этого мира. С другой, быстро набрать энергию, достаточную для перемещения домой и боя с сильным противником. Заодно прорежу ряды демонов, ошивающихся во дворце. Как ни посмотри, сплошная польза. - Ах да, еще ведь есть учитель, - радостно сказал я. – Ладно, учителю я предоставлю выбор. Итак, ответьте на вопрос: солнце, облака, пион, лотос или рогатая морда? - Что за глупости, - фыркнул Шэнь Цинцю. - Оставьте ужимки, на кону судьба вашего никчемного мира, - прорычал я. – От вас требуется всего-навсего выбрать символ. Шэнь Цинцю молча посмотрел на меня. - Облака, А-Ло. Ин-эр нравятся облака. Они такие воздушные, легкие и недоступные, - прозвенел голосок Нин Инъин. – Если учителю все равно, пусть будут облака. Они так красиво плывут по небу. - Что ж, А-Ло не в силах отказать своей Ин-эр. Пусть будут облака. Поздравляю, учитель. Отныне ваш герб – плывущие облака. А девиз «Будь праведен», ха-ха. Жаль, ваш зеленый наряд не подойдет к новому ордену. Зеленые облака слишком опасны. К началу состязаний переоденем вас в белое. Сожалею, если вам придется не по вкусу, но вы сами отказались выбирать. - Учитель станет главой нового клана? – глаза моей «жены» засияли. - А также крупным землевладельцем, крепким семьянином и добрым наставником молодежи. Я все продумал, - мои собеседники вновь обменялись скептическими взглядами. – В дупу эту демократию с выборами главы школы, представителями в совете и так далее. Каждая школа будет добропорядочным семейным предприятием с передачей власти по наследству. Кстати, это не значит, что источником дохода семьи может быть только обучение учеников. У вас не будет отдельного клана, отвечающего за снабжение остальных, так что крутитесь, как хотите. - Для чего демону эта затея? – лениво спросил Шэнь Цинцю. - Чтобы держать в узде других демонов. Большинство моих сородичей грубы и примитивны, способны лишь сеять хаос без оглядки на последствия. Людям необходимо завести несколько кланов, чтобы в каждом были разные боевые приемы и заклинания, а не одна-единственная школа, которая рухни – и все, людям можно сразу сколачивать себе домовины. - А-Ло, но ты ведь тоже демон, - похлопала ресницами Нин Инъин. - Точно. Поэтому, как всякий уважающий себя демон, терпеть не могу сородичей и рад им напакостить, - я ухмыльнулся. – А то ишь, вылезли вслед за мной из Бездны и решили, что им все теперь можно. Это я великий герой, воин и император, а эти все – бездари и лодыри, пора задать им жару. - Конечно, А-Ло, ты герой, - с улыбкой защебетала Нин Инъин. – Ты самый лучший, добрый, умный и прозорливый. Как это ты удивительно придумал! Учитель смотрел на меня по-прежнему подозрительно. Я оскалился. Да, я страшный злобный демон. Бу! Не теряйте бдительности.