Любовь такая разная...

37. — Мда-а, Катенька, — Андрей то и дело отпускал руль и резко по нему постукивал. Мимо проносились серые осенние пейзажи, которые сливались воедино с серой трассой, по которой несся автомобиль Жданова.  — Нет, мы, конечно в школе ой не ангелы были и творили тоже ей-богу, но я считал, меня сложно чем-то удивить, но нет… Я думал об этом мире чуточку лучше. Ты-то как? Все еще в шоке пребываешь? — Андрей, я теперь в школе боюсь появляться. — Тьфу, не бери в голову, они слишком глупые и слишком трусливые. Просто держись подальше от подобных мероприятий или бери меня с собой, — он подмигнул девушке. — Да я никуда же не хожу…и если ты всегда будешь со мной, они же подумают, что мы с тобой точно… — Ну и пусть думают, к тебе меньше приставать будут, — перебил Андрей. — Ну это же неправда! — воскликнула Катя. — Ну так они-то этого не знают. — Не-е-ет, Андрей. Они мне начнут задавать неудобные вопросы, а я буду не знать, что ответить, и они сразу все поймут. Да и Аленка же с Вано дружит. — Какие вопросы? На что ты не знаешь ответа? — Нет, я не могу тебе это сказать, я только слышала… — Катя засмущалась, покраснела и отвернулась к окну автомобиля. — Ладно-ладно. А ты не отвечай на неудобные вопросы, загадочно улыбайся только. Никто не имеет права донимать тебя личными вопросами. — Нет, я лучше никуда не буду ходить, и никому не буду врать. — Будешь сидеть скучной букой над учебниками. Кать, разве не хочется прийти нарядной на дискотеку, чтоб все парни, глядя на тебя, шеи посворачивали? Катя неуверенно посмотрела на Андрея и чуть улыбнулась: — Это не для меня. — Ну с чего ты так решила? — Я не похожа на девушку, которая нравится всем парням. — Катька, по-моему, я тебе уже говорил, что я думаю по этому поводу. Короче, предлагаю эксперимент — по случаю снятия гипса мы тебе покупаем сногсшибательное платье, туфли, ты идешь с Аленкой на дискотеку, а мы идем с Вано и наблюдаем за вами. Если я насчитаю, что на тебя западут более пяти парней- ты проиграла спор. — Я еще не соглашалась спорить. — Ой, какая. А я и не спрашивал соглашения. Все решили, так и сделаем, — Андрей хитро улыбался. — На что спорим? — вдруг с вызовом ответила Катя и вся аж выпрямилась и подалась вперед. — Если проспоришь, то ты до нового года будешь меня слушаться, не будешь плакать и будешь выполнять все упражнения для руки, а еще пойдешь заниматься гимнастикой, ну или еще каким-нибудь спортом, как только врач разрешит. — Что-о-о? Андрей, ты с ума сошел? Ты собрался меня до нового года терпеть? Я думала в ноябре найти жилье и попросить у родителей побольше денег. — Ничуть не сошел, ага, потом мне тебя по-новой лечить от пребывания в какой-нибудь канаве. А нет, Катенька, еще хуже, ты знаешь, что такое бордели? — Что же должно случиться, чтобы я там оказалась? И я бы и сейчас обошлась без твоей помощи, — сердито надулась Катя. — Посмотрел бы я на это. Кто вчера вечером тут же прибежал, оставшись один? Тут же хнык-хнык, все болит. А сейчас сидит, дуется, такая взрослая, ой не могу. Если ты себя тут такой уже взрослой посчитала, что, вон, как Аленка твоя, на чердак с кем-нибудь не пошла? Катя всхлипнула. — Взрослая и самостоятельная жизнь, Катюша, — это не только хорошо учиться и врать родителям, что у тебя все хорошо. Да ты и сама знаешь, чем закончился твой первый эксперимент взрослой жизни. Кстати когда-нибудь потом я мечтаю посмотреть в глаза твоим родителям, как они такое чудо несмышленое одну жить отправили. — Меня не одну, папа же дума-а-ал, что Алевтина…-Катя вовсю ревела. — Тише-тише, не плачь, ладно я ни в чем не обвиняю твоих родителей. Родители всегда всего самого лучшего хотят. Просто маленьким девочкам нельзя находиться одним в большом городе. Вот скажи мне, как ты собралась жилье снимать? Ну допустим, если ты даже найдешь подходящую комнату, — Андрей продолжал левой рукой рулить, а правой- вытирал Кате слезы. — Прихожу, плачу хозяевам деньги, и они меня пускают жить. — Ну-ну, и на каком таком основании пускают? Они радостно заберут деньги и оставят тебя на улице. Еще посмеются, что несовершеннолетняя дурочка деньги принесла. — Я пойду в агентство недвижимости, — нашлась Катя. — Какой прогресс в знаниях, а ты знаешь, что тебя там попросят сделать? — Не-а. — Договорчик подписать. А вот теперь скажи мне, вам в школе не говорили, можешь ли ты договор аренды подписывать? Катя вытирала остатки слез носовым платком и задумчиво молчала. — Так, я говорил или нет- еще одно условие спора- не плакать, будешь готовиться к взрослой жизни. Оставалось несколько дней до конца четверти, все были озабочены своими успехами в учебе, про то, что внезапно стали гимназистами, особо не вспоминали, Катя отсчитывала часы до снятия гипса и знала, что она получит свои оценки за четверть после написания всех долгов на каникулах, поэтому особенно не волновалась, Татьяна Алексеевна ходила странная, на Катю поглядывала чуть испуганно, а Пушкарева теперь стала замечать за собой легкую ухмылку на уроках литературы и русского. Заканчивали проходить «Героя нашего времени», по случаю чего все написали сочинения, и на одном из последних уроков Татьяна Алексеевна в сердцах критиковала сочинение Алешки Стеклова. — Ничего себе она разошлась, — шепнула Алена Кате, — уж скорее Даньке должно было достаться. Хм, и ничего он такого не написал. Она же раньше симпатизировала Печорину, а теперь за это Леху распекает. Или, объясни мне, я чего-то не догоняю? Я тоже написала, что мне нравится мнение главного героя. Катя пожала плечами, переживая за свой коряво написанный текст. — Катюха, Катюха-а-а, — Алена шептала ей на ухо. — Ты мне подруга? Катя кивнула. — А можешь узнать у своего Андрея, он же вроде у тебя все про такие дела знает. — Что? — Катя ошарашенно уставилась на соседку. — Если таблетку уже после выпил, она точно поможет? — Какую таблетку? — Противозачаточную, ты что не поняла? — Аленка уставилась Кате прямо в глаза. — А…а.почему я это должна спросить у Андрея? — Видишь ли, у меня задержка… Я боюсь идти к врачу, тут может я просто переволновалась, и у меня бывает. Вы то как? — Что как? — Катя нервно теребила ручку. Татьяна Алексеевна видела, что девочки отвлеклись от урока, но не стала делать им замечания за перешептывания. — Предохраняетесь как? — Я…я не знаю, — Катя потеряла дар речи. — Как не знаешь? Ну если не ты, то ты не замечала ничего такого странного? Пушкарева наконец-то набралась возможности говорить: -Алена, между нами ничего не было, нет и быть не может. Это понятно? У Андрея есть девушка, он мне как брат, и это правда. И я не собираюсь ни с кем спать, еще рано. -Еще только одиннадцать, конечно рано, — послышалось с задней парты, а Алена погрозила соседям кулаком. — А в дальнейшем тоже не собираешься? –не унималась надоедливая подруга. — Не собираюсь, — отрезала Катя и вытянула голову, делая вид, что усиленно слушает Татьяну Алексеевну. За сочинение Пушкарева единственная в классе получила отлично. — Почему-у-у? А можно почитать? — занегодовал Даня Крыжановский, когда учитель объявляла оценки. — Потому что Екатерина единственная из класса поняла замысел автора и поступки главного героя. Катя удивленно хлопала ресницами, потому что, по ее мнению, она ничего такого не писала, для нее это было вообще самое тяжелое сочинение, что она, промучавшись три часа, пошла просить помощи у Андрея. «Ой, я плохо помню содержание, — отмахнулся сначала Жданов. — Ну напиши, что образ главного героя актуален и в наши дни, а ведет он себя как последняя скотина, потому что излишне самоуверен и запутался, и только. Так конечно не пиши, но смысл ты поняла. Ну еще он потребительски относится к женщинам, потому что излишне рационально воспринимает мир.» Катя пришла в легкий шок и еще раз спросила, помнит-ли Андрей хоть что-то из содержания. «Фамилию главного героя помню, фаталистом был и к женщинам вроде точно похабно относился, а остальное можно применить к любому произведению и слегка раздуть», — объяснил Жданов. — Катя, ты что там такого написала? — спросила Алена. — Видимо то, что она хотела прочитать… что главный герой — скотина…- задумчиво произнесла Катя. — Ой, фу разве так можно выражаться, — опять послышалось с последней парты. Урок закончился, Катя поспешно собрала вещи и убежала из класса: должен был приехать Андрей, и, ура, они едут снимать гипс, хотя тут же она вспомнила про спор в машине, и надеялась, что Жданов про него забыл. Когда сели в машину и ждали, пока она прогреется, Катя пристально разглядывала ухо задумавшегося Андрея, тот это почувствовал и посмотрел на нее: — Что? — Андрей…-Катя немного потупилась, а потом выпалила: — Скажи, таблетки от беременности надо до или после пить? В глазах Жданова смешался ужас, страх, удивление и легкая улыбка недоверия и любопытства. — Так…так…-он взял Катю за подбородок, чтобы не отвела глаза, и пристально смотрел на нее. — Ты решила как твоя учительница стать взрослой? Или…-Андрей облегченно ухмыльнулся, — хочешь высчитать вероятность смены классного руководителя через полгода? — Нет, я не для себя узнаю. Просто… Аленка спросила… — А ты теперь оператор справочного бюро, — рассмеялся Жданов. — Ну нет, но мне между прочим тоже интересно. — Катенька, запомни, после легкими методами уже не отделаешься, хорошо запомни. Без последствий каких-либо то есть не обойтись. А таблетки, между прочим, все вредные… А своим подружкам лучше в поликлинику сходить посоветуй, а можешь вообще ту больничку, где ты оказалась, порекомендовать. Отличное место, сразу поймут, что думать надо всегда до и головой лучше. — Андрей, а знаешь- мне единственной пять за сочинение поставили, — тут же вспомнила Катя. — Спасибо тебе! — Мне то за что? — Ну ты мне подсказал, что написать тогда, помнишь? И Татьяне Алексеевне –это похоже понравилось. — А-а-а, — протянул Жданов. –Это, видимо, подтверждает, что Вано мне все-таки проспорил, — он захохотал и ударил руками по рулю. — А Вано здесь причем? — Да так… Тебе тут необязательно знать, мы спорили с ним недавно… — О чем? — Катя с нескрываемым любопытством смотрела на Андрея и даже прикусила губу. — Он мне доказывал, что я совсем не разбираюсь в женщинах, -Жданов кокетливо качал головой, — так вот, если ты все-таки написала, что я тебе говорил, то я очень даже разбираюсь, — Андрей посмотрелся в зеркало заднего вида и пригладил волосы на голове. — Не понимаю какая связь… — Катенька, я тебе тогда сказал все то, что хотела услышать твоя учительница, а она вроде как женщина. — А-а-а, я и не поняла, — Катя хихикнула. — Можно тебе сказать, что ты скотина? — Можно-можно, — ответил довольный Андрей и нажал на газ. — Все вы женщины одинаковые. И ты, Катенька, тоже маленькая коварная женщина. Дальше продолжать разговор становилось опасным, потому что Андрей мог сказать еще что-нибудь такое, чего бы катино сердце точно не выдержало, а Катя сама его назвала не только скотиной. У нее итак некоторые действия и слова Жданова, а особенно интонации и выражения лица, регулярно вызывали приступы тахикардии, она всячески уговаривала себя успокаиваться, она не имела никакого права хоть как-то на него реагировать, да и он же вел себя в присущей ему манере, вот он просто такой — Андрей Жданов, но отчего-то все больше хотелось накричать на него, либо удариться в слезы, что было под запретом, либо просто прижаться и никуда не отпускать, и признаться сразу, что проспорила: не хочет она, чтоб кто-то шею сворачивал и красивое платье, а хочет, чтоб Андрей приходил домой, пусть даже вместе с Тамаркой, жарил курицу и предлагал ей найти парня, а она б отказывалась, помогала убираться ему по выходным и гладила ему рубашки, в которых он выглядел сногсшибательно. Что приводило Катю в успокоение, так это просто наблюдать за ним, когда он что-то сосредоточенно делал, например, просто вел машину, а не предлагал ей с ним ввязываться в спор. Снятие гипса оказалось не столь радостным, как себе представляла это Катя, долгожданная свобода действий не наступила: рука не слушалась, болела и отекала. Кате назначили процедуры через день и специальные упражнения, а еще массаж дома, который каждый раз был пыткой, смешанной с наслаждением. Правда спустя несколько дней, к началу каникул, стало полегче, Катя смогла держать ручку и выполнять накопившиеся задания, чем она с усердием и занялась. Жданов все равно днями пропадал на учебе или еще где-нибудь, а смысла придумывать себе досуг на каникулы не было. Зато теперь Катерина активно лезла в дела по дому, помогала с уборкой, чему Андрей втайне был рад и пыталась хозяйничать на кухне, но в один из первых дней чуть не порезала себе палец, и осваивать премудрости кухни Жданов запретил как минимум на неделю. А еще Катя была теперь почти избавлена от пытки под названием- душ с Андреем, сначала он отказывался уходить из ванной и просто сидел на корзине с бельем, ожидая, когда Катя помоется и отвлекал ее разговорами. Первые пару дней операцию под названием «водные процедуры» Катя проходила успешно. Андрей обязательно осматривал ее на предмет оставшейся пены и тут же в ванной растирал руку, и закутывал в халат. В выходной он загнал Катеньку в душ пораньше, потому что собирался провести вечер с Тамаркой, отчего, видимо, пребывал в игриво приподнятом настроении и уже час до этого сводил Катю с ума шутками. Ладно ванна закрывалась шторой, и она не могла видеть Андрея. — Катька, а Катька ты когда-нибудь спортом занималась? Или танцами? — интересовался Жданов. — Нет, только на уроки физкультуры ходила. Ну и в начальной школе был кружок танцев-туда ходила. — То-то я и вижу, что у тебя координация нарушена. — Как? Как это заметно? — Ну я сначала думал, что ты из-за гипса периодически куда-нибудь врезаешься, а потом понял что нет, ты просто такая, — заключил виновник катиной раскоординации. — Это очень плохо? — Ну не знаю, я думаю это нужно исправить. — Черт, — бутылка от шампуня выскользнула из катиной руки и упала прямо ей на ногу. — Что такое? — Андрей тут же засунул нос за шторку. — Шампунь упал, — Катя попыталась как-то прикрыться лейкой от душа от этого взгляда. — Ну что я и говорил, ты прямо подтверждаешь мои догадки, — Андрей поднял почти вытекшую бутылку с остатками шампуня, но вместо того, чтобы подать ее Кате, бросил в раковину и достал с полки новую. — На лови, в этой почти ничего не осталось. Кате очень не хотелось получить в район живота увесистой бутылкой, поэтому ненадолго пришлось забыть о стеснении, бросить лейку душа и ловить изо-всех сил бутылку с растопыренными руками. Бутылка была еле-еле поймана. — Ну кто так ловит, — Андрей растопырил руки как Катя. — Руки надо вперед выставлять, самой наклониться, — он подошел к ней и провел рукой по спине, показывая как нужно согнуться для лучшей ловли. — Что мячик никогда не ловила? Так, -рука провела по животу, — живот втянуть, спину красиво выгнуть. Ну уже лучше, только выглядишь ты, Катенька, как будто на эшафот собираешься. Вот если ты с таким видом будешь мужчину своего сооблазнять… Катя просто рухнула в ванну, покраснев как рак. — Что я такого сказал? Вот я не верю, что ты не можешь нормально. Это все природой заложено, а ты чего-то стесняешься. Если меня, то как бы я думаю за месяц ты должна была привыкнуть к моему присутствию. — Андре-е-ей, — жалобно проскулила Катя, — можно я голову помою? — Ладно, — Андрей вернулся на корзину с бельем, — все с тобой понятно. В конце каникул едем за платьем и в следующие выходные отметим твое излечение. Катя что-то пыталась промычать. — Не думай возражать, я теперь знаю, как тебя наказывать. Андрей вернулся уже ближе часам к шести утра, когда все-таки Катя сладко спала, запретив своему организму сходить с ума, и с довольным вздохом упал на кровать, и засопел. Вдруг раздался телефонный звонок, Катя понаблюдала с минуту за Ждановым, который не собирался шевелиться и интересоваться, кто звонит в такую рань, и решила сама взять трубку. — Милый, — сказала трубка. — Ты сегодня был на высоте. Я ничего подобного не помню, я еще до сих пор прихожу в себя… — Я тоже…- еле слышно прошептала Катя и положила трубку. Простояв в оцепенении непонятное количество времени, она пошла на кухню, нашла в холодильнике открытую бутылку вина и налила себе немного в кружку. «Надо как-то все-таки решить вопрос с жильем, по –хитрому», — решила она.