Finally: Machine

Военная база. Подземные этажи.

«Беги! Беги так быстро, как только можешь!» Один из отступников со всех ног нёсся вперёд по пустынному коридору. На нём был чёрный деловой костюм. На поясе была закреплена катана с лезвием голубого цвета, надёжно спрятанная в ножнах. Он пытался сконцентрироваться, контролировать своё Дыхание, но тревожные мысли не давали ему сделать это. «Кочо-сан сражается с Доумой, второй Высшей луной, а Ренгоку-сан – с Аказой, третьей Высшей луной... Боюсь даже представить себе, каково им сейчас, с такими противниками... Музан слишком быстро отреагировал на наше вторжение и разделил нас. Теперь я даже не знаю, что с ними – связь блокируется». Впереди показалось первое препятствие – вооружённые андроиды, которые внешне были похожи на обычных людей. Их движения были быстрыми, но автоматическими, как у всех машин, что он видел до этого. Сосредоточившись на цели, Столп молниеносно вытащил меч из ножен, крепко сжал его в руках, обтянутых чёрными перчатками, и нанёс удар. В тот же момент вокруг него, словно из ниоткуда, в воздухе образовались прозрачные капли воды. – Дыхание воды. Первый стиль: Рассекающая водная гладь. Через секунду он уже стоял за спинами андроидов, а через ещё одну секунду все машины были разрезаны на части и взорвались. Избежав ударной волны, Столп воды продолжил бежать вперёд, не оглядываясь. Он безуспешно пытался связаться с остальными Столпами по передатчику, но вместо их голосов слышал только помехи, и на бегу сбросил с уха маленькое чёрное устройство. Теперь он был сам по себе. Ему оставалось только надеяться, что другие Столпы справятся со своими противниками. Сам он даже не знал, куда направлялся – просто продолжал бежать вперёд, перемещаясь между этажами и уничтожая любую преграду на своём пути. – Второй стиль: Водяное кольцо. – Третий стиль: Танец быстротечного потока. – Четвёртый стиль: Удар волной. – Шестой стиль: Вращающийся водоворот. Он размахивал мечом, не жалея сил, и был намного быстрее, чем автоматизированные андроиды. Столп знал, что эти пешки были лишь отвлекающим манёвром, чтобы побыстрее измотать его. Настоящей проблемой были только Высшие луны – сильнейшие слуги Кибутсуджи Музана. Изначально их было двенадцать, а сейчас осталось только трое: Кокушибо, Доума и Аказа. С первым сражались все остальные Столпы: Ветра, Любви, Камня, Змеи, Тумана и Звука. Они знали о своих противниках не так уж и много информации, потому что до сегодняшнего дня никто из них с ними не сталкивался – Музан тщательно берёг свои козыри. Всё, что им было известно – это только то, как они выглядели. Исключение составляли лишь двое из Столпов – Пламени и Насекомого. Ренгоку Кёджуро и Шинобу Кочо. Во время собрания Столпов, когда им всем показали Высших лун, эти двое мгновенно переменились в лицах. Кочо резко побледнела и молча вышла из зала, никому ничего не объясняя. Столп Любви очень сильно беспокоилась за неё и пошла следом, но она так и не поговорила с Шинобу – вернулась к ним в слезах и сказала, что Кочо-сан заперлась у себя в комнате и издавала странные звуки, словно хотела закричать от боли во всё горло, но зажимала себе рот рукой. После этого к Митсури подошёл Ренгоку-сан, улыбнулся ей и попросил не переживать. Создавалось ощущение, что он говорил эти слова самому себе – в тот день его улыбка выглядела очень натянутой, а золотые глаза были как никогда грустными. Кёджуро тоже покинул их, не сказав ни слова. Спустя минуту после этого, громко выйдя из-за длинного стола, за которым сидели все Столпы, из зала молча вышел и Шинадзугава Санеми – Столп ветра и родственник Кочо. Напоследок он неохотно бросил через плечо низким голосом: «Ей сейчас нужно побыть одной. Не трогайте её и не разговаривайте с ней – лучше вы всё равно не сделаете». Только спустя неделю после собрания они узнали от Убуяшики-сама, в чём было дело: двое из Высших лун Музана в прошлом приходились Кочо и Ренгоку близкими людьми, которые считались погибшими. Шинобу потеряла любимого мужа, а Кёджуро – близкого друга, с которым они были вместе ещё со школы. И тогда, сам не зная, почему, Гию, который всегда держался от всех Столпов в стороне, искренне проникся их болью, словно она была его собственной. Незадолго после этого случая Убуяшики-сама не стало – на их штаб напали слуги Кибутсуджи и убили его вместе с семьёй. Перед своей смертью, словно предчувствуя её, Убуяшики передал Гию одну вещь. Мягко улыбаясь, Кагая попросил его использовать её только в том случае, если Томиока когда-нибудь встретится с Кибутсуджи Музаном лицом к лицу. «Я обрекаю тебя на страдания, отдавая это, но так будет правильнее, – сказав эти слова с грустной улыбкой, он передал ему в руки маленькую коробочку, в которой лежала таблетка мятно-зелёного цвета. – Тебе будет очень тяжело, если ты примешь её, но это поможет одолеть Кибутсуджи. Я уверен, ты справишься. Ты – Столп воды. Вода – это мощный проводник энергии, она способна поглотить любой негатив. Тебе судьбой суждено победить Музана, Гию». Даже без передатчика Томиока чувствовал, что с каждой минутой подбирался к сердцу базы – месту, где был Кибутсуджи Музан – всё ближе. Он бежал до тех пор, пока не увидел перед собой наглухо закрытые железные двери. Тяжело дыша после быстрого бега, он настороженно огляделся, проверяя, не было ли больше роботов, и достал из кармана пиджака маленькую коробочку с таблеткой. Гию поднял её к глазам, задумавшись на несколько секунд, а потом бросил пилюлю себе в рот. Он встал в стойку, сжал меч обеими руками и одним мощным ударом снёс препятствие со своего пути, открыв проход в обитель монстра. В его глазах не было страха, когда он увидел Кибутсуджи Музана – только жгучая ненависть. И она была взаимной – когда он выбил двери и оказался в огромном зале, андроид поднял голову и одарил его холодным взором. Гию приготовился к бою, держа перед собой меч, но потом вдруг застыл на месте, как вкопанный, глядя на Кибутсуджи расширенными от ужаса глазами. Столп воды открыл рот в немом крике. Он не смог отразить удар огромной титановой руки Кибутсуджи – она молниеносно пронеслась через весь зал и отшвырнула его в сторону. Врезавшись в железную стену, Томиока пробил своим телом дыру и закричал от боли, захлёбываясь кровью. Вернув свою руку в исходное состояние, Кибутсуджи поднялся с кресла. Чеканя шаг, он не спеша направился в сторону полуживого Столпа.