Ход против правил

***

      Пробуждение выдалось очень тяжёлым. Первому пришлось проснуться Блейзу, который вчера вечером уснул в обнимку с рыжеволосой. Улыбка от перебирания её волос быстро нарушилась головной болью от похмелья. Пришлось встать и сходить за зельем, которое он принёс и для друзей. После ухода он понял, что что-то поменялось в комнате. Как только тот нашел источник смены, ему пришлось улыбнуться. Драко выглядел таким беззащитным в объятиях Гермионы, а её нога, которая покоилась на его талии, придавала иронии. Если бы кто-то решил зайти рано утром в башню старост, то мысли пришедшего были бы очень разносторонними. — Доброе утро, сони, — разбудил «парочку» Забини, — вы такие милые.       До Грейнджер и Малфоя долго доходило, о чём он говорит, пока не обратили внимание, в какой позе и как близко друг к другу они находятся. Улыбнувшись друг другу, слизеринец помог встать подруге, которая в это время поправляла юбку и блузку, которые вчера даже не потрудилась снять. Блондин взял зелье, а темноволосая отказалась, потому что похмелье её не затронуло, чему она была несказанно рада. В это время на соседнем диване попыталась открыть глаза огненная леди, но это далось ей с трудом. — Пить, — прохрипела та, и сразу же пригубила зелье, которое чуть ли не вырвала из рук Блейза. — И тебе пожалуйста, принцесса, — ухмыльнулся парень, видно память его не подвела точно также, как и Гермиону, — вы что не помните? О, хоть одна помнит. Короче, когда мы начали выпивать вторую бутылку, кто-то, — увидев поднятую руку гриффиндорки, тот исправился, — наша умнейшая ученица сказала, что её никогда не называли принцессой, даже в детстве, Джинни не выпила даже грамма, ну и я сказал, что буду исправлять, а она сказала, что в таком случае будет называть меня принцем. — О, я вспомнила, точно, — протянула тихим голосом уже свежая леди, — а теперь нам пора собираться, до конца обеда 40 минут, нужно успеть хотя-бы к концу. Поспали мы, конечно, знатно.       Утвердительно кивнув, все отправились по комнатам. Как только за Грейнджер закрылась дверь, она же поставила заглушки на комнату, потому что поняла по глазам подруги, как та хочет что-то сказать. — Герм, ты не представляешь! Я давно не была так счастлива, особенно после того, как Гарри начал отношения с этой когтевранкой. Когда ты уснула, мы с Блейзом так хорошо поговорили и за долгое время я смогла отвлечься от мыслей о Гарри, — начала рассказывать она, попутно выбирая одежду себе и Гермионе, которую никто не успел разобрать, — давай в ванную, а потом быстро наводить марафет. Так вот, он, оказывается, не хотел присоединяться в ряды Пожирателей и сделал это только потому, что тот поменял свои взгляды, с которыми сам согласен. А ещё он очень красивый. — Я очень рада за тебя, пусть Гарри будет с Чжоу, а ты, наконец-то, его забудешь и станешь самой счастливой, — включая воду в душевой кабине и вставая под мощный поток, прошептала Гермиона наблюдая, как капли стекают по прозрачной стенку. — А как тебе настоящий Малфой? Я не ожидала, что на самом деле он такой человек, он не похож на того, кто оскорблял нас. Хотя, теперь я понимаю, почему он это делал. Герм? — заметив, что девушка находится в своих мыслях, та снова позвала её, никакой реакции. В этот момент Грейнджер размышляла о Драко. Она увидела его в новом свете, ей не захотелось скидывать его руку вчера, она сама взяла его ладонь, улыбнулась утром, обнимала ночью, прижималась к нему. Что с ней? Неужели она так быстро забыла Рона и смогла переключиться? Она не верила в это, поэтому полностью убедила себя, что всё, что она делала — было лишь по дружбе, точно так же, как и сам парень. — А? Ты что-то сказала? — очнулась она. — Да, я спросила, как тебе Драко? — Ну, нормально… — она всё же засмущалась, хоть и говорила, что дружба дело такое. — Ну да, я вижу, — её ухмылка окончательно отрезвила темноволосую, — я так понимаю про моего братца ты вчера не думала, да и сейчас не думаешь? — Ну, возможно. Но я не могла так быстро забыть Рональда — это же невозможно. Драко симпатичный, мне комфортно общаться с ним, да даже обниматься ночью понравилось, но всё, что происходит сейчас — не больше, чем дружба, — и чуть слышно добавила себе под нос, — по крайней мере, пока. — А я всё слышала, выходи, одевайся. Я приду и накрашу тебя. Как появится время, научу делать это самостоятельно, — выгнав свою подругу из-под воды и вручив полотенце, та ушла переодеваться, предварительно сняв с комнаты заглушающие чары, чтобы не пропустить криков подруги, если что. Посмотрев на комплект, который она должна надеть сегодня, гриффиндорка улыбнулась. Джинни как всегда, первый учебный день, а значит и одежда должна быть, как для «первого впечатления». Чёрное нижнее белье, которое та сразу надела на тело. Затем брюки, которые подчеркивают ягодицы на толстом ремне и прозрачная сетчатая блузка, под которую и нужно кружевное белье. — Джин, так вот почему такое белье? — закричала темноволосая, разглядывая бюстгальтер, который больше похож на майку. Кружево по всей ткани, небольшая чёрная луна между грудей и почти полностью открытая спина. Это выглядело очень эффектно, но в тоже время не вульгарно. — Какое белье? Дайте нам посмотреть, — из-за двери, ведущей в гостиную, послышались шорохи. — Парни, вы серьезно? Подслушивать? — распахнутая дверь из ванной дала понять, что младшая Уизли готова их убить, уже одетая, она потянула подругу на кровать — Герм, макияж. А вы отойдите от двери, а то носы сломаю. — Уходим! Но белье мы всё-таки ждём, — засмеялись они и реально отошли, испугавшись угрозы, как подумала рыжеволосая. Макияж и прически были завершены за 15 минут, а до конца обеда оставалось ещё 20 минут. Поэтому, обув туфли под цвет своих блузок, девушки вышли из комнаты, предварительно взявшись за руки. Слизеринцы сидели на диване и разговаривали, но как только две подруги спустились по лестницы, вскочили. Первым подошёл Забини и, подав руку Джинни, проговорил, поедая её взглядом: — Ты прекрасна, принцесса. — Спасибо, — приняв его руку, она подмигнула и одними глазами указала на Драко. Но тот не стал терять времени даром и подошёл к Гермионе. — Прошу вашу руку, мадам, — он улыбнулся и снова в его взгляде не было презрения, отчего она растаяла. — Конечно, сэр. А что с Вами такое? — Нас так учили, — отрапортовал один из слизеринцев. — Как так? Подавать руку всем девушками, которых видите? — засмеялась Джин. — Нет, только тем, кто нравится, — как ни в чём не бывало сказал Блейз и, взглянув на рыжеволосую, улыбнулся. — Ла-адно, — протянула Грейнджер, наблюдая за обменом любезностями, — может, пойдём? — Конечно, — ответил ей Драко и поправив прядку, которая выбилась из прически, наклонился к её уху, чтобы прошептать, — ты невероятно выглядишь.       Зардевшаяся девушка не ответила, лишь покрепче схватилась за его предплечье и потянула к выходу, по пути перехватывая клатч другой рукой. По пути в Большой зал им встречалось очень много учеников, которые бросали на них странные взгляды. Никто не понимал, почему враги, а теперь, видимо, нет, идут за руку и так искренне разговаривают друг с другом? Но самое интересное произошло по приходу в главное помещение Хогвартса. Весь зал, все студенты и преподаватели обратили внимание на две пары, которые пришли на обед. Парни, наклонившись к девушкам, прошептали что-то, словно не замечая взглядов детей. После этого, каждый разошелся по своим местам, также игнорируя перешёптывания, разговаривая только между собой. — Что тебе сказал Драко? — поинтересовалась гриффиндорка, накладывая на тарелку различные яства. — Чтобы я не обращала внимание на слухи, которые поползут по школе, — шёпотом ответила подруге. — Мне тоже самое, а теперь держись, к нам идут Гарри и Рон, я не видела, чтобы они были в зале, — посмотрев за спину пробормотала Джинни.       Стараясь утихомирить сердце, которое, казалось, сейчас выскочит из груди, Грейнджер развернулась к парням, надев маску надменности. — Вы что-то хотели? — холодным голосом произнесла она. — Мы? Очень даже хотели, какого чёрта, вы зашли в зал под руку с хорьком и этим тёмненьким? — Встречный вопрос, вам какое дело? — промолвила сестра одного из юношей, стоящих ними. — Во-первых: я твой брат, а твой парень. Во-вто… — Ты кто? — не дав ему договорить, попыталась переварить сказанное лучшая ученица школы. — Брат и парень. — уже испуганно повторил Рональд, заметив яростные нотки.       Весь зал смотрел на назревающую ссору между лучшими друзьями, которые раньше никогда так не ссорились. Драко и Блейз следили за действиями парней, чтобы в случае чего, поспешить на помощь гриффиндоркам. Но произошедшее дальше дало ясно понять, что они могут постоять за себя сами. Гермиона вскочила из-за стола, чуть ли не опрокидывая его, подруга встала следом. Её крик, слышали все, в том числе преподаватели, которые также наблюдали за ссорой, чтобы предотвратить драку, которая могла произойти. — Послушай меня сюда. Какая я тебе девушка? Я перестала ей быть в тот момент, когда ты начал изменять мне вот с той девкой. Также, если бы я и простила это, то в тот момент, когда ты попытался меня изнасиловать, — в этот момент по всему залу прошёл вздох, Поттер, который ничего не знал с горечью посмотрел на своего друга, а Забини и Малфой, сжав зубы, направились в сторону подруг, — ты потерял меня навсегда. Ты думаешь, что можешь называть меня своей девушкой или хотя бы подругой? Ты мне никто. Запомни это раз и навсегда. Я тебя ненавижу, ты ублюдок, который позволил себе слишком многое. Не обольщайся, моя любовь прошла, твоё солнце закатилось — резкий шлепок по щеке, заставил понять, что это была правда. Рональд не тот, за кого он себя выдаёт. Слёзы, обжигая нежную кожу лица, потекли ручейками, смывая тушь, пудру и даже матовую помаду на губах девушки. Схватившись за руки подошедших парней она вылетела из зала, словно пушинка. — Гермиона, что он с тобой сделал? — Я Вас прошу, не сейчас, не спрашивайте об этом, не сейчас, — слова с большим трудом выскакивали из её уст.       Сразу же уловив суть её фразы, слизеринцы отвели Грейнджер обратно в комнату, чтобы перед первым уроком успеть привести себя в порядок. Переступив порог гостиной, слова бывшего парня всплыли в её голове, снова. Его фраза словно ударила под дых гриффиндорке. Раньше она никогда бы не сказала, что такое простое высказывание может вывести из себя. После удара та могла легко сказать, что ей стало легче. Любовь? А была ли она? Могла ли девушка предположить, что выйдет за него замуж? Нет. Видела ли она будущее рядом с этим человеком? Нет. Хотела ли она проводить всё своё время с Роном? Тоже нет. На каждый вопрос, можно было дать лишь одно объяснение. Гермиона просто искала утешения. Хоть в ком-то. Разумеется, чувства были, но привязанности и сильной тяги — нет.       Освеженный макияж, высушенная одежда и улыбка от шуток мальчиков, которые всячески пытались её поддержать, сделали своё дело. До звона колокола старосты и думать забыли о том, что произошло в Большом зале. Звонкий смех двух подруг звучал словно колокольчик на поляне в Запретном лесу. Холодные подземелья перед кабинетом зельеварения заставили поежиться девушек, непривыкших к таким перепадам температур. Посильнее закутавшись в свои прозрачные блузки, гриффиндорки почувствовали нежные прикосновения от приятной ткани. Слизеринцы, словно по команде, надели пиджаки на замерзшие тела. Громкий звук колокола, говорящий о начале урока, заставил поспешить и успеть занять свои места за несколько секунд до прихода профессора Снейпа. Джинни же поспешила выбежать и дойти до своей теплицы на Травологию. — Уберите свои палочки и приготовьтесь к практической части занятия, — без всяких предисловий начал профессор, как только сел за свой стол — сегодня мы будем изучать Напиток Живой Смерти¹, рецепт которого вы можете увидеть на 64 странице учебника. Приступайте.       Все те, кто смогли посещать этот предмет, раскрыли рты от удивления. Это одно из сложнейших зелий, которые редко проходят по практической части. — Но, профессор, как же так? Обычно это зелье проходят лишь теоретически, — начала Гермиона, но поднятая рука Северуса быстро нарушила её планы, — простите, я поняла. — Ребят, вы не против если я присоединюсь к Вам? — шёпотом поинтересовалась гриффиндорка у юношей, когда все стали делится по группам, чтобы успеть приготовить данное зелье. — Конечно, — с удовлетворением кивнул Блейз и принёс из кладовой недостающие ингредиенты, — ты же нам поможешь? — Возможно, но я никогда не готовила это зелье, тем более оно не по программе, а единственное, что я готовила запрещённое — это оборотное, — спохватившись темноволосая шикнула на мальчиков, которые уже хотели что-то воскликнуть, — это было на втором курсе, чтобы пробраться в вашу гостиную. Гарри и Рон в образе Крэбба и Гойла зашли с Драко, а мне попался кошачий волос и я неделю лежала в медицинском крыле, — улыбнувшись, продолжила она. — Так, значит, ладно, сейчас не самое подходящее время для таких разговоров, что вы возьмёте на себя? — поинтересовался Забини, уже поставив котёл с водой на медленный огонь. — У нас есть 14 пунктов, два из которых ты уже выполнил. Поэтому сейчас я нарезаю дремоносные бобы, а ты, Драко, нарежь асфодель на мелкие кусочки и найди настойку полыни.       Весь оставшийся урок прошёл в тишине, нарушаемой лишь переговорами насчёт зелья или его приготовления. Сдав свою работу, ребята вышли из аудитории и направились в башню.

Спустя почти два месяца

      Все время, что старосты проводили вместе, было наполнено весельем и радостью. Они очень сплотились и стали единым целым, готовым поддержать друг друга в любой ситуации. Джинни и Блейз официально объявили себя парой и всё свободное время, когда Гермиона и Драко были заняты — проводили вдвоём. После того, как они начали встречаться, многие стали обсуждать их и думать, что же так изменило этих девушек. Что на них нашло, что они общаются и дружат со слизеринцами, ходят к ним на вечеринки, не оскорбляют друг друга как раньше, а наоборот защищают. Между Грейнджер и Малфоем же происходило что-то совершенно непонятное им обоим. «Случайные» прикосновения, красноречивые взгляды, поддержка, совершенно не похожая на дружескую, ревность. Но никто не решался поговорить об этом и тщательно оправдывали всё это, как недостаток общения с противоположным полом. Всячески отвлекая себя от мыслей о слизеринце, Гермиона брала себе дополнительные задания, посещала все дополнительные факультативы, а также выполняла почти всю работу старост, не оставляя другим. В один из дней, ей пришлось проснуться раньше из-за совы, которая стучалась в одно из окон комнаты. На соседней кровати спала Джинни в обнимку с Блейзом. Закатив глаза, девушка подошла к птице и, вынув письмо, дала ей угощение, отпустив. Быстро распечатав его, заранее посмотрев имя, на которое была отправлена записка, она углубилась в чтение. Как оказалось, директор МакГонагалл искала её вчера вечером, но, не найдя — отправила записку, которая дошла только утром. Быстро собравшись, Грейнджер выскочила из комнаты, захватив письмо в котором указано, что это что-то очень важное. В гостиной было пустынно и тихо, даже поленья в камине не нарушали тишину этого помещения. Выглянув во двор, гриффиндорка увидела несколько детей с первого курса, которые что-то высматривали в воде. Решив разобраться с этим потом, она направилась в кабинет Минервы.       Подойдя к горгулье, которая охраняла кабинет, девушка остановилась и задумалась. — Про пароль, мне ничего неизвестно, а что делать, — начала размышлять ученица вслух, как каменная статуя отпрыгнула в сторону и пропустила её, без всяких на то причин, — ладно, это было не так сложно.       Поднявшись по длинной лестнице, которая закручивалась к небу, гриффиндорка попала в кабинет, в котором она не была уже несколько месяцев. После смерти Дамблдора тут почти ничего не изменилось, если не считать нового портрета и личных вещей нового директора. — Здравствуйте, вы хотели меня видеть? — задала вопрос темноволосая, как только переступила порог помещения. За большим столом посередине кабинета сидел преподаватель трансфигурации. — Да, присаживайся, — указав рукой на кресло, она последовала указанию и присела, вопросительно наблюдая за Минервой. — Как я знаю, ты хорошо общаешься со слизеринцами, и меня это радует. Но то, что ты не даёшь им работать — плохо. Ты перегружаешь себя, Гермиона, — с тёплой улыбкой проговорил декан красного факультета, — через неделю будет Осенний бал, совмещенный с Хэллоуином, вам, как старостам необходимо подготовить всё. И если ты устала, я помогу твоим напарникам. — Нет-нет, я сама. Мы всё сделаем наилучшим образом, не переживайте. — Хорошо, а ещё у меня к тебе личный разговор, ты не против? — Конечно, — отрицательно мотнув головой, Гермиона продолжила, — вы меня заинтриговали. — Поговори с Драко, этот бал — отличная возможность для того, чтобы выяснить все, — снова улыбнувшись, она дала понять, что разговор окончен и встала, чтоб проводить девушку. Попрощавшись и покинув класс, гриффиндорка направилась на улицу, чтобы наконец разобраться с тем, что дети высматривали в воде. Спустившись на первый этаж, та покинула школу, закутавшись в кардиган, который накинула ещё утром. Как оказалось, на улице заметно похолодало и ткань не спасала от ледяного ветра. Но, поняв, что совсем скоро начнутся уроки, направилась к озеру, где столпились ещё больше детей. Быстро протиснувшись между первокурсниками, которые вставали намного раньше, чем старшие, девушка вгляделась в водную гладь. Вдалеке, над поверхность плавала что-то отдаленно похожее на человеческое тело. Вздрогнув, при мысли об этом, староста стала думать, как понять, что это может быть. Вспомнив, про свои навыки по плаванию, та подошла к самому ближнему краю, с которого всё также невозможно было разглядеть хоть что-либо. Скинув верхнюю одежду, оставаясь в джинсах и рубашке, темноволосая зашла в воду, мгновенно покрывшись мурашками. Холодная вода, словно раздирала изнутри. Шевеля ногами и руками, чтобы не получить обморожения, лучшая ученица школы плыла к центру. Чем ближе она приближалась к непонятному объекту, тем сильнее внутри неё росла тревога, ведь уже сейчас, она понимала, что хуже, чем то, что она видит сейчас — быть не может. И она оказалась права. На поверхности плавало тело. Мёртвое тело. Дрожь усиливалась с каждым движением, но уже не только от холода, но и от страха. Сейчас она — на середине озера, рядом с мёртвым телом, Грейнджер не чувствовала рук и ног и гребла из последних сил, но прекрасно понимала, что сил для дороги назад — у неё нет. Она чисто физически не сможет вернуться на берег и так и останется здесь, наедине с мертвым мальчиком, в котором она узнала Джастина, ученика с Пуффендуя, который поступил на обучение в том же году, что и она сама. Её жизнь закончится так просто, от переохлаждения, либо же от нехватки воздуха. Она всерьёз задумалась над этим, про себя размышляя, что лучше. Ступни, работали из последних сил, удерживая её над водой. Несколько минут спустя, девушка уже не видела, не слышала, не чувствовала. Глаза закрывались, конечности больше не повиновались ей, она полностью ушла под воду. Последней её мыслью был Драко.

***

      Будильник разрезал тишину спальни, отчего блондин резко вскочил со своей постели. Взглянув на соседнюю кровать, тот убедился, что Блейз снова ночует со своей девушкой, когда Гермиона спит совершенно одна, впрочем, также как и он. Усмехнувшись своим мыслям, тот открыл дверь, спустился в гостиную и, пригубив воду из стакана, который всегда был на столе, выглянул в окно. Слизеринец сразу же увидел большое скопление детей, которые указывали куда-то в сторону озера, отчаянно жестикулируя. Зрению парня можно было позавидовать, поэтому он сразу нашёл глазами источник обсуждений. Гермиона. Эта безрассудная староста заходила в воду, не взяв с собой даже палочку. «Для чего?» — этот вопрос крутился в его голове, пока он не нашел ещё одного человека, только уже на середине водоёма. Выскочив из гостиной, в одной пижаме, прихватив с собой волшебное орудие. Его ещё не уложенные волосы развевались на ветру, но тот даже не чувствовал холода. Путь до берега, как ему показалось, был очень долгим. Подбежав к вещам темноволосой, слизеринец сразу же прыгнул в воду, видя, что девушка находится на самой середине озера и еле держится на поверхности. Гребя, как можно быстрей, его мысли были совсем в другом месте, не там, где он находится. — Драко, ты обязан научиться плавать. Ты меня слышишь? — тряс за плечи своего сына Люциус. Его злые глаза были направлены на мальчика, который пытался отдышаться после очередной неудачной попытки. Как только он начинал грести, его ноги устремлялись ко дну, а следом за ним — его тело. После того, как ступни не находят землю, Малфой начинает задыхаться и пытаться вдохнуть, но ничего не получается. Его в очередной раз вытаскивает отец. — Отец, но я пытаюсь! У меня ничего не получается, может, попробуем в другой раз? — умоляюще посмотрел на него шестилетний волшебник. — Ты вздумал мне перечить? — лицо не выражало никаких эмоций, что всегда поражало его разум. — Нет, отец. Я понял, — юноша знал, что если его папа разозлится, то ему будет очень-очень больно. — Отлично. Ещё раз, — безучастно бросил Малфой старший.        Ребёнок зашёл в воду по пояс и продолжил движение, пока вода не стала доходить ему до носа, после чего, сильно оттолкнувшись — он оказался далеко от того места. Снова и снова, стараясь грести обратно к берегу, блондин отдалялся от того места. Словно неведомая сила тащила его к середине. Он держался над водой ровно до того момента, как его отпустило. Силки разжали свои мощные лапы и мальчик пошёл ко дну. Если раньше его вытаскивали почти сразу, то сейчас, что-то пошло не так. Воздуха не хватало, а тот всё продолжал опускаться в глубину, к темноте, поглощающей его. Закрыв глаза, он полностью отдался ей, как нежный голос в голове, голос его матери, прошептал: — Борись, сын. Борись.       И юноша начал борьбу. Ладони к телу, рассекающий взмах, снова к телу, движение ногами, снова руками. Вскоре он оказался над поверхностью, где его никто не ждал. Люциус стоял на берегу и всматривался вдаль, словно знал, что он сможет. И он смог.       Вспоминая тот день, Драко понял, что если бы не тот голос, он бы никогда не научился плавать, а значит никогда бы не оказался здесь, не спас бы Гермиону, был бы мёртв. Это придавало ему сил, но когда до девушки оказалось всего несколько гребков, она уже была под водой. Последние пузырьки кислорода остались на поверхности, рядом с трупом, который даже не интересовал парня. Он пытался спасти её. Последний гребок, от чего блондин сразу же ушёл под воду, высматривая гриффиндорку. Увидев её, ещё близко, но уже далеко, тот потянул руки к ней и отчаянно пытался доплыть до неё, пока не стало поздно. «Ещё не поздно» — уверял он себя. Как только её рука оказалась в его, слизеринец выплыл на поверхность, и, работая конечностями из последних сил, держа за талию девушку — выплыл на берег. Всех детей, которые стояли на берегу уже не было. Там стояли лишь Блейз и Джинни, вместе с директором МакГонагалл и мадам Помфри, которая сразу же поспешила к паре, которая выплыла на берег. Забрав из его рук Гермиону, его накрыли полотенцем о чём-то переговариваясь, но он не слышал, погружаясь в темноту.

***

— Директор, успокойтесь. Они оба живы. Гермиона восстанавливается быстрей, чем Драко, — девушка услышала голоса, но не спешила открывать глаза, не понимая что с ней. Последнее, что она помнила -это водная гладь и то, как она уходила под воду. «Я умерла?» — это была её первая мысль. — С чем это связано? Девушка была дольше в воде, дольше под водой, что с ним? — взволнованный голос напоминал щебет птицы, так тихо он приговаривал. — Я не знаю, не знаю. Но с ними всё в порядке, — успокоил кто-то кого-то, как прозвала их Грейнджер, — что вы будете делать с погибшим? — Родителям уже сообщили, детям же не будут. Это будет сложный год, но знают об этом только его однокурсники, остальные пусть наслаждаются обстановкой, которую наводят остальные старосты. Скоро бал, а портить его трауром — не хочется. Не поймите меня неправильно — так пожелали родители Джастина. — Я понимаю, но… — откуда-то сбоку послышалось хрипение, и беготня по помещению сразу же возобновилась, — Драко? Ты меня слышишь? — «Драко? А он тут откуда? Необходимо открыть глаза. Нужно со всем разобраться!» — снова подумала она и также подала голос. — Оба больных очнулись одновременно, невероятно, — нежный голос убаюкивал, но настойчивые руки приподнимали её, отчего пришлось подчинится. Открыв глаза, ей сразу же бросилась тёмная обстановка, а, точнее, свет, который поступал от нескольких свечей в комнате — за окном же была темнота. — Да, я Вас слышу, — холодный голос с нотками нетерпения раздался в её голове, заставив повернуть голову. На соседней кровати лежал парень. Парень с пепельными волосами и серыми глазами, которые вызывали в ней новые чувства. Пробуждали ту девушку, которая жаждет его, но всячески скрывает это, которая не признаётся в этом. Никому. Даже себе. Его глаза были закрыты, но губы двигались, а из них выскакивали слова, — где Гермиона? Как она? — Я тут, — прошептала темноволосая и осмотрелась. МакГонагалл и Помфри наблюдали за ними, затем, спохватившись, подбежали с лекарствами, заливая в них по несколько ложек разных зелий. — Завтра Вам станет лучше, а к вечеру Вас можно будет выписывать, — проговорила целительница и задула несколько свечей, оставляя лишь одну на тумбе, рядом с кроватями больных, — уже ночь. Поспите, а завтра вы сможете поговорить.

***

      Яркий свет пробивался в окно, отчего слизеринцу пришлось разлепить глаза. События вчерашнего дня выстраивались в хронологическом порядке, дойдя до шёпота девушки в больничном крыле. Приподнявшись на кровати, он повернул голову на соседнюю койку, где посапывала она. Подложив одну руку под щеку, а другой обнимая подушку, кудрявая особа улыбалась. Её обычно хмурое и напряженное лицо, сейчас было полностью расслаблено. Это заставило ухмыльнуться и блондина. Потянувшись за стаканом воды, стоявшим на тумбе, он задел подсвечник, который издал противный лязг. Резко распахнув глаза, Гермиона посмотрела на источник шума, но, наткнувшись на белоснежную руку, провела по ней взглядом, продвигаясь всё выше, пока не дошла до лица. — Драко, — безмолвно сказала она, протягивая руку, чтобы дотронуться до него. Перехватив её руку, Малфой сжал её тоненькие пальцы в своей ладони. — Гермиона, — также ответил он ей. Затем подложив вторую руку под голову, он лег на подушку, не разжимая кисть. Их молчание говорило намного больше, чем просто фразы. Их взгляды, давали больше, чем прикосновения. А прикосновения давали больше, чем то, что им было нужно. Больше, чем они сами. Больше, чем те эмоции, что они испытывали. Намного больше.       Около часа старосты просто смотрели друг на друга, изучая каждый сантиметр доступной кожи. Пальцы не разжимались даже на одну единственную секунду, словно боясь потерять этот момент. Но когда, спустя некоторое время, к ним зашла Поппи — всё было нарушено. Вопросы о самочувствии, собственная проверка дала ей понять, что восстановление прошло намного быстрее, чем они думали. — Если вы пообещаете придти ко мне сегодня вечером, то я отпущу Вас сейчас. Но, Вам нельзя посещать уроки всю эту неделю, несмотря на то, что я выписываю Вас. Согласны? — посмотрев на кивающих семикурсников, она усмехнулась, понимая, что они лучше посидят в своей гостиной, чем еще пролежат тут, — хорошо. Мы Вас не переодевали, лишь высушили вас с помощью магии, поэтому вы можете идти. Не забудьте покушать, завтрак через 30 минут. — Спасибо Вам большое, — искренне поблагодарила Грейнджер, уже выйдя за дверь. Малфой же только кивнул и пожелал приятного аппетита, видя, что та собирается идти в Большой зал.       Взяв запястье Гермионы, блондин крепко сжал её в своей ладони и повел девушку за собой, в башню старост, где их встретил небольшой сюрприз. Зайдя за портрет, их взорам предстала невероятная картина, которую все точно запомнят. Голая Джинни, которая лежала на нагом Блейзе, который медленно водил пальцем по её телу. Диван был повернут к свету, отчего все прелести пары можно было рассмотреть за считанные секунды. Но остановившись, как вкопанные, ребята отвернулись и подали признаки жизни, отчего те сразу же вскочили. — Блять, что вы тут делаете? Нам сказали, что Вас выпишут только к ужину, мы не знали, — прокричал Забини, кидая одежду Уизли и надевая штаны сам. — Я тоже рад тебя видеть друг, хотя предпочёл бы видеть тебя одетым, — усмехнулся парень и оглянулся через плечо, разворачивая и Гермиону, — нас выписали, взяв обещание, что вечером мы зайдем в больничное крыло ещё раз. А сюда мы пришли переодеться, всё-таки это и наша башня тоже. — Я очень рада Вас видеть, расскажите, что случилось? — Джин обняла сначала подругу, а затем нового друга, искренне переживая за них. — Если честно, всё совсем просто. Я поплыла смотреть, что рассматривают дети, ноги отказали на середине озера, сил не осталось и я ушла под воду, а что было дальше я не знаю, — проговорила Гермиона, переступая с ноги на ногу, всё еще смущенная увиденным. — Я увидел это из башни и побежал к берегу, когда подплыл к ней, она уже была под водой. Схватив её, я вытащил её на берег. Очнулся уже в лазарете, — подхватил рассказ блондин и повел молодую особу в её комнату, чтобы та переоделась, — вы можете очистить диван, — он подмигнул им, явно указывая, что запах секса до сих пор стоит в комнате, а сам уже закрыл дверь в комнату девушек. — Спасибо большое, — повернулась к нему гриффиндорка и подошла к парню, прячась у него на груди. Обвив руками его шею, она запечатлела лёгкий поцелуй на уголке его губ, затем развернулась и зашла в гардероб. Ошарашенный, но счастливый слизеринец остался стоять около двери, как проговорил: — Я могу выбрать тебе одежду сам? — Ну, давай, — из-за двери, которая вела в огромный шкаф, выглянула девушка.       Зайдя за ней, он осмотрелся, но, не увидев разделения, понял, что девушки берут одежду друг друга, поэтому разделения у них нет. Остановив свой взгляд на серебряных туфлях, платье, с разрезом на всю спину, нежно-голубого цвета, тот фыркнул себе под нос. — Кажется, я открыл не тот ящичек, — затем взял несколько пар нижнего белья, словно размышляя. — Эй, ты чего? Я бельё и сама выбрать могу, — девушка жутко покраснела и попыталась забрать его из рук юноши. — Вот это, — вынес вердикт он, и протянул трусики и бюстгальтер, которые та ещё не надевала. — Я… — она прикусила губу, но продолжила, — берегла его для особого случая. — Ну, вот сейчас особенный случай, но выбор за тобой — покинув помещение, он оставил смущенную девушку один на один со своим решением.

***

      Переодетая гриффиндорка спустилась в гостиную, где застала лишь свою подругу. Указав на выход, те покинули помещение и направились в Большой зал, где МакГонагалл хотела сделать какое-то объявление. Пройдя за свой стол, предварительно взглянув на слизеринцев, которые помахали им, они продолжили слушать заявление директора. – …Как я говорила в начале года, нас будут ждать изменения. Сейчас, для сближения факультетов и вашего же удобства, мы придумали небольшой эксперимент. Если сейчас вы сидите все факультеты за одним столом, то с сегодняшнего завтрака вы можете садиться так, как хотите этого вы. Больше не будет разделения на факультетские столы. Удачи, — хлопнув, на столах появилась еда, но на весь зал воцарилось молчание. Никто не решался встать и пересесть к другим ребятам или своим друзьям. Переглянувшись, две гриффиндорки встали со своих мест и под удивлёнными взглядами прошли к самому крайнему столу, к змеям. Обнявшись с девушками и поприветствовав юношей, самые смелые присели к Драко и Блейзу. Гермиона оказалась на самом краю, что её порадовало, рядом находился Малфой, затем Блейз и Джин, которые заигрывали друг с другом. Наложив себе в тарелку разной еды, гриффиндорка хотела приступить к трапезе, как почувствовала холодное прикосновение на своей открытой спине. Лёгкие, порхающие движения заставили её вздрогнуть. Боковым зрением она заметила взгляд блондина, который, потянувшись «за булочкой», прошептал на ухо: — Всё-таки надела. — Да, — выдыхая, прошептала темноволосая. Никто из присутствующих не могу увидеть этого из-за расположения за столом. — Ты прекрасна, — снова тихий голос, который заставлял пробежать табун мурашек. Прикрыв глаза, Герм пододвинулась к парню, что не осталось незамеченным для него. Рука обхватила талию, медленно поглаживая её сквозь тонкую ткань платья. Весь завтрак она просидела в его объятиях, которые были так желанны. За несколько минут оба отчаянно поняли, насколько нуждаются в этом. Все отговорки ушли на второй план, ведь тут были только он и она. А все остальные ученики словно исчезли — стали ничем.

***

      День пролетел незаметно. Уже под вечер старосты поняли, что совсем скоро будет бал и необходимо подготовить всё для того, чтобы он прошёл на высшем уровне. Пройдя в башню, все сели полукругом возле камина. Гермиона, возглавив их маленькую команду, уже продумав всё, что будет на празднике, который им необходимо организовать, начала рассказывать. — Смотрите, наш праздник будет на улице и в замке, конечно, одновременно. Большинство еды будет в большом зале, по всем коридорам мы развесим украшения, а развлечения необходимо будет искать. Т.е. какую-то часть замка мы заберем для квеста. Наши привидения будут проводить его для маленьких групп. Например, по 6 человек, — рассказ занял около тридцати минут, но полностью доработанный, ребята решили начать его осуществление уже завтра. Сегодня оставалось только патрулирование, а затем сон.       Выйдя с Джинни на обход школы, они пошли по уже привычному пути. Почти всё патрулирование рыжеволосая мялась и пыталась начать разговор, но никак не могла. — Джин, что ты хочешь сказать? — не выдержала темноволосая и остановилась около портрета. — Я. Ну. Я просто не знаю, как это сказать, — сдалась та и грустно взглянула на подругу. — Говори так, как есть, ты же знаешь, я всегда тебя поддержу. — Я. С Блейзом, ну, мы. Я хотела сделать ему сюрприз, но для этого ты должна переночевать в гостиной, но это и твоя комната, поэтому я не могу тебя об этом просить, — протараторила на одном дыхании гриффиндорка, обнимая Грейнджер. — Ой, да без проблем. Я рада, что у вас всё хорошо, только сначала возьму некоторые вещи, — подмигнула ей Гермиона и зашла в башню, предварительно буркнув пароль, не желая выслушивать её причитания насчёт бескультурной молодежи.       Парни сидели на диване и о чём-то болтали, как только они посмотрели на нас, Блейз отвернулся, а Драко наоборот стал с интересом осматривать её. Девушка непонимающе вскинула бровь, и повернулась к зеркалу. Казалось, что её крик слышали все на данном этаже. Она стояла в одном нижнем белье, но платье также было на ней. — Джинни! А ну-ка иди сюда. Заклинание невидимости? Зачем? — бегая по всей комнате, кричала она. Забыв про то, что она почти голая ходит по комнате, Герм пыталась догнать рыжеволосую. Не замечая взгляда Драко, что открыто пожирал её фигуру глазами, Блейза, который хихикал, но закрыл глаза, никого. Через несколько минут бесполезной беготни, до неё дошло в каком виде, находилась перед парнями, сразу же краснея. Выхватив палочку из клатча, лучшая ученица школы проговорила заклинание, которое снова показало её одежду, — а теперь объясни, дорогая моя. — Это было желание, которое я проспорила. Прости, моя хорошая, — засмеялась Джин и посмотрела на блондина, который всё еще рассматривал краснеющую леди, — так-так-так, Драко. Блейз, пойдём. Гермиона, вещи.       Взяв сменную одежду, несколько книг и пергамент, она спустилась вниз, где всё ещё сидел слизеринец. — Так, я могу воспользоваться твоей ванной? Я пообещала, что сегодня оставлю их наедине, а вот про душ забыла. — Конечно, я подожду тебя тут, — кивнув ей, волшебник прикрыл глаза и сжал руки в кулак, словно борясь с чем-то. С тем, что недоступно ей сейчас. Развернувшись, девушка прошла в спальню мальчиков, где стоял идеальный порядок. Дверь, ведущая в ванную комнату, была открыта. Зайдя на порог, ей сразу же пришли ассоциации с мятой, именно так пахло в этом помещении. Душ привёл юную леди в порядок, взбодрил. Сон прошёл, а это означало долгую ночь. Атласная кружевная пижама была одной из самых приличных в новом гардеробе. Приятная ткань не прилипала к телу, а словно обволакивала его мягкой пеленой. Короткие шортики и маечка розового цвета идеально сидела на фигуре. Расчесав волосы и сделав несколько косметических процедур, темноволосая покинула комнату. Уже на лестнице та глубоко вздохнула и ступила в гостиную. Малфой сидел на том же месте, лишь голова была опущена на спинку дивана. Как только он поднял глаза, послышался голос. — Может выпьем? — никто не узнал тихий, словно гортанный голос, который вырвался из уст старосты. — Сейчас принесу, — голос блондина тоже не был похож на настоящий.       Несколько бокалов ликёра раскрепостили обоих, поэтому уже через час они непринуждённо разговаривали. Слова лились непрерывным потоком, их было невозможно остановить. Темы плавно перетекали из одной в другую и казалось, что они никогда не закончатся. Из соседней комнаты всё это время доносились отдалённые голоса, смех, которые сменились пикантной музыкой, а затем и стонами наслаждения. — Они помешаны на сексе или что, — пробормотала себе под нос Грейнджер, чтобы не услышал сидящий неподалеку парень, но это не помогло. — Почему ты так считаешь, Герм? — нотки заинтересованности в его голосе были легко уловимы. — А ты так не считаешь? — поборов смущение, Гермиона повернулась и пододвинулась чуть ближе к парню, сама не замечая этого. — Почему я должен так думать? — юноша засмеялся и продолжил, — это приятно, полезно для организма, в этом нет ничего плохого или постыдного, а ещё это сближает людей. — Ммм, — промычав, юная леди не нашлась, что ответить, потому что понимала, что все её высказывания вызваны только неопытностью в этом вопросе. Краска заливала лицо, пока оба молчали и вслушивались в звуки из комнаты девушек. Лучшая ученица школы уже несколько раз успела придумать план, как сбежать из гостиной, только бы не чувствовать нарастающий узел внизу живота. «Возбуждение? Ты серьёзно?» — попыталась одёрнуть сама себя молодая особа, но учащенное дыхание, покрасневшие щёки и уши — дали о себе знать. Малфой также боролся с противоречащими чувствами уже дважды за этот вечер, а когда он увидел в каком состоянии находится сидящая рядом староста, бороться с ними пришлось вдвойне сильней. Стараясь не пересекаться взглядами друг с другом, каждый двигался чуть дальше друг от друга, но позы, которые они приняли — помешали сделать это, не касаясь рук соседнего человека. Замерев, оба достигли точки кипения, точки, которой не могли противостоять. Эмоции и чувства взяли вверх над разумом. Оказавшись прижатой к спинке дивана, девушка посмотрела в серые глаза Драко, который держал её за две руки и целовал, продвигаясь всё ближе к шее. Мягкие, почти невесомые прикосновения губ отдавались в кончики пальцев, кожа покрылась мурашками, а уста потянулись за поцелуем. Их первым поцелуем. Встретившись словно ураган в тёмном небе, они оказались на одном уровне, не замечая ничего вокруг. Существовали только они. Тёплые, пропитанные корицей и холодные, словно сделанные из свежей мяты — они дополняли друг друга. Прикусив нижнюю губу блондина, изо рта Грейнджер вырвался непрошеный стон, который та не сумела подавить. Её руки блуждали по шее и ключицам парня, боясь дотронуться до его волос. Он же прижимал девушку к себе, словно боясь потерять, ведь сейчас именно она была самым дорогим сокровищем в его жизни. Когда мысли юноши пришли в порядок, тот быстро отстранился. — Герм, извини меня. Я не хотел, правда. — Ты не хотел? — ошарашенно взглянула на него Гермиона. — Ты не так поняла, хотел, но если ты нет… — в следующую секунду Малфой был повален на диван, отчего девушка оказалась сверху. — Если бы я не хотела, то не сидела сейчас на тебе. Я бы не смотрела на тебя. Я бы не целовала тебя в ответ. Я бы не боялась дотронуться до твоих волос, потому что мне было бы совершенно всё равно. Если бы я не хотела, то не жаждала тебя всей своей сущностью. Ты меня понимаешь?       Утвердительно кивнув, парень прижал девушку к себе, нежно целуя её уста. Взяв за руку лучшую ученицу школы, тот повел девушку в спальню, где уложил на кровать Блейза, предварительно прикрыв шторы. — Завтра сложный день, спокойной ночи, куколка, — Драко уже направился к себе в постель, как его ладонь поймала Грейнджер. — Я не хочу без тебя. — Ну, хорошо, — подхватив её на руки, он перенёс леди к себе, укрывая одеялом и вдыхая запах корицы, исходящий от её тела, а в особенности волос. Ночь обещала быть долгой и бессонной, ведь исследование каждого миллиметра рук и лица — займёт долгое время.

***

— Принцесса, просыпайся. Нам пора на завтрак, — Забини осторожно погладил свою пару по щеке, отчего та распахнула глаза. Слезая с постели, он не забыл сказать, как прекрасно она выглядит, — я сейчас к себе в душ, а потом зайду за тобой. Надеюсь, ты будешь готова. — Хорошо. И разбуди Гермиону, пожалуйста, она должна быть в гостиной, — подмигнув ему, Джинни встала с постели. — А её здесь нет, — голова парня залезла в комнату, немного недоуменно глядя на неё. — Странно. Очень странно, может, она пораньше вышла из башни? — Возможно, ну, мы её найдём? не переживай, — выйдя из помещения, юноша направился будить своего друга. Отворив дверь, тот распахнул глаза от увиденной картины. Голова Драко покоилась на грудь Грейнджер, которая в этот момент гладила его волосы. Видимо, совсем недавно проснувшиеся, они выглядели довольными и счастливыми, иногда посматривая друг на друга. Расположение кровати, не давало им увидеть Блейза, пока они сами того не захотят, поэтому не став их трогать, тот быстро вышел и направился к младшей Уизли, приговаривая, что та обязательно должна это увидеть. — Да, что там такое? Ты как-будто дементора увидел, — вздохнула она, накидывая халатик. — Хуже. Ой, то есть лучше. Я запутался, ты сама увидишь, — распахнутая дверь, дала шанс на тихое проникновение в комнату и быстрое понимание. — АААААА, неужели, — крик рыжеволосой заставил подскочить всех остальных старост. — Ты что орёшь? — тихий, монотонный голос блондина раздался с кровати, с которой тот даже не собирался вставать, — мы только проснулись, а ты звуки такие издаёшь. — Вы это? Ну того самого? — не обращая внимания на причитания друга, начала расспрашивать волшебница, но, увидев непонимающий взгляд лучшей подруги, пояснила, — вы переспали? — Боже, Джин, нет, — смущенная темноволосая поднялась с постели, но её остановила рука Малфоя. — Я тебя ещё не отпускал, а вы, — посмотрев на пару, пробормотал он, — оставьте нас пока. Развлекайтесь дальше, если вы помните, нам сегодня всем ко второй паре. Завтрак будет доступен и позже. Давайте, давайте.       Опустившись на край кровати, Грейнджер была сразу же повалена поцелуем и оказалась подмята под парня. — И что теперь? — нежно посасывая оголенную кожу шеи, прошептал Драко. — А что теперь? — Ты же понимаешь, что я не отпущу тебя. И никто не посмеет быть с тобой, кроме меня, ведь так? — его голос теперь звучал грозно, но, услышав в ответ лишь тихий смех, тот понял, что это прозвучало жалко. — Я думаю, что ты прав. Я никому тебя не отдам. Точно не сейчас.

***

      Когда, теперь пара, вышла полностью переодетая, в гостиной их ждали друзья. Красноречиво взглянув на скрещенные руки, они улыбнулись каким-то своим мыслям и кивнули на выход. — Я думаю, что нам пора выходить. Завтрак скоро закончится, а до пары осталось совсем немного времени.       Покинув свою башню, старосты вышли из башни, но, когда Малфой, повторяя за Блейзом попытался приобнять девушку, она отстранилась. — Драко, стой, — три непонимающих человека уставились на неё, а её разбитый взгляд, говорил лучше всяких слов, — я боюсь того негатива, который навалится на нас. Давай подождём бала, прошу. — Конечно, — улыбнулся ей парень и ободряюще пожал ладонь, отворачиваясь. Но, конечно, его терзали смутные сомнения насчёт правдивости её слов. Она боялась, но чего именно? Что у неё на душе? Почему она боится раскрываться перед остальными? И правда ли у неё есть чувства к нему или это попытка забыть рыжеволосого нищеброда, который не захотел работать летом, как его сестра. Ему отлично и в поношенной одежде, он замечательно себя чувствует, когда у того нет денег прикупить дорогой подарок, ведь есть Поттер. Знаменитый и не менее богатый — Поттер. Его ненависть к этим дружкам была видна даже издалека. Никто не понимал, почему именно к этим двоим он относится со всем презрением, которое у него есть. Даже сам Блейз, который много раз пытался это узнать.

***

— Драко, запомни, что это – твоя главная цель на этот учебный год, — строгий голос Люциуса на время приобрел дружелюбные нотки, которые тут же сменились, — ты меня услышал? Сын? — Да, отец, — маленький мальчик стоял на пороге своего дома, прощаясь с человеком, который никогда не дарил свою любовь. Их общение состояло из потакания и указов. Никаких вам добрых слов, а лишь презрение, холод и жесткость. Все могут подумать, что он уже привык. Но как можно приспособиться к такому общению? Когда тебе больно — терпи. Когда тебе обидно — сделай вид, что всё хорошо. Когда тебе грустно — натяни усмешку и никому не показывай свои чувства. Когда ты не хочешь что-то делать — всё равно делай. Никого и никогда не волновали чувства своих младших детей в чистокровных семьях, ведь так принято. Отец — это глава семьи, а остальные стоят ниже, чем он сам. Никто не может перечить ему и запрещать что-то. Также было и в семье Малфоев. — Если, когда ты приедешь к нам на Рождественские каникулы, твоим другом не станет Гарри Поттер, то запомни — твоё наказание будет очень суровым, — развернувшись на одних пятках, блондин последовал вслед за матерью, которая оспорила решение Люциуса отправить его одного. Она была единственная из родственников, которая всегда была готова поддержать сына. Помогала, защищала, лечила после наказаний, даже не обращая внимания на то, что после всего этого получает и сама. Нарцисса дорожила своим единственным сыном больше, чем собственной жизнью. — Я надеюсь, что у тебя всё получится, мой мальчик, — поцеловал Драко в макушку, и те направились на платформу 9¾.

***

      Кто-бы мог подумать, что мальчик будет так волноваться, когда придёт время знакомиться с Поттером? Внутренний страх не давал покоя, но напускная усмешка сделала своё дело. — Это правда, что говорили в поезде? Гарри Поттер приехал в Хогвартс, — небрежный шаг в сторону мальчика, — я Драко. Драко Малфой, — в этот момент, сбоку от темноволосого раздался смешок, отчего взгляд блондина сразу же обратился к нему, — тебя имя рассмешило? Не буду спрашивать, как тебя зовут. Рыжий, в обносках своих братьев, должно быть, ты Уизли. Ты скоро поймешь, что семьи волшебников не одинаковы, Поттер. Ты же не заведешь себе неправильных друзей. Я тебе подскажу, — протянув ладонь для рукопожатия, юный маг с ожиданием взглянул на мальчика в очках. — Знаешь, про меня тоже можно сказать неправильно, — не протянув руку в ответ пробормотал тот, чем совершенно выбил из колеи будущего слизеринца. Как он мог отказать самому наследнику Малфоев? Одному из влиятельных родов всех времен. Обладателю одной из самых богатых сокровищниц всего волшебного мира. Ненависть к этим гриффиндорцам с каждым годом росла, особенно после обещанного наказания отца, когда впервые за свои года жизни — заклинание нестерпимой боли было использовано больше десяти раз за вечер. Значит, его собственный родитель наслаждается от того, что причиняет боль родному отпрыску? К концу наказания парень не мог нормально мыслить и молил прекратить эту пытку. Именно в те минуты слизеринец стал безжалостным ко многим людям, которые стояли у него на пути. Стараясь избежать пыток, он оскорблял, подкалывал и делал всё, чтобы это понравилось Малфою-старшему.

***

      Весь день мысли юноши были далеко, в особняке, где сейчас заседали большинство Пожирателей, ведь его с Блейзом метка призывала их. Ученики были отстранены от них, и должны были появляться там, только в те моменты, когда им приходило письмо. А в этом им помогал Северус, который с помощью своего камина переправлял мальчиков, и, конечно, отправлялся сам. — Джин, Герм, нам необходимо поговорить, — вечером Блейз решил завести этот разговор, несмотря на предупреждения своего друга о том, что ещё рано. — Да? О чём? — словно пропела его девушка и потянувшись, как кошка легла на колени к парню. — О вашем решении, — понимая, что тянуть время нет смысла Драко подхватил его разговор и пересел на кресло, чтобы видеть лица гриффиндорок. — Если сказать честно, то с Джинни мы это даже не обсуждали, но я думала. Очень много думала, — прошептала темноволосая. — Я тоже думала и не буду даже тянуть. Я согласна. Раньше я бы никогда не согласилась и была бы на стороне моей семьи, но сейчас, когда брат со мной не общается, я могу быть сама по себе. Новая политика Волан-де-Морта мне нравится, конечно же. Прислуживать кому-то? Пускай. Блейз, ну, а ты тут сыграл очень важную роль. Я бы долго думала, если бы была без тебя. Но я готова принять метку и делать всё для достижения цели, — её глаза наполнились слезами, которые она старательно пыталась подавить. Было видно, что решение пойти против семьи и почти всех, кого она знала — далось ей очень тяжело. Но ради своей судьбы и будущего — она была готова жертвовать. — Принцесса, ты знаешь, что это значит? Ты встанешь на тёмную сторону, — пораженный словами своей девушки проговорил Забини, будто пытаясь достучаться до неё. Но все поняли, она была серьезна и отступать не собиралась. — Да, я знаю. Теперь нам нужно решение Гермионы, — твердо ответила рыжеволосая.       Всё это время, что её подруга говорила что-то — она даже не слушала. Она думала. Конечно, решение было принято очень давно, но когда пришло время озвучить его, было самым сложным. Ведь именно в этот момент — она решала свою судьбу. Решала, кем она станет в будущем. Кем она будет и, главное, с кем она будет. Возможно, она больше никогда не увидит друзей со светлой стороны или же наоборот, никогда не сможет пообщаться с Джин или Блейзом. Возможно, она никогда не сможет быть с Драко. Всё зависит от её согласия или несогласия. Этот момент истины. Момент, когда она может сделать тот самый ход, который может быть против правил. — Я согласна, — спустя несколько минутное молчание проговорила Гермиона и словно распробовала на вкус свои слова, а затем повторила, уже уверенно и холодно — я согласна. — Мы ничего не будем говорить насчёт ваших решение, только просим подумать хорошо, потому что позже — уже ничего не изменишь, — сказал Драко и подойдя к темноволосой подхватил её на руки, пересаживая на кресло рядом с собой. Выбрав тёмную сторону — она стала ещё ближе. Теперь ничего не будет мешать им. Они будут вместе. — Мы не будем пересматривать свои решения и прямо сейчас вы должны сообщить Тёмному Лорду наше согласие, — покачав головой произнесла Грейнджер. — Я с ней согласна, — бросила младшая Уизли и, повернувшись к своей подруге, взяла её за руку, — Герм, мы справимся.       Парни, словно понимая, что девушкам нужно побыть вдвоём вышли в комнату, напоследок промолвив, что прямо сейчас напишут письмо. Долгое время две гриффиндорки сидели в полной тишине, боясь нарушить её. Сейчас, всего два слова решили их дальнейшую судьбу. Теперь все могут узнать, кто они на самом деле. Многие поймут, что такое темнота и какие монстры находятся среди них. — Джин, перераспределение, — вскрикнула Гермиона, когда неожиданно поняла, что шляпа не оставит их на факультете. — Да, я знаю. Нас не оставят на Гриффиндоре и, скорее всего, переведут на Слизерин, но в этом ничего страшного нет. Мы уже изменились, — пояснила шестикурсница. — Я знаю, но я наоборот рада, — её глаза засияли, но та принялась объяснять, — ты понимаешь, что мы не будем белыми воронами своего факультета? Все четыре старосты будут с одного факультета, мы будем заниматься тем, что правда нужно нам! Будет больше возможностей, ну и, что мне нравится больше всего — баллы, которые я зарабатываю на каждом уроке, будут добавляться тем, кому это правда нужно. Тем, кто хоть немного ценит меня. — Ты не изменишься, моя дорогая, — их смех раздался на всю башню, поэтому парни решили спуститься к ним, чтобы нарушить их покой. — Вы помните, что мы должны доделать все украшения? Бал перенесли на пятницу, а сейчас уже вторник. — Боже, Блейз, точно. Так, я сейчас составлю расписание на завтрашний день, а вы отправляйтесь к привидениям, объясняйте, что те должны придумать задания для квеста. Вы всё помните, — кивнув, три старосты распределили между собой привидений и отправились на их поиск. Оставшаяся девочка принялась разгребать бумаги в поисках чистого пергамента.

***

      Последующие дни, оставшиеся до праздника пролетели незаметно, но в полной суете. К утру пятницы — всё было готово и скрыто заклинаниями невидимости. Все уроки были по расписанию, но в пять часов вечера начинался сам бал, который будет проводиться в Большом зале. Затем, празднование Хэллоуина на улице и в замке, а потом дискотека для старших курсов, которая продлиться до утра. Этому поспособствовали юноши, которые долго уговаривали директора продлить время. В итоге она сдалась. Никто из учеников не знал, что их ждёт. Было объявлено лишь о костюмах и поисках пары. Парни будут встречать своих девушек не около гостиных, а внизу главной лестницы, как раньше не делали. Открывают бал старосты со своими парами, но никто не знал с кем придёт Драко и Гермиона, отчего к ним стали подходить и приглашать, на что те отвечали, что уже ответили согласием раньше, с ухмылками поглядывая друг на друга. Когда друзья собрались выходить из большого зала, ведь обед сегодня был раньше — Грейнджер окликнул громкий голос. — Герм, постой! — обернувшись, все увидели Рональда, с которым никто из четверки не разговаривал все два месяца с того инцидента. — Что? — вскинув брови, задала вопрос темноволосая. — Я тебя прошу, прости меня. Я понял все свои ошибки, я всё осознал. Я до сих пор тебя люблю, будь снова со мной, — все ученики следили за ситуацией, которая могла перерасти в ссору, — я смогу сделать тебя счастливой. Как это было летом, Герм. А ещё сегодня бал, мы могли бы пойти вместе. — Что-то мне подсказывает, что на этот бал нужно приходить с тем, у кого взаимные чувства, разве нет? — подал голос Драко, отчего гриффиндорка его одернула и прошептала что-то, говоря, чтобы он ждал до торжества. — Я уверен, что у неё есть чувства ко мне, — уже более уверенно сказал рыжий и встал из-за стола, чтобы подойти к старостам. — Нет, ничего у меня нет к тебе, — выплюнула эту фразу Гермиона и, развернувшись, добавила, — поздно что-то менять, Рональд. Ах, да — хотелось бы сказать сразу всему залу, все старосты уже заняты, смысла подходить и приглашать — нет. Удачной подготовки к мероприятию.       Резкий разворот, взмах волос и старосты уже исчезли из виду, оставляя опустошённого Рона и взволнованный зал. Никого не волновало состояние гриффиндорца, зато слова Драко про «взаимные чувства» восприняли очень яро. Тут и там слышался шёпот, большинство девушек обсуждали в кого же влюблен он сам и Грейнджер. Волна предвкушения прокатилась по залу и многие вскочив со своих мест, побежали по гостиным — собираться к празднованию.

***

      Малфой и Забини покинули башню на пять минут раньше, чем Гермиона и Джинни — по сценарию, им нельзя было видеть одеяние и полный образ друг друга. Лестница, ведущая в Большой зал, разветвлялась в две стороны, на вершине которых собирались все ученики школы. Мальчики-старосты же, стояли внизу и ждали, когда пройдут их девушки. Первая начала своё движение Джинни, которую было не узнать. Обычно дерзкая и грубая, сейчас походила на ангела во плоти. Нежное розовое платье по колено, сумочка в тон, тёмные туфли на небольшой танкетке отлично сочетались с пауками в волосах, вплетенными в высокую причёску. Спустившись до самой последней ступеньки, она подала руку Блейзу и отошла в сторону. Улыбнувшись друг другу, они повернули голову наверх в ожидании пары Драко. Влюбленные понимали, что сейчас будет, особенно после заявления слизеринца на обеде, про взаимные чувства. Когда сверху начались крики, похожие на: «где же твоя девушка?», «ну и где та самая?», «с кем там взаимность?», темноволосая ступила на первую ступень. Все замерли, не совсем понимая, кто это. Чёрная кружевная маска скрывала лицо, платье такого же оттенка, как и у Джин, которое отличалось лишь длиной и разрезом на груди. У этой дамы было глубокое декольте, разрез почти по всей длине ноги и усыпанные жемчужинами лямки. Когда она наступала на кафель, все могли услышать тихие постукивания каблуков, которые делали её ещё выше. Оказавшись у самого низа, возле своего парня, та сняла маску, показав своё лицо. Улыбнувшись всем, кто спустился следом за ними, Гермиона развернулась к своей паре — любуясь своим отражением в его глазах. — Ты же понимаешь, что я сегодня с тебя глаз не спущу? — всего несколько тихих слов сказанных на ушко, а по телу уже бегут мурашки, — ты просто неописуемо красива. — Ты тоже, — на выдохе произнесла она и приняв руку Драко направилась ко входу в Главный зал Хогвартса.       Первый танец, открытие Бала, песни, сменяющие друг друга — праздник пролетел незаметно и вскоре настало время второй части, перед которой был перерыв в 30 минут, чтобы те, кто пришёл в нарядной одежде, смогли надеть что-то более удобное для квестов и развлечений. Старосты самыми первыми направились в ту часть замка, где привидения проводят свою часть. Небольшая очередь, которая выстроилась на посещение, возглавлялась Роном и Гарри. — Всё-таки есть замечательные привилегии у нашей должности, — засмеялась подходящая компания, которую все сразу же пропустили. Две девушки и два парня протиснулись между двумя гриффиндорцами, свирепо разглядывающих скрещенные руки двух пар. — Так вот на кого ты меня променяла, — усмехнулся старший брат Джин. — Я никого не меняла, а вот ты решил сделать это, — бросила Грейнджер, — не порть такой прекрасный вечер, пожалуйста. — Но ты мне объясни, — снова начал тот. — Слушай, я тебя попросила нормально, теперь говорю ещё раз по-хорошему, потом будет по-плохому, не лезь ко мне, — оттолкнув его в сторону выплюнула она, затем развернувшись к Почти-Безголовому Нику, улыбнулась, — вот наши четыре человека, мы можем начать. — Нет-нет-нет, никаких исключений, по шесть человек — не больше, не меньше, — мягким голосом сказал призрак, — Гарри, Рон, присоединяйтесь к ним. — О нет, — на ухо Грейнджер прошептал Драко, отчего та хихикнула смотря на бывших друзей, которые были не в восторге от этой идеи.       Пройдя чуть дальше от толпы начался квест, в котором были самые разные задания: от приготовления быстрых зелий, до полётов на метлах, от заданий по нумерологии, до вопросов о магглах — всё было идеально продумано. Призом оказались медали, с помощью которых можно было переговариваться друг с другом на расстоянии. Заколдовав их специальным заклинанием, можно было объединить бесконечное множество таких предметов, но старосты проделали это вчетвером. После прохождения этой полосы различных заданий, ребята направились на улицу, где уже заметно похолодало, но не замечая ветра, который бил им в лицо, они направились на танцевальную площадку, где уже собралась почти вся школа. Многие предпочли загадкам и развлечениям обычную дискотеку с выпивкой, которую проносили незаметно от профессоров. Даже если те замечали, они закрывали на это глаза, понимая, что в комнатах можно найти столько алкоголя, сколько не найдешь в баре «Три Метлы». Посмотрев на время, Блейз заметил, что сейчас всего 11 часов вечера, а старосты понадобятся только в три часа ночи, когда учителя решили оставить детей одних. — У нас есть 4 часа, чтобы побыть одним, без этой орущей толпы подростков, — постарался перекричать музыку тот, — чем займемся? — У меня на примете есть полянка, где мы можем спокойно посидеть и поговорить, — также громко ответила Гермиона. — Веди нас, — сказал Драко ей на ухо, уводя подальше от танцпола.

***

      Всё то время, что старосты провели наедине они обсуждали свою жизнь до школы. Грейнджер рассказывала о поездках на море, о том, как родители учили кататься её на лыжах и многом другом, что захватывало чистокровных волшебников. Когда уже настало время идти назад, чтобы сменять преподавателей, на лесную полянку опустилась чёрная сова, держа в клюве письмо. Скинув его на землю, она тут же взмахнула крыльями и взлетела, скрываясь в темном небе. Подойдя ближе, все заметили маленький конверт, внутри которого была записка:

Джинни и Гермиона, Я рад, что вы решили принять моё предложение. Значит, вы поняли, что моя сторона намного выгоднее и, конечно, правильнее. После прочтения письма, оно сразу сгорит, но знайте — тайна, которую вы несёте, будет доступна всем. Вы сами решаете, как ей управлять. Расскажите всем, ваше право. Но вы понимаете, что это должно быть обоснованной причиной для рассказа. Встреча для новоиспеченных соратников пройдёт завтра, на закате. Малфой-мэнор примет Вас радушно так же, как и всех, кто принял моё предложение. Вы будете рады, узнав, кто ещё присоединяется в наши ряды. С Уважением, Лорд Волан-де-Морт.

— Завтра, — прохрипела Джинни и посмотрела на свою подругу, которая была в шаге от обморока, — всё будет хорошо. — Да, всё будет хорошо, — все вчетвером они глубоко вздохнули и вышли из леса на праздник, где они проведут последнюю светлую ночь своей жизни.