Будни Камелота

— Опять ты всю ночь шлялся с этими… алкашами, — раздраженно шептал Персиваль, замахиваясь копьем. — Я виноват, что ты отказался составить мне компанию? — копье Гвейна приземлилось мимо мишени. — Но это не значит, что нужно садиться за одну бутылку с первым встречным! — Гвейн, мог бы просто выпить дома, если так хотелось, — поддержал Персиваля Леон. — Да ладно вам, он же просто развеелся, ты его, наверно, совсем замучил, — Элиан с укором посмотрел на Персиваля. — Ничего я его не мучил! — громко возмутился тот. — Эй вы, голубки, обсудите свои амурные дела после тренировки. Артур идет, — шикнул на них Ланселот. — Чем это ты его замучил, Персиваль? — Артур подошел к рыцарям, скромно потупившим взгляд. — Я его не мучаю! Я его… поддерживаю, — заерзал на месте Персиваль. — От такой поддержки у него потом неделями спина болит, — как бы невзначай заметил Элиан, прокашлявшись в кулак. — Тогда тебе нужно попросить какую-нибудь служанку сделать тебе массаж, Гвейн. Мне помогает. — Ваше Величество, боюсь, массаж ему не поможет. Персиваль поддерживает его более деликатным способом, — Ланселот скромно отвел глаза в сторону. — В смысле? А… то есть… вы… О-о! — под обалдевшим взглядом Артура лица Гвейна и Персиваля слились в единое целое со своими ярко-красными мантиями. — Такая практика укрепляет боевой дух и усиливает связи между нами! Мы чувствуем… э-э-э… единство! Присоединяйтесь, Ваше Величество! — от величественных речей Гвейна лоб Ланселота встретился с его ладошкой.  — Если это и правда вам помогает… — все еще косясь на него, Артур решил не развивать эту тему. *** — Мерлин, ты знал, что Гвейн с Персивалем активно… так сказать… поддерживают друг друга? — спросил принц, переодеваясь за ширмой после тренировки. — Артур, боюсь, в твоем черепе слишком много свободного пространства. Они встречаются уже полгода! — Да я заметил… просто… виду не подавал, — Артур пропустил еще один ни на что не намекающий взгляд своего слуги. — Они даже предложили присоединиться к их… практике. «В следующем походе к ним случайно присоединятся пиявки Гаюса», — маг мстительно сжал губы. — И что ты сказал? — Я ответил, что подумаю, — на этих словах принца глаза Мерлина сравнялись в размере с его ушами. — А ты сам… ну… тоже из того отряда? — Какого отряда? — уточнение было нелишним. — Любителей… укрепить дух с помощью своих друзей-мужчин. Прямо сейчас Мерлин душу бы отдал за заклинание, убирающее краску с лица. Хорошо, что Артур все еще был за ширмой. — У меня… есть некоторый опыт. Пару раз мы укрепляли дух с Гвейном, — шорохи за ширмой внезапно прекратились. — Задолго до того, как у них с Персивалем все началось. Из-за ширмы все еще не поступало никаких звуков. — Но ничего серьезного! Мы уже давно так… не делаем. Его боевой дух в надежных руках! — Куда уж надежнее, — ответ Артура означал, что он еще жив. — Это объясняет, почему Гвейн всегда так рад тебя видеть. — А ты сам, Артур, никогда ничего такого не пробовал? — слуга не смог сдержать любопытство, надеясь, что принц его за это не ударит. Артур хмуро свел брови: — Было дело, — бросил он, отчего звук упавшей челюсти мага раздался эхом по замку. — Наследнику престола не подобает быть плохим в постели, поэтому, когда мне исполнилось шестнадцать, отец позаботился, чтобы я обзавелся разносторонним опытом. Никогда не знаешь, с кем придется укреплять политические связи. В этот вечер задорная фантазия Мерлина не дала ему спокойно поспать.