ВанСяни создали каждый день

[События после "Курильницы"] После того, как Вэй Ин и Лань Чжань вернулись из общего сна, в котором была виновата странная курильница для благовоний, Вэй Ин начал коситься на Бичень, а Ванцзи не упускать его из виду. Когда взгляд Усяня улавливал меч мужа, то в его сознании всплывали фрагменты сна, где он "играется" с ним. Ванцзи же, замечая нехороший интерес к его оружию, старался уследить за тем, чтобы меч не оставался с мужем наедине. Но как говорится, за всем не уследишь. Прошел уже месяц с того сна, Ванцзи, увидя, что Вэй перестал наблюдать за мечом, не стал особо настороженным и как-то раз оставил его в цзинши, уходя на собрание. Вэй Ин же перед уходом мужа сделал вид, что пошел гулять по горам, но, как только заметил отсутствие меча на спине* уходящего, вернулся обратно. Бичень висел на крючке, и Вэй Ин взял его в руки. Длинная серебряная рукоять со старинными узорами так и притягивала к себе. Бросив меч на кровать, Вэй Ин достал сосуд со смазкой и обильно смазал свои пальцы. Усянь встал на четвереньки на кровати и потянулся влажными от смазки пальцами к заднему проходу. Поднеся пальцы к нежно розовому, сжатому колечку мышц , Вэй Усянь начал длинными изящными пальцами обмазывать его жидкостью. Спустя пару секунд отверстие немного приоткрылось, впуская в себя фалангу пальца. Вэй Усянь медленным, но уверенным движением ввёл пальцы до основания, затем снова вынул. Махинации повторялись снова и снова, движения ускорились, а его собственный член понемногу возбуждался, начиная выделять природную смазку . Когда послышались влажные причмокивания, Усянь ввёл третий палец. При этом он перевёл дыхание, словно процесс давался ему с трудом и был пределом его возможностей. Во время их с Ванцзи близости, Вэю нравилось достигать кульминации одновременно с любимым, поэтому, чтобы не кончить раньше времени, растягивая себя, он старался избегать прикосновений к простате. Однако тело, привыкшее к тому, что Ханьгуан-Цзюнь обычно особое внимание уделяет именно этому месту, теперь никак не могло насытиться ласками. Внутри все сжималось с необыкновенной силой, будто выражая недовольство и, когда пальцы не затрагивали чувствительную точку, а лишь проходили рядом, бёдра неподконтрольно опускались ниже, как бы насаживаясь тем самым местом. Когда Усянь все же нащупал точку, то его ноги подкосились, а тело пробрало дрожью. Вэй Усянь поспешно вынул пальцы, чтобы немного успокоиться. Перестав дрожать, Вэй Ин лег на кровати, раздвинул ноги и вставил в задний проход Бичень. От проникновений твёрдой ледяной рукояти нежная дырочка покраснела и опухла. Бичень сам по себе источал холод, и теперь все нутро Усяня дрожало от каждого движения внутри. Несмотря на это, Вэй Усянь продолжал старательно вводить рукоять в себя и снова вынимать. Его движения становились всё быстрее, меч всё легче скользил у него внутри. Дыхание Вэй Усяня слегка сбилось, и он по привычке позвал: -Лань Чжань… Лань гэ-гэ.. Голос его дрожал из-за холода, был чуть приглушён и хрипок. Он продолжал вводить в себя рукоять Биченя, неосознанно сильнее и сильнее сводил ноги, сжимая колени и ягодицы так, что немного припухшее колечко мышц обхватывало рукоять меча ещё плотнее. Вэй Усянь испустил тяжкий, но очень сладкий вздох, ощущая как руки и ноги онемели и обессилели от удовольствия и будоражущего холода. Он завалился набок, чтобы немного передохнуть, как вдруг кто-то выдернул Бичень. Вэй Ин громко, но пошло вскрикнул от такого резкого, весьма неожиданного действия со стороны. Меч полетел в сторону, а над Вэй Ином навис Ванцзи со словами: «Бесстыжий». Вэй Ин застыл с изумлением на лице, пытаясь придумать оправдание своим действиям. Хотя тут и так было всё понятно, оправдаться было нечем, его глупые причины были бы смешными. (Геморрой лечил Биченем😆) Ванцзи же, моментально развязав пояс и стянув штаны, вошёл во всю длину в уже разработанную дырочку Вэй Ина. От таких неожиданных и быстрых действий, ноги бывшего старейшины обхватили талию мужа, а руки обвили его шею. Но Ванцзи не останавливался и вбивал свой разгоряченный стержень в Усяня. Он решил действовать на инстинктах. Ванцзи был яростен, и Вэю не легко дались его чересчур напористые толчки. Его поясница начала болеть, и он взмолился: «Лань гэ-гэ, помягче...» Но Ванцзи лишь властно рыкнув, ускорился, сжимая сильнее бедра Вэй Ина, на которых точно останутся следы. Старейшина запрокинул назад голову и неразборчиво простонал: «Горячо... Как же горячо...» Пока Вэй орудовал Биченем внутри себя, то все пронизывало холодом, хотя он заметно растянул задний проход. Член Ванцзи превосходил рукоять меча толщиной и неугосаемым жаром. И теперь каждый раз, когда Лань проникал в него, низ живота и спину обдавало неудержимым пламенем, отчего ему хотелось кататься по земле. Все было более ярко и ощутимее, чем во сне. Вэй Ин чувствовал, как достоинство мужа проходит по простате, из-за чего нежные стеночки сжимали горячий орган сильнее. Он пытался выбраться из под мужа, но тот ещё сильнее сжимал пальци на коже до синяков. Вэй Ина продолжал одолевать жар и, не найдя другого выхода, он прикусил губу, смиряясь с тем, что его безостановочно имеют. Вэй Ину постепенно стало легче. Вскоре задний проход от трения с членом сделался жарким, но не таким как орган Ванцзи. Теперь его дырочка сжималась и разжималась по инерции, втягивая горячую плоть в мягкое и влажное нутро, позволяя достоинству Лань Ванцзи всецело властвовать над собой. Быстрые размашистые толчки, скольжения чуть изогнутого члена по простате очень скоро довели Вэй Усяня до состояния безмерного удовольствия. Цзинши наполнялась звонкими шлепками, несдержанными стонами и тихим рыком. Вэй Ин приблизился к голове мужа, прикусывая алую мочку уха, но тут же вскрикнул. Лань Чжань впился в шею Усяня, продолжая двигаться, и только тот захотел запротестовать, как из его рта вырвался протяженный стон. Ванцзи, облизывая и расцеловывая свою "метку", надрачивал А-Сяня младшего. Ладонь у Лань Чжаня большая и широкая, быстро проводила по разгоряченному органу мужа. Он то сжимал, то ослаблял хватку, играя пальцами. Вэй Ин же спрятал свое красное лицо в изгибе шеи Ланя, сладко постанывая. Не выдержав усиления напора, Вэй Ин содрогнулся, пачкая живот белесой жидкостью и, окончательно размяк в руках Ванцзи. Тот же продолжал двигаться и в последний момент прикусил розовый сосок мужа перед тем, как излиться внутрь. Стенки прохода сжались, но тут же раздвинулись впуская сперму. Оба были без сил и, тяжело дыша, упали на скомканные в порыве страсти простыни.