Hot Taehyungs father

      Чимин шевелится на кровати, шурша одеялом и простынями, и чувствует себя немного помятым. Разлепив сонные глазки, на себе он находит вчерашнюю кофточку, в которой вернулся с прогулки, и, слава Богу, трусы. Голова немного гудит и он подозрительно смутно помнит то, что наговорил вчера Юнги, но спросить его самого об этом омега не решится. Чимин откидывает одеяло и сползает ножками на ковер, понимая, что ему не очень удобно. Его беспокоит странное чувство дискомфорта сзади и он рукой проверяет, всё ли в порядке. Глаза омеги резко расширяются, когда пальчики натыкаются на резиновое основание продолговатой пробки, воткнутой прямо в его задницу.       Чимин злится. Его щёки вспыхивают алым пламенем сначала от злости, а потом от стыда. Ну и как это всё происходило? Чимин сейчас спустится и выскажет Юнги всё, что в его светлую головушку приходит. Но… о боже, его останавливает от праведного гнева хотя бы то, что он не может явиться к альфе, которого боготворит денно и нощно, с гнездом на голове и не чищенными зубами. И пока он мешает недовольство вместе с зубной пастой во рту и попутно причесывает торчащие волосы, причитает по поводу своей халатности в таких вещах, и приходит в себя уже на том моменте, где подводит глаза темными тенями. Потом стоит пару секунд в ступоре, офигевая, и снова злится на себя. Ух, чертовы омежьи замашки.       Глаз докрасить всё-таки приходится, потом он целенаправленно движется к двери, но преждевременно тормозит у зеркала, понимая, что не может просто выйти в трусах. Роется в так до сих пор и не разобранной сумке и аккуратно натягивает на себя шорты, стараясь как можно меньше шевелить пробку, потому что это вообще-то… приятно.       От того, чтобы её просто-напросто вынуть его останавливает то, что ему нужно предоставить доказательства совершенного преступления со всеми уликами, чтобы уличить преступника в содеянном. Преступника… боже… Отберите у него детективы. Чимин кое-как спускается по лестнице вниз, пытаясь восстановить прежнюю злобу, и застаёт Юнги сидящим в кресле и читающим утренние новости на планшете с чашкой дымящегося кофе в руке. И о боже, зачем он снова это делает? Зачем сидит весь такой до слюнок привлекательный в своей белой рубашке и офисных штанах? У Чимина такими темпами появится кинк на офисную порнушку и ему скоро потребуется, чтобы его руки связывали галстуком. Черт, это пробка в заднице так влияет на мысли?       Чимин собирает всю свою решительность, и вместо того, чтобы завыть в голос, спрашивает нахальным тоном, сложив ручки на груди:       — Это что?       Юнги оборачивается на звук его голоса и с удивленным лицом осматривает омегу с головы до ног пару раз, прежде чем спросить:       — Где?       Чимин и глазом не ведет, отчего-то прекрасно зная, что в своей утренней находке непосредственно замешан альфа.       — У меня в заднице, — тоном будто говорит что-то до жути очевидное, сообщает омега. И как бы иронично не звучало, но смысл самый что ни на есть прямой.       Юнги снова ведет взглядом по омеге и останавливается на глазах, отставляя чашку на блюдце и с полной интереса интонацией спрашивая:       — А что у тебя в заднице?       — Ой, вот только не надо строить из себя ангелочка, Юнги. Пробка! Зачем ты запихнул в меня пробку?!       — Но я не пихал в тебя пробку, — отрицает альфа с самой напускной серьезностью на лице, опуская планшет на колени.       — Конечно, я сам себя ночью решил растянуть, — вскидывает руками омега, недовольно дергая ножкой. — Какого хера, Юнги?       — Я не засовывал в тебя пробку, — всё так же отрицает старший, и ввиду его возраста, внешнего вида и серьезного лица Чимин уже было решает ему поверить, но его немые мысли перебивает игривый низкий голос, — я засунул в тебя вибратор.       Омега с немым ужасом в глазах наблюдает, как альфа поднимает вверх руку, в которой держит небольшое подобие брелока сигнализации, и зажимает кнопку.       У Чимина ноги резко подкашиваются от проходящей по позвоночнику жаркой волны и он валится на ворсистый ковер, извиваясь на нём словно в судорогах и издавая душащие горло звуки, потому что штука внутри не просто вибрирует с охуенной мощностью, а ещё и дергается из стороны в сторону. Чимин еле собирает в себе силы, хватается ручкой за высокие ворсинки и хрипит сорванным голосом «Юнги, останови…».       И вибрация прекращается.       Чимин переводит дыхание и устало распахивает глаза, поворачивая голову в сторону альфы, до жути раззадоренный произошедшим, что его грудная клетка ходит ходуном, а кровь приливает ко всем заветным местам.       — Упс, — наигранно удивляется Мин, специально дождавшись чиминового взгляда, — кажется, палец соскочил. Прости.       Чимин валит голову обратно на ковёр и обреченно вздыхает. Альфа затеял игру, а Чимин стал её невольным участником. Он чувствует как его трусы промокают от выделившейся смазки, которая просачивается из часто сжимающейся дырочки и оставляет за собой мокрое пятно. Его член наполовину набухает и виднеется небольшим бугорком сквозь шорты. Отлично.       — Зачем ты сделал это? — Чимин снова полон запала, поднимается на ноги, одна из которых подрагивает, и придерживается за ближнюю стену рукой. И то ли про наличие самого вибратора спрашивает, то ли про включение вибрации, сам ещё не определился. Лучше показать, что ему такие действия не понравились, ведь Юнги может снова проверить его на прочность и тогда от стояка уже будет не спастись, а давящая на чувствительный вход игрушка только провоцирует возбуждение.       — Ты очень сильно просил тебе что-нибудь вставить, — говорит мужчина как что-то обыденное и чашка с кофе снова оказывается в его руках. — Надо было вставить кое-что другое? — Юнги взглядом многозначительно указывает себе на ширинку и Чимин меняется в лице.       «О Боже мой» — проносится красной строкой перед глазами, а кровь приливает к щекам. Омега так и знал, что обязательно сотворит какое-то дерьмо. Чимин был не в себе, явно наговорил Юнги лишнего, чего в полностью трезвом уме говорить бы не стал, и теперь Юнги, владея компроментирующей информацией, просто взял всё в свои руки, и Чимину точно пизда.       — Позавтракай чем-нибудь, и у меня есть к тебе разговор, — просит альфа и деловито отпивает кофе.       Ну вот же она, пизда, подкралась незаметно и покатила жизнь омеги по своей наклонной. Альфа хочет поговорить явно на серьезную тему, а Пак отчаянно хочет запихать себе в рот кляп, чтобы больше никогда перед ним так не проебываться.       И как это вообще произошло? Омегу прошивает осознание, что Юнги просто выбил все готовящиеся в атаку аргументы у Чимина из рук и теперь бесстыдно потягивает свой кофе, в то время как Чимин всё ещё стоит с вибратором в заднице и пустой головой, что даже ничего в ответ придумать не может. Чертов альфа, вот почему нельзя связываться со слишком опытными, они слишком хорошо знают, что нужно делать, чтобы и свое получить, и сухим из воды выйти. И что ему теперь говорить, когда уже сам так адски опозорился? Их совместное времяпрепровождение дает ужасные плоды, у Чимина половина трусов в смазке.       Омега незаметно прижимает руку к заду, чтобы проверить, насколько там всё плохо, всё ещё прибывая в состоянии отрешенности из-за возникшей конфликтной ситуации. Но, кажется, конфликт был только с его стороны; Юнги спокойно листает свой планшет. Но разве не было бы правильным решением просто вынуть ебучий вибратор и закончить свои проблемы на этом?       — Чимин-и, — тут же окликает его альфа, словно прочитав мысли, — вытащить — нет.       И если в «Чимин-и» присутствует ласка и нежность, то в «нет» — столько стали в голосе, что пальцы на ногах поджимаются, внутренности судорожно скукоживаются, а сердце пару нужных ударов пропускает. Глаза цепляются за решительный взгляд Юнги, и Чимин, словно тряпичная кукла, стоит с распахнутым ртом и неоднозначно ощущает, как старший его за ниточки глазами дергает.       Он разворачивается и следует на кухню, как альфа и просил, ставя новую порцию в кофеварку и заглядывая в холодильник. И ведь даже не то, что Юнги его так легко обыграл, беспокоит омегу больше всего, а то, что пульт-то ведь по-прежнему находится у него и мужчина может распоряжаться ним как хочет.       У Чимина внутри ёкает от осознания. Он попался в ловушку. Но это же Юнги… Разве он может сделать плохо…?       Пак кладет на салат толстенькую прослойку ветчины и накрывает сэндвич сверху хлебом, наливая себе кофе и нерешительно останавливаясь возле стула. Как сесть? Чимин бросает испепеляющий взгляд в сторону альфы, а потом понимает, что это ещё щадяще, было бы хуже, если бы старший так и не остановил. Омега решает постоять за стойкой и что сгонит лишние калории, позанимавшись сегодня танцем, а может и понервничав рядом с альфой, кто знает. В его руках Чимин не наблюдает пульта, значит, пока всё относительно хорошо.       Стрёмно становится тогда, когда еда на тарелочке заканчивается, а альфа всё чаще бросает на него взгляды. Чимин отрывается от стойки и двигается по направлению к мужчине. Резиновая игрушка внутри трется о стеночки при ходьбе, и омеге хочется завыть в голос.       — Присаживайся, — приглашает альфа, рукой указывая на диван и слегка улыбаясь.       Чимин смотрит на мебель, как на пусковую ракету, решает, что мягкость дивана должна сгладить его сидение, и опускается в самый дальний от альфы угол. Юнги видит это и многозначительно пересаживается поближе, а у Пака руки подрагивают от проникновения вибратора глубже.       — Чего ты такой напряженный? — спрашивает очевидное альфа, Чимин думает, лишь для того, чтобы подразнить.       — Я говорил много непристойностей? — виновато спрашивает омега, хмуря аккуратные бровки и решая зайти с другой стороны.       — Гм, — слегка усмехается старший, потому что запах омеги становится пряным, и Юнги ни за что не перепутает его возбуждение с чем-либо другим, — для тебя это имеет большое значение?       — Значит, много, — опускает голову Чимин.       — Ты немного поделился со мной происходящим у тебя внутри, и я рад, что теперь понимаю тебя чуть-чуть больше, — говорит альфа и двигается ближе к парню, быстро оказываясь прямо возле его лица.       — Зачем же так близко… — испуганно шепчет омега, отшатываясь назад от ошпаривающего дыхания и крепкого альфьего аромата, но Юнги ловит рукой его затылок и притягивает к себе со словами:       — А как же иначе я смогу тебя поцеловать?       Альфа гладит большим пальцем подбородок, и дрожь пробегает по спине Чимина, который осмеливается взглянуть в его глубокие темные глаза и умоляюще прошептать «не надо…».       — Правда? — взгляд шоколадных глаз скользит к манящим малиновым губам, и мужчина проводит пальцем по нижней, ощущая пухлость и мягкость. — Может тогда перестанешь распространять феромоны по всему этажу? Разве ты не знаешь, что они призваны привлекать альф?       Чимин резко и пристыжено закусывает губу, опуская голову вниз, но Юнги не дает ему сделать этого до конца, поднимая его за подбородок на себя.       — Ты пытаешься обмануть самого же себя, — старший приближается и проводит пальцем по бархатной щеке омеги, — но кто, если не ты сам, лучше всего знает о твоих желаниях?       — Некоторые желания должны оставаться только желаниями, Юнги… — отрицательно мотает головой.       — Смелость, Чимин-и, помнишь, мы говорили о ней? — альфа спускает руку на шею и ласково поглаживает. — Куда же ты её спрятал?       — Рядом с тобой смелость нужна только для того, чтобы уйти… — переходит на шёпот Пак, когда Юнги находит его ладонь своей и сцепляет пальцы. От взгляда альфы во рту пересыхает. То, как Юнги смотрит на него… у Чимина сердце останавливается.       — А как насчет рискнуть и получить даже больше желаемого? — альфа прислоняется к его лбу своим, мечась между глазами и губами. Одна его рука скользит легким прикосновением на талию, и Чимин чувствует, как кожа под ней воспаляется ожогами.       — Риски слишком высоки, — прискорбно сообщает младший, чье учащенное дыхание заметно по часто сжимающейся груди. — Ты мог потерять только деньги, а я — слишком дорогое.       — А так? — спрашивает Юнги и наконец касается его губ своими.       Чимин чувствует, как горячее дыхание альфы щекочет его губы, а затем растворяется в поцелуе, когда они быстро находят губы друг друга от отчаянно сдерживаемых желаний. Юнги мягко касается его пухлых губ своими, и запах концентрированного миндаля кружит омеге голову.       Чимин теряется в чувствах. Ему нужно сбежать, нужно прекратить, но Юнги вторгается в его рот своим языком, и Чимин дрожит, как осенний лист на ветру, подрагивая из-за тёплых волн, накатывающих на тело. Такая сладкая истома снова проходится по телу, и омега думает, что только Юнги может её вызвать. И вместо того, чтобы сверкать пятками отсюда, он обхватывает мужчину за шею и приникает ближе. Юнги притягивает его за затылок и облизывает его губы, засасывая язык внутрь, отчего руки Чимина взлетают вверх, отчаянно сжимая рубашку альфы на плечах маленькими кулачками.       И всё было бы гораздо проще, не целуйся Юнги так чертовски хорошо. Он чувствует, как растекается лужей, когда большие ладони ползут по спине и касаются поясницы. Чимину кажется, что альфы бесконечно мало, и это провоцирует его накинуться на мужчину ещё сильнее. Юнги нравится такой напор и маленькие ручки на своей рубашке, он опускает руку ниже и касается основания вибратора через шорты, слегка надавливая на него, и Чимин всхлипывает ему прямо в рот.       Альфа так резко одергивает его с развратным чмоком, что Чимин от неожиданности распахивает затуманенные глаза. Его губы выглядят бесконечно влажными и по-ягодному аппетитными, и Чимин хочет вернуться обратно. Но Юнги зарывается длинными пальцами в его волосы и сжимает их в кулаке, одергивая его вниз. Омега резко ахает и удивленно вздрагивает, когда горячий язык прикасается к открывшейся шее и мокро лижет пахучую железу. У Чимина ресницы на глазах трепещут, его запах расцветает пряной гаммой, просачивается в каждый квадратный метр дома и запечатлевается на мокром языке. Юнги прикусывает место возле яремной вены и трется носом о шею, облизывая острые ключицы и оставляя такие мокрые поцелуи на застывших распахнутых губах, что младший дрожит и сходит с ума, царапая ноготками мягкую ткань рубашки старшего.       Чимин весь разгорячен и часто дышит. Его омега готова пробовать всё, что предложит ему альфа, и Чимин не может задушить в себе это чувство. У него дыхание перехватывает, когда старший вцепляется и кладет его тело вдоль дивана, склоняясь над парнем. Рубашка Юнги скукоживается и омега видит открытую грудь сквозь пару расстегнутых пуговиц, когда на него наваливается умопомрачительный запах альфы. Нельзя так делать, нельзя, Чимин рискует потерять рассудок без возможности восстановления.       Юнги захватывает его нижнюю губу и посасывает, руками спускаясь к бедрам и соединяя их со своими, а когда их языки встречаются снова, поцелуй становится всё более нетерпеливым. Чимин обхватывает его лицо руками и позволяет целовать себя так развязно и мокро, как никто не целовал. По телу ползут горячие витки возбуждения, и Чимин уверен, пахнет он как самая нуждающаяся сучка. Юнги резко одергивает омежью кофту, задирая её по грудь, и приникает губами к одному из сосков, набухших от возбуждения и торчащих. Чимин распахивает губы в вырывающемся стоне и чувствует разжиженное удовольствие внизу живота. Тёплыми руками Юнги оглаживает виднеющиеся рёбра и влажно облизывает розовый сосок, пока Чимин смотрит на то, как быстро двигается чужой язык на его груди, и всхлипывает.       Омега просто бессилен рядом с ним. Понимает, что нужно прекратить, нужно остановиться, но из горла вырываются только стоны и никаких слов против. Хнычет от своей безысходности и дергает ножками. Юнги ловит его бёдра и опускается ладонью вниз, подкрадываясь к кромке шорт и просовывая пару пальцев внутрь. Чимина обдаёт новой волной жара, когда альфа снова давит на игрушку, проталкивая её глубже.       — О боже, боже, Юнги… — восклицает омега и выгибается под руками, ощущая давление и наполненность.       — Я считаю, нам самое время их снять, — и стягивает с изящных ножек шортики. Чимин отчаянно закусывает губу и хнычет, когда альфа проводит рукой по промежности. — Малыш весь промок.       Чимин только сейчас в полной мере осознаёт, насколько же он мокрый. Воткнутый вибратор не даёт полностью почувствовать все выделения, но мокрые пальцы Мина говорят об этом гораздо лучше. Юнги тянет белье вниз и взгляд его почему-то резко меняется. Он разводит ножки в стороны и умащивается между ними, наклоняясь к омеге.       — Мгх… — всхлипывает омега, когда старший снова надавливает на основание игрушки и плавно отпускает. Вибратор понемногу выезжает, и Юнги снова ловит его пальцами, проталкивая внутрь.       — Юнги… — отчаянно шепчет ему Чимин и снова хватается за рубашку, — ну зачем ты это делаешь…?       — Чтобы подготовить тебя к тому, как я сделаю это, — отвечает Мин и рука его скользит в карман штанов, после чего младший ощущает, как вибрация включается снова, поражая собой чувствительные стеночки, и у него перехватывает дыхание.       Чимин еле проталкивает в легкие воздух, а с глаз в стороны разъезжаются слезы. Вибрация не такая сильная, как в первый раз, но возможность почувствовать себя собачкой на поводке у альфы дает прекрасно. Хлынувшая потоком смазка говорит всё за себя. Чимин возбужден и отчаянно тянется рукой к ширинке старшего.       Низкий гортанный рык срывается с уст Мина, когда чиминова рука всё же достигает места назначения и обхватывает ладонью возбужденный член через ткань штанов. Юнги заглядывает в его глаза с хищным прищуром и захватывает в плен его раскрытые полные губы своими.       Невероятное чувство, когда твое влечение отзывается взаимностью. Невероятно, когда на твои действия отвечают вдвойне. Когда желание на двоих делится, а удовольствие только умножается. Когда двое растекаются до краев в одном сосуде и смешивают свои тайные чувства. Когда губ касается горячий язык и заставляет извиваться. Когда мокрые прикосновение спускаются на соски и заставляют стонать. Когда руки отчаянно расстегивают ремень и немного нервно пытаются справиться с ширинкой. Когда вибратор проталкивают глубже и лежать на одном месте становится невыносимо. Когда пошлые стоны уходят в чужой рот и растворяются в очередном поцелуе.       Вибрация неожиданно усиливается, и тело Чимина пробивает дрожью. Он не может видеть руки альфы, чтобы убедиться в наличии у него пульта, он слишком занят чужим бельем, из которого достает твердый стояк, но дрожащими руками получается плохо. Он немного хнычет, сетуя на отвлекающего его ласками мужчину, и наконец справляется, смачно облизывая губы и обхватывая горячую плоть пальчиками. Но у Юнги другие планы; Юнги полагает отличным решением просто взять и начать трахать омегу вибрирующей игрушкой. Он ухватывается пальцами за основание и проталкивает вибратор внутрь розовой дырочки, быстро возвращая обратно.       У младшего там всё горит, дыхания не хватает, он чуть было не выпускает из рук член, а рот затыкают влажным поцелуем и волосы оттягивают назад. Стеночки сжимают собой вибратор, желая достичь больше трения, и смазка снова просачивается наружу. Слезы выступают на влажных глазах и левая рука отчаянно тянется остановить альфу. Но тот лишь быстро убирает её, а затем ухватывает и вторую, соединяя их запястьями вместе и удерживая на уровне груди.       — Ну Юнги-и, — скулит омега, когда у него из рук отобрали член. Мужчина держит его руки крепко и не дает им сдвинуться вниз, вместо этого ускоряя движения вибратором и пожирая глазами парня.       — О нет, нет-нет, боже мой, — отчаянно стонет Чимин и соединяет вместе колени, прогибаясь в пояснице над диваном.       — Что такое, маленький? — будто и сам не знает, игриво спрашивает Юнги. Дразнит.       — Мгх… я сейчас… о нет! Юнги! Я сейчас кончу…       Чимин прижимает бедра друг к другу и ягодицами потирается о обивку дивана, отрывая пятки от поверхности и балансируя на цыпочках. Его член напряженный и текущий предэякулятом, на его животе ярко проступают напряженные мышцы, а шея покрывается множеством набухших вен.       Когда удовольствие доходит до предела и Чимин уже готов выплеснуться семенем, альфа вынимает из него вибратор полностью и наблюдает за поведением омеги. Чимин резко подается назад от такой тотальной потери чувства наполненности и настолько недовольно возмущается лицом, что на лбу выступают венки. Его колечко пульсирует и отчаянно сжимается от недостатка наполнения, а сам он обиженно скулит:       — Ну за что ты так со мной?       — Обещай, что будешь послушным мальчиком.       Голос Юнги такой властный, а от этого максимально низкий и чертовски сексуальный. В таком состоянии Чимин готов пообещать что угодно, лишь бы ему вернули его удовольствие. Омега даже и не думая ни секунды тут же выпаливает:       — Я буду послушным.       — Хорошо, малыш, — соглашается Юнги, приставляя ко входу ребристую игрушку.       Омега смотрит на это так предвкушающе и ярко чувствует проникновение, блаженно закатывая глаза наверх. Он в действительности не знает, какими действиями ограничено его «послушание», поэтому затыкает свой рот парой пальцев, чтобы не скулить так сильно, потому что вибрирующая игрушка подступает к простате.       — Детка, лучше мои, — произносит Юнги, и Чимин сначала не может понять, почему.       Потом он замечает себя за тем, что сосет и покусывает свои пальцы, чтобы отчаянно не кричать, потому что еще пару движений и он сойдет с ума. Альфа вынимает его мокрые от слюны пальцы и просовывает свои. Чимин на инстинктах тут же захватывает их губами, и мужчина просовывает их дальше. Он обхватывает ладонью челюсть полностью и сжимает остальными пальцами, и полные губы тут же размыкаются, выпуская слюни на подбородок. Чимин развязно облизывает языком средний и указательный пальцы и пропускает их внутрь, имитируя поступательные движения.       Взгляд Юнги становится похожим на хищника, готового в любой момент разорвать свою жертву. Губы плотно сжимаются кольцом и всё становится мокрым от слюны, Чимину кажется, он доигрался. Головка вибратора давит на простату, когда альфа проталкивает его внутрь, и омега закатывает затуманенные похотью глаза.       Младший пытается что-то говорить, но с полным ртом слюны и длинных пальцев получается слишком непонятно, зато отлично понятно по извивающимся движениям юного тела. Чимин начинает дрожать и Юнги высовывает пальцы, обхватывая рукой напряженный омежий член. Он проводит вверх-вниз всего пару раз и Чимин содрогается в оргазме на высоком стоне.       Тело обдает жаром, а наслаждение расползается до самых кончиков пальцев и нового вдоха, прежде чем вернуться обратно, растекаясь негой по сосудам. Сперма выстреливает на грудь и живот, пачкая большую ладонь альфы белесой жидкостью. Чимин наконец раскрывает слипшиеся глаза, и его грудная клетка ходит ходуном. Юнги наклоняется к лицу и оставляет нежный поцелуй на губах, пошло шепча «хороший мальчик», а затем пропихивает ему в рот запачканные пальцы, и омега самозабвенно слизывает семя, смотря прямо в глаза альфе.       — Ммм, как хорошо ты умеешь сосать, — наблюдая за юрким язычком, произносит Мин.       — Я хочу его, Юнги, — омега точно знает, чего ему не хватает. — Просто дай мне его.       — Хочешь мой член?       — Очень хочу, — шепчет Чимин, мотая головой. — Хочу отсосать у тебя.       — Ты так постарался с пальцами, — поощряет его альфа. — Но ты уверен, что сможешь сделать это хорошо?       — Я… я заставлю тебя чувствовать себя очень хорошо, — омеге Чимина действительно нужно признание, он отчаянно хочет угодить, хочет, чтобы его похвалили. — Я хочу попробовать тебя на вкус, хочу чувствовать тебя в горле, я сделаю очень приятно.       — Тогда бери, — как-то слишком легко говорит Юнги, что омега действительно сомневается в его доступности.       Но альфа разрешил и даже поднимает его с дивана, обхватывая за поясницу. Чимин отчаянно льнет к мужчине и приникает к его губам мокрым поцелуем, рукой отодвигая в сторону белье и спуская его вниз. Омега опускается на колени, и перед лицом предстает большой, как и положено альфе, венистый член с тяжелыми яичками. Чимин обхватывает рукой твердую плоть у основания, будучи вынужденным признать, что его пальцы даже не могут соединиться по диаметру, и устремляет глаза с засыхающими слезами наверх. Юнги смотрит на него сверху так собственнически, словно Чимин принадлежит только ему и он выебет его маленький рот по самые гланды, хотя, судя по размеру, кажется, гораздо глубже.       Альфа подталкивает его голову ближе, и омега высовывает язычок, на который моментально ложится крупная головка. Чимин круговыми движениями облизывает её, чувствуя солоноватый привкус предэякулята, и отрывается, проводя широкую мокрую дорожку от середины до уздечки.       Юнги вдруг резко оттягивает его за волосы, цепляя их в кулак на голове, что ниточка слюны тянется от головки к раскрытым мокрым губам. Старший смотрит на него строго и одергивает его голову еще дальше, наклоняясь прямо к его вздернутому лицу и обхватывая рукой шею.       — Малыш, ты что, дразнить меня вздумал?       — Нет, альфа… я… — прерывисто дышит младший от тяжело сжимающей ладони на горле. — Я буду хорошим омегой, — весь рот Чимина снова наполняется слюной. — Я хорошо отсосу.       — Не играй со мной, Чимин-и, — властно произносит старший и целует распахнутые губы, оставляя на них свою слюну и отпуская волосы.       Омега тут же приникает к члену, обхватывая его губами и проталкивая в рот. Он возвращается обратно, обильно смазывает слюной горячую плоть и снова заводит в мокрый рот, смыкая губы вокруг толстого ствола и рукой оттягивая крайнюю плоть.       Альфа собирает руками его волосы на голове и подталкивает голову, насаживая омежий ротик на себя и самостоятельно двигая голову. Его запах такой головокружительный, что на омежку накатывает новая волна возбуждения и смазка течёт по бёдрам.       Чимин вынимает мокрый от слюны член и пытается отдышаться, привыкая к такому размеру и тут же раскрывая губы, чтобы принять в рот головку. Облизывает гладкую плоть быстрыми движениями языка и снова заглатывает внутрь. Юнги надавливает на затылок и пропихивает себя глубоко внутрь, что у омеги слезы на глазах выступают. Чимин раскрывает рот как можно шире, потому что толстый ствол уже упирается ему в горло и слюни скоро вытекут наружу.       — Мой малыш, твои губы вокруг моего члена чудесны, — поощряет его мужчина, удерживая за волосы, и омеге удается расслабить горло.       Юнги держит его лицо двумя руками, устанавливая зрительный контакт, и насаживает раскрытый влажный ротик на свой член. И низкий стон альфы служит лучше всякой похвалы. Слюна скатывается по подбородку младшего, но он не отрывает глаз от альфьих, в которых такая бешеная похоть, и вся она для Чимина. Омега пытается помочь себе руками, но Юнги быстро их пресекает, заводя за спину. Смазка накапливается возле входа и резко вытекает наружу, пачкая напряженные бедра. Чимин мычит от глубины и потому что воздуха уже не хватает, и старший позволяет ему отдышаться, вынимая мокрый член из горла, по которому каплями стекает слюна, и проводит головкой по алым губам.       — Хороший мальчик.       У Чимина весь подбородок, губы и щеки мокрые, слюна стекает на шею и каплями скатывается на грудь, а ему жутко нравится, что альфа его хвалит. Он не отрываясь смотрит в темные глаза и понимает, что отсасывает одному из самых крупных брокеров страны посреди его дома на коленях. И альфа такой жутко сексуальный, когда смотрит на него так подчиняюще и держит волосы кулаком. Его запах охуенно возбуждающий, и Чимин не может перестать течь.       Омега обхватывает рукой член Юнги и надрачивает у основания, лаская языком головку и самозабвенно вылизывая уздечку. Чимину до чертиков хочется почувствовать этот огромный ствол в своей дырочке; она невероятно мокрая и сжимает мышцами вибратор внутри, заставляя младшего хныкать.       Кажется, Юнги нравится вид его язычка, скользящего по разбухшим венам, потому что он оттягивает его за волосы назад и заставляет высунуть его как можно дальше. Альфа трется членом о гладкую розовую поверхность и прикрывает глаза, когда омега языком обводит всю головку.       — Ммм, Чимин-и, как мокро, — горячо шепчет Юнги. Его ноздри часто расширяются, вдыхая туманящий разум сладкий запах омеги.       У Пака дыхание перехватывает, когда Юнги крепко вцепляется в волосы и грубо проталкивает ствол глубоко внутрь. Омега обхватывает его губами и расслабляет горло, но чуть не давится, когда снова чувствует вибрацию в заднице.       Чимин тут же хнычет и заводит руку за спину, касаясь основания вибратора. Альфа абсолютно беспощаден, видит, как Чимин резко извивается и захлебывается слюной. Омега мычит с членом во рту, а с глаз снова стекают слезы, пока нетерпеливая вспышка жара проходится по телу, он пытается сделать что-то со своим задом, но Юнги не дает оторваться.       — Смотри на меня, детка, — приказывает мужчина, и Чимин не может противиться. Его задница течёт и срочно требует альфу.       Старший снова тянет за волосы и вынимает толстый мокрый ствол, с которого ниточками тянется слюна. Омега вдыхает полной грудью, разъезжаясь коленями по полу, и только и успевает позвать:       — Юнги…       Его снова затыкают огромным членом, загоняя его так глубоко, что Чимин упирается носом в лобок, и грубо толкаются в глотку. Слюна внутри хлюпает пошлыми звуками, а альфа не дает расслабиться. Младший плотно сжимает горло вокруг члена Юнги и слышит низкий рычащий стон. Внутри так влажно, горячо и узко, что мужчина не может его не похвалить.       — Какой хороший омега, — парня ласково поглаживают по волосам. — Язычок, Чимин-и, — просит старший, смотря на него сверху. — Я хочу видеть твой язычок.       Чимин пытается просунуться язык за границу рта, но давящий на горло член почти не позволяет ему сдвинуться. Юнги всё так же смотрит на него требовательно, и Пак пробует снова. Слюна вытекает со рта, головка давит на горло, мешая сосредоточиться, но Чимин пропихивает язык наружу, облизывая толстые вены.       — Молодец, Чимин-и, хороший мальчик.       Слюна скатывается по подбородку, и омега стонет с членом во рту, чувствуя, как его волосы сжимают крепче, а вибратор не перестает работать. Похвала от требовательного альфы в таком деле действительно очень значительна для Чимина, потому что Юнги угодить хочется даже больше, чем трахаться. Омега сосет твердый ствол, словно это лучшее лакомство в его жизни, и наслаждается видом кайфующего Юнги, у которого все мышцы напрягаются.       Альфа снова хватает его голову и резко вбивается внутрь, делая несколько грубых и особо глубоких толчков. У Чимина слезы на глазах выступают от глубины и потому что узел альфы начинает набухать и увеличиваться, а затем чувствует, как горячая сперма выплескивается в глотку и чуть не давится. Но мужчина вовремя вынимает член и кончает ему в рот с хриплым стоном, заполняя всё пространство терпким солоноватым семенем, которое от большого количества начинает вытекать.       Чимин такой невъебенно красивый с его спермой на покрасневших мокрых губах и когда пальцами собирает её по подбородку, с разворошенными волосами на голове и преданным взглядом, когда слизывает розовым язычком остатки спермы и проглатывает, не оставляя от неё и следа.       — Молодец, — гладит его по распухшим губам Юнги, пытаясь запихнуть в трусы выпирающий узел. — Такой хороший омежка для своего альфы. Ты так хорошо постарался.       Мужчина поднимает омегу с колен и притягивает к себе, быстро обхватывая за талию и спускаясь к пояснице. Чимин хнычет, когда большая ладонь добирается к вибратору и снова на него давит.       — Альфа, пожалуйста…       — Посмотри, ты же снова мокрый. Так понравилось сосать мой член?       — Очень понравилось, — Чимин приникает к груди. — Пожалуйста, я хочу почувствовать его в себе.       — Не скули, малыш, ты же обещал быть послушным.       Чимин недовольно закусывает губу, которую у него тут же вырывает альфа, захватывая в свой рот и посасывая, пока опускает парня обратно на диван. А затем резко разворачивает и заставляет лицом уткнуться в мягкую ткань, прогнувшись в пояснице. Чимин ахает от такой резкой смены положения и чувствует, как вибрация прекращается, а затем мужчина вынимает из него вибратор.       Чимин сжимается отверстием и ликует, предвкушая огромный член, который выебет его до звездочек в глазах, что даже попку выпячивает повыше, чтобы альфе было удобно.       Юнги ласково поглаживает его округлые ягодицы и сжимает в ладонях, раздвигая их в стороны и открывая вид на многострадальную розовую дырочку. Запах смазки так сильно дурманит голову, что узел всё никак не спадает и Мину приходится поправить его рукой.       Пак так пошло ахает, когда мокрый язык касается его дырочки, что ноги в дрожь бросает. Альфа заботливо гладит их ладонью и слизывает сладкую ароматную смазку, текущую уже по бедрам. Чимин стал настолько чувствителен, что даже одно горячее дыхание выбивает из него стоны, не говоря уже о скользком языке, собирающемся вынуть из него жизнь.       Омега стонет так красиво, когда Юнги лижет его готовую дырочку, собирая смазку и размазывая по колечку мышц. Альфа проталкивает язык внутрь легко раскрывающегося отверстия и усердно лижет горячие стеночки.       Чимин всхлипывает до дрожи и подставляет попку ближе к лицу, зарываясь ноготками в ткань диванной подушки. Юнги ласкает его так хорошо, что об этом хочется кричать. Сжимает ягодицы большими ладонями и прикрывает глаза от сладкого вкуса омеги. Чимин сейчас мягкий и податливый словно глина, бери и лепи. Прогибается под альфу и стонет от горячего языка, так хорошо вылизывающего его задницу.       Младший даже и не понял, как в него ввели два пальца, зато прекрасно чувствует, как подушечки касаются заветного комочка нервов и массируют его до темноты в глазах.       — Юнги… — жалобно стонет Чимин, подаваясь назад.       Альфа добавляет еще один палец, пачкая его смазкой, и начинает активно двигать рукой, склоняясь над Паком и шепча на ухо:       — Такой жаждущий омега. Хочет, чтобы его сделали своей сучкой и катали на узле до умопомрачения.       И Чимин правда этого хочет. Очень хочет. Он отчаянно стонет, когда старший ускоряет движения рукой и с постоянством проходится по простате. Его кофту задирают и оглаживают поясницу вместе с оттопыренными ягодицами, в то время как беспощадно трахают длинными пальцами. Дырочка Чимина так хорошо их принимает, обволакивая сжимающимися мышцами и смазкой. Это почти то, что ему нужно. Только член Юнги будет гораздо круче, и Пак понимает это очень хорошо.       — Я хочу тебя, Юнги, — беспардонно заявляет Чимин и ахает от яркой вспышки удовольствия, когда пальцы так хорошо давят на простату.       Альфа усмехается ему на ухо и шепчет в ответ: «всё правильно, мой маленький омежка».       — Я хочу тебя, не вибратор, и не пальцы, а тебя. Ну разве так сложно просто трахнуть меня? — канючит омега.       — Просто помолчи, малыш, — затыкает его Мин и продолжает активно двигать рукой.       Как же отчаянно Чимин надеется, что Юнги наконец трахнет его членом, но этого всё никак не происходит, и он начинает капризничать.       — Ну Юнги, ну не дразни, — омега хнычет и выгибается, — если хочешь трахнуть меня, то просто возьми и сделай это. Я, мать твою, готов.       Чимин получает неожиданный шлепок по заднице, сопровождаемый характерным звуком, от которого остается красный след ладони, и резко ахает, туго сжимаясь отверстием.       — Что я говорил тебе о послушании?       — Альфа… — скулит младший, но тот неумолим.       Он трахает его рукой и не дает никакой пощады, прижимая омегу к дивану и не позволяя соскользнуть. Сильная рука обхватывает шею и задирает её вверх так, что всё лицо младшего краснеет и губы выпускают томный стон, но это до жути возбуждающе и только помогает сделать ощущения еще ярче. Чимин извивается под ним, насаживаемый на пальцы, и признает, что грубость альфы такая же охуенная, как и нежность. Юнги ускоряет движения рукой и омега пищит от такого напора.       — Юнги-и, — хнычет Пак, — я не могу…       Горячее семя попадает на обивку дивана, о которую трется чувствительная головка, и превращается в мокрое липкое пятно, пока напряженное тело в сильных руках обмякает с мягким стоном, закрывая глаза и роняя голову.       Альфа аккуратно вынимает из него пальцы и поглаживает спину, мягко целуя за ушком и поднимаясь. Чимин слышит отдаленные шаги, но не в силах раскрыть глаза. По телу пробегает сладкая истома, быстро сменяющаяся усталостью.       Омега по запаху определяет, что Юнги снова оказывается возле него, а потом чувствует, как его волосы на голове приглаживают.       — Устал? — необычайно ласково спрашивает Юнги, будто не он только что заталкивал ему в рот член, что дышать было трудно.       Чимин только и может сонно на него посмотреть и кивнуть. Альфа помогает ему подняться и вытереть всю сперму и слюни, и омега понимает, что они запачкали диван, словно здесь проходила оргия, а на полу виднеется лужица его смазки, но краснеть не собирается.       — Ты хорошо справился, — ласково говорит мужчина, растягивая улыбку. От грубости и следа не осталось.       Чимин так устало усмехается. Его развели как малолетку, а теперь ещё и хвалят. Он никогда не перестанет удивляться старшему, который не видит никаких преград, чтобы взять то, что ему хочется.       Юнги приникает к нему поцелуем и берет на руки, поднимая с дивана. Чимин светит голой задницей всей мебели, встречающейся по пути на второй этаж, но взамен прижимается к крепкой груди, забывая о своих переживаниях.       Как только его босые ноги касаются пола, омежка тут же смывается в ванную комнату. На заднице горит след от удара и это в каком-то смысле лучше, чем были бы засосы; Юнги действительно аккуратен в этом вопросе. Чимин заглядывает в зеркало и ужасается. Если утром на голове было гнездо, то сейчас полнейшая пизда. А все тени, что он так заботливо накладывал, смазались слезами и поплыли вниз темным пятном, и выглядит он как самая настоящая выебанная шлюха. Теперь понятно, почему альфа его так усердно трахал.       Омега быстро умывается, подправляя всё растекшееся и приглаживая волосы. Приводит себя в порядок и натягивает кофту как можно ниже, выходя из ванной и видя переодевающегося мужчину, что собирается натягивать пиджак.       — Ты уходишь? — разочарованно спрашивает Чимин.       — Прости, малыш, но у меня есть срочные дела, — Юнги подходит к парню и кладет руки на поясницу, увлекая в легкий поцелуй и сжимая мягкие ягодицы. — Прости за это, — альфа нежно гладит половинку, на которой остался красный след. — Отдохни, пожалуйста. На вечер ты мне нужен полным сил.       Чимин так пристально глядит в шоколадные глаза альфы и жалеет, что ещё не достиг того уровня, чтобы читать намерения по глазам. Юнги становится непредсказуемым, и отчего-то уголёк жуткого интереса загорается внутри омеги. Мужчина переносит его на свою кровать и бережно укладывает, укрывая голые ножки одеялом. Чимин смотрит на него преданным котёнком, и Мин наклоняется его поцеловать, шепча напоследок «отдохни».       Альфа шлет ему воздушный поцелуй и закрывает дверь, а Чимин понимает, что влип.       Конкретно влип в одного умопомрачительного альфу, в которого ему ни за что на свете нельзя влюбляться…