Глава пятнадцатая
27 ноября 2020 г., 20:46
Чонгук просыпается, ощущая себя в тёплых объятиях. Он не может сдержать мягкой улыбки, когда сонные глаза всё-таки распахивает и видит, что полностью окольцован сплетением рук и ног Чимина. И на удивление, такая поза была достаточно удобной, ни одна мышца не затекла. Самое главное, что в таком положении Чон, действительно, ощущал себя защищённым, словно находился в самой настоящей крепости.
Чонгук голову немного поворачивает, носом в шею чужую утыкается, тяжело выдыхая. Течка сегодня закончилась, но из объятий Пака совершенно не хотелось выпутываться, хотелось быть в них постоянно. Вообще, прошедшие несколько дней для Чона были, действительно, одними из самых прекрасных в его жизни, потому что они вместе с Чимином подарили друг другу столько нерастраченной любви и нежности, сказали друг другу множество тёплых слов. Чонгук чувствовал себя по-настоящему счастливым.
Омеге на данный момент было совершенно плевать, что думает прислуга, которая ни единожды заходила в покои, чтобы сменить постельное бельё. Чонгук видел ошарашенные взгляды молоденьких бет, но он лишь крепче прижимался к Паку. Чон не хочет думать о том, что его осудят другие короли. В любом случае, он совсем скоро станет законным супругом Чимина. Теперь придётся поторопиться со свадьбой, потому что с недавних пор Чонгук помечен, значит, самая главная часть ритуала вступления в брак исполнена, осталось закрепить всё официально. И Чон совершенно не жалел о том, что Чимин поставил на нём свою метку. Наоборот, знак принадлежности любимому альфе подарил ему спокойствие и умиротворение. Чонгук устал быть главным, устал нести на плечах тяжёлое бремя правителя, ему хочется уже отдохнуть. Хочется наконец-то стать обычным счастливым омегой.
— Доброе утро, — шёпотом произносит Чимин, за ухом омеги поцелуй нежный оставляя. Чонгук чувствует, как всё тело почему-то мурашками покрывается, и он плотнее к чужой груди жмётся, не потому что холодно, а потому что хочется ярче ощутить тепло чужой кожи. — Как спалось?
— Доброе, — Чон носом практически трётся о впадинку ключиц альфы, возможно, Паку щекотно, потому что из груди того нечаянный смешок вырывается. — Хорошо, а тебе?
— Прекрасно, — выдыхает Чимин, слегка отстраняясь от омеги, и Чонгук губы свои приоткрывает, чтобы попросить Пака снова его обнять, но тот, сократив расстояние между их лицами целует, нижнюю губу немного захватывает и руку на талию кладёт. И всё это слишком мягко, лениво, так по-утреннему. Чонгук даже и не думал, что в его жизни так когда-нибудь будет. Он на поцелуй желанный неторопливо отвечает, ладонь на щёку чужую кладёт и аккуратно гладит. — Я люблю тебя.
И эти слова звучат так желанно. Чонгук за эти несколько дней слышал их множество раз, но всё равно мало, потому что за пять лет утрачено слишком много, и это «много» хочется наверстать как можно скорее.
— А я люблю тебя, — омега тепло улыбается, смотрит на альфу, кажется, самым влюблённым взглядом. Чимин точно также смотрит на него.
— Мы должны сыграть свадьбу, как можно скорее, — Пак к шее чужой наклоняется и целует метку, недавно оставленную им. И Чонгук слегка вздрагивает, потому что это место очень чувствительное. — Ты хотел подписать несколько соглашений для твоей репутации, но…
— Желание быть с тобой, как можно скорее, взяло надо мной верх, — признаётся Чонгук, договаривая за альфой. И ему так непривычно говорить так открыто о своих чувствах, желаниях Чимину, но в то же время во время разговора он ощущает спокойствие. Феромоны Пака излучают умиротворение. Чону, действительно, комфортно вместе со старшим.
— Я тоже хочу быть с тобой, как можно скорее, — говорит Чимин и выдыхает как-то совсем печально. — Однако я не хочу, чтобы о тебе распространились ужасные слухи.
— Главное, что ты знаешь, что вся грязь, которая будет рекой литься в мой адрес, — ложь, — Чонгук своему спокойствию поражается. Ещё несколько дней назад он за свою репутацию божился, а сейчас ему всё равно. Теперь Чон по-настоящему осознал, что ради счастья придётся чем-то жертвовать.
— Я постараюсь огородить тебя от негатива, — шёпотом произносит Пак, а после снова в крепкие объятия Чонгука заключает. И омега улыбки сдержать не может. — Мой маленький Чонгукки.
— Твой… практически официально.
И для омеги слово «мой» и вправду важное, потому что так давно хотелось принадлежать именно Чимину, ведь о семейной жизни вместе с ним Чонгук мечтал так долго. Теперь у них, действительно, будет общий замок, как на вышивке, которую так старательно выполнял Чон, искалывая все свои пальцы, слушая наставления папы о том, что царапины нужно обрабатывать, чтобы не было заражения.
— Тогда, я думаю, что можно объявить, что я официально посватался к тебе, — Пак пальцы рук их крепко переплетает. — Нет смысла оттягивать.
— А где же мои гостинцы? — усмехается Чонгук. Ведь обычно сватовство похоже на самый настоящий выкуп омеги у королевства. Альфа должен привезти подарки, стоимостью которых он показывает, насколько для него омега ценен. — Хотя… у тебя, наверняка, не хватит даже всей казны…
— Ну ты же ведь омега-король… Мне за тебя тебе же выкуп выплачивать? — Чимин бровь удивлённо изгибает.
— Почему бы и да? — смеётся Чонгук.
— Мы и так объединим королевства, так что не волнуйся, ты будешь жить в достатке.
— Я шучу, — Чон на шее чужой поцелуй аккуратный оставляет. — Для меня главное — жить вместе с тобой. Поэтому я принимаю твоё официальное предложение. Хотя я думал, что этот решающий для меня этап в жизни пройдёт в более торжественной обстановке, но вместо этого я лежу абсолютный голый в своих покоях, — с намеренной издевкой говорит омега, но на самом деле, его такое положение дел абсолютно устраивает.
— Я сделал тебе уже два предложения…
— Мне хочется тебя специально задеть, — усмехается Чон, немного приподнимаясь, нависая над Паком.
— Я знаю, солнышко, — Чимин ухмылку свою не скрывает, смотрит на Чона снизу вверх. И Чонгук не сдерживается, губы чужие своими накрывает, потому что сцеловать это нахальство хочется. Пак сразу отвечает порывисто, немного больно, потому что за губу кусает. Чон не отстаёт, отдаётся полностью, ощущая ладони горячие на своей спине, и так хочется, чтобы это никогда не заканчивалось. Однако нужно возвращаться в реальную жизнь, где они оба правители государств. Государственные дела сами не сделаются.
— Нам нужно вставать… — выдыхает Чонгук в чужие губы, нехотя отстраняясь. — Мы и так пропали на несколько дней.
— Мне так не хочется тебя отпускать, но придётся, — Чимин губу закусывает, и Чонгук в мыслях твердит, что снова целовать не стоит, иначе они ещё не скоро вернуться к реальной жизни. — Ты уже придумал, как будешь скрывать метку до нашей свадьбы?
Улыбка с лица Чонгука тут же спадает, потому что скрытие метки, действительно, невозможное дело. Чон теперь пахнет Чимином, и это будет чувствовать каждый альфа и омега, находящийся рядом. Конечно, Чонгук может ограничится до свадьбы в поездках, но всё равно родителям придётся рассказать, как всё произошло. И тогда Чон точно умрёт от стыда, потому что он подвёл отца. Он не оправдал ожиданий, которые на него возлагались.
— Эй, Чонгукки… — Чимин аккуратно большим пальцем по подбородку омеги ведёт. — Всё в порядке?
— Да, всё нормально. Что-нибудь придумаю, — Чонгук улыбается, чтобы доказать, что нет причин для беспокойства. Однако на душе кошки неприятно скребутся. Он подвёл своего отца. Он ужасный сын. — Побуду в замке до нашей свадьбы.
— Я пришлю письмо с точной датой, ты должен будешь приехать заранее…
— Да, да, я знаю весь ритуал проведения свадьбы.
Согласно всем правилам, омега должен приехать в замок альфы за неделю до назначенной даты свадьбы, чтобы обустроиться, привыкнуть к новому месту жительству. В случае Чонгука, ему придётся ехать раньше, чтобы уладить и официальную часть торжества, необходимо будет подписать множество бумаг, согласно которым земли их королевств объединялись.
— Хорошо, тогда буду ждать тебя в Пак-Чон, — смеётся Чимин.
— Почему не в Чон-Пак? — Чонгук бровь картинно изгибает. На самом деле, ему всё равно, чья фамилия будет стоять первой в названии королевства.
— Хочешь, будет Чон-Пак…
— Я подумаю.
***
— Твой кабинет прекрасно обустроен, — подмечает Чимин, когда заходит в достаточно просторное помещение вслед за Чоном. Они всё-таки смогли встать с кровати. Хотя прислуга была ещё больше удивлена, когда во время приведения Чонгука в порядок, была обнаружена метка. Вопросов никаких не последовало, что и ожидалось, но косые взгляды всё-таки пришлось потерпеть. — У меня, если честно, постоянно беспорядок. — Омежьи замашки, понимаешь? — Чонгук к окну подходит, о подоконник опирается. На улице уже расцветали первые цветы, начало апреля. Омега любил этот месяц, потому что ему нравилось наблюдать за тем, как жизнь снова просыпалась после долгой зимней спячки. — Понимаю, ты очень уютный, — выдыхает Пак, и Чонгук слегка вздрагивает, ощущая, как его со спины крепко обнимают. Чимин носом аккуратно по шее ведёт, в очередной раз поцелуй оставляя. — Я умею в руках и меч держать, не забывайте об этом, король Пак, — усмехается Чон, назад немного откидываясь. Он надеется, что больше ему не придётся держать в руках оружие. Чонгук, действительно, хочет спокойной жизни. — Я знаю, что к тебе лучше лишний раз не лезть. — Но ты можешь, — Чонгук тут же понимает, что слегка погорячился с этой фразой, потому что Пак целует в шею более настойчиво. — Однако сейчас нельзя. — Тебе не будет грустно оставлять этот замок? — внезапно спрашивает Пак, отстранившись от шеи. Чонгук после этих слов не на шутку задумывается. Он никогда чётко не осознавал, что когда-то ему придётся покинуть родной дом, в котором прошло всё его детство, запутанные коридоры которого он знает наизусть. Однако сейчас от мысли, что он совсем скоро уедет, не становится грустно. Наверное, потому что Чонгук действительно вырос, и он готов на этот решительный шаг. — Не знаю, — пожимает плечами омега. — В любом случае, мы будем сюда приезжать, ведь здесь живут мои родители. — Ты прав, — отвечает Пак. — Сегодня вечером я буду вынужден уже уехать, — голос альфы звучит печально. Чимин, как и Чонгук, не хочет, чтобы они расставались, но совсем скоро они снова будут вместе. Главное — вытерпеть парочку недель. Они оба уже научились ждать. — Мне не хочется с тобой расставаться, но это необходимо, — выдыхает Чон. — Совсем скоро ты получишь от меня письмо, Чонгукки, — успокаивающе говорит Пак. — Мне нужно будет немного подготовиться перед твоим приездом. — Хорошо, правда я ещё не знаю, как отреагируют родители, но я надеюсь, что они будут рады за меня. Папа всегда хотел, чтобы я был счастлив, а отец… — Чонгук невольно замолкает. Он совершенно не знает, как пройдёт разговор с отцом, но он надеется на лучший исход. — Не накручивай себя заранее, всё будет хорошо, — произносит Пак, аккуратно младшего в макушку целуя. — Теперь мы будем вместе.***
На горизонте уже во всю разостлался алый закат. Красиво. Однако Чонгук впервые не смотрит на это чудо природы, он смотрит только на Чимина, который стоит напротив. В глазах альфы омега видит много недосказанности. У них было слишком мало времени. Однако совсем скоро у них будет целая жизнь, поэтому они ещё успеют наговориться. Быть может, и надоедят друг другу. Хотя в это Чонгук не верил. — Удачной дороги, король Пак, — говорит Чонгук с печальной улыбкой. Сейчас ему хочется обнять Чимина крепко-крепко и не отпускать, однако он не может, ведь сейчас официальное прощание. Все чувства и эмоции должны остаться внутри. — Благодарю, — Пак кивает. — До скорой встречи, король Чон. — До скорой, — Чонгук произносит эти слова совсем уж как-то тихо, подавленно. В глазах Чимина напротив он тоже видит нарастающую тоску. Однако сейчас они должны ненадолго расстаться, чтобы остаток жизни провести вместе, уже никогда не разлучаясь. Перед Чимином прислуга открывает дверь кареты, он залезает в неё. Чонгук же этот момент почему-то хочет запечатлеть во всех подробностях, потому что беспокойно ему. Омегу ужасное чувство одолевает, будто они больше и не увидятся никогда. Чон из-за всех сил гонит от себя мрачные мысли. Нужно всего лишь немного подождать и он с Чимином снова будут вместе, теперь уже навсегда. Карета начинает свой путь, Чонгук же с места не двигается, наблюдает за отдаляющимся транспортом, внутри же странное беспокойство не унимается. Солнце полностью скрывается за линией горизонта.
