Я так хочу тебя увидеть...

       На утро Гермиона, как всегда, проснулась от жуткого топота в коридорах полутемных подземелий. Звук был настолько впечатляющим, что ей сперва показалось, словно по подземельям бегут не проснувшиеся и спешащие на завтрак студенты, а несутся гиппогрифы, причем на буйной скорости из самого Запретного леса. Тишина спальни теперь уже двух ее обладателей, естественно, была тут же нарушена, и сон сошел с профессоров довольно быстро, словно был чей-то взмах волшебной палочки, чтобы два человека мгновенно проснулись ото сна. Гриффиндорка первая подняла голову с груди своего любимца, чуть пошевелившись и, тем самым, разбудив профессора. Северус поднялся на локти и посмотрел в ту сторону, где предположительно могла находиться Гермиона.  — Что случилось, Герми? — немного взволновано спросил Снейп. — Опять живот болит?  — Совсем немного, но все хорошо! — поспешила заверить мужчину Грейнджер и вернула свою голову на место. — Ты можешь ещё поспать, а позавтракать мы всегда успеем. И да, поверь, я помню, что нужно пить зелья от боли вовремя.  — Девочка моя, я даже не сомневаюсь в этом, но спать уже не буду и не хочу.  — Ну, вот… Как всегда, я порчу тебе отдых, — вздохнула Миона, начиная по привычке вырисовывать на груди Снейпа непонятные узоры.  — Так, не нужно распускать нюни, — усмехнулся зельевар, мысленно проклиная ПМС Гриффиндорки. — Всё в порядке. Кстати, чуть не забыл: нам с тобой есть о чем поговорить.  — Ах, да! То зелье… Невилл не говорил, где его можно найти? — с надеждой спросила Миона, осыпая грудь мужчины лёгкими поцелуями.  — Герми, милая, а чем ты вообще вчера занималась? Ты что, вообще вчера меня не слушала?! — усмехнулся профессор, прожигая стеклянным взглядом пространство над головой девушки. — Я же говорил тебе: он сам его изобрёл.  — То есть у тебя все-таки есть шанс на выздоровление?! — удивилась Грейнджер, игнорируя чуть раздраженный тон и вскакивая с груди зельевара. Девушка до сих пор никак не могла вот так просто поверить в свое счастье, которое свалилось на неё от туда, от куда совсем его не ждала. В тот миг Гермиона хотела отдать всё, когда узнала, что этот человек, желчный, угрюмый и до боли язвительный, но такой беспомощный будет жить рядом со своей лучшей ученицей по всем хогвартским предметам… И она воплотила свою незыблемую мечту в реальность, помогая несчастному профессору снова почувствовать вкус прежней жизни и вернуть радость каждому дню, прожитому за последние месяцы около любящей его Гермионы. Он также знал или хотя бы где-то в глубине души понимал, что девушка будет заботиться о нем до конца, чтобы не случилось.  — О, Мерлин! Я сейчас же пойду к Невиллу, чтобы поговорить с ним!  — Ты ничего не забыла?! — довольно строго спросил Северус, резко прижимая к себе торопящуюся Гриффиндорку. — Девочка моя, у тебя ещё три урока впереди, потом пробел и снова несколько уроков.  — Сев… Ну, это же важно! На кону стоит твоё зрение! Это важно для меня, пойми! — возмутилась девушка. Гриффиндорка мгновенно встала на четвереньки возле Северуса и еле ощутимо коснулась губами кончика его носа, давая, тем самым, понять, что выполнит свои обещания перед возлюбленным.  — Обещаю, я отработаю все свои оплошности через несколько дней… — прошептала она, опаляя горячим дыханием щеку мужчины.  — Хорошо, — выдохнул Северус. — Но только при условии, что ты не засидишься у него до поздна. Чтобы к вечеру была тут. И зелья выпей.  — Спасибо, — улыбнулась Гермиона, накрывая губы зельевара лёгким поцелуем. — Я попытаюсь освободиться быстрее. Девушка слезла с кровати и, заскочив в душ, побежала к теплицам, в которых, скорее всего, находился увлеченный растениями Невилл. Северус же спокойно оделся и отметил, что зелья Грейнджер все-таки не выпила. Снейпу это тут же не понравилось, но повлиять на сложившуюся ситуацию он пока никак не мог, так как его возлюбленная находилась вне пространства комнат бывшего профессора. «А потом придёт и будет у меня в ногах валяться от боли» — фыркнул мужчина, выходя в аудиторию, чтобы приготовиться к очередному уроку. *** Гермионе безумно повезло, что она успела практически под занавес и догнала Невилла на подходе к теплицам. Парень прогулочным шагом шёл с завтрака, полностью погруженный в свои мысли по поводу пересадки нового, только что привезенного растения из Франции, корни и листья которого благотворно влияли на сердце. Всё тем же неспешным шагом молодой профессор направлялся в седьмую оранжерею, совершенно не замечая бежавшую к нему Гриффиндорку. Нагнав своего друга, Гермиона схватила его за плечо, немного отдышавшись после быстрой, утренней пробежки.  — Герм, что стряслось?! Почему ты бежала?! — перепугался профессор, поднимая подругу на ноги, что немного согнулась в коленях от начинающей боли внизу живота и быстрого сердцебиения.  — Всё в порядке, Невилл… Спасибо, что спросил. Я хочу задать тебе один вопрос… То зелье… О котором ты вчера рассказал Северусу… Оно…  — Ах, да! Я, кажется, понял, к чему ты клонишь, — улыбнулся Гриффиндорец, почесав затылок. — У меня сейчас окно, а следующий урок может провести мадам Стебль. Она давно не проводила занятия, и думаю, соскучилась по этому делу. Идём в мои комнаты, там и поговорим. Миона одобрительно кивнула, загораясь внутренним огоньком надежды, и немедленно направилась в личные комнаты юного профессора травологии. Как только Гриффиндорцы переступили порог, то заметили мадам Стебль, погруженной в чтение в очередную книгу по травологии. Она спокойно восседала в своем уютном кресле и изредка что-то бубнила под нос по ходу чтения, отмечая про себя наиболее важные моменты в приготовлении некоторых ингредиентов и их заготовки. Невольно Гермиона подумала, что, наверное, Северус тоже когда-то вот так сидел и читал книги по зельеварению… К пересохшему горлу подступил солёный комок, который девушка с трудом сглотнула и заставила себя натянуть улыбку.  — Помона, — окликнул профессора Невилл. — Не могли бы вы провести за меня один урок? Мы с Гермио… Невилл на секунду замешкал, вопросительно посмотрев на подругу, как бы спрашивая, называть её профессором или нет. Девушка скривилась и помотала головой в знак того, что её титул называть не обязательно.  — Так вот, я с Гермионой хотел бы немного поговорить на личную тему…  — Ох, Невилл, мисс Грейнджер, конечно, конечно, — энергично закивала женщина, поднимаясь с кресла и откладывая книгу в сторону на небольшой журнальный столик. — Я с удовольствием проведу урок у вторых курсов. Помона всё так же добродушно улыбалась, как это было и со времен обучения молодых профессоров в Хогвартсе. Она поспешила оставить Невилла и его подругу наедине и, переваливаясь с ноги на ногу, пошла в свою комнату, чтобы переодеться в рабочую форму. Невилл кивнул в знак благодарности и вежливо предложил Мионе сесть в то самое кресло у камина, у которого Миона всегда любила сидеть и беседовать с Гриффиндорцем. Скрестив руки на ногах, девушка печально вздохнула и тут же перевела взгляд на профессора травологии. Долгопупс побежал в кладовку за травяными сборами, чтобы наглядно показать Грейнджер, какие ингредиенты нужно использовать для нового зелья и как его надо настаивать, чтобы оно приобрело ещё больше полезных свойств. В это время Миона задумалась на совершенно отвлеченную тему, которая внезапно посетила ее голову. Когда Помона Стебль назвала её «мисс Грейнджер», то всего лишь на мгновение Гермиона представила, что это больше не её фамилия. Как будто это прошлое, а настоящее — это «миссис Снейп». Эта мысль была довольно глупой, и задумываться о серьёзной семейной жизни с Северусом было рано, так как зельевар еще не вылечился и даже зелье ещё не готово. Но почему-то эта мысль привлекла девушку и занимала всё свободное время, которое предоставилось ей, пока Невилл бегал в кладовку. Она сильно привязалась к своему мужчине и была бы не против умереть с ним в один день, как происходило в разных сказочках, где счастливые люди проходили все жизненные испытания и заканчивали свой путь вместе. Однако перед Гермионой встал необычайно важный вопрос: хотел ли этого он? Хотел ли он окунуться в такую сказку вместе с Мионой, прожив с ней до конца своих дней? Северус был взрослым мужчиной, у которого взгляды на жизнь совершенно отличались и были не такими как у Мионы. А если после восстановления зрения ему не понравится то, что он увидит? Что, если она не понравится Северусу… Да и что в ней может привлечь такого мужчину: воронье гнездо на голове? Грудь размером с прыщики? Девушка нервно закусила губу. Ну, почему она задумалась над этим только после того, как переспала с этим мужчиной и привязалась к нему?! Почему нельзя было подумать хоть немного раньше?! Девушка, естественно, решила для себя, что Северус больше не захочет оставаться с ней как только увидит её… У него будет зрение, и он сможет спокойно уйти… Гриффиндорка старалась не думать об этом, по крайней мере, сейчас, так как важнее всего было найти то самое средство, что излечит слепоту талантливого зельевара. Мысли Гермионы тут же улетучились, когда в комнату вошёл Невилл с красным подносом в руках, на котором расположились две чашечки, чайник голубой расцветки и печенье с шоколадом.  — Ну, рассказывай, — начал Долгопупс, ставя поднос на журнальный столик, и удобно устроился в кресле напротив Мионы. — Если я правильно понял, ты хочешь попытаться вернуть зрение Снейпу?  — Да… Я беспокоюсь за него. Не хочу, чтобы он просидел остаток своей жизни в кромешной тьме… Может, у нас с тобой получится приготовить это зелье?  — Я даже не знаю… Я готовил его всего один раз, и то, оно не очень хорошо получилось… Я ещё не пробовал ставить эксперименты, но точно знаю, что оно действует. Всё совпадает с задумкой вплоть до цвета и запаха.  — То есть оно может не сработать?! — вскинула брови Грейнджер, поднося чашку с горячим чаем к припухшим от вчерашнего вечера губам.  — Вряд ли. Я все просчитал и уверен в его действенности. Но его придётся довольно долго и сложно варить… Одна ошибка и все пойдёт крахом. Зелье подорвется, и каждый, кто вздохнет его пары, может довольно сильно отравиться.  — Ничего себе… Знаешь, Нев, на втором курсе я готовила оборотное зелье в туалете Миртл. Так вот, оно готовится полгода! Что может меня испугать?! — уверенно сказала Грейнджер, отпивая ароматный чай и доедая шоколадную печеньку.  — Ну, по сравнению с оборотным зельем оно немного легче. Но все же… Только, как оказалось, я не знаю, где взять ингредиенты! Все мои запасы ушли на тот пробник…  — Я спрошу у Северуса. Напиши мне на пергаменте все, что нужно, а я возьму из запасов Севы.  — Ты уверена, что он разрешит тебе взять их? Гермиона, там реально редкие растения. Многие из них должны быть определённого размера, формы… — начал перечислять Гриффиндорец.  — Нев, — прервала его девушка. — Поверь, у Северуса есть абсолютно все. А я знаю, как у него попросить, — улыбнулась она. — Просто запиши все, а я принесу. Кстати, где мы будем его готовить и когда?  — Нуу… Сегодня мы можем подготовить некоторые ингредиенты, а завтра начать варку этого зелья… Давай будем готовить у меня в теплицах? В девятой никогда не проходят уроки. Там растут разные растения, которые нельзя давать в руки детям. Только вот у меня нет подходящего котелка… Парень посмотрел на кучу маленьких котлов в углу комнаты и усомнился в их предназначении именно для этого зелья.  — Там большой нужен…  — Не волнуйся, я попрошу котёл у Севы, — улыбнулась девушка, подавая другу пергамент и перо с чернильницей. Гриффиндорец быстро записал все необходимые ингредиенты, которые могли пригодиться для варки, и протянул кусок пергамента Гермионе. Та улыбнулась и вышла из комнат, попрощавшись с профессором и немедленно помчалась обратно в мрачные подземелья. Гермиона была уже почти около класса зельеварения, как живот предательски схватила острая боль. Она была настолько сильной и пронзительной, что Гриффиндорка не выдержала и тот час упала бы на колени посреди коридора. Грейнджер сжала низ живота и тяжело задышала, словно у нее не месячные, а преждевременные роды. Она ощутила, что по её белым джинсам что-то потекло. «Какой же нужно быть дурой, чтобы одеть в такой день белые джинсы!» — застонала про себя Гермиона, быстро очищая их с помощью волшебной палочки. Как же ей сейчас было больно и довольно плохо! Девушка хотела как можно скорее добраться до уютной кровати и выпить те зелья, о которых предупреждал бывший профессор зельеварения. «О, Мерлин! Почему я не послушала Севу… Нужно было потратить пять минут и выпить это злосчастное зелье…». Гриффиндорка кое-как поднялась на ноги и поплелась к подземельям. Ноги не слушались её и норовили пойти в разные стороны, живот скручивало и словно прокалывало сотней игл, а голова немного кружилась, отчего на мгновение девушка подумала, что не сможет добраться до комнат. Гриффиндорка шумно выдохнула и сжала кулаки, чтобы поскорее добраться до Снейпа. Кое-как выровнявшись, девушка быстро, но неуклюже пошла к кабинету зельеварения. Заскочив внутрь, она увидела Северуса, что сидел за столом, словно ожидая прихода своей возлюбленной. На столе стояло два заветных флакончика с обезболивающими, которые вчера приняла Грейнджер, чтобы нормально дожить до вечера. Девушка, немного пошатываясь, подошла к столу и уже собралась взять пузырьки, как Снейп выхватил их прямо у неё из-под носа. Он положил склянки в карман черной мантии и ухмыльнулся, воображая недоуменное лицо девушки.  — И почему мы ослушались? — профессорским тоном спросил зельевар, складывая пальцы домиком возле плотно сомкнутых губ. — Я же сказал тебе выпить зелья.  — Сев, прости, я очень спешила и забыла про них… — оправдывалась Гермиона, невольно вздохнув и посмотрев в каменный пол. — Прости меня…  — Тебе совершенно плевать на себя?! А если бы ты не дошла до комнат?! Если бы сейчас валялась на полу у Долгопупса?! Тебе сказочно повезло, что ты смогла дойти сюда, и боль началась довольно поздно, — процедил сквозь зубы Снейп. — Плевать на мои слова, значит? Жаль, что ты теперь профессор, а не моя ученица безудержного факультета, иначе я бы снял с тебя все сто очков!  — Не говори так со мной… — пробормотала Миона. — Не надо разговаривать со мной так… Я… Я начинаю тебя бояться… На глаза девушки неожиданно навернулись слезы негодования. Ей и впрямь было не по себе, когда Снейп ругал её тем же голосом, что и на протяжении всей учебы Гриффиндорки. Она всегда пугалась своего профессора, а потому старалась избежать любого гневного монолога в свой адрес, выполняя все рекомендации по готовке зелий и записывая все лекции со слов Снейпа чуть ли не дословно.  — Сев, не кричи…  — Что ты сказала? Не кричать? А как мне с тобой разговаривать, если ты — глупая, непослушная и весьма неадекватная девчонка?! Как только Гермиона услышала небрежно брошенное профессором слово «девчонка», ее сердце пропустило один тревожный удар, что больно уколол ее. Слезы хлынули сами собой из глаз Грейнджер, беззвучно стекая по щекам девушки.  — Не так я представлял себе ещё один день после такой спокойной ночи, — ледяным тоном произнес Снейп, вновь нависая над бывшей студенткой и упираясь стеклянным взглядом куда-то в сторону от Гермионы.  — Сев… я… буду выполнять… всё… что… ты скажешь, — старалась сдерживаться Миона, хотя у нее плохо получалось из-за душащих ее слез.  — Так. Ладно, иди ко мне, — выдохнул Северус, протягивая руки к возлюбленной и доставая из своей мантии зелья. — Я и впрямь немного перегнул… Но ты тоже хороша! Может мне все же наказать тебя за непослушание?  — Сев! Нельзя трахаться во время месячных! — воскликнула девушка.  — Я знаю, Герми! Но ты не так меня поняла: скорее всего, наказанием для тебя будет лишение секса примерно на две недели, — усмехнулся мужчина, а Гермиона чуть не подавилась зельем.  — Северус, прости, такого больше не повторится! — залепетала она, сжимая руку любимого, чтобы не упасть в обморок от накатившей тошноты — побочного эффекта зелий. Северус обнял Гриффиндорку и прижал к себе, зарываясь носом в её кудрявые волосы, к запаху которых он уже так привык. Девушку довольно сильно мутило, отчего она снова вжималась в профессора так, словно он был последним человеком на земле. Тошнота постепенно сошла на «нет», боль в животе утихла, и Грейнджер облегчённо вздохнула после исчезновения непривычной остроты внизу живота. Она немного покраснела и посмотрела на Снейпа.  — Сев, ты назвал меня глупой, безудержной девчонкой… Так ли это? — прошептала Миона, отводя взгляд в сторону.  — Если не будешь меня слушать, то будешь такой. На самом деле я так не считаю. Довольна? — улыбнулся мужчина, снова прижимая к себе девушку.  — Да… Сев… А ты случайно не знаешь как… остановить кровь? — пробормотала она, пряча взгляд, хотя зельевар все равно не видел этого.  — Герми, я могу лишить тебя боли, а не месячных, — усмехнулся мужчина. — А что, у тебя для этого ничего нет?  — Не-а… — пробормотала Миона. — Просто они начались немного раньше обычного… В общем… Глупо предполагать, что где-то в Хогвартсе я смогу найти прокладки или тампоны, но… Что ещё делать? — было видно, что девушке неудобно разговаривать на эту тему с Северусом, но другого выхода не было.  — Хм… Ну, не знаю… Скорее всего, сегодня мы сможем вернуться домой на ночь. Дома-то у тебя есть все необходимое?  — Да, дома есть абсолютно все.  — Ну, вот и чудесно. Сегодня ты можешь попробовать что-нибудь опять трансфигурировать, а завтра все уже будет в полном порядке…  — Сев, я пробовала трансфигурировать что-то в тампон… Получилось так себе…  — Ты думаешь, что я знаю, как он выглядит?! — вскинул брови зельевар, недоумевая от слов своей возлюбленной. — Мне они, слава Мерлину, не нужны, — усмехнулся мужчина, целуя свою любимицу в лоб.  — Эх, ладно… Это я так спросила… Оставив бывшего профессора одного, Грейнджер зашла в ванную и взяла маленький пустой флакончик. Собравшись с мыслями, она произнесла заклинание, от которого пузырек почему-то покрылся волдырями. Казалось, что сосуд закипел и вот-вот взорвётся. Постепенно склянка начала принимать вид вполне приличного тампона, а не махины, как произошло в прошлый раз. Грейнджер уже успела обрадоваться, что получилось хоть что-то дельное, но только потом заметила, что её творение получилось серым и в фиолетовую крапинку, и какое-то все шершавое. Делать ей, естественно, было нечего, а поэтому Гриффиндорка сделала с ним все необходимое и вышла к Северусу как ни в чем не бывало. Грейнджер вспомнила про список, который дал ей Невилл и осторожно посмотрела на возлюбленного, что осторожно добрался до кровати своей бывшей спальни.  — Сев… тут такое дело… Можно я возьму из твоей кладовки некоторые ингредиенты, которые могут потребоваться для приготовления того самого зелья? — аккуратно спросила Гриффиндорка, подходя ближе к зельевару и внимательно смотря в его черные, пока что стеклянные глаза.  — Какие именно?  — напрягся Снейп, понимая, что его личные запасы кто-то будет трогать без его ведома, даже если это и его возлюбленная.  — Там нужны пять основных трав: кора волшебной рябины, семена клещевины, сушеные листья крапивы, лирный корень, сок пижмы. Это все, что для...  — Гермиона! Ты хоть понимаешь, настолько ценные из них собираешься использовать для какого-то там эксперимента?! Ты знаешь, сколько мне потребовалось времени, чтобы собрать ту же кору волшебной рябины? На это ушло три года, потому что ее надо собирать в определенное время и даже месяц! Исключено! Все эти травы безумно редкие! А зелья я варил почти три месяца каждое! У меня очень мало образцов! — воскликнул Северус, угрожающе складывая руки у себя на груди под черной мантией.  — Ну, Северус… Это же потом тебе поможет! Ну, пожалуйста! Ты сможешь поправить свое здоровье, точнее зрение! Это же всё только ради тебя! — взмолилась Грейнджер, чуть ли не падая на колени перед своим любимым человеком.  — Нет, нет и ещё раз нет, Гермиона! Ты хоть понимаешь, настолько это всё опасно? Я уже не говорю о том, как вы это будете готовить. Мне больше интересно знать, а главное видеть, что вы делаете. Здесь нужно четкое руководство... А если ваше зелье взорвётся? Ты снова придешь ко мне за редкими ингредиентами?!  — Северус, все будет нормально, обещаю!  — Ты вообще понимаешь, что я тебе говорю?!  — снова повысил голос зельевар.  — Я не собираюсь тебя пускать в свою кладовку!  — Сев, тогда как же я приготовлю тебе новое лекарство без сопутствующих ингредиентов? Я просто хочу тебе помочь,  — уже не так уверенно произнесла девушка.  — Мой ответ остается прежним. Если ты без моего ведома сунешься в эти чёртовы запасы, я накажу тебя по всем хогвартским правилам. Благо, я знаю их наизусть,  — прошипел Снейп, снова усаживаясь на кровать и смотря куда-то вдаль, в сторону от Гриффиндорки. Гермиона прекрасно была осведомлена, что это были за наказания, а потому никак не хотела претворять их в жизнь, даже будучи в руках своего возлюбленного. В этот миг девушка немного поежилась, а пальцы рук внезапно похолодели от того, что Северус может сотворить с ней, не заботясь ни о ее состоянии, ни о своем незрячем положении. Гриффиндорка стояла перед бывшим профессором в легком шоке от того, что ее любимый человек мог отправить ее даже на дыбу из-за каких-то, видите ли, ценных трав. Немыслимо!  — Северус, ты начинаешь меня пугать...  — полушепотом начала Миона, отходя от зельевара на два шага назад.  — Неужели, ты накажешь меня таким образом?  — Не будешь слушаться меня, придумаю что-нибудь более изощренное,  — выплюнул Снейп, снимая черные ботинки и поудобнее устраиваясь на кровати.  — У тебя, кстати, еще три урока впереди. Иди и приведи свои мысли в порядок, пока я сам это не сделал.   — Правильно ли я тебя понимаю, что из-за этих ничего незначащих травок ты сможешь даже поднять на меня руку?  — спросила Гермиона, не смотря на своего возлюбленного. Снейп опешил. Он мог ожидать от бывшей гриффиндорской заучки любой выходки, сложного вопроса, безумного, но, по меркам ее факультета, смелого поступка, но никак не такого ошеломительного известия из ее уст. Буквально на несколько секунд он словно забыл как дышать, переваривая сказанные слова его любимой девушки. В его душе как будто смешались все чувства разом и выплеснулись безудержным фонтаном, оставляя Северуса пустым, бездонным существом на этой самой кровати подле Гермионы. Он повернул на нее голову и уставился изумленным взглядом, смотря по-прежнему куда-то в шею девушки.  — Что ты такое говоришь? Гермиона, девочка моя, неужели я действительно буду наказывать тебя старинным методам, от которых всегда только плохо и морально, и физически? Никогда, слышишь, никогда не смей такого больше произносить! Я же люблю тебя, глупышка!  — более спокойно постарался объяснить зельевар.  — Иди ко мне.    — Сначала дай мне то, что я у тебя прошу уже почти битый час. А потом я решу, идти к тебе или нет,  — поставила ультиматум Гриффиндорка.  — Я не узнаю свою возлюбленную... Хотя нет, именно такую упертую девочку я и запомнил,  — улыбнулся Снейп, вставая с постели и подходя к девушке.  — Сначала ингредиенты.  — Гермиона, ты же понимаешь, что... что ты... делаешь...  — выдохнул профессор, смотря себе куда-то в ноги. Девушка ничего не ответила, а лишь принять распахивать черную мантию своего возлюбленного и искать застежки на его черных брюках, чтобы таким образом его задобрить и получить доступ к запасам бывшего профессора.  — Стой... прекрати... я не хочу сейчас этого...  — А кто тебя спрашивает,  — злорадствовала Гермиона, наблюдая за беспомощными движениями рук возлюбленного.  — Прекрати, я тебе сказал! Встань, Герми!  — вскрикнул Снейп, снова запахивая свою мантию, пытаясь таким жестом не подпустить к себе наглую Гриффиндорку.  — Я могу и магию применить, Сев,  — засмеялась девушка, проворно добираясь до брюк зельевара.  — Я так-то тоже могу это сделать,  — ответил Снейп, нащупывая свой волшебный атрибут у себя в кармане сюртука.  — Не выйдет,  — заключила она, умело расстегнув две пуговицы и молнию, добираясь до самого сокровенного места бывшего профессора. Снейп вновь замешкался, и это было на руку девушке, которая с удовольствием обнаружила пришедший в боевую готовность член Северуса, что опять просился в очаровательный ротик Гриффиндорки. Зельевар тут же забыл про свою магию, как только Грейнджер провела вдоль всей длины плоти профессора острым кончиком языка, вырывая, тем самым, удовлетворенный вздох из груди Северуса. Девушка помнила прошлый опыт ночи, когда профессор попытался научить ее новым ощущениям, при которых профессор просто кайфовал и полностью расслаблялся. Гермиона, не прерывая интимного процесса, подняла взгляд на своего возлюбленного и тут же разглядела очаровательную картину: Снейп стоял с закрытыми глазами, с чуть подрагивающими ресницами и приоткрытым ртом, а на лбу вновь образовалась легкая испарина в виде мелких капелек пота. Завороженно разглядывая бывшего профессора, Грейнджер настолько увлеклась процессом, что совершенно не заметила, как зельевар спустя некоторое время подошел к пику и уже готов был оргазмировать. Однако Гриффиндорка нисколько не растерялась и мгновенно воспользовалась ситуацией и в этот раз. Она почти предугадала, когда зельевар будет находиться на пике напряжения и жаждать быстрой разрядки, чтобы избавиться от невыносимого желания и получить облегчение вперемежку с удовлетворением. Сделав несколько поступательных движений вперед-назад вдоль длины члена профессора, Грейнджер остановилась и выпустила его из рук, вызвав одновременно стон негодования и разочарования.  — Зачем ты это сделала?  — выдохнул Снейп, пытаясь дотронуться своею рукой до члена.  — Пообещай, что разрешишь мне взять перечисленные травы из твоих запасов,  — ответила девушка, не давая зельевару дотянуться до его же интимного места.  — Это что же, шантаж?!  — шикнул Снейп, прищуривая глаза на Гермиону, но смотря не прямо в лицо девушки, а на ковер рядом с ней.  — Нет, мой сладкий, это не шантаж. Я просто хочу тебе помочь и...  — Так помоги, дай мне кончить, Герми,  — простонал Северус, держась из последних сил, чтобы не оттолкнуть наглую Гриффиндорку и не закончить самому.  — Помогу и с этим, если разрешишь мне взять...  — Бери, что хочешь... Ну, же...  — не вытерпел зельевар, прожигая своим черным, стеклянным взглядом волосы девушки.  — Спасибо,  — прошептала Гермиона, тут же без всяких слов начав надрачивать подрагивающий член своего возлюбленного, активно работая головой.  — Моя девочка, даа... вот так... продолжай... еще немного... даа... ммм... Гриффиндорка вновь испытала на себе все прелести оргазменных судорог своего возлюбленного, как только тот опять кончил ей прямо в рот. На этот раз бывший профессор чувствовал себя намного уставшим, чем в прошлую ночь, отчего стал подумывать о некотором ограничении таких частых занятий сексом. Ему было до боли приятно находиться в хрупких руках своей любимой, но подобные интимные вещи его стали выматывать в два раза сильнее, чем в свои предыдущие годы, когда он спокойно мог заниматься несколькими делами одновременно. Теперь он тратил намного больше энергии для того, чтобы как можно скорее восстановиться хотя бы без специальных зелий, что сам профессор создал для подобных ситуаций переутомления организма.  — Тебе понравилось?  — тихо спросила Гермиона, вставая с колен и обнимая за шею возлюбленного.  — Миона, сладкая моя, ты меня медленно убиваешь. Если тебе нужно что-то из моих запасов, бери, но только дай мне спокойно прийти в себя,  — устало прошептал зельевар, мгновенно добравшись до постели и плюхнувшись в нее, даже не раздеваясь.  — Прости, я просто хотела доставить тебе удовольствие,  — улыбнулась девушка, нежно целуя профессора в губы и помогая ему раздеться и снова лечь в кровать.  — Поспи немного. А я побегу на занятия, а после к Невиллу с твоими травами. Обещаю, я сделаю всё, что в моих силах. Зелье должно получится качественным и полезным для возвращения твоего зрения.  — Я очень на это надеюсь. Будь осторожна,  — вяло ответил Северус, моментально погружаясь в чуткий сон под теплым одеялом и взглядом любимой. *** Счастливая девушка немедленно направилась скорее приводить себя в порядок, так как до начала следующего урока оставалось буквально пять минут. При помощи магии уложив свои растрепанные волосы в тугой хвост, Гермиона принялась переодеваться в более чистую одежду, как вдруг осознала, что у нее до сих пор нет средств личной гигиены. Она совсем забыла про них, пока выпрашивала любыми путями необходимые ингредиенты у своего возлюбленного. Мысленно выругавшись, девушка решила машинально покопаться в небольшой тумбочке профессора, где могли располагаться хоть какие-то нужные вещи, что помогли бы ей дожить до окончания всех занятий у студентов школы. Спустя две минуты Гриффиндорка нашла неожиданно появившийся клочок белой ваты, аккуратно запакованный прежним владельцем сего шкафчика. Не раздумывая ни минуты, Гермиона стремглав помчалась в ванную опять приводить себя в порядок и как можно скорее, ведь до начала урока по зельеварению оставалась всего лишь минута. "Блин, блин, блин! Не успеваю!" — мысленно подгоняла себя Гриффиндорка, проделывая последние манипуляции со своей внешностью. Как только раздался первый звонок, в класс зельеварения прошмыгнули студенты четвертого курса, в основном, только с Когтеврана и Пуффендуя. Остальные два факультета отсутствовали по причине внезапного изменения расписания, в котором произошли некоторые замены. Именно поэтому Гриффиндорка не сильно переживала, так как знала про хорошую дисциплину этих ребят, особенно их трудолюбивость. — Добрый день, класс! Сегодня мы продолжим говорить с вами о способах приготовлении противоядия от простых ядов, с которыми вы познакомитесь на практике, — спокойно начала Гермиона. — Если я не ошибаюсь, она у вас уже на следующем занятии. Поэтому прошу подготовить свои письменные принадлежности и пергаменты, куда вы сможете записать все способы приготовления таких зелий. Грейнджер продолжила вести урок достаточно интересно и практически без происшествий, за исключением некоторых мальчишек, что то и дело переговаривались на задней парте. Грейнджер пару раз сделала им пока что словесные предупреждения и заодно немного припугнула снятием большого количества баллов, если те не перестанут болтать на ее уроках. Тишина воцарилась тут же, только перья скрипели о бумагу. Два урока пролетели довольно быстро, отчего Гермиона не успела даже устать. Она постоянно думала о том, как начнет готовить глазное зелье для своего возлюбленного и как сможет преподнести его, как только оно будет готово. Тут же в голову девушки прокрались все те же смутные мысли насчет ее собственной красоты: примет ли ее Северус после принятия зелья и полного прозрения? Что он скажет, как только увидит ее? Не отвергнет ли? Не бросит ли? "К чему такие мысли? Действительно, Сева прав, я совсем глупая девчонка, если так плохо думаю про своего любимого человека" — отбросила ничем не подкрепленные раздумья в сторону, снова направляясь на очередное занятие. На этот раз девушке пришлось достаточно тяжело, так как теперь в ее классе восседали аж сразу четыре факультета, причем, довольно непростой курс — шестой. В нем постоянно кто-то спорил, без умолку разговаривал или, что еще хуже, кидались в друг друга различными предметами. Грейнджер уже сразу знала, как успокоить самодовольных учеников по методике своего любимого профессора, снимая с каждого факультета по несколько очков. — Я так понимаю, вы опять не хотите слушать мою лекцию. Поэтому я снимаю у всех факультетов по тридцать баллов за поведение на уроке. Не успокоитесь, отниму еще пятьдесят, — шикнула Гермиона, внутренне сама от себя не ожидая такой реакции. Мгновенно, словно по мановению волшебной палочки, студенты тут же угомонились, боясь получить дополнительными штрафные очки. Все ученики немедленно уставились на молодого профессора с некоторым страхом и любопытством одновременно. Грейнджер аккуратно вывела по всем столбикам факультетов по минус тридцать баллов и опять принялась рассказывать про использование безоарового камня при варке зелий. Время пролетело довольно быстро, оставляя теперь уже вымотанную девушку наедине со своим профессором в его бывшей спальне. Снейп до сих пор отдыхал, пребывая в фазе глубокого сна, наверное, за первые десять-пятнадцать лет, когда его никто не беспокоил и никуда не торопил. Гриффиндорка осторожно, чтобы не разбудить, поцеловала возлюбленного в лоб и сразу же решилась отправиться домой за средствами личной гигиены, которые ей были так необходимы в последние дни. До дома Гермиона добралась довольно просто и легко, практически не задерживаясь и забирая свои гели и шампуни вместе с тампонами и оставшимися прокладками, которые девушка уже точно знала, как умножить. — Так, теперь за ингредиентами, — произнесла вслух Гриффиндорка, снова появившись в родном замке, быстренько закинув приобретенные вещички в ванную зельевара. На часах уже было семь часов вечера, когда Гермиона, наконец-то, добралась до небольшой каморки ее зельевара. Открыв с помощью специального слова, который она приобрела от Снейпа, девушка тут же зажгла свет в оставленных свечках профессора и принялась искать пять важных ингредиентов, которые были расфасованы по разным уголкам и коробочкам. — Итак, сок пижмы... сок... пижмы... вот он, — радостно откликнулась Гриффиндорка, доставая маленький пузырек зеленого цвета с четвертой полки. — Возьму на всякий случай в двойном размере. Перед любимым потом отвечу, главное — спасти его зрение. Остальные четыре ингредиента Гермионе удалось найти не с первого раза, даже порой ища некоторые из них по семь-десят минут. Грейнджер было относительно легко тем, что Северус смог в прошлом подписать каждую пробирочку, любой флакончик разных цветов, все коробочки и склянки, содержимое которых не всегда радовало девушку. — Кора волшебной рябины... Без нее никак... Где же она? — взволнованно бубнила Гриффиндорка, снова обыскивая небольшую каморку с первой по десятую полки. Через несколько упорных минут Гермиона держала в руках несколько корок рябины, складывая ее к остальным ингредиентам. — Теперь к Невиллу и немедленно разбираться с приготовлением зелья, — заключила она, закрывая кладовую профессора и быстро мчавшись на всех парах к молодому профессору травологии, что уже ждал ее со всем необходимым оборудованием.