Фитнес-центр "Голубая устрица"

      Джорно стоял на платной парковке аэропорта, упершись спиной в раскаленный металлический бок желтого такси. На таксометре внутри салона набежала внушительная сумма, но он продолжал лениво пинать носком попавший под ногу камушек, лишь опустив на глаза солнцезащитные очки в попытке скрыться от палящего полуденного солнца. Он успел десять тысяч раз пожалеть, что не устроился в платной комнате ожидания под кондиционером и со стаканом ледяного лимонада в руке, но сбегать в благословенную прохладу было уже поздно, и приходилось продолжать стоять у такси, ощущая, как капли пота скатываются между лопаток.       Наконец Джорно услышал шум колес чемодана по асфальту, и, лавируя между машинами, из-за чужого черного Бентли вынырнул отец. Он увидел Джорно, радостно махнул ему рукой и ускорился. Уже через несколько секунд Джорно вмяли в широкую грудь так, что он чуть не задохнулся. Пришлось упереться обеими ладонями в ткань рубашки, а когда отец не среагировал, стукнуть кулаком ему в плечо. Только тогда Джорно оказался выпущен из медвежьих объятий.       — Мне кажется, или ты подрос? — отец не позволил ему отойти от себя и, держа его одной рукой за плечи, растрепал ему тщательно уложенную прическу.       — Тебе кажется, пап, — Джорно попытался мягко отстраниться, но его удержали.       — А я все-таки думаю, что подрос! — Джорно наконец смог отойти на несколько шагов и принялся приглаживать волосы ладонью, словно взъерошенная кошка лапой — шерсть.       — Ладно тебе, пап, садись в такси, мы уже полчаса тебя ждем.       — А, извини, рейс задержали, — отец принялся запихивать свой чемодан в багажник, а затем запихивать себя в узкий салон. — Ты не голоден? Мы могли бы пообедать где-нибудь.       — Ладно, но сначала давай завезем твои вещи.       Через час они уже сидели в небольшом мексиканском ресторанчике на углу рядом с квартиркой, которую отец снимал каждый раз, когда приезжал в город. Джорно лениво обмакивал начос в соус и наблюдал, как отец запихивает в себя какое-то дикое количество рыбных тако, умудряясь одновременно оставаться опрятным и увлеченно рассказывать Джорно о своей работе. Он, закатавший рукава белоснежной рубашки до локтей, с белой салфеткой на коленях среди крошечной забегаловки, с меню на трех ламинированных листах смотрелся героем какого-нибудь классического английского романа, внезапно сошедшим с его страниц. Джорно на его фоне выглядел совсем мальчишкой.       — Ты приедешь ко мне на следующих каникулах? Джордж очень ждет тебя. Ему понравилось с тобой гулять, — отец оторвался от своей еды и пристально посмотрел Джорно в лицо.       Джорно кивнул. Он не то чтобы сильно любил детей, но маленький Джордж не доставлял особых проблем, и Джорно спокойно проводил с ним время, когда приезжал к отцу в гости.       Они доели под истории отца о том, как идут дела на его кафедре археологии в университете, и Джорно проводил его до квартиры, помог обустроиться, а затем отец вызвал ему такси, проследил, чтобы он сел в него, и велел позвонить, когда Джорно доберется до дома. Он выполнил просьбу отца, когда оказался на пороге, одновременно роясь в поясной сумке в поисках ключей. Отец пожелал ему спокойной ночи, Джорно угукнул в ответ и открыл входную дверь. В доме было тихо и темно, хотя время было еще не позднее, он щелкнул светом на кухне, и вздрогнул, когда понял, что второй его отец сидит за столом, сжимая в руках телефон.       — Пап? Ты чего в темноте сидел? — Джорно аккуратно прошел внутрь.       — Ты почему не позвонил? Я волновался.       — Извини, все как-то времени не было. Встречал отца и помогал ему отвезти вещи.       — Он приехал? — Дио нахмурился, и в его руке жалобно хрустнуло сапфировое стекло айфона.       — Да.       — Надолго?       — На пару дней. Его пригласили прочитать открытую лекцию в местный университет.       — Он меня не предупреждал, — Дио с каждой секундой становился все мрачнее и мрачнее.       Джорно не стал ничего отвечать, лишь подумал, что он и не был обязан предупреждать бывшего о своем приезде. Дио поворчал немного о том, что Джорно все равно следует предупреждать его, если он отлучается на такое долгое время, и велел отправляться спать. Джорно так и сделал. Теперь, когда Дио знал, что его бывший муж в городе, ближайшие две недели обещали быть сумасшедшими.

***

      Отец позвонил ему в восемь утра в воскресенье, когда Джорно мирно спал в своей постели, и радостно сообщил, что он уже ровно сорок восемь часов без тренировок и ему срочно нужно в зал. Он спросил адрес ближайшей нормальной качалки, и Джорно, сонный и ничего не соображающий, выдал тот единственный адрес, который знал. Он отключился, не дослушав благодарности отца, натянул одеяло повыше и сладко зевнул, погружаясь обратно в сон, а затем резко распахнул глаза.       — Блядь, — громко сказал он, уставившись в потолок.       Джорно мигом скатился с кровати, натянул первые попавшиеся джинсы и футболку и выскочил из дома, даже не умывшись. У него не было времени ждать автобус, так что он схватил велосипед и помчался так быстро, как только мог. Он влетел в фитнес-центр мокрый настолько, что пот капал с кончиков волос прямо на шею сзади, но не остановился даже для того, чтобы поприветствовать Триш. Он бежал к раздевалкам, оббегая и даже расталкивая посетителей, но было поздно. Словно в замедленной съемке, нога отца переступала порог тренажерного зал, и по ощущениям это было похоже на цунами, которое несется прямо на тебя, а ты можешь только стоять и смотреть, пытаясь осознать неминуемую катастрофу. Джорно вбежал внутрь прямо за отцом и ударился лбом об его спину. Так он понял, что говорить что-то уже не имело смысла: Джонатан застыл на пороге и уставился прямо на Дио Брандо. На Дио Брандо, который наматывал уже не первый километр на беговой дорожке, уставившись на экран перед глазами, где Кэрри в очередной раз выясняла отношения с Мистером Бигом.       — Пап, — Джорно осторожно дернул Джонатана за край просторной футболки, — может, пойдем отсюда, пока он нас не заметил?       — Нет, сынок, — Джонатан покачал головой, — Джостары никогда не отступают, — и решительно направился вперед, прямо к Дио.       Джорно медленно попятился назад, выскочил за стеклянную дверь и прилип к ней лицом, заглядывая внутрь зала. Джонатан достиг Дио, широко улыбнулся и положил руку ему на плечо. Он видел, как Дио вытащил наушники из ушей, развернулся и уставился прямо на Джонатана. За несколько секунд на его лице сменилось с десяток выражений: от полнейшего охуевания до плохо сдерживаемого гнева. Джорно не стал дальше наблюдать за локальным апокалипсисом и поспешил покинуть центр. На улице он набрал Мисту и предложил ему срочно встретиться, чтобы обсудить надвигающийся учебный семестр. Никакой тест, конечно же, они не обсуждали.

***

      Джорно вернулся домой после семи. Он надеялся, что папа уже остыл и не бьет сейчас посуду на кухне, параллельно запивая гнев Пино Гриджо Блаш прямо из бутылки, но дома было тихо, и от этого становилось только страшнее. Джорно аккуратно пробрался в гостиную и замер на пороге. Оба отца сидели на широком белом диване, отодвинувшись друг от друга как можно дальше. Джонатан выглядел уставшим, Дио злобно кривил губы, а напротив них в кресле устроился Пуччи с блокнотом в руках. Пуччи был психотерапевтом Дио, с которым они уже несколько лет прорабатывали его проблемы с гневом и нарциссическое расстройство, но успехи пока что были средними.       — А, Джорно, здравствуй, рад тебя видеть! Проходи и присаживайся, у нас тут семейный сеанс, ты как никогда вовремя, — Пуччи приветливо улыбнулся, сверкнув глазами из-под круглых очков задрота-мозгоправа.       Джорно тяжело вздохнул, но пристроился прямо между родителями. Дио тут же дернул его за руку, притянув поближе к себе. Джонатан посмотрел на него со сложным выражением на лице, но ничего не сказал.       — Ладно, — начал Пуччи, — мы здесь, чтобы избежать очередного кризиса Дио. Давайте начнем с вопросов, на которые вы все постараетесь ответить…       «Ох блядь, — подумал Джорно, — это, кажется, надолго».

***

      Через четыре часа Пуччи вышел в туалет, а Дио выскочил из гостиной. Джонатан откинулся на диван, прикрыл глаза и помассировал виски. Джорно его прекрасно понимал: он сам был готов свернуться калачиком и никогда больше не вставать после многочасового разбора отношений родителей, состоящих в основном из гнева, манипуляций и старательно подавляемого сексуального напряжения. Не то чтобы они желали изменять, нет, но Джорно не сомневался, если бы один его отец не был женат, а второй не имел постоянного партнера, то любая ссора просто заканчивалась бы цветником из засосов на шее Дио и глубокими царапинами на спине Джонатана. Слава богу, для секса в их отношениях места не осталось уже давно, а значит, Джорно не приходилось уходить на прогулку, чтобы не мешать им выяснять отношения в горизонтальной плоскости.       Дио вернулся. В руках у него звякнули льдом два бокала с мартини, и он молча вручил один из них Джонатану. Джонатан так же молча поблагодарил кивком головы и выпил мартини одним глотком. К дому подъехала машина, а потом во входной двери звякнули ключи. Дио посерел лицом, вскочил с дивана, метнулся к дверям, но замер, не успев. В гостиную вошел Какеин. В руках у него был бумажный пакет с продуктами из ближайшего эко-френдли магазина, из которого торчал гигантский баклажан.       — Я не вовремя? — тяжелый пакет едва не выскользнул у него из рук, но Дио тут же его подхватил.       — Нет, что вы, садитесь, — Пуччи бесшумно возник за спиной Какеина, — у нас тут семейный сеанс. Просто идеально, что вы зашли, Дио много о вас рассказывал.       Какеин приподнял бровь, Дио пожал плечами, Джонатан хмыкнул и сделал вид, что отпивает из пустого стакана. Джорно захотелось немедленно испариться, потому что, кажется, прямо сейчас один его отец будет знакомить другого его отца со своим новым парнем. Его жизнь напоминала ебаный ситком.

***

      Ладно, Джорно должен был признать, что вечер прошел не так плохо, как он ожидал. Пуччи скоро закончил и удалился, а Какеин не отпустил Джонатана из дома, уговорив остаться на поздний ужин. Джорно ожидал полнейшей катастрофы, но они моментально нашли общий язык. Джонатан расхваливал готовку Какеина, а тот не спешил признаваться, что заказал еду в ресторане, которым владел его друг француз. Какеин тоже проявлял чудеса вежливости, с живым интересом рассматривая фотографии Джорджа на смартфоне Джонатана и слушая истории про детство Джорно. От сладости происходящего сводило скулы, а Дио так вообще выглядел как человек, у которого сейчас пена изо рта пойдет, но он мужественно держался.       Наконец, пришло время прощаться. Джорно совершенно случайно отправился мыть кружку из-под кофе на кухню и засмотрелся на картину в коридоре, из которого было прекрасно слышно все, что происходило у двери.       — Я должен тебе признаться кое в чем, — сказал Джонатан, неловко покашляв, прежде чем начать. — Когда я ехал сюда, я хотел обсудить с тобой вопрос изменения приоритета места жительства Джорно.       Судя по шипящему звуку, который издал Дио, он подавился воздухом.       — Пожалуйста, не злись, — голос Джонатана все еще звучал мягко и ласково, — я думал, что ты много работаешь и тебе должно быть трудно одному управляться с таким непростым подростком, как наш сын. Но теперь я вижу, что у тебя все хорошо. Какеин−приятный молодой человек, и хоть ваша разница в возрасте меня немного смущает, теперь я вижу, что вокруг Джорно здоровая атмосфера и его росту и развитию ничего не угрожает.       Джорно захотелось нервно рассмеяться. Ох, папа, если бы ты только знал…       — И я очень рад, что вы всей семьей увлеклись спортом! Одобряю! — Джонатан, наконец, закончил и, судя по звуку, похлопал Дио по плечу.       — Выметайся, — прохрипел Дио, — или я утоплю тебя в детском бассейне во дворе, и твой маленький сын будет расти без отца. Уебывай, Джонатан, я серьезно сейчас.       — Ладно, не горячись. Позвони мне, когда остынешь, и мы обсудим следующую поездку Джорно на каникулах ко мне. Попрощайся за меня с Какеином, и всего тебе хорошего.       Дверь за Джонатаном захлопнулась. Джорно осторожно вышел в коридор и увидел, что отец стоит у двери, низко опустив голову и сжимая дверную ручку. Он медленно подошел поближе и взял его за повисшую руку.       — Все в порядке, пап, — сказал он, — я бы все равно никуда не поехал. Мне и здесь нормально.       — Конечно, — Какеин возник из кухни, похоже, тоже подслушивал, — ведь там тебе не позволят ночевать у репетитора, — он приблизился к ним и приобнял Дио за плечо. — Идем спать. Ты сегодня молодец. Доказал бывшему, что родитель из тебя ничуть не хуже, чем адвокат.       — Ладно, — Дио встряхнул головой и ухмыльнулся, — но только если мы все вместе сейчас посмотрим новую серию «Игры престолов».       Джорно закатил глаза.

***

      Дио читал последний бестселлер из подборки таймс, когда Какеин откинул одеяло на своей стороне и устроился у него под боком. Он положил голову ему на плечо, заглядывая в страницы, залитые неровным светом ночника, зевнул, чмокнул в щеку, а потом отвернулся и принялся устраиваться на подушке. Какеин уже было затих, когда внезапно заворочался и оторвал голову от прохладной наволочки.       — Кстати, я совсем забыл тебе сказать. Я договорился с Джонатаном, что на следующие каникулы Джорно мы приедем к ним погостить все вместе на пару недель. У тебя же все равно отпуск, да? Я могу взять пару недель отгулов, Бруно поймет. Отдохнем одной большой и дружной семьей, ты же не против? Джорно наверняка тоже будет за, я уверен.       Дио резко захлопнул книгу, воздел глаза к потолку и застонал.       — Пиздец.