ridin

      — Я сейчас усну в этой жаре. Хэчан устало и жалобно простонал, пряча лицо в сгибе локтей. Он лежал на сочной траве во дворе школы, пока рядом с ним сидели его друзья. Майское солнце опаляло землю, безжалостными лучами нагревая воздух. Он был душным, застоялым, мерзкой пленкой липнул к телу. Вода в бутылках стала тёплой, а мороженое таяло и стекало по пальцам. Джисон обмахивался тетрадкой, зачёсывая отросшую за зиму челку и оттягивая ворот белой форменной рубашки. Разморенный погодой и семью уроками, Джисон хотел завалиться и уснуть. Рядом был Леле, нацепив солнечные очки и скрывшись под чёрной шляпкой, читал новости в твиттере и смеялся на весь дворик, привлекая к их маленькой компании ненужное внимание. Впрочем, им было все равно. Остался последний урок — ненавистная ими тремя физика. Не предмет, а секта. Объяснения не на корейском, а на сатанинском. Не формулы, а древние руны. А учитель… Джисон мило смущался, вспоминая, как новый преподаватель по физике усмехался и ставил ему двойки. Джисону дыхание перехватывало, когда учитель крепко держал в руке длинную указку и её кончиком обводил идеально ровные формулы, объясняя тему своим низким голосом. Джисон сходил с ума на последней парте, смотря прямо в тягучие медные глаза мужчины. И медленно сгорал от ужасно неправильных мыслей. Его учитель по физике, пришедший к ним совсем недавно, в самом начале весны, стал его личным адом. Постоянно заставлял выходить к доске и отвечать на тупые вопросы, ставил плохие отметки и издевательски усмехался над глупыми ответами. А потом, оставляя Джисона после уроков, доводил до самых дверей смерти, кусая выпирающие ключицы до крови и слизывая рубиновые капельки с бледной кожи. Джисон влюблённо вздохнул, почувствовав, как кровь взбурлила и ему стало жарче. Мягкие молочные щёки покрылись румянцем, и Хэчан подозрительно покосился на него, подняв голову. — Че опять? Леле смешно фыркнул и сморщил носик, делая фотографию, а потом махая ребятам из параллели. Хэчан закатил глаза. — Ещё один не от мира сего. Джисон поморщился: — А вон там твоя принцесса. И Хэчан кинул взгляд на выпускника. Высокий, худой и в очках, с слегка кучерявыми волосами — Марк. Прижимающий к груди стопку книг, с большой сумкой и стремными широкими штанами — Хэчан засобирался, вскакивая на ноги. — Ещё раз устремишь на него свои зенки — раздавлю и зажарю, — оскалился Хэчан, а затем убежал к своему парню, оставляя Леле и Джисона одних. — Странно так, любить кого-то, — вздохнул Джисон, смотря на появившегося во дворе учителя по физике. Леле согласно что-то промычал, уткнувшись в телефон, пока Джисон осознавал, что высокая статная фигура мужчины в чёрном костюме и белой рубашке шла к ним. Целенаправленно, неумолимо и быстро. Как гора наступала без возможности спастись. Сердце в юной груди затрепыхалось, и Джисон нервно сжался, прикусывая нижнюю губу. Шаги мужчины послышались совсем рядом, а в следующую секунду: — Добрый день, Джисон. И Джисон сгорел, выпуская тяжёлый выдох и смотря на него снизу. — Здравствуйте, господин На Джемин.