Атака Титанов: моя последняя утренняя звезда

Уже спустя пару недель от их прежней, беззаботной жизни не осталось и малейшего следа. Исчезла острая необходимость в изысканном завтраке, в роскошном шёлковом платье или в дорогих кожаных туфлях. Юные отпрыски знатного рода, вынужденные бежать из дома, теперь обитали не в просторном фамильном поместье, а на ветхой, покосившейся ферме за высокой стеной Роза. Ещё две недели назад Августа и Камиллу приютил в своём скромном жилище весьма требовательный, чаще ворчливый старик по имени Фергус, обитавший едва ли не на самой глухой окраине Утопии. Его покрывала смуглая, глубоко изборождённая морщинами кожа, а на вытянутом, худощавом лице особенно резко выделялась густая, седоватая щетина. Им пришлось нелегально, под покровом ночи, перебираться за стену, притаившись в дряхлой повозке, до отказа набитой скудной провизией для несчастных беженцев. Иного выбора у них попросту не оставалось, ведь по всей Сине их искала военная полиция, пусть и без особого рвения, спокойно полагая, что двое беспомощных детей покойного графа всё равно долго не протянут. Да и странно было осознавать, будто бы на тайное покушение на знатную графскую семью абсолютно никому нет дела. Где же все те господа, что когда-то с радостью кружились на пышных балах и чинно восседали за зваными ужинами в их роскошном доме? Куда бесследно подевалась их показная верность и мнимая благодарность к роду Кингсли? Спустя некоторое время после прибытия в город, Август выгодно продал одному горожанину их лошадь, выручив за неё приличную сумму, которой с хватило на новую, грубую одежду и базовые продукты. Однако, здраво рассудив, что в шумном Орводе оставаться опасно, дети решили бежать как можно дальше. Так они и очутились на ферме, тщательно скрывая своё благородных происхождение и представляясь простыми сиротами, которым решительно некуда податься. — Камилла, давай скорее, — крикнул старший Кингсли, поднимая голову к небу. — Не упади — Я аккуратно, — отозвалась Камилла с высоких веток. — Просто яблоки, которые растут повыше намного слаще, дядя Фергус попросил набрать побольше — Все равно слишком высоко не лезь, упадёшь ведь — Не упаду, — обрывисто произнесла девочка, цепляясь за ближайшую, иссохшую ветку, но та, увы, оказалась не слишком прочной… — Камилла ! — испуганно воскликнул Август, когда сестра начала падать, но быстро сориентировавшись, он успел её поймать — Прости — Ладно, — вздохнул Август. — Думаю этой корзины будет достаточно, надо отнести её на кухню — Я помогу — В следующий раз полезу я, — твёрдо решил Кингсли. — А то ты уже вся синяя…повсюду царапины...как так можно, Камилла? — Ничего, заживут, — беззаботно отозвалась девочка. — Наверное Эрин была бы очень рассержена моей неосмотрительностью и натирала бы меня всякими вонючими настойками до красных пятен с таким смешным сосредоточенным взглядом, — от представления такой картины, Камилла засмеялась — А потом бы она пожаловалась Байрону и тот бы заставил меня тренироваться не по шесть, а по двенадцать часов за то, что я за тобой не углядел, — улыбнулся Август Но тёплые улыбки в одночасье стёрлись с их бледных лиц…они внезапно осознали, что столь привычного, уютного быта больше никогда не случится. Байрона больше нет, нет заботливого отца, нет родного крова. В их памяти остались лишь силуэты и гнетущее чувство обречённости, ведь теперь они ничего не смогут изменить. Последним выжившим представителям рода Кингсли оставалось лишь безропотно скрываться на ферме в облике безродных, никому не нужных детей. — Не переживай, сестра — с грустной улыбкой произнёс Август, устремив взгляд на просторное небо. — Может у нас и больше нет дома, но за то мы остались друг у друга, а эта куда больше, чем ничего…я не раз повторю, что буду рядом и всегда тебя защищу, ведь ты моя сестра...моя ответственность — Я знаю, Август, — взяв брата за руку, Камилла легко прислонилась к его плечу. — И я всегда буду рядом с тобой Так они и застыли, плотно прижавшись друг к другу, держа в руках объёмную, плетёную корзину, до краёв наполненную сочными, багряными яблоками, и молча наблюдали за лениво плывущими по бездонному небу пушистыми облаками. — Чего встали, как двое парализованных? — но мирную идиллию грубо прервал хриплый, надтреснутый голос старика Фергуса, который только что вернулся с шумного местного рынка. — Дела сами за себя не сделаются, вперёд, насладитесь моментом в другое время — Да, да, мистер Фергус, уже идём, — ответил спокойно Август, уже привыкший к такой манере речи старого фермера — А что у нас сегодня на ужин ? — поинтересовалась Камилла — Думаю, что картошка с овощами будет в самый раз, возможно даже там осталось немного курицы, — начал размышлять старший Кингсли. — Ну и конечно мы с тобой сварим компот из яблок — С нашего прибытия сюда ты стал все время готовить и очень даже вкусно, я и не знала, что тебе так это легко удасться, ведь раньше ты никогда не готовил — Ну, — застенчиво заулыбался Август, почесывая затылок. — Обычный ужин я то ещё сумею сделать, но точно не смогу повторить изыски наших поваров — Тогда надо и правда поторопиться, ведь скоро ужин, а нам ещё надо накормить скот — Тогда давай я пока займусь едой , а ты покормишь, хотя мне наверное лучше тебе помочь — Нет, нет, нет, — отмахнулась Камилла. — Я уже взрослая и сама могу с этим справится, ведь мне хочется помогать тебе и дяде Фергусу, как можно больше — Ладно, полагаюсь на тебя * * * — Пересолил, — в гнетущей тишине маленькой, деревянной кухни, пропитанной терпким ароматом сухих сосновых веток, раздался слегка ворчливый голос В следующий раз будут стараться лучше — сдержанно ответил Август — Дядюшка, Фергус, не ругайте его, он ведь так старался, да и получилось очень даже вкусно, — заступилась Камилла — Ты слишком добра, девочка, иногда нужно требовательней относится к людям и тогда с них может выйти прок — Он прав, Камилла После этих слов они вновь продолжили свою неспешную, молчаливую трапезу, ведь пустые беседы за грубым деревянным столом только отвлекали. Хотя старый фермер Фергус частенько ворчал на своих юных подопечных, в глубине души он неизменно отмечал, что за столь короткий срок они сумели кардинально преобразить его унылую, одинокую жизнь. В его потускневших глазах вновь оживали далёкие воспоминания о беззаботной молодости, когда он ещё числился в солдатах. — Дядюшка Фергус, я давно хотела спросить, — поставив стакан с компотом, заговорила Камилла. — На камине стоят старые фотографии…неужели вы когда-то были солдатом? — спросила девочка, вновь посмотрев на те самые военные фотографии, где можно было разглядеть молодого Фергуса с товарищами Судя по всему, старик очень бережно хранил эти потрёпанные снимки, поскольку Камилла смутно припоминала, что драгоценные свадебные карточки и портреты его покойной супруги были надёжно спрятаны в тяжёлом, дубовом ящике. — Да… — протяжно и тяжело произнёс старик. — В пятнадцать я пошёл добровольцем в кадетский корпус, тогда меня даже наполовину солдатом назвать было нельзя…там из меня выбили всю дурь и сделали мужчину, а через три года я уже служил в Гарнизоне за стеной Роза , — неторопливо рассказывал Фергус. — Прослужил долгие годы, пока старость не взяла своё, и я ушёл в отставку — А вы видели титанов? — с каким-то горящим огоньком в глазах спросил Август — Видел…и поверь, тварей страшней и уродливей никогда не встречал — А что вы можете сказать о Разведкорпусе? — опустив голову вниз, тихо спросила Камилла, вспоминая когда-то услышанный разговор двух джентельменов — Многие считают их глупьцами, — произнёс бывший вояка. — Но все они герои, я вам так скажу…да может и безрассудны раз добровольно идут почти что на верную смерть, но смелее разведчиков нет никого на свете, они честны и всегда... Старший Кингсли внезапно не выдержал. Август порывисто отодвинул тяжёлый стул, резко поднялся из-за грубого стола и, не проронив ни слова, бесшумно удалился в ночную мглу. — Что это с ним? — без особо беспокойства спросил Фергус — Устал, наверное уже спать пошёл…да пожалуй и я пойду, спокойно ночи, дядюшка Фергус * * * — Август… — взволнованно произнесла Камилла, войдя в старый деревянный амбар, где не горела ни одна свеча, но она точно знала, что брат здесь. — Я тебя понимаю, но давай всё же … — вдруг голос резко оборвался, Камилле было сложно подбирать слова в такой ситуации. — Мы обязательно справимся...просто сейчас для нас всё это не своё — чужое, но нельзя опускать руки, мы должны заботиться друг о друге Август не проронил ни звука, застыв в полной неподвижности в кромешной темноте, однако каждое слово сестры ловил с предельным вниманием. В его утомлённом сознании роилось не так уж много тревожных мыслей…лишь одна, навязчивая и острая. — Камилла…ты права, — хрипло произнёс Август, резким движением прижимая к себе сестру. — Прости меня, я такой дурак — Ну нет, ты совсем не дурак, просто это всё так…плохо осознается — И всё же я был не прав, сейчас мне нужно позаботиться о тебе, но в голове у меня в последние время крутится только одна мысль, — как-то через чур нервно промолвил Август. — Что случилось? — Я думал о том, чтобы новобранцем податься в армию… Несколько томительных минут гнетущего молчания заставили Августа глубоко раскаяться в своих необдуманных словах. Он, не отрывая напряжённого взгляда от бледного лица сестры, пристально наблюдал за её совершенно непривычной, загадочной реакцией. Камилла почему-то совсем не выказала должного изумления, хотя, быть может, просто искусно скрывала истинные эмоции. Она застыла в неподвижности, устремив отсутствующий взгляд куда-то в тёмный угол за широким плечом брата, лишь изредка медленно и задумчиво прищуривая ясные глаза. — Я понимаю, что… — Август, всё нормально, — перебила его Камилла очень твёрдым голосом. — Просто мне нужно было немного подумать перед тем, как ответить — Да вообще-то забудь… — Я не против, — заявила младшая Кингсли. — Но только без меня ты никуда пойдёшь Его серые, затуманенные глаза широко распахнулись от изумления, а Август слегка приоткрыл пересохшие губы, поражённый до глубины души. — Нет, это очень опасно и ты не должна…и… — Я знаю, что ты всегда искал свободы , возможно пытался это тщательно скрывать — Я перебирал много вариантов, но что нам остается ? Мы могли бы остаться здесь навсегда , но тогда мы уже ничего не изменим, — задумчиво произнес Август. — Если сможем забраться повыше, то возможно узнаем , кто напал на наш дом Камилла с тёплой улыбкой на лице положила свою ладонь на бледную щеку брата. — На первый взгляд это решение кажется очень…сумасшедшим, — тихо произнесла девочка. — Но кем бы мы не притворялись…ты всё равно остаёшься Августом Кингсли — наследником дома Кингсли. Август продолжал изумлённо смотреть в глубокие глаза сестры, но затем на его губах появилась одобрительная, решительная усмешка, и он едва заметно, с достоинством качнул головой. — Ты права, мы навсегда останемся детьми наших родителей и как бы не был тяжёл наш дальнейший путь, мы должны справиться