Love never spoken here

      Подвальная дверь резко распахнулась, заставив дремавшую на матрасе девушку вздрогнуть и приподняться. На пороге возник довольный и явно возбужденный мужчина. Он стал носиться по помещению.       — Приди в себя, ну же! Хватит дрыхнуть! — Радостно вопил он. — Помнишь, я обещал тебя познакомить с Альфи? — Маньяк развернулся к выходу из подвала. — Альфредо! Альфредо! — Стал звать он, но в дверном проеме никто не появлялся. — Вот лентяй! Должно быть, опять затаился в какой-то щели или уснул… Ладно, сейчас.       С этими словами он выбежал из подвала, оставив ничего не понимающую девушку гадать, с кем же ее ожидает встреча. Учитывая, что она слышала имя «Альфредо» довольно часто, она предположила, что сейчас увидит кого-то дорогого для ее возлюбленного. Может, друга? При этих мыслях девушка ощутила укол ревности, впрочем, быстро сменившийся раскаянием. Это было нормально, что любимый имел собственную жизнь и уделял время не только своей пленнице. Нормально, но все же неприятно.       — Как я и думал, Малышка. Альфи забился за подвальную дверь и задремал. Но я его растормошил. Так что — знакомься! — Внезапно вырвал девушку из мыслей громкий голос.       Обернувшись к дверному проему, она увидела мужчину, с гордым видом указывающего на что-то на полу. Удивлённо приглядевшись, девушка поняла, что по нему к ней ползет огромный паук.       — Брахипельма альбопилосум или, проще говоря, курчавоволосый птицеед, — продолжал с гордостью вещать маньяк, лучась улыбкой. — Они редко когда достигают подобных размеров, но мне, как видишь, повезло. Ему уже пять лет, совсем взрослый.       Альфредо тем временем деловито перебирал лапками по полу, направляясь прямо к пленнице. У той от ужаса перехватило дыхание, но затем она, не имея иной возможности выразить эмоции, завопила на всё помещение, будто надеясь волной ультразвука отпугнуть мохнатое чудовище.       Увидев подобную реакцию, маньяк едва не задохнулся от возмущения. Яростно закричав и замахав руками, он стал костерить зажавшуюся в угол Малышку на чем свет стоит. Он орал, что она, как Стивен и все люди на этой чертовой планете, привыкла судить по внешности. Орал, как он, Джонатан, в ней разочарован и что они с Альфредо сейчас уйдут и не вернутся, пусть так и знает!       Альфи между тем, не обращая внимания на крики хозяина, подбирался все ближе к пленнице, стремясь скорее с ней познакомиться и доводя этим девушку до полного исступления. Она кричала и дрожала в углу, а затем, не отдавая более отчета собственным действиям, метнулась к пауку, с размаху опуская на него ногу. Раздался громкий хруст и девушка, увидев, что ужасное создание перестало подавать признаки жизни, облегченно выдохнула.       Весь ужас ситуации стал доходить до нее только после того, как Джон резко осекся, перестав орать. Неужели она только что убила его любимого питомца? Пленница посмотрела на пол, будто надеясь, что волосатая тварь воскреснет под ее ногой, но она продолжала пребывать в виде бурой бесформенной кляксы. Как-то разом обмякнув после этого, девушка медленно, затравлено стала поднимать взгляд на маньяка. Она ожидала увидеть его лицо, перекошенное праведным гневом, но вместо этого увидела растерянные глаза и удивленно приоткрытый рот. Мужчина стоял, застыв точно каменное изваяние, явно не в силах переварить произошедшее.       — Ты… ты чего наделала? За что? Зачем.?! — Джонатан неотрывно смотрел на кляксу, оставшуюся от его Альфи. Голос маньяка был настолько пропитан горечью невосполнимой утраты, что девушке стало его искренне жаль. Если бы она могла, она бы повернула время вспять, не совершила бы своей чудовищной ошибки, но это было не в ее силах.       — Я… Да я сейчас убью тебя, сука! — Услышала она новый вопль и зажмурилась, ожидая заслуженного наказания.       Но его так и не последовало. Приоткрыв глаза, пленница увидела мужчину, застывшего в миллиметре от нее, опускающего занесенную для удара руку.       — Хотя, разве ж это вернет мне моего Альфи? — Глухо проговорил он в пустоту.       На глазах Джонатана выступили слезы, а затем он, завыв, опустился на колени, поглаживая уцелевшую под ногой девушки лапку затихшего навеки товарища.       — У меня никого теперь не осталось. Никого! Стив хороший, он мне как отец, но из-за своей работы редко у меня бывает… а Альфи… — Мужчина вновь осекся, сгибаясь пополам и начиная захлебываться рыданиями.       Пленница, мучимая чувством глубочайшей вины, порывисто склонилась над ним, опуская руку на затылок.       — У тебя ведь есть я, — неуверенно прошептала она. — Я стану тебе другом, самым верным и преданным.       Она стала поглаживать Джона по волосам, не ожидая ответа, но внезапно он поднял голову, смотря на нее.       — Не станешь, — возразил он, недоверчиво супясь. — Ты хочешь уйти, так что не обманывай меня!       Малышка лишь улыбнулась.       — Мне незачем уходить отсюда! — Горячо произнесла она, обхватывая его лицо ладонями и цитируя одну из своих любимых песен:

All I ever wanted All I ever needed… Is here in my arms. Words are very unnecessary…[1]

      — They can only do harm[2], — продолжил мужчина, затем прижимая девушку к себе и вовлекая в жаркий поцелуй.       Данная резкая перемена в его поведении и настроении показывала, что он не был способен на глубокую привязанность к кому-либо. Забыв в мгновение ока о раздавленном Альфи, забыв о горе, он с головой бросился в омут нового неизведанного чувства, готовый при появлении нового увлечения так же быстро оставить в прошлом и его. Но девушка, отдавшаяся порыву и пребывающая на седьмом небе от счастья, не отметила про себя этот момент.