Вересковые пустоши

      Гостиная Хаффлпаффа давно погрузилась в сонное царство. Треск камина сменился тихим потрескиванием догорающих углей. Последние полуночники – вроде меня – разбрелись по спальням. Я прокралась в нашу комнату, где Эдит и Флоренс уже сопели в унисон под тяжелыми пуховыми одеялами. Эдит мелодично пыхтела во сне, как шмель в клевере, а Фло ворочалась, бормоча что-то про «несправедливые оценки по ЗОТИ». Типичный четверг.       Я скинула мантию, и натянула длинную ночную рубашку из мягкой байки, и забралась под свое одеяло. Кровати в нашей спальне были потрясающе уютными. Они были утоплены в небольшие каменные ниши в стенах с округлыми сводами и напоминали небольшие норы барсучат. Комнату мы за прошедшие года обжили так, что она мало напоминала помещение общежития. Было много растений в кадках и горшках, которые стояли на всех поверхностях, на деревянном полу лежали цветастые половички. Эдит после второго курса привезла из дома целое кресло, в котором по вечерам пила чай. На стенах висели плакаты из журналов с популярными в волшебном мире музыкальными группами типа «Ведуний» или «Снежных Оборотней» вперемешку с зарисовками цветов и большой таблицей ингредиентов. В нишах над кроватями были полочки, где хранились учебники, тетради, шкатулки с личными сокровищами. Одним словом мы всячески наполняли вверенную нам территорию собой. И сейчас, когда все разбрелись по своим норам, я лежала под тяжелым одеялом и в очередной раз представляла, где хочу проснуться.       Мои попытки попасть в другие миры не прекращались. Будь то зависание перед очередной дверью с представлениями о том, что за ней окажется совсем другое место, принадлежащее другому миру. Или же попытки найти хоть что-то о межмировых перемещениях в библиотеке Хогвартса, но там даже в запретной секции ничего не было. Лучше всего пока оказывалось со снами.       Я могла вполне осознанно контролировать свои сновидения, концентрируясь перед сном на том, что хотела бы увидеть. А после, уже очутившись во сне, начинала менять окружающую меня действительность, как мне того хотелось. Я неоднократно представляла свою квартирку, места, где гуляла в детстве, бабушкин дом. Все это возникало в моих снах в мельчайших деталях. И скрип половиц в деревенском доме, и запах гречневой каши из печи, и пение птиц за окном - все это было до мурашек реалистичным. Но как я ни старалась, никого из близких так ни разу и не увидела. Во снах были их фотографии, записи, на плите я находила еду, которую готовила моя мама, но не было никого живого. Было ощущение, что я уперлась в стену и не знаю, куда идти.       Я не понимала, что я делаю не так. Все мои попытки строились на желании попасть домой, на том, что я представляла места и людей, которых хорошо знала, к которым я тянулась. Но что-то все же я делала не так. Уже некоторое время меня мучала идея о том, чтоб пойти окольным путем. Найти того, кто даст совет, подскажет, что я делаю не так. Мне уже хотелось хотя бы просто выговориться о том, что у меня ни черта не получается. Но рассказать кому-то из тех, кто меня окружал на данный момент, я не могла. У меня язык не поворачивался высказать этим людям мысль о том, что я всеми силами ищу способ свалить из этого мира.       Не в первый раз я задумалась о том, что есть смысл попасть в мир Стержня и попытаться найти сэра Макса, или хотя бы сэра Джуффина. Вот кто точно знает толк в перемещениях. Но тут была проблема. Я боялась. Боялась попасть не туда или не попасть вовсе. Мир Стержня, город Ехо я знала только по книгам и совершенно не представляла как они выглядят в действительности. Нет, конечно, моё воображение выдавало определенные картинки по описаниям из книг, когда я читала произведение. Но во-первых, сложно сказать, насколько они соответствовали действительности. А во-вторых, это было столь давно, что мои фантазии давно обросли отсебятиной, а часть и вовсе забылась. И все же я решила попытаться. Как говорится, лучше попробовать и пожалеть, чем не попробовать и все равно жалеть.       В очередной раз укладываясь спать, я задумывала проснуться в Ехо. В надежде встретить там сэра Макса и хорошенько расспросить его, о том как это — путешествовать по мирам. Я представляла себе большой город, наполненный домами с остроконечными крышами и дорожками, выложенными разными камушками, разделенный на две части рекой, через которую проходит широкий мост. По дорогам медленно и не спеша проезжают амобилеры, люди завернутые в многослойные лоохи с тюрбанами на головах с удовольствием прогуливаются по улочкам. Это город в котором никуда не спешат, от того жизнь более плавная, размеренная, любящая чудеса и куда более долгая, позволяющая наслаждаться собой. В моем представлении это была дикая смесь из средневекового европейского и арабского колорита, в которую вдохнул жизнь чудаковатый волшебник. В таком городе множество различных трактиров, чьи хозяева с удовольствием примут к себе посетителей. В одном из таких трактиров сидит сэр Макс, что когда-то был Ночным лицом на службе Малого Тайного Сыскного Войска. Он может путешествовать по разным мирам просто открывая двери, один из самых могущественных вершителей, чьи желания всегда исполняет вселенная. Так или иначе, рано или поздно. Так что, если и задавать кому-то вопрос и брать консультацию, то почему бы не обратиться к нему? Его основная работа – ловить сновидцев, что никак не могут проснуться, и либо будить их, либо провожать. И именно он мне и нужен. Пожалуй, он именно тот человек, что может дать мне необходимую информацию.       Вдруг я на самом деле сплю и вижу сон о том, что попала в девочку-волшебницу, которая учится в Хогвартсе? Уже погружаясь в сон, в голове мелькнула пессимистичная мысль, что возможно стоит вовсе не просыпаться. Если все это бред моего воспалённого сознания, то пусть он лучше вовсе прекратится, ибо так мучаться уже откровенно надоело.       Во сне ко мне пришли те самые улочки города, стоящего на реке. По ним сновали люди в разных балахонах. Мужчины частенько носили на голове тюрбаны. Вроде все было как обычно. Все было похоже на то, что я каждый раз усиленно пыталась представить, но было во всем этом и что-то иное, отличающее это место от того, что я обычно вижу во снах. Картинка не плыла, когда я оборачивалась, люди мало обращали на меня внимания, но не проходили сквозь меня, а аккуратно обходили. Вдохнув поглубже ощутила аппетитные ароматы, что, как оказалось, тянулись из трактира с названием «Обжора Бунба», стоящего за моей спиной. Я кожей чувствовала, как припекает светило, висящее почти в зените, чувствовала, как слегка порывистый свежий ветер растрепывает мне волосы.       После мрачных, пропитанных вековой пылью коридоров Хогвартса, после вечного полумрака замка, эта яркость, эта жизнь, этот шум — оглушали. Сердце колотилось, как бешеное, грозя вышвырнуть меня обратно в холодную койку. «Не наваждение? — пронеслось в голове, отчаянно и безнадежно. — Не смей быть наваждением!» Я впилась ногтями в ладони. Боль — острая, слишком реальная — пригвоздила к месту. Счастье и страх схлестнулись в горле комом.       Кажется, от счастья я чуть не проснулась. Неужели действительно получилось? Неужели я действительно проснулась в Ехо? Недолго думая, я зашла в трактир, рядом с которым оказалась и попала в просторное, шумное, залитое солнечным светом из высоких окон помещение. Воздух гудел от голосов, звенел посудой, пах жареным мясом, травами и чем-то сладким. Совсем не то сырое, готичное молчание Хогвартса после отбоя. Я плюхнулась за первый свободный столик и сунула руку в карман. В руку толкнулись пара монет, на поверку оказавшимися золотыми галеонами. Ясно, что неместная валюта, но вдруг и ее примут? В любом случае, помнится, что есть правило, что нужно съесть местной еды, чтоб мир не вышвырнул тебя невзначай. Надежда, крохотная и дерзкая, шевельнулась.       За стойкой суетилась немного пышная женщина, протирая глиняную кружку. Ее лоохи, шоколадного цвета с золотой каймой, колыхалось в такт движениям. Посетители болтали, смеялись, пили из пузатых кувшинов. Никто не походил на сэра Макса — по крайней мере, на того, каким я его представляла: высокого, рыжего, с лёгкой ленцой, в тёмном лоохи и с насмешливой улыбкой. Но я не знала, как он выглядит в реальности. Паника шевельнулась, но я её задавила. Успех уже в том, что я попала сюда. Главное, чтоб теперь это был действительно Ехо, а не какой-нибудь другой город или бред моего воспаленного сознания.       — Эй, леди, чего застыли? — окликнула меня хозяйка трактира, её голос был густым, как мед. — Заказывать будете или просто воздух нюхать?       Я моргнула, собираясь с мыслями. Её тон был добродушным, с лёгкой насмешкой, будто она привыкла слегка подтрунивать над посетителями.       — А что у вас есть? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Что-нибудь местное. И вкусное, — я замялась, вытаскивая из кармана пару золотых галеонов, и протянула их ей. — Скажите, это подойдёт для оплаты?       Хозяйка прищурилась, взяла монеты и покрутила их в руках, разглядывая. Галеоны поблёскивали в свете ламп, их гравировка с мордами гоблинов выглядела здесь нелепо чужеродной. Она хмыкнула, подбросила одну монету, поймала и сунула куда-то в складки своего лоохи.       — Диковинные деньжата, — сказала она, ухмыляясь и показывая щербинку между зубами. — Не из наших краёв, сразу видать. Но раз ты с такими монетами, то, видать, издалека. Ладно, сойдёт на первый раз, но лучше обзаведись местными, — женщина пожала плечами. — Камра и пирожки с хрюпсом для начала. Или могу похлёбку из угуландских улиток предложить. Говорят, сны от неё ярче.       — Камра и пирожки, — кивнула я, чувствуя, как напряжение чуть отпускает. — А… — я замялась, подбирая слова, чтобы спросить про сэра Макса. — Тут случайно не заходит сэр Макс, он еще рыжий такой? - Я выдала единственную деталь, которую могла вспомнить о его внешности, и глубоко внутри надеялась, что я хотя бы в нужный мне временной период попала.       Хозяйка расхохоталась, хлопнув кружкой по стойке. Её глаза весело блеснули.       — Это ты про того сэра Макса из Малого Тайного Сыскного Войска, что ли? — она вытерла руки о передник, не переставая ухмыляться. — Ох, леди, вы не первая, кто его ищет. Он в «Обжоре», конечно, частый гость, но если заходит, то с Джуффином или какой-нибудь шумной компанией. А ты, видать, из тех, кто любит приключения? Глаза у тебя больно уж любопытные.       — Скорее это они меня любят сверх меры, — отшутилась я, стараясь звучать легко. — А где его найти? Или хотя бы как пройти до Малого Тайного Сыскного Войска? Кажется у меня есть небольшая задачка как раз по их части.       Хозяйка пожала плечами, ставя передо мной дымящуюся кружку камры и тарелку с румяными пирожками. Запах был умопомрачительный — тёплый, с ноткой пряностей и чего-то мясного. Тем временем мне в подробностях рассказали как добраться до Дома у Моста. Заодно я вспомнила, что местная река называется Хурон, а широкий мост через нее - Гребень Ехо. Я кивала, слушая хозяйку трактира, и откусывала кусок за куском от пирожка. Тесто хрустело, начинка была солоноватой, с лёгкой кислинкой. Вкус был таким живым, что я чуть не застонала от удовольствия. Мир не вышвыривал меня, пока я ела, и это вселяло в меня уверенность. Камра — терпкая, с травяным привкусом — согревала горло. Я оглядела трактир: люди спорили о ценах на амобилеры, кто-то хвалился тем, что освоил новую ступень магии. Ехо дышал, пульсировал, и я чувствовала себя в нём чужой, но живой.       Пока я предавалась трапезе, успела успокоиться и все же поверить, что у меня что-то получилось. Это делало меня счастливой и чуть разочарованной одновременно. С одной стороны мои старания оказывались не совсем безнадежными. С другой же я теперь окончательно перестала понимать, как это все работает. Впрочем, понимала ли я хоть когда-нибудь?       Дверь трактира скрипнула, и в зал вошёл мужчина. Высокий, в тёмном лоохи, с лёгкой небрежностью в походке. У него были темно-рыжие волосы. Сердце ухнуло в пятки. Рыжий? Неужели он? Я сжала край стола, пытаясь не пялиться. Если это сэр Макс, то это просто невероятная удача.              — Эй, мадам Жижинда! — крикнул мужчина, поднимая вверх руку и привлекая внимание. Его голос был лёгким, с ленивой насмешкой, а рыжие волосы, чуть растрёпанные, ярко вспыхнули в солнечном свете. — Налей-ка мне камры. День был длинный, а ночь, чую, будет ещё длиннее. Хозяйка, которую, похоже, так и звали, хмыкнула и потянулась за кувшином.       — Опять ты за своё, Макс? — проворчала она, но в голосе сквозило тепло, как будто такие перепалки были для них обычным делом. — Садись, не пугай мне гостей. Ты очень кстати зашел, тебя тут одна милая молодая леди очень искала, - Мадам Жижинда кивнула на меня, а я все же выдернула из недр своей памяти, что эта прелестная женщина тоже была в рассказах Макса Фрая.       Я застыла, не в силах отвести взгляд. Макс. Это точно он. Сердце колотилось так, что я боялась, он услышит. Мироздание мне явно благоволит сегодня. А я ведь даже не знаю, как начать разговор. «Привет, я из другого мира, помоги мне вернуться домой»? Звучит как начало плохой шутки. Но я здесь, в Ехо, в шаге от человека, который может знать ответы. Надо решаться.       Я глубоко вдохнула, собирая всё своё мужество, и, развернувшись на стуле, постаралась приветливо улыбнуться. Мир вокруг дрожал, как натянутая струна, но я не собиралась просыпаться. Не сейчас.       Макс повернулся ко мне, и его взгляд, лукавый и чуть ленивый, скользнул по мне с той самой кошачьей грацией, о которой я читала. Его тёмно-рыжие волосы ловили солнечные блики, а на губах играла знакомая насмешливая улыбка — не язвительная, а тёплая, как будто он уже знал, что я не местная, и это его скорее забавляло, чем настораживало. Он подошёл к моему столику, плюхнулся на стул напротив и небрежно закинул одну ногу на другую.       — Ну, здравствуй, загадочная гостья, — сказал он, растягивая слова, как будто пробовал их на вкус. — Мадам Жижинда говорит, ты меня искала. И, судя по твоему потерянному виду, это не просто так. Что за головоломка у тебя для меня? Или ты просто решила, что я тут самый занятный собеседник в этом славном заведении?       Его тон был лёгким, почти беспечным, но в глазах мелькали искры любопытства. Он был точно таким, как в книгах: сэр Макс, человек из Мира Паука, который сам когда-то свалился в Ехо, как я сейчас, и нашёл здесь свой дом. Если кто и поймёт мою беду, то это он.       — Сэр Макс, — начала я, стараясь звучать увереннее, чем чувствовала. — Мне нужна ваша помощь. Я… я не отсюда. Не из Ехо, вообще не из этого мира. Я из другого места, но и тот мир мне не родной, и я пытаюсь вернуться домой, но не знаю как, — я замялась, чувствуя, как слова звучат нелепо, но отступать было некуда. — Я знаю, что вы тоже из мира Паука. Вы путешествовали между мирами, открывали двери… И я знаю, что вы писали книги о себе и о Ехо, когда возвращались туда. Я читала эти книги. Поэтому я искала вас.       Макс откинулся на спинку стула, и его улыбка стала шире, но не насмешливой, а какой-то… тёплой, почти ностальгической. Он провёл рукой по волосам, будто вспоминая что-то далёкое, и тихо хмыкнул.       — Книги, значит, — сказал он, качая головой. — Надо же, никогда не думал, что вот так встречусь с читателем. Я писал их, знаешь, не только для себя. Хотел, чтобы Ехо остался, чтобы люди там, в Мире Паука, почувствовали его вкус, его дыхание. И, похоже, у меня получилось, раз ты здесь сидишь и смотришь на меня, как на старого знакомого, — он наклонился чуть ближе, и его глаза блеснули. — Ладно, леди. Твоя история звучит так, что я не могу просто махнуть рукой и уйти. Но, — он поднял палец, — такие разговоры не для трактира. Давай-ка я сначала поем, а потом мы прогуляемся до Дома у Моста. Там можно говорить без лишних ушей.       Я кивнула, чувствуя, как сердце немного успокаивается. Он не прогнал меня, не рассмеялся, не назвал сумасшедшей. Он поверил — или, по крайней мере, решил послушать. Это уже было больше, чем я смела надеяться. Я почти готова была расплакаться от облегчения.       Макс махнул мадам Жижинде, заказал себе камру и какое-то рагу, и следующие несколько минут мы сидели в молчании. Я допивала свою камру, он неспешно жевал, бросая на меня время от времени любопытные взгляды. Трактир гудел вокруг нас. Ехо жил своей жизнью, и я, сидя напротив сэра Макса, чувствовала себя одновременно частью этого мира и чужой в нём.       Когда он доел, он вытер руки о салфетку и поднялся.       — Пойдём, — сказал он, кивнув на дверь. — Дом у Моста недалеко, а там, в кабинете, можно говорить спокойно. И, может, Джуффин присоединится. Он любит такие истории.       Я встала, чувствуя, как ноги слегка дрожат от волнения. Мы вышли на улицу, и Ехо снова накрыл меня волной красок и звуков. Мостовая под ногами была тёплой от солнца, амобилеры лениво катились мимо, а люди в лоохи неспешно прогуливались, перебрасываясь шутками. Макс шёл рядом, чуть впереди, и его тёмное лоохи колыхалось в такт шагам. Я старалась не отставать, запоминая дорогу: улица Старых Монеток, поворот направо, вдалеке виднелся Гребень Ехо - мост через Хурон, оказался широким, с резными перилами. Посреди реки располагалось сразу два острова, к которым тянулись мосты с берегов. На каждом из них были огромные замки. Один роскошный и величественный, с высокими башнями, вытянутыми арочными окнами, это явно было королевской резиденцией, но я не могла вспомнить ее названия. На другом острове, словно крепость, развернулся замок из серого камня, с решетками на окнах - тюрьма Холоми, вспомнилось мне.       На том же берегу, по которому мы шли, стояло массивное здание с остроконечной крышей — Дом у Моста, штаб Малого Тайного Сыскного Войска. Мы вошли внутрь, и я почувствовала, как воздух стал гуще, будто пропитанный магией. Коридоры были узкими, но уютными, с деревянными панелями и мягким светом, льющимся из маленьких магических ламп. Макс провёл меня в просторный кабинет, где за большим столом сидел пожилой мужчина с острым взглядом и лёгкой улыбкой — сэр Джуффин Халли, я узнала его мгновенно. Рядом, развалившись в кресле, сидел другой — молодой, с яркими глазами и в ярко-зелёным лоохи, которое выглядело почти вызывающе. Это, должно быть, Мелифаро.       — Ну, Макс, кого ты к нам привел? — спросил Джуффин, прищурившись. Его голос был спокойным, но от него веяло такой силой, что я невольно выпрямилась.       — Знакомьтесь, это… — Макс запнулся и посмотрел на меня. — Кстати, как тебя зовут?       — Белена, — ответила я, чувствуя, как горло пересыхает. — Белена Стоунхарт. В прошлом Елена Воронова.       — Белена утверждает, что ей нужна помощь с перемещением между мирами, — продолжил Макс, усаживаясь в кресло и жестом приглашая меня сделать то же. — И, что интересно, она из мира Паука, ну или одного из отражений. Говорит, что пришла сюда во сне и хочет домой. Я подумал, что тебе, сэр Джуффин, будет любопытно.       Мелифаро хмыкнул, оглядывая меня с ног до головы.       — Книги? — переспросил он, ухмыляясь. — Макс, ты что, и правда возомнил себя писателем? Это что, теперь каждый сновидец будет являться с твоими мемуарами под мышкой?       — Не спеши, сэр Мелифаро, — мягко, но твёрдо сказал Джуффин, не отрывая от меня взгляда. — Расскажите нам, леди Белена. Всё, с самого начала. И не торопитесь. У нас тут время течёт медленно.       Я глубоко вдохнула и начала. Рассказала, про то, что раньше жила в мире Паука, как оказалась в теле Белены Стоунхарт, в мире, где есть Хогвартс и магия, но это не мой дом. Как пыталась найти путь обратно, рылась в книгах, экспериментировала со снами. Как научилась управлять сновидениями и задумала попасть в Ехо, потому что знала о сэре Максе из его книг. Как читала его истории в своём мире, влюблялась в Ехо через его слова и верила, что он, человек, который сам пришёл из Мира Паука, поймёт меня. Рассказала о своих страхах, о том, что не понимаю, как работают эти перемещения, и о том, как отчаянно хочу домой — туда, где моя семья, мой мир, и та моя жизнь, которую я бесконечно любила.       Когда я закончила, в кабинете повисла тишина. Джуффин смотрел на меня, постукивая пальцами по столу, Мелифаро прищурился, будто решая, верить мне или нет, а Макс… Макс смотрел с какой-то странной смесью сочувствия и задумчивости.       — Ну, — наконец сказал он, — ты права в одном: я знаю, каково это — быть чужим в чужом мире. И, может, ты и правда начиталась моих историй. Но, Белена, перемещения — это не просто. Это не дверь, которую можно открыть и шагнуть. Это… — он замялся, подбирая слова, — это как поймать нужный ветер. И, похоже, ты уже поймала один, раз оказалась здесь.       Джуффин кивнул, словно соглашаясь, и его глаза чуть прищурились.              — Очень необычная история. Судя по всему, тот мир в котором вы оказались, - назовем его пока мир Хогвартса, притянул вас специально. Видимо, у него было некое дело для вас, - Джуффин отбил пальцами дробь по столу, - У нас есть одна хорошая знакомая, которую так же силой притягивало в различные миры, что находились на краю гибели, а она их исцеляла, — сказал он. — Я думаю, что будет неплохо, если мы спросим её мнения. Макс, свяжись с леди Астой, будь добр, и пригласи её к нам.       Я кивнула, чувствуя, как надежда, тонкая, как нить, начинает ткать внутри меня узор, и задумалась, было ли хоть слово в тех книгах, что я читала, про загадочную леди Асту, но никак не могла ее вспомнить. Впрочем, кто сказал, что в книгах будут описаны все истории, что произошли с сэром Максом. А может даже и не с ним. Тут целый и настоящий мир. Он куда шире и полнее, чем любой описанный в книгах. В них просто невозможно вместить все, и всегда остается что-то за пределами страниц.       Я была в Ехо, в Доме у Моста, с людьми, которые знали, как живут и чем дышат миры, куда как больше чем я. И, может быть, они помогут мне найти мой.