Instead of Life

Let's deliver all of me A song like misfortune pride In the middle of chaos The only means to prove oneself The GazettE – In the middle of chaos Наверное, когда я был человеком, я ненавидел ждать. Хотя, мне кажется, ненависть к ожиданию – одна из тех немногих вещей, которые объединяли очень и очень многих людей. А хуже всего, наверное, ждать неизвестно чего, как я сейчас. Лежать без действий, уткнувшись носом в спинку дивана, делая вид, что спишь, слушая глубокое размеренное дыхание, доносящееся из спальни, было невыносимым. Время тянулось медленно, очень медленно. Донхэ уже отправился спать, и в комнате остался только я и Рёук, сидящий на соседнем диване. Видимо, уж ему-то сейчас было не до сна: через каждые несколько минут он пытался дозвониться, очевидно, до Кюхёна, но каждый раз слышал раздающийся из динамиков механический голос: «Аппарат абонента выключен…». Время от времени парень нюхал кокаин, в надежде успокоиться, однако надолго наркотик расслабить его не мог: он снова и снова звонил, нервничая. Напряжение чувствовалось в воздухе, отчего мне уже в который раз за ночь становилось неловко и неуютно. Видимо, этот Кюхён был Рёуку очень дорог, возможно, даже намного больше, чем просто друг. Этого я наверняка не знал, но, скорее всего, в скорейшем времени узнаю. После того, как на стол посыпалась уже пятая по счёту дорожка, я не выдержал. Может быть, мне всё это осточертело, а может, мне просто было невыносимо жаль парня. Я, наконец, перестал изображать из себя спящего, приподнялся и сел на диване. Рёук поднял на меня красные от недосыпа (а может быть, и от слёз) глаза. Парень выглядел примерно так, как я ожидал: миловидное личико, добрые глаза и тёмные волосы. - Тукки… - он устало улыбнулся. – Как ты? - Да я то в порядке… а вот ты нет. Реук, отдохни немного и сбавь обороты. - Какие обороты, ты о чём? – он поначалу не понял, но затем машинально перевёл взгляд на рассыпавшуюся по столику дорожку: - А, ты про это… Ничего страшного. - Я серьёзно. Хватит. Реук не успел ничего ответить – по квартире разнеслась трель дверного звонка. Мигом подсочив с дивана, парень бросился открывать. - Кюхён… - со слезами в голосе прошептал Вукки. Диалог, насколько я слышал, не продолжился – Реук сразу же заключил парня в объятия и затянул в долгий поцелуй. Да, всё-таки я не ошибся насчёт того, что не совсем друзьями они являлись… Закончив с жаркими приветствиями, Реук вернулся в гостиную, а за ним проследовал высокий темноволосый парень с выразительными чёрными, словно уголь, глазами. Похоже, это и был Кюхён. Выглядел он уставшим и измотанным. Ещё бы – если я и Вукки добрались до квартиры Донхэ ещё ночью, то Кюхён появился, когда алый диск солнца уже поднимался над линией горизонта. Я надеялся, что именно этот парень прольёт немного света на мои утерянные воспоминания о прошлой жизни. - Что произошло? – спросил я, когда ребята уселись-таки на диван. - Мы в полном дерьме, - Кюхён безнадёжно покачал головой. – Насколько я понял, колумбийцы нас очень неплохо кинули, забрали задаток, но товара даже и в помине не было. А когда мы решили устроить переговоры, они просто начали бойню. Они просто ворвались в главный офис и расстреляли тех, кто не успел сориентироваться. Да и за вами, - он посмотрел на меня, - тоже явились. - Странно… Эскобар ведь никогда раньше не… - удивился Реук. - Эскобар мёртв, насколько я знаю, уже полтора месяца, - перебил его Кюхён. – Сейчас там всем заправляет Рохос. Просто об этом не всем было известно. Рохос, под его видом, пользуясь связями во всём мире, якобы продолжал поставлять товар старым партнёрам. Но на самом деле его люди просто-напросто забирали деньги и расстреливали всех, воруя, между прочим, оставшийся у них товар. Когда Кюхён сделал паузу, у меня в голове появились нехорошие подозрения относительно значения слова «товар». Неужели я занимался… - Так как партнёры в основном были в Азии, - продолжал Кюхён, - то и под удар попали, естественно, в первую очередь Япония, Тайвань, Корея… С Китайскими триадами им не справиться - кишка тонка. Но синдикаты Цубаса и Танака в Нагано и Токио уже не существуют. Там попросту никого не осталось в живых. Да и у нас серьёзные проблемы… Украдено миллион долларов и несколько крупных партий героина… Я чуть не подавился воздухом. Да, мои опасения подтвердились – при жизни я занимался наркобизнесом. Да и не похоже, чтобы я был простым рядовым дилером, как и Кюхён, и Реук, и, скорее всего, Донхэ. - И ещё… - Кюхён замялся. – Йесон, Ынхёк и Канин были убиты во время перестрелки. Шивон и Сонмин спрятались, но их ищут люди Рохоса. Как и нас. Так что лучше пока что не высовываться. - Рохоса больше нет, - тихо сказал Реук. - В смысле?.. - Я… когда он сказал, что тебя и Тукки нет в живых, я застрелил его. - Ты застрелил его брата. И, похоже, проблемы у нас намного более серьёзные, чем я думал, - Кюхён внимательно посмотрел на своего парня, который, казалось, вот-вот расплачется. А я сидел в полном ступоре. Конечно же, учитывая то, что мне пустили пулю в лоб во время перестрелки, уже говорило о том, что я явно не вязанием на жизнь зарабатываю, но… Теперь я просто всё становилось на свои места: я понимал, почему Бог не захотел брать меня в Рай и отправил на исправительные работы на землю. Вот только всё оказалось гораздо серьёзнее, чем я ожидал. И во всей этой ситуации я не понимал одного – кем в этой игре являлся Донхэ?.. - То есть, вы хотите сказать, что вы, напару с моим братом, вляпались в огромную кучу навоза? – хозяин квартиры вышел из спальни и теперь стоял, опершись на дверной косяк, и внимательно слушал наш разговор. - И в этой куче очень много мух, - тихо ответил Кюхён. - Отлично, бля*ь, - подытожил Донхэ. – Я всегда знал, что из-за этого грёбаного бизнеса Ынхёк закончит так же, как и наш отец. Мне показалось, или он стал ещё более резким и грубым, чем до этого? Неужели, новость о смерти брата его вообще никак не затронула? Донхэ резко развернулся и ушёл обратно в спальню, громко хлопнув дверью. - Я… наверное, пойду к нему, - я показал на то место, где только что стоял парень и направился туда. Мне казалось, в данной ситуации это было самым разумным, ведь Кюхёну и Реуку, наверное, нужно побыть вдвоём, да и, пообщавшись с Донхэ один на один, у меня будет больше шансов выполнить своё задание, разве не так? - Я войду? – приоткрыв дверь, осторожно поинтересовался я. - Мне пофиг, - Донхэ пожал плечами. Он сидел на постели спиной к входу, глядя в распахнутое окно, в которое уносился сигаретный дым, и сбрасывая пепел прямо на подоконник. Я закрыл за собой дверь и подошёл к нему, присаживаясь рядом на краешек незастеленной кровати. Я не знал, что нужно говорить в таких ситуациях. А может быть, и знал, но не помнил этого – по сути, разницы особой нет. - Мне очень жаль, - тихо сказал я. – Он был хорошим человеком. - Херовым он был человеком, - невесело усмехнулся Донхэ, - но кроме него у меня никого не было. Если бы этот дурак сделал как я и не шёл бы по стопам отца, он был бы… был бы… Парень запнулся на несколько секунд, а затем сдавленно выдохнул. Всё-таки сейчас горе от потери близкого человека брало верх над надменностью и эгоизмом. А он, Донхэ, видимо, не привык изменять своему характеру, вот только сделать с этим ничего сейчас не смог. - Так случается, - я легонько коснулся его плеча, - люди рождаются, люди умирают… Мы ничего не можем с этим поделать. - А он мог, понимаешь! – истерично крикнул Донхэ, повернувшись ко мне. Я застыл от изумления: глаза парня были красными, а по его щекам струились слёзы. В маске эгоистичного мальчика появилась еле заметная трещина. - Он мог не лезть в это всё! Мог заняться чем-нибудь нормальным! Тогда он был бы жив, ясно?! Парень задрожал всем телом и я, не отдавая себе отчёта в том, что делаю, обнял его. Донхэ, словно ребёнок, уткнулся головой в мою грудь, сотрясаемый рыданиями, которые в начале он тщетно пытался сдержать, а в ладонях скомкал на моей спине собственный чёрный кардиган. Недокуренная сигарета продолжала тлеть на подоконнике, а я смотрел на неё, как завороженный, успокаивающе поглаживая мягкие прядки волос парня. От тёплых ладошек на моей спине в груди затрепетало что-то тёплое. Пытаясь успокоить Донхэ, я успокаивался сам, умиротворение разливалось по моему телу, передаваясь парню, который уже не бился в истерике, а просто тихо всхлипывал, прижимаясь ко мне. Что-то мне подсказывало, что как только он придёт в себя, то мальчик-эгоист снова вернётся, но сейчас думать об этом не хотелось. - Всё будет хорошо, - тихо прошептал я. – Только не плачь.