Месть
12 декабря 2020 г., 23:37
— Сюэ Ян, у тебя что-то случилось? — спросил Сяо Синчэнь в четверг вечером. Он дождался, пока из преподавательской не выйдут все его коллеги, и только после этого задал столь личный вопрос. — Ты выглядишь расстроенным.
Сюэ Ян хмыкнул. Злость теперь считается за расстроенность? Вот так новости, в последнее время вообще слишком много новостей.
— Что-то всегда происходит, — небрежно ответил он. — В последнее время чуть больше, только и всего. А вот чего пока не случается, так это еще одной нашей встречи в кафе. Я уже всю голову сломал, пока думал, как бы тебя туда затащить, пока не вспомнил, что можно просто пригласить. Сходишь со мной?
— Конечно, — улыбнулся Сяо Синчэнь. — Туда же, куда и на прошлой неделе?
Сюэ Ян покачал головой. Сегодня у А-Ина стояла смена. В прежние времена этот факт стал бы определяющим в пользу визита именно в это кафе, однако теперь он означал, что придется лицезреть и кое-кого еще. А этого кое-кого Сюэ Яну лучше пока не видеть. Иначе велик риск не сдержаться и сделать то, что А-Ин ему потом точно никогда не простит.
Не сказать, чтобы разозлившее Сюэ Яна событие было неожиданным, и что он не имел возможности морально к нему подготовиться. На самом деле, он всегда знал, что такой момент рано или поздно обязательно наступит. То, что А-Ин найдет себе жену или мужа, было лишь делом времени, и вот, это время пришло. Два дня назад А-Ин, вернувшись домой из театра, чуть ли не с порога радостно объявил, что они с Лань Ванцзи теперь официально встречаются. И что с этого дня их свидания могут стать еще продолжительнее. А иногда, от случая к случаю, А-Ин может и вовсе домой не возвращаться, оставаясь на ночь где-то в другом месте. «Нечасто, разочек в неделю всего», — заверил А-Ин, с чуть виноватой улыбкой посмотрев на братьев. Видимо, вспомнил про их обещание собираться вместе каждый вечер. Сюаньюй, к его чести, принялся отговаривать старшего брата от таких жертв. И аргументировал это тем, что в дни его отсутствия тоже не будет приходить домой, по той же причине. А-Ин уловил намек и был категорически с ним не согласен. «Вы с Вэнь Нином оба еще слишком маленькие! Рано вам о таком думать, за ручки пока держитесь!» — безаппеляционно заявил он, игнорируя возмущенные восклицания Сюаньюя. Оба вернули себе прежний беззаботный настрой, а вот Сюэ Ян до сих пор пока не мог успокоиться. Нет, он был рад за А-Ина, действительно рад, но и в то же время не мог перестать думать: «А как же я?». Получается, брат оставлял его одного. Да, сейчас А-Ин будет уходить редко и ненадолго, но это же только сейчас. Со временем таких отлучек станет больше, а через пару-тройку лет брат и вовсе насовсем уйдет из семьи, создав себе новую. Тогда уже к братьям А-Ин будет приходить от силы раз или два в неделю, а не наоборот.
Чисто собственнически Сюэ Яну очень хотелось, чтобы А-Ин все свое время проводил с ним. Но он понимал, что самому А-Ину одной только его компании будет мало. Раньше, может, и хватило бы, но после появления Лань Ванцзи — точно нет. Не объяснись А-Ин с ним и не начни отношения, и счастливым ему уже никогда не быть. Сюэ Ян понимал все это, потому и помог их сближению. И, раз уж такое решение было принято, следовало смириться и отпустить, но… Пока ему было трудно, чертовски трудно, практически невозможно это сделать. Поэтому настроение Сюэ Яна в последнее время постоянно колебалось между отметками «подавленно-злое» и «хочу кого-нибудь убить». Компания Сяо Синчэня была в какой-то степени спасательным кругом, который помогал удерживаться от опрометчивых поступков. Пока даочжан был рядом, злость Сюэ Яна не превышала допустимых пределов, после преодоления которых он начал бы срываться на всех подряд.
— Нет, — сказал он, усилием воли отвлекаясь от раздумий. — Не туда. Как насчет твоего любимого места, даочжан? Свое я показал, теперь очередь за тобой.
Сяо Синчэнь с готовностью кивнул.
— Рядом с моим домом есть одно хорошее кафе, я часто захожу туда. Очень спокойное и уютное, думаю, тебе оно тоже понравится.
«Понравится мне сейчас только место казни Лань Ванцзи», — подумал Сюэ Ян, но вслух, понятно, ничего говорить не стал.
Впрочем, вопреки ожиданиям, выбранное Сяо Синчэнем местечко все-таки смогло вызвать у мрачно настроенного Сюэ Яна немного положительных эмоций. Здесь было достаточно малолюдно, так что свободный столик нашелся быстро и без лишних поводов для раздражения. Приглушенный свет, мягкий диванчик вместо неудобного стула, вкусный ужин и еще более вкусный сладкий десерт — все это вместе с успокаивающей компанией даочжана оказало свой благотворный эффект. Сюэ Яна потихоньку начала отпускать та выматывающая злая взвинченность, в которой он пребывал последние пару дней.
— Отличный выбор, даочжан, — одобрительно сказал он вслух. — Мне и правда тут нравится.
Сяо Синчэнь улыбнулся и мягко произнес:
— Если хочешь, мы можем каждый день приходить сюда. Конечно, для тебя это может быть неудобно, ты ведь живешь далеко отсюда. Но все решаемо. Я могу привозить и увозить тебя на своей машине, и так ты будешь достаточно быстро возвращаться домой.
Теплота в его заботливом голосе растопила бы и ледник. Злость Сюэ Яна она тоже смогла утихомирить, хотя бы ненадолго. Что и говорить, Сяо Синчэнь был отличным успокоительным. Неспешно беседуя с ним, Сюэ Ян приходил во все более и более благодушное расположение духа. И потому остался спокоен, когда ближе к концу ужина даочжан решил поднять не самую приятную тему.
— Сюэ Ян, я должен сказать тебе кое о чем, — как можно мягче произнес он. — Ко мне вчера подходил Сун Лань и спрашивал, что происходит у нас на кафедре. От учителя Ван ему поступила жалоба, жалоба на тебя.
Сюэ Ян лениво приподнял бровь. Надо же.
— Мало ему от меня досталось? — с хищной усмешкой спросил он. — Так обратился бы сразу ко мне, зачем прибегать к посредникам?
— Я ведь уже говорил, что учитель Ван на грани нервного срыва, — мягко, но и с отчетливым намеком на упрек произнес Сяо Синчэнь. — А для человека естественно желать избавления от страданий. Учитель Ван хочет добиться твоего исключения и пытается найти для этого весомый повод. Помимо жалобы, он спрашивал у твоего декана, не знает ли тот о еще каких-то твоих проступках. Чтобы в целом набралось достаточно оснований для твоего исключения. Сун Лань ответил, что ничего доказанного нет, а простые слухи нельзя считать весомым основанием. После чего отправился ко мне, узнавать, в чем суть дела.
— Если учитель Ван так хочет избавится от страданий, то пусть лучше найдет себе другую работу, — пожал плечами Сюэ Ян. — Тогда и будет ему счастье. А если слишком сильно разозлит меня здесь, то не найдет себе покоя и там.
— Сюэ Ян, — даочжан вздохнул. — Пожалуйста. Не обостряй ситуацию. Не стоит считать неуязвимым себя и слабыми — других. Хотя бы ради таких мыслей будь благоразумен.
— Смотря что считать благоразумием, — Сюэ Ян прищурился. — По-твоему, благоразумный человек должен позволить себя исключить? Должен согласится с тем, что не получит диплома и не найдет себе нормальную работу? И было бы еще ради чего. А так все эти жертвы получаются лишь ради того, кто первым начал обострять ситуацию, ради того, чтобы он мог спокойно спать. Нет уж. Я против такого глупого благоразумия и уж тем более против такого нелепого благородства. Ради тебя я еще готов оставить без внимания эту жалобу, — пообещал Сюэ Ян, сделав над собой усилие. Даочжан был слишком важен, чтобы рисковать хорошими отношениями с ним, вот и пришлось попридержать свой нрав. Ладно, все равно ведь мелочь. — Но только эту. Если он и дальше продолжит добиваться моего исключения, то в итоге уйдет сам. И в этом не будет моей вины. Я честно собираюсь оставить его в покое, уже почти оставил — на этой неделе я даже ни разу не тронул его. Но если ему так хочется продолжения войны, то я ничего не имею против.
— Ты не трогал, — кивнул Сяо Синчэнь. — Но занятия учителю Ван продолжали срывать. Не без причин, должен признать. В качестве наказания за нарушение дисциплины он занижал и продолжает занижать своим студентам оценки, причем иногда, насколько я знаю, совершенно незаслуженно. Я могу понять учителя Ван, он измучен. И из-за этого делает глупости, срываясь на своих студентах. Получается порочный круг: он портит успеваемость им, а они из мести портят жизнь ему. Сам он считает, и не без оснований, что основная причина всех его бед ты, оттого и нацеливается больше всего именно на тебя. Хотя ты уже, по сути, оставил его в покое. На самом деле, я уже не знаю, что тут лучше сделать, — он снова вздохнул. — Твое желание продолжать учебу понятно, как и желание защищаться, но и учителя Ван я понимаю тоже. Ни с кем из вас я не согласен, но и никого не могу осуждать. Подумать только, все началось с нескольких удаленных файлов, а переросло… в это. Как так получилось? Как это исправить?
— Да никак, — хмыкнул Сюэ Ян. — Полюбовно дело не решится, не будь наивным, даочжан. Да, все началось с мелочи, ну а когда бывает по-другому? Когда никто не уступает, конфликт день ото дня только нарастает, пока не заходит слишком далеко. Это все равно что подниматься вверх по лестнице, где на каждое действие противника приходится делать аналогичное, но только превосходящее его. Редко когда получается удержаться на одной ступеньке, наравне. И чем дольше длится конфликт, чем дальше он развивается, тем больнее в итоге придется падать. Благородства ради стоит слезать разве что в самом начале, пока невысоко, а кто зашел слишком далеко, тому лучше поберечь свои кости. Я-то свои точно поберегу. А посторонним, — предостерегающе сказал он, заметив, что даочжан собрался что-то сказать. — Эту лестницу лучше вообще не трогать. Они не знают, с кого именно началось восхождение, и кто больше старался подняться наверх. Знают только те, кто поднимался. Так что и правых с виноватыми посторонние не отличат и в итоге без толку отхватят с обеих сторон.
— Но ведь я был рядом и все видел, — возразил Сяо Синчэнь. — Кроме того, именно с меня все и началось. Поэтому это и мое дело тоже.
Сюэ Ян с доброй усмешкой покачал головой.
— Даочжан, ты со своим благородством даже шага наверх сделать не захотел, предпочел остаться внизу. За тебя подъем начал я, так что и лестница моя. Мой тебе совет — лучше не вмешивайся. Это давно уже не твой конфликт. Тем более, что ты все равно не знаешь, чью именно сторону правильней будет принять. Правых в этой ситуации нет, только виноватые, и давай уж лучше мы сами между собой разберемся, кому из нас падать.
Сяо Синчэнь с растерянным видом потер переносицу и виновато улыбнулся.
— И все-таки я… не могу спокойно на такое смотреть. Тем более, что сейчас страдают еще и ни в чем не повинные студенты, которым ни за что портят успеваемость. В группах ведь срывают занятие только двое или трое человек, а не все студенты разом. Хотя бы ради них стоит вмешаться. Вдруг все-таки получится уладить дело миром? Попросить студентов оставить учителя Ван в покое, попросить его самого оставить в покое тебя…
— Студентов я, допустим, уговорю, — хмыкнул Сюэ Ян. — Но сможешь ли ты убедить учителя Ван? Если да — отлично. Это будет единственный случай, когда конфликт исчерпается в самом разгаре. Попробуй, даочжан. Пожалуй, это твоя единственная возможность вмешаться.
«Вот только шансов добиться своей цели у тебя практически нет», — мысленно добавил Сюэ Ян. За прошедший месяц он успел уже достаточно хорошо узнать характер этого преподавателя, Ван Юна. Этот чуть полноватый человек, разменявший пятый десяток, был почти столь же мелочно мстителен, как и сам Сюэ Ян. Ему также совершенно не стыдно было отплатить черной неблагодарностью своему благодетелю, и, возможно, он также мог пойти до конца в своем желании отомстить. Только Ван Юн, в отличие от Сюэ Яна, был более трусоват (хотя сам он наверняка называл это разумной осторожностью), менее нагл, менее жесток, да и фантазии у него было поменьше. Однако жесткости и гордости в его характере все же хватало — в отличие от многих других преподавателей, после столкновения с Сюэ Яном он не пожелал покорно склонить голову. Да, Сяо Синчэня он оставил в покое — но вряд ли из страха. Скорее, просто счел, что сполна расквитался с ним за приглашение в общую преподавательскую хулигана. Ну или же откладывал — до тех пор, пока не разберется с самим Сюэ Яном. Ну-ну. В любом случае, вряд ли Сяо Синчэнь сможет примирить столь похожих друг на друга людей. Отомстивший Сюэ Ян ради даочжана еще может оставить свою недавнюю жертву в покое, однако почти столь же мстительный Ван Юн вряд ли захочет просто проглатывать обиду. Что ж… Если он попытается что-то сделать, ответ Сюэ Яна не заставит себя долго ждать. Последний был полностью уверен в своих силах, а потому совершенно не беспокоился на этот счет. К тому же, за все три года учебы в универе Сюэ Ян не оставил ни единого доказательства своей причастности к каким-либо темным делам — разве что обиженные им люди кое-что знали, но и они не пожалуются, побоятся. У Сюэ Яна даже прогулов особо не было, а об успеваемости и говорить нечего. Ответы Сюэ Яна на занятиях всегда были блестящими, а оценки — одними из лучших на курсе. Так что Ван Юну предстоит сражаться в одиночку, никто ему не поможет, и в этом сражении он обречен на поражение. Действительно осторожный человек смирился бы и отступил, как все и делали, но этот, видимо, слишком зациклился на мести. Или же дошел до точки, когда уже все равно, к чему приведет такая месть, лишь бы только не страдать одному.
На этом не самая приятная часть разговора закончилась, и дальше даочжан заговорил о чем-то другом. Они просидели вплоть до самого закрытия кафе, занятые беседой, и по ее итогам душевное спокойствие более-менее вернулось к Сюэ Яну. На следующий день он поговорил с несколькими людьми из групп учителя Ван, и те пусть и с неохотой, но согласились на мир. Так что занятия учителя Ван снова начали длиться от звонка до звонка: никто их не срывал и нарочно преподавателю палки в колеса не ставил. Не сказать, чтобы тот сразу же перестал излишне придираться к ответам своих студентов… но все-таки обстановка на его занятиях стала более мирной. Об отчислении Сюэ Яна учитель Ван вроде бы тоже перестал заикаться — может, и правда прислушался к Сяо Синчэню? Во всяком случае, Сюэ Яну о подобных настроениях в деканате известно не было, а он узнавал, и узнавал каждый день. Но нет, пока все было тихо.
Конечно, несмотря на начавшиеся, казалось бы, мирные времена Сюэ Ян все равно не позволял себе расслабиться и терять бдительность. Ему такая беспечность в принципе не была свойственна. Зато благодаря воцарившемуся миру успокоился Сяо Синчэнь. Общение с ним теперь приносило только положительные эмоции: окончательно оставив тему нравоучений, даочжан так больше к ней и не возвращался. Вместо этого он кардинально сменил тактику: стоило ему только увидеть, как темнеет раздраженный взгляд Сюэ Яна, как он обращается в сторону того же учителя Ван, Сяо Синчэнь тут же отвлекал своего мстительного студента каким-нибудь вопросом или просьбой о помощи. Потом многословно благодарил, покупал в буфете бесчисленные сладости и смотрел тепло-тепло, разве что только по головке не гладил. Сюэ Ян фыркал про себя: что за глупости, можно подумать, на нем такие дешевые трюки сработают. Однако… они работали, поскольку Сяо Синчэнь был абсолютно искренен в своем желании позаботиться о Сюэ Яне, и это было видно. Конечно, он и коллегу защищал, но прежде всего он задался целью помочь именно Сюэ Яну, чтобы тот забыл о злости и подумал о чем-нибудь более приятном. Сюэ Ян благодаря такому обращению действительно начал лениться думать о всяких идиотах. Свою фантазию он лучше потратит на даочжана, тот честно заслужил такое внимание. Один раз, воодушевившись, Сюэ Ян с помощью А-Ина уговорил весь курс химиков надеть на лекцию по экологии зеленые футболки. Более того, еще и убедил их принести семяна каких-нибудь цветов — дарить даочжану сорванные живые показалось неуместным. Каждый студент принес по одной упаковке, и таким образом, когда поток дарителей иссяк, на столе у растерянного Сяо Синчэня оказалась внушительная горка цветастых пакетиков. На его лице появилось выражение неверящей радости, и Сюэ Ян невольно отметил про себя, что еще никогда не видел своего даочжана более красивым, чем тогда. Захотелось даже сделать ему еще какой-нибудь подарок.
Он и сам не замечал, с каким выражением лица постоянно смотрит на даочжана, пока на одной из лекций по экологии А-Ин не показал ему сделанный в течение этого часа рисунок.
— Что ты тут видишь? — хитро улыбаясь, шепотом спросил брат. До конца лекции оставались не более десяти минут, однако нетерпеливому А-Ину хотелось поскорее продемонстрировать свое творение.
Сюэ Ян вгляделся в портрет, нарисованный с удивительным искусством — А-Ин, если бы не захотел стать химиком, мог бы попробовать себя в качестве художника. На тетрадном листе в несколько штрихов очень красиво и живо изображался Сюэ Ян, который, подперев щеку рукой, внимательно смотрел куда-то за край листа. И видел он явно что-то приятное: резковатые черты его лица смягчились, во взгляде угадывался намек на нежность, а на губах вот-вот должна была появиться теплая улыбка. Настоящий Сюэ Ян в жизни у себя такого выражения лица не видел, никогда и представить не мог, что увидит. Выглядеть так мог разве что А-Ин, но никак не Сюэ Ян. Тем не менее, на рисунке изображался именно он — А-Ин улыбался бы более открыто, взгляд его сиял бы куда ярче, всю его манеру держаться, как и всегда, отличал бы неподражаемо-свободный стиль. Нарисованный же Сюэ Ян, прямо как и его живой прототип, больше походил на хищника с человеческими манерами, которые призваны были усыпить бдительность. Стоит же только подойти поближе, как этот зверь явит себя и нанесет смертельный удар. Но на рисунке этот хищник выглядел иначе: будто он увидел того, кого куда сильнее хотел защитить, нежели чем в удачный момент разорвать на куски; к кому прильнул бы в поисках ласки, а не с желанием вонзить клыки. Невероятное зрелище, в прямом смысле невероятное — разве Сюэ Ян и правда мог выглядеть так?
Он скосил взгляд на довольного собой А-Ина, который нетерпеливо ерзал в ожидании ответа брата.
— Красиво, да? — не удержавшись, снова спросил А-Ин. — Я еще и фотку могу показать, но там смазано все. Я же тайком фоткал, хотел, чтобы все получилось естественно!
— Ты ведь мне так на что-то намекаешь? — Сюэ Ян сразу вспомнил про шипперские мыслишки братьев. — А то у меня есть подозрение, что в этом рисунке немало художественного вымысла. Ты явно добавил что-то от себя.
А-Ин сделал честные глаза.
— Да как можно!
— Братец Ин, по квартире слушок прошел, что вы с Сюаньюем пари заключили, — ухмыльнулся Сюэ Ян. — Задумали женить меня на даочжане, а чей вклад в это дело окажется наибольшим, тот потом на целый год от мытья посуды освободится. Так что, как ни крути, а личный интерес налицо. У меня есть все причины для сомнений.
А-Ин с независимым видом пожал плечами и забрал рисунок себе.
— Смотри, Ян, обидеть художника всякий может, но и художник в долгу не останется! Сейчас я тебя краснеть-то заставлю. Учитель Сяо! — крикнул он, подрываясь с места. Даочжан, только-только разрешивший своим студентам уходить, вопросительно посмотрел на вприпрыжку спускавшегося к нему А-Ина. — Учитель Сяо, а засчитайте мне отработку за ту пропущенную лекцию! Я вам вот, какую работу принес!
Сюэ Ян прищурился. Он вдруг почувствовал себя до странного уязвимо и незащищенно, и ему это не понравилось. Ну старшенький, ну получишь ты сейчас… Сюэ Ян неторопливо начал собираться, складывая заодно и чужие вещи.
— Я и так уже согласился на более поздние сроки сдачи, — мягко произнес Сяо Синчэнь, отрицательно покачав головой. Тем не менее, протягиваемый листок он в руки взял, всмотрелся в него и замер на пару секунд. Глаза даочжана чуть расширились, а губы тронула восхищенная улыбка. Спустя пару минут молчаливого созерцания он чуть тише сказал: — Ну… работа хороша, очень хороша. Кхм. У вас ведь всего одна отработка, молодой господин Вэй?
— Да-да, так и есть, — промурлыкал А-Ин с торжествующим блеском в глазах.
— Ну, вы же работающий человек, я все понимаю… — степенно произнес Сяо Синчэнь, бережно разглаживая тетрадный листок и убирая его в свою папку с файлами. — На выполнение дополнительных заданий у вас остается не так уж и много времени, основные бы успеть сделать. На первый раз я принимаю и такую работу, но больше, пожалуйста, без уважительной причины не пропускайте.
— Конечно-конечно! — просиял А-Ин. Развернулся, чтобы снова подняться на свое место, и удивленно замер. — А где мои вещи?
— Вот они, — спустившийся Сюэ Ян показал зажатую в руке сумку брата. Мельком улыбнулся даочжану и снова посмотрел на А-Ина. — Можешь забрать. Там только телефона нет, он пока полежит у меня. Завтра отдам.
— Какое завтра, я сейчас Лань Чжаню хотел позвонить, — всполошился А-Ин, спешно забирая свою сумку и убеждаясь в отсутствии там телефона. — Верни немедленно!
— Ты слишком много пользуешься гаджетами и совсем не думаешь о том, как это может сказаться на твоем зрении. Так что мне пришлось подумать за тебя. Завтра, значит завтра, — безжалостно постановил Сюэ Ян, на что А-Ин чуть не взвыл и попытался вырвать уже чужую сумку, чтобы найти в ней свой телефон. Но куда там, Сюэ Ян каждый раз ловко уворачивался в сторону.
Те немногочисленные студенты, что еще не успели покинуть аудиторию, сдержанно посмеивались, глядя на их беготню. Сдержанно и тихо, чтобы их не услышал, кто не надо. Сяо Синчэнь же, как обычно, не смог остаться в стороне и мягко попросил:
— Сюэ Ян, если твоему брату предстоит важный звонок, пожалуйста, не препятствуй ему. Верни ему телефон.
— Вот-вот, Ян, слушай, что тебе старшие говорят, — А-Ин в длинном прыжке накинулся на брата и с победоносным видом выхватил-таки чужие вещи. Быстро нашел там свой телефон и, сразу отбежав подальше, показал язык. — У-у-у, будешь меня обижать, и мы с А-Юем объединимся и тоже пакость какую тебе сделаем! И не одну, а целый десяток, чтобы в итоге тебе пришлось просить у учителя Сяо политического убежища!
Напустив на себя делано грозный вид, он украдкой подмигнул Сюэ Яну и был таков.
— Очень страшная угроза, я впечатлен, — иронично заметил Сюэ Ян. Посмотрел на Сяо Синчэня и с улыбкой спросил: — Спрячешь меня, даочжан?
Тот кивнул, вернув эту улыбку.
— Конечно, приходи в любое время.
Сюэ Ян знал, что если он и правда о чем-то таком попросит, даочжан обязательно выполнит свое обещание. Даже если и давал его почти что в шутку. Сюэ Яна такое знание радовало.
Вторая половина октября стала для него заметно лучше первой. К концу третьей недели этого месяца злость Сюэ Яна на мир вообще и Лань Ванцзи в частности ощутимо пошла на спад. Спасибо за это стоило сказать, разумеется, даочжану, но и А-Ин немало постарался ради этой цели. Шесть дней в неделю он не возвращался домой позднее девяти часов вечера, и все оставшееся до сна время проводил в компании братьев. Готовился к занятиям в одной комнате с ними, звал вместе с собой готовить обед или ужин, присоединялся к чужой готовке, а по выходным, как и в прежние времена, вытаскивал всех куда-нибудь на прогулку. Благодаря таким усилиям А-Ина значимых перемен в жизни братьев почти не ощущалось. Скорее, А-Ин старался даже еще больше времени проводить с ними: если уж оказался дома, то от братьев не отлипал. И Сюэ Ян, уверившийся, что Лань Ванцзи пока не так уж и отбирает у него брата, потихоньку начал сменять гнев на милость и как-то принимать новое положение вещей. Неизбежный конец ему уже был известен, но хотя бы переход будет плавным.
Нормализации душевного равновесия Сюэ Яна способствовало еще и то, что на работе у него все шло ровно, денежно и без лишних стрессов. Цзинь Гуанъяо, как от него и ожидалось, сразу почуял настрой Сюэ Яна и старался особо не нагружать его работой и не провоцировать просьбами о срочности — поручал больше, только если Сюэ Ян сам просил о большем. А-Ин, правда, почему-то повадился то и дело невзначай упоминать, что Сюэ Ян мог бы теперь и чисто по специальности работать — все-таки четвертый год уже в универе учится, возьмут. А то у Цзинь Гуанъяо дурацкая работа получается. И стаж не идет, и отчислений никаких, и заказы только от случая к случаю бывают...
— Цзинь Гуанъяо тебе что-то сделал? — прямо спросил Сюэ Ян.
А-Ин удивленно вскинул брови.
— Нет, конечно. С чего ты взял?
— Раньше тебе было все равно, что я у него работаю, — пояснил Сюэ Ян. — И в начале этого учебного года ты тоже ни разу не упоминал о смене работы. Стал говорить об этом только сейчас. Значит, что-то случилось. Вот я и хочу знать, что.
— Тяжело мне с умным братом приходится, — хихикнул А-Ин. Отсмеявшись, он сказал: — Нет, лично со мной ничего не случилось. Просто по случайности я стал свидетелем тому, насколько Цзинь Гуанъяо хороший лжец, вот и все. Умение, как ни крути, подозрительное, вот я и начал опасаться, все ли с тобой будет в порядке рядом с таким человеком.
Сюэ Ян хмыкнул. И где это Цзинь Гуанъяо умудрился так спалиться? Вряд ли он обманул самого А-Ина — знает, чем такое грозит. Значит, обжулил кого-то другого, да еще и так неловко, что попался. Удивительное дело, хотя Сюэ Яну, по большому счету, плевать. Не А-Ин пострадал, и даже не Сюаньюй, и ладно.
— О том, насколько Цзинь Гуанъяо хороший лжец, я знаю чуть ли не лучше всех. Любое его обещание стоит делить на два, а лучше и вовсе на него не полагаться. Я никогда не теряю бдительности рядом с этим человеком, так что, братец Ин, не беспокойся за меня. И я уже думал о работе стажером, но пока считаю, что брать заказы у Цзинь Гуанъяо будет выгодней. Они легкие, делаются быстро, а денег за них я получаю больше.
— Ну, ладно тогда, — А-Ин снова беспечно заулыбался и напоследок спросил: — Ты ведь только видеоролики для него монтируешь, да? Больше ничего?
— Один раз я сделал для него спам-рекламу известной сети ночных клубов, — пожал плечами Сюэ Ян. — Мелочь. Хотя на всякий случай я не оставил следов своего участия.
А-Ин кивнул и сменил тему, больше не заговаривая о прошлой.
Таким образом, Сюэ Ян ближе к концу октября был уже не в пример спокойнее, чем в начале. Это, разумеется, было хорошо, но особенно пригодилось в тот день, когда А-Ин попросил подменить его в кафе.
А-Ину тогда прямо во время рабочей смены понадобилось срочно сорваться в универ — у одного из преподавателей возникли вопросы к его недавней лабораторной работе. Требовалось как можно быстрее ответить на них, а главное, доказать верность своих теорий на практике. Дело выходило минимум часа на два, а то и на все три, и столь длительное отсутствие А-Ина обязательно должно было ощутимо сказаться на рабочем процессе. Поток посетителей ведь даже не думал ослабевать, а из-за нехватки свободных мест все чаще и чаще возникали конфликты, которые должен был разрешать администратор зала. Так что без него никак нельзя было обойтись. Работа у А-Ина получалась не самая легкая, и быстро найти себе замену он в тот день не смог — никто не согласился. В итоге ему пришлось обращаться за помощью к брату. Сюэ Ян ведь тоже когда-то работал в кафе, да и после ремонта не так уж и редко туда захаживал. Так что, по идее, должен был знать, что и как там делать.
Сюэ Ян не мог не согласиться прийти ему на выручку — еще по голосу брата он понял, что тот и правда оказался в весьма затруднительном положении. Тем более, А-Ин заверил его, что вернется быстро, сразу после обеда. Вот только, как часто бывает, планы существенно разошлись с реальностью. Идеи А-Ина оказались слишком смелыми для пожилого преподавателя, отчего тот продолжил доставать своего студента вопросами вплоть до самого вечера. Не исключено, что А-Ин во время ответов и сам заболтался так, что забыл следить за временем. В любом случае, Сюэ Яну, который держался своего обещания, на протяжении нескольких часов пришлось оставаться на доверенном посту и обслуживать порой не самых приятных посетителей. И не забывать при этом вежливо им улыбаться. Пожалуй, не будь перед этим долгого периода покоя, разозленный Сюэ Ян вполне мог бы сорваться. А так он оставался на высоте, не провоцируя ссоры, а, напротив, разрешая их в случае необходимости.
Но все же наибольшему испытанию его выдержка подверглась ближе к вечеру, когда в кафе пришел Лань Ванцзи. Конечно, мысленно Сюэ Ян уже кое-как, но подготовился к его появлению — он ведь знал, во сколько обычно тот приходил к А-Ину. А поскольку брат все никак не возвращался из универа, встреча с Лань Ванцзи представлялась неизбежной. Нет, если бы А-Ин отвлекся ненадолго от своей научной болтовни и заранее предупредил Лань Ванцзи о своем временном отсутствии, тот явно не пришел бы так рано. Для него не было бы в этом смысла. Вот только Сюэ Ян не больно-то рассчитывал на такую удачу. А-Ин не ответил ни на одно из его сообщений, а значит, брат так увлекся разговором о науке, что вообще не брал телефона в руки. Выходит, и Лань Ванцзи он ничего не писал. Ох уж эта его беспечность.
Сюэ Ян серьезно сомневался, что сможет удержать себя в руках при виде этого человека. Это было слишком большим испытанием для его выдержки, особенно после нескольких часов, проведенных за разговорами с раздражающими посетителями. Поэтому, чтобы не допустить большого срыва, Сюэ Ян решил уступить себе в малости. Тем более, что он уже давно пообещал себе небольшую месть. Так почему бы не воспользоваться случаем? Благо, что нужная идея наконец-то нашлась!
Внешне Сюэ Ян сейчас был полной копией А-Ина — даже одежда совпадала. И этим можно было воспользоваться, выдав себя за брата. Конечно, Сюэ Ян не собирался таким образом ссорить его с Лань Ванцзи. Тот делал А-Ина счастливым, и, пока все было так, пусть их отношения продолжаются, Сюэ Ян не станет мешать. Так что нет, ничего особенного он в чужой личине не скажет и никаких тайн выведывать не будет, и вообще достаточно быстро представится. Но сначала устроит небольшую проверку: посмотрит, сможет ли парень брата распознать подмену. Понятно, что результат этой проверки был заранее известен: Сюэ Ян знатно поднаторел в этом деле, так что шансов у Лань Ванцзи практически не было. Ему разве что другие официанты могли подсказать, но это решаемые трудности. А значит, скоро перед Сюэ Яном откроются просто безграничные возможности для выхода накапливающегося раздражения. В будущем он в любой ситуации с полным на то правом сможет припоминать Лань Ванцзи этот случай и щелкать его этим по носу. Мол, оказывается, не так-то уж тот и любит А-Ина, ведь если бы любил, то сразу бы узнал. И возразить Лань Ванцзи будет нечего!
Месть, которой под силу будет длиться годами. Маленькая, относительно безобидная и достаточно едкая. Идеально!
Благодаря таким мыслям Сюэ Ян смог остаться в более-менее сносном настроении. И, когда в зале появился Лань Ванцзи, без труда расцвел чужой улыбкой и поспешил в ту сторону. Лань Ванцзи же, стоя на одном месте, молча смотрел на приближавшегося к нему Сюэ Яна; его неподвижное лицо не выразило ни радости, ни возбуждения, ни даже какой-то особой нежности, словно встреча с «Вэй Ином» на самом деле ровным счетом ничего для него не значила. Злость внутри Сюэ Яна снова подняла голову, но не успел он разозлиться всерьез, как похожий на робота парень бесстрастно произнес:
— Добрый вечер. Где Вэй Ин?
Остановившийся Сюэ Ян слегка наклонил голову вбок. Что?
— Ему пришлось отлучиться по делам, — с дружелюбной улыбкой ответил он. — В университет. Он думал, что вернется раньше, но не смог. Поэтому я до сих пор его тут прикрываю, стараюсь, чтобы его начальство ни о чем не узнало. Никто из них так и не догадался, что моего брата здесь нет. Кстати, удивлен, что тебе это удалось так быстро.
— Вэй Ин это Вэй Ин, — ровно ответил Лань Ванцзи. — Его ни с кем не спутать. Я подожду, пока он не придет. Ничего приносить не нужно.
Коротко поклонившись, он с подобающей неспешностью направился к закрепленному за ним столику. Сел, достал из сумки толстый учебник и принялся за чтение.
«Один-ноль в твою пользу, Лань Ванцзи, — мысленно признал Сюэ Ян. К нему поневоле начало закрадываться уважение к этому человеку. Слабенькое, конечно, но все же. — Не ожидал».
***
Только-только зародившееся спокойствие Сюэ Яна все же было слишком шатким. И потому оно в одночасье разлетелось в клочья, когда А-Ин сообщил о своем желании пригласить Лань Ванцзи на их день рождения.
— Ян, пожалуйста, пойми, — увещевающе говорил А-Ин за четыре дня до праздника. — Я не могу отмечать только с вами, Лань Чжаня это обидит и расстроит. Но и только с ним не могу уйти, это уже расстроит вас. Праздновать сначала с ним, а потом с вами, тоже будет не лучшей идеей — возникнут обиды уже из-за очередности. Ян, Лань Чжань ведь когда-нибудь в будущем может присоединиться к нашей семье. Пожалуйста, прими его. Давайте отмечать все вместе?
«Но ведь это и мой день рождения тоже, — яростно подумал Сюэ Ян. — Почему я должен превозмогать себя даже в свой день?»
— Мы можем пригласить еще учителя Сяо, — умильно улыбнулся А-Ин. — Почему бы и нет, вы ведь так хорошо общаетесь. Конечно, стоило позвать его раньше, он ведь наверняка захочет принести подарок. А времени на его поиски осталось мало. Но ничего, Сяо Синчэнь ведь уже давно знает, когда у нас день рождения, я еще недели две назад ему на это намекнул. Я даже слышал, что он до сих пор бегает по магазинам…
— Я смотрю, ты решительно настроен вырвать у Сюаньюя победу, да? — хмыкнул Сюэ Ян, чуточку успокаиваясь. Что ж, если даочжан будет рядом, то вытерпеть Лань Ванцзи еще как-то можно. Просто не смотреть на него, да и все, а слушать и не понадобится — все равно тот редкостный молчун. — Ладно, раз уж зовем такую толпу, то так и быть.
— Толпу, да? — тут же высунулся Сюаньюй. — Значит, мне и А-Нина можно позвать?
— Парочки, не наглейте, — предостерегающе сказал Сюэ Ян, и А-Ин тут же замахал руками на младшего из братьев. Мол, только уговорил, гляди, не спугни!
Согласиться-то Сюэ Ян согласился, но счастья ему это не прибавило. Как бы не получилось так, что он переоценил свои силы. Поэтому на следующий день, в воскресенье, он решил немного прогуляться по городу, чтобы восстановить хотя бы подобие душевного равновесия. Выбрал себе наиболее длинный и запутанный маршрут и начал лениво слонялся по улицам. И в один момент, к своему немалому удивлению, заметил слежку за собой. Топорную и неуклюжую — такая даже идиоту сразу стала бы заметна, а уж осторожному Сюэ Яну и подавно. Пятеро молодых людей, которые из-за потрепанной одежды и бомжеватого вида выглядели на все тридцать, неотступно следовали за ним, а при взгляде в свою сторону крайне ненатурально изображали праздных гуляк. Свои лица они старательно прятали за не особо чистыми медицинскими масками, так что Сюэ Ян не смог сходу сказать, знает он этих придурков, или нет. Но зато об их намерениях догадывался. Сюэ Ян хищно оскалился про себя. Ну что ж, раз у этих людей к нему какое-то дело, он с ними поговорит. Только в безлюдном месте, где нет видеокамер и свидетелей — самое то для хорошей драки. Судя по виду этих оборванцев, вряд ли кто-нибудь из них станет подавать в суд. Что они скажут, что один приличный человек напал на пятерых бомжей? Зачем? Скорее, это они на него напали с целью ограбить. Пятеро на одного — суд по-любому должен оправдать Сюэ Яна, допустив, что он имел право на самооборону. Главное, не превышать ее слишком сильно, и все.
Черт возьми, как же давно Сюэ Ян ждал такого подарка судьбы. Хорошая драка — лучшее лекарство от стресса.
Для своей цели Сюэ Ян дождался темноты. За это время он, никуда особо не торопясь, успел пешком добраться до окраин города. Будущие жертвы неотступно следовали за беззаботно насвистывающим Сюэ Яном — очевидно, их тоже устраивал и маршрут, и конечная цель. Вот так, следуя друг за другом, они дошли до мелкой улочки с одним рядом домов, напротив которой располагался запущенный парк. Лишь в половине из этих домов горел свет — хотя время было уже почти половина шестого, темновато. И даже освещенные окна были плотно закрыты плотными шторами. В тусклом свете уличного фонаря людей поблизости видно не было; из парка, правда, доносились приглушенные человеческие голоса, но они больше напоминали пьяные выкрики. Да и звучали так, как если бы эти люди околачивались далековато от этого места, на другом конце парка. Идеально.
Сюэ Ян обернулся к своим горе-преследователям и с безобидной улыбкой обратился к явно уставшим после длительной прогулки людям:
— Уважаемые, вы тут живете? Дорогу не подскажете, а то я, кажется, заблудился немного.
Голос Сюэ Яна звучал дружелюбно и приветливо, никак не предупреждая об угрозе с его стороны. А полумрак скрывал кровожадный блеск его глаз.
Неизвестные, оценив тщательно подготовленные условия для расправы, без лишних разговоров двинулись вперед. Сюэ Ян молча ждал, быстрым отработанным движением достав из рукава нож. Бесшумно раскрыл его, отвел руку назад и с размаху вонзил острое лезвие в первого замахнувшегося на него человека. Жестко улыбнулся, когда услышал крик боли.
Драка не продлилась долго. Каждый удар Сюэ Яна бил точно в цель, моментально выводя противника из строя, а сам он при этом почти не был задет. Хотя не всегда получалось увернуться: в один момент боль жестко куснула Сюэ Яна в левую руку и правое бедро, а спустя еще какое-то время прошлась по спине. На адреналине он даже внимания на это не обратил, целиком поглощенный схваткой. Его противники падали на землю один за другим, пока на ногах не остались всего двое. Попятившись, они попытались было сбежать, но Сюэ Ян в мгновение ока догнал их. Преградив им путь, он с силой метнул нож в ногу одного и свирепо пнул по голени другого. Послышался громкий треск и стоны боли, которые быстро сменились тишиной — Сюэ Ян нанес еще два удара, и раненые потеряли сознание. Стоять остался один только Сюэ Ян. На его лице застыла жестокая ухмылка, отчего со стороны он казался похожим на демона, вкусившего свое кровавое подношение. Вот только оценить этот вид было некому.
— Интересно, и кто же это на меня напал, — протянул он, наклоняясь к одной из своих жертв и стягивая с чужого лица грязную маску.
Далекий свет уличного фонаря немного разгонял тьму, да и черты лица оказались Сюэ Яну знакомы, так что даже в полумраке он узнал этого человека. Когда они оба были в приюте, Сюэ Ян доставил этому типу множество неприятностей, в отместку за обиду Сюаньюя. Начал с того, что в течение месяца обряжал в девчачье платье, да и потом не отставал, пока А-Ин не остановил. И, как быстро выяснил Сюэ Ян, все эти бессознательные бомжеватые люди оказались его приютскими знакомцами. Младший из близнецов в свое время немало крови им попортил, А-Ину даже каждый раз приходилось его останавливать. Значит, теперь они решили отплатить сторицей? Странно, вообще-то. Они-то точно знали, с кем связываются. Думали, что впятером-то точно справятся, и что маски на лице сохранят их инкогнито? Дурость. Эти люди лучше всех должны были понимать, что, пока Сюэ Ян жив, он рано или поздно обязательно найдет всех своих обидчиков и сполна расквитается с каждым из них. Пускай хоть глухой шлем наденут, Сюэ Ян все равно их найдет — не сейчас, так через десять лет. Чтобы избавиться от проклятия в его лице, его придется убить, так неужели они решились именно на это? Такие дохляки? Сюэ Ян недоумевал, пока на фоне тяжелого запаха крови не различил неприятного душка перегара. А-а, ну тогда все ясно. Он же сразу обратил внимание на их помятый вид, просто издалека не смог почуять еще и этот слабоватый запах. Эти люди последние мозги пропили, вот и все объяснение.
Странно только, что напали они именно сейчас. Сколько лет уж прошло, а решиться они смогли только сейчас? Возможно, но вряд ли. Ладно, с этим можно разобраться и потом. Пока пусть полежат здесь, будет еще Сюэ Ян из-за них задерживаться. Найдет потом, чтобы поговорить. Опасности в них нет: как для самого Сюэ Яна, так и для его семьи. Во всяком случае, ни А-Ин, ни Сюаньюй по глухим подворотням обычно не ходят, а таких идиотов они заметят сразу и, как минимум, убегут. В общем, тревожиться из-за старых врагов смысла особого не было, а за их нелепое нападение Сюэ Ян был им даже благодарен. Хорошо подрались. А главное, без свидетелей: Сюэ Ян точно все проверил и был уверен в этом.
Сюэ Ян, убедившись, что в этом месте не осталось ни одной его вещи, медленно направился к выходу из улочки. Быстрее никак не получилось бы: теперь, когда адреналин драки немного схлынул, правое бедро начало ощутимо тянуть болью, что ограничивало движения. Сюэ Ян мельком глянул туда, оценил лившуюся из раны кровь и по ее количеству предположил, что крупные сосуды не задеты. Хотя само повреждение могло быть глубоким. Левая рука, также пострадавшая в ходе драки, и вовсе оказалась сломана — перелом не был открытым, однако неправильная подвижность в центре предплечья говорила сама за себя. «Не правая же, так что плевать», — равнодушно подумал Сюэ Ян. Он осторожно снял ветровку и, насколько смог, перетянул ею рану на ноге. Зафиксировать руку было уже нечем — шарфа при себе у Сюэ Яна не было, а снимать рубашку было бы слишком холодно. Смирившись с таким раскладом, он спокойно пошел дальше. Действительно спокойно — впервые за долгое-долгое время в его душе устойчиво воцарились мир и покой. Оно того стоило.
