Узы оборотня

— Лекс! — Жека расплылся в улыбке. — С выздоровлением. Я кивнул, садясь в удобное кресло. Так и знал, что у него дома было очень уютно. Пахло свежестью и цветами, расставленными в горшочках на полках и подоконнике. И даже разбросанные игрушки по гостиной вносили свою лепту в картину семейной жизни. Дима, протянув ко мне ручки, уселся на моих коленях, прося объятий. Такой ласковый омежка рос. Женя устроился напротив меня на диван, расставляя на столе чай и сладости. — Ну, рассказывай, — я приготовился слушать долгие рассказы. — А что говорить? — Жека наклонил голову, думая. — Тебя не было три года. За это время многое произошло, но, с другой стороны, ничего такого важного. Дима растёт, просит играть на кухне в готовку. Цветы в последнее время быстро высыхают на солнце. Костя, так как лето, чаще пропадает со стаей в лесу, уделяя мне меньше внимания, — он виновато пожал плечами. — Но я понимаю, это его долг, как лидера. Всё-таки, я знал, за кого выхожу замуж. — Тебе не одиноко одному дома? — осторожно спросил, продолжая тискать Диму. — Нет, у меня есть семья, и мне приятно заботиться о ней. А ещё, — он погладил выступающий живот. — Скоро будет пополнение. Так что свободного времени станет ещё меньше, но знаешь, Лёш, я так счастлив. И снова те самые ямочки, которые покорили ни одно разбитое сердце. Живущий в уютном месте, за спиной альфы и растящий детей — это ли не счастье для омеги? Пожалуй, для Жени — да. — Скоро будет праздник солнца, — друг сменил тему, похоже, понимая, что мне не слишком интересны темы о быте и детях. — Через пару дней на улицах накроют столы с едой, будет алкоголь и музыка. Надеюсь, ты будешь там. — Не думаю, что это хорошая идея, — я смотрел на развесёлого Диму, который добрался маленькими пальчиками до моих волос, решая их вырвать. — Всё ещё боишься оборотней? — осторожно спросил тот, снимая с меня ребенка. — Ты из-за стаи не хотел приезжать? Я сжал кружку в руках, смущенно кивая. Сложно объяснить, почему так. Прекрасно понимал головой, что в стае Кости меня никто не тронет, но страх никуда от этого не пропадал. — Я видел, Саша помогает тебе в работе. Его ты тоже боишься? А Виктора? А Диму? Он сажает малыша на колени, давая ему печенье. В его взгляде было столько любви и нежности, что я стал даже завидовать ребёнку. У Димы был папа. Вот бы и на меня также смотрели. О каких же глупостях думаю?! — Только не Диму, — покачал головой, смотря в карие глаза маленького чуда. — Его невозможно не любить. Виктор слишком слаб, чтобы испытывать страх, но, признаюсь, побаиваюсь его немного, — неловко запустил руку в волосы, чувствуя себя виноватым, ведь альфа не сделал мне ничего плохого. — С Сашей всё сложнее. — О-о, — у Жеки засверкали глаза. — Солнышко, иди, поиграй в своей комнате. Взрослым нужно поговорить. Дима спрыгнул с колен папы, послушно кивая и убегая в детскую. И вот мы остались одни. На самом деле мне хотелось выговориться Жеке, признаться о том, что встретил пару. Но я не знал, какая у него будет реакция. — Так что с Сашей? Он у нас нелюдимый и очень скрытный, почти ни с кем не разговаривает. Никогда не поймешь, что у него на уме. Один раз решил с ним поговорить, так на все вопросы я получал лишь сухие короткие ответы. Постоянно ходит с непробиваемой миной на лице. Он с тобой разговаривал? — затараторил друг. — Да, было дело, — я начал издалека, не вдаваясь в подробности. Думаю, Женя очень удивится, если узнает, что мы обсуждали зелья, и он часто мне улыбался. — И не так уж сложно его понять, — пожал плечами, вставая на защиту альфы. — Просто он часто сдерживает свои эмоции, предпочитая говорить по делу. — Ого, — протянул Женя, снова расплываясь в улыбке. — Ты пробыл у нас всего пару дней, а уже так сблизился с ним. Могу поклясться, что я видел бесят в глазах омеги, которые скакали от радости, предвкушая чужие тайны. — Ты что-то подозреваешь, да? — неловко спросил, сдерживая нервный смешок. — Догадываюсь, — он кивнул, пододвигаясь поближе ко мне. — Неужели… — Ага, — ответил на и так понятный вопрос. Секунда — и я был стиснут в объятьях. Вторая — и Женя забегал по комнате, не зная, куда деть шквал эмоций. Мне даже стало не по себе находиться рядом с ним, словно это он нашел свою пару, а не я. Понимаю, гормоны и все дела, но чтобы так радоваться. — Как же я счастлив за тебя! — снова обнял меня друг. — Вы уже встречаетесь? Целовались уже поди, признавайся! — он сел в нетерпении на диван, наливая ещё чая. — Нет, мы не вместе, и не планируем встречаться. По крайней мере, я. Женя замер, непонимающе заглядывая мне в глаза. Так и застыл с чайником в руках, переваривая мои слова. — Почему? — единственный вопрос, который он был способен задать из-за потрясения. — Неужели он тебя обидел? Или ты, вредина такая, просто не хочешь подпускать к себе пару, потому что любишь сидеть в своей скорлупе в одиночестве? Я угадал, да? — он расслабился, и его настроение снова сменилось. — Бедный Саша. Нашёл свою пару, а тут ему такая заноза в заднице досталась, — он откинулся на спинку дивана, делая глоток чая. — Я помню, как ты реагировал, когда я пытался тебе пару подыскать. Как морщил свои милый носик и шарахался от альф в преддверье течки, как ужаленный. Нет, Лекс, ну нельзя же быть настолько непробиваемым! Именно поэтому в свои двадцать три ты ещё девственник, — он закончил тираду, громко проговаривая последнее слово. Я покраснел, обернулся, чтобы посмотреть, никто ли не услышал. И показал другу язык, закатывая глаза. — Ну, вот скажи, Жек, зачем мне пара? — Чтобы быть счастливым, — тут же ответил друг. — Почему ты не хочешь дать Саше шанс? Он хороший. Или потому, что он — оборотень? Тебя это смущает? — И это тоже. Не обижайся, но мне не льстит будущее, где я буду стоять в переднике на кухне и зависеть от пары. Мне хочется построить карьеру, может, увлечься ещё больше шаманством. Не хочу, чтобы каждый мой шаг контролировали. Я не буду счастлив, понимаешь? Женя закивал, соглашаясь с моими словами. Он знал мой характер, какой я вёл образ жизни и насколько трепетно относился к свободе. Мне сложно переступить через себя, позволяя другим решать, что мне делать и кем быть. — А Саша тебе что-нибудь запрещал? Навязывал своё мнение? — Женя подвинул ближе ко мне сладости. — Нет, наоборот. Мне с ним комфортно, ведь он не лезет в мою личную зону комфорта и, наоборот, поддерживает. — Согласись, приятно же, когда есть поддержка? — Женя смотрел на меня понимающе, беря за руки. — Так почему бы тебе не дать ему шанс, если тебе с ним комфортно? Если Саша не собирается отбирать твою свободу, при этом находясь рядом, я не вижу причин отталкивать его. — Ты просто хочешь меня свести с кем-нибудь, да? — не сдержав смех, застал с поличным его коварный план.  — Ну, может, немного, — засмеялся он в ответ. В итоге мы просидели за разговорами ещё пару часов, пока не пришёл Костя. Оставив парочку наедине, я вернулся на склад. Взял книги, сел за стол и снова углубился в записи отца. Сосредоточиться не получалось. Мысли крутились вокруг нашего диалога с Женей. С одной стороны, он мыслит, исходя из своих ценностей. Даже не задумывается, что в истинной паре могут быть не счастливы. С другой стороны, он был прав. Саша не пытался ограничить меня в чём-либо. Во время болезни не носился со мной, как нянька. Не злился. Когда узнал о ритуале, не стал отговаривать, принимая во внимание мои приоритеты, и что мне это важно. Я чувствовал, что он волновался, но не позволял себе, в порыве эмоций, подавлять меня. И мне это было приятно. Может, действительно попробовать дать ему шанс? В любом случае я всегда смогу разорвать с ним узы, если что-то пойдёт не так. — Привет, шаманчик, — я вздрогнул, замечая фигуру за спиной. — Не пугай меня так, — недовольно процедил, замечая Виктора. Альфа сел рядом, с интересом рассматривая меня. Лицо порозовело, глаза заблестели. Он набрал обратно мышечную массу. На меня смотрел, на первый взгляд, совершенно здоровый оборотень. Только не всё так просто. Я прекрасно понимал, что данное состояние временно. Его самочувствие такое хорошее только благодаря зельям, которые ему каждый день варил Саша. Без них связь между человеком и волком пропадёт, и он снова зациклится на Олеге. — Хотел спасибо тебе сказать, шаманчик. Вылечил меня, чувствую себя гораздо лучше, — мужчина улыбнулся, протягивая мне руку. — Рано ещё благодарить, — я покачал головой, пытаясь не сбежать с места, ведь он сидел слишком близко. — Главное ещё впереди. И у нас совсем мало времени. — О чём ты говоришь? — он улыбнулся, принимая мои слова за шутку. — У тебя всё ещё есть фальшивые узы с Олегом, и их нужно, в течение недели, сломать. Иначе ты вернёшься в прежнее состояние. Твой волк не сможет долго отвлекать тебя от мыслей о паре. — Чёрт, — Виктор нахмурился, поджимая губы. — Я думал, что всё позади. — Нет, просто сейчас твой волк каждый день расталкивает тебя и не позволяет думать о паре. Нужно выбрать день, когда будешь готов отпустить Олега. — Но я уже готов! Давай сейчас! — закричал альфа, ударяя кулаком по столу. Вместо стола припрыгнул на стуле я, отбегая от оборотня. Сердце выбивалось из груди, колени предательски задрожали. Посчитав до десяти, всё-таки решил не возвращаться на место, оставаясь в метрах двух от альфы. Страшно. — Что это с тобой? — удивился Виктор. — Я напугал тебя? Шаманчик, ты чего? Я не хотел… — виновато улыбнулся Виктор, но меня это не успокоило. — Сейчас ты не готов к этому, — взяв себя в руки, продолжил. — Нужно, чтобы ты, действительно, всё обдумал и признал, что всё ещё зависим от Олега. Будет сложно, но нужно признать. А потом… — Будет больно? — вдруг спросил тот, и улыбка с его лица пропала. Шутящий и улыбающийся, Виктор мне показался дурачком или вспыльчивым альфой. Но смотрел он на меня совсем не как ребёнок. Его взгляд был осмысленный и грустный. Альфа прекрасно понимал, что будет сложно работать над собой. — Очень, — я кивнул, прижимая ладонь к сердцу. — Вот тут всё будет разрываться от боли. Ты можешь впасть в гнев или апатию. А если будешь колебаться, желая дальше быть с Олегом, то можешь навсегда лишиться своего волка или даже рассудка. Я не хотел врать об опасности ритуала. Виктор должен быть готов худшему. — А ты? — И мне будет больно. «Я умру,» — подменил слова в голове, зная, что Виктор точно тогда всё расскажет Косте. Я ему никто, чтобы держать тайну от вождя. — Понял, — он замолчал, выдержав паузу, после чего продолжил. — Тогда давай через три дня. Приготовь всё, что нужно. Я тоже буду готов. — Уверен, что столько времени тебе хватит? Он кивнул, после чего встал с места и направился к выходу. — Ещё раз извини, что напугал тебя, шаманчик. Надеюсь на твою помощь. Когда он ушёл, я устало опустился на диван, чувствуя, как страх медленно отступал. Всё же, я переоценил себя, считая, что не буду бояться оборотней в обличии людей. Надеюсь, если всё пройдёт удачно, и мне удастся разорвать узы, то сразу же покину эту базу, возвращаясь к привычной жизни в мире людей. Диван прогнулся под тяжестью ещё одного тела. Запах леса и мяты. Я расслабился, смотря на Сашу. В его руках была кружка с чем-то горячим. — Шоколад, — он протянул её мне. Я сделал глоток, чувствуя, как сладость растекается на языке. Так приятно. — Я всё слышал, — облокотившись на диван, он подогнул под себя ногу. Альфа выглядел спокойным. — Что-то новое узнал? — уточнил я, выпивая полкружки горячего шоколада. — Да, — он повернулся ко мне, поднимая руку, сжимая кулак и ударяя по дивану. Я испугался, вмиг оказываясь в метре от Саши и, спотыкаясь, упал на пол. Кружка разбилась, а содержимое растеклось по полу. Пытаясь встать, наткнулся рукой на осколок, который впился мне в ладонь. Зашипев, вытащил его, смотря, как струйка крови начала стекать по пальцам. Больно. — Так и знал, — он подскочил с места, хватая меня за запястье и притягивая к себе. И я не заметил, как в следующую секунду снова сидел на диване рядом с альфой. Дрожа, попятился к углу дивана, хватаясь за порез. Колени не держали, тело словно налилось свинцом. Было страшно, безумно страшно двигаться под пристальным взглядом карих глаз. Но альфа был спокоен. Подвинулся поближе и положил ладонь мне на плечо, сжимая. — Ты боишься оборотней? — скорее не спрашивал, а утверждал Саша. И я почувствовал столько грусти и страха, что ненароком перестал дышать, задыхаясь в гамме не принадлежащих мне чувств. Так он это специально сделал? Чтобы проверить? — Прости. Его рука спустилась на предплечье, поглаживая, после чего взял за запястье пораненную ладонь. Поднёс к губам, поцеловал выступающие костяшки на моих пальцах. Руку обдало тёплым дыханием. По спине пробежались мурашки. Посмотрев на порез, он нахмурился, после чего сделал то, от чего я уже совсем забыл, что мне страшно. Закрыв глаза, он принялся зализывать свежую рану. Медленно и бережно, стараясь не причинить боли. Его влажный язык скользил по моей коже. А я смотрел, как заворожённый, на эту слишком откровенную сцену. Кровь прилила к щекам, сердце забилось быстрее уже не от страха. В паху становилось подозрительно тепло от несложных манипуляций языка альфы. — С-спасибо, — пролепетал я, когда Саша закончил, целуя тыльную сторону ладони. И столько трепета было в его взгляде, столько нежности, что я растерялся от нахлынувших чувств. Хотелось ударить его за то, что испугал. Или попросить продолжить, потому что мне, признаться, понравилось. Кажется, я думал не в том направлении. Саша усмехнулся, встал с дивана и посмотрел на меня сверху вниз. — Ты знал, что пары могут отдалённо чувствовать эмоции или желания друг друга? — он ещё сдерживал смех, смотря на моё красное лицо. — Рано ещё, Алёша, рано, — и покачал головой. Он просто издевался надо мной! — Да как ты смеешь! В обиде я замахнулся здоровой рукой, желая стукнуть виновника моих бед, но альфа ловко перехватил мою руку. Подтянув её вверх, чмокнул меня в лоб, после чего опустил. И снова я стоял, как вкопанный, не зная, как себя повести. Кажется, Саша дразнил меня, словно зная, как я отреагирую на ситуацию. Точно. Он ведь тоже чувствовал мои эмоции! — Вот видишь, уже меня не боишься. Даже ударить хотел. И правда. Раньше я бы побоялся даже приблизиться к нему, а тут сам… Я кивнул, смотря на ранку на ладони, из которой перестала бежать кровь. Слюна оборотня действительно помогала заживлять раны. Поднял голову, рассматривая тёплую улыбку. Почувствовал снова родной запах и сдался. Он всё сделал правильно. Подкрепил свои догадки, припугнув. Успокоил, выводя из равновесия и отвлекая от страха. А потом спровоцировал, чтобы я разозлился. За его спокойной миной на лице скрывается великий стратег. — Я всё ещё злюсь, — надув от обиды щеки, пробормотал я. — С меня ещё одна кружка горячего шоколада, — потрепал мои волосы альфа, смотря на меня с нежностью. Вот как. Кажется, я и сам не заметил, как позволил ему быть рядом и начал знакомить со своим характером. Как минимум, с его я уже начал знакомиться. — Тогда не злюсь, — улыбнулся, садясь обратно за рабочий стол. — А, Саш, — подозвал альфу, когда он уже был у выхода. — Что? — альфа обернулся, уже успев собрать большие осколки от кружки. — И пластыри не забудь, пожалуйста. Он улыбнулся, и я задумался, насколько спокойно попросил кого-то о помощи. Раньше это меня смущало. — Конечно.