Мне нужно обручальное кольцо Певереллов!

— Гарри, я же правильно понимаю, что по всем законам магии я уже твой муж? — с придыханием осведомился блондин. — Именно так, моё счастье. Ты полностью принадлежишь мне, а я тебе, и даю слово, что я буду заботиться о тебе так, как никто ещё не заботился. — прошептал Гарри, обнимая мужа. — Остались только бюрократические формальности, правильно? Отец ничего уже не сделает при всём желании, да? — выведывал блондин то, что интересовало его, как показалось Гарри, больше всего. — Да, Драко. — коротко и довольно сухо обронил герой. — Я тоже буду самым лучшим мужем! Правда-правда! Я буду стараться, обещаю! Я так рад, что теперь никто при всём желании не отнимет меня у тебя! — не сдерживаясь, ликовал блондин, зацеловывая щёки Поттера. — Малыш, ты действительно рад не только потому, что это освобождает тебя от брака с Амелией? — с надеждой поинтересовался Поттер. — Шутишь что-ли?! Да ты — лучшее из того, что могло произойти со мной: красивый, богатый, добрый, понимающий, — перечислял Малфой, но глаза Гарри становились всё грустнее и грустнее, но ничего не подозревающий блондин продолжал тараторить, — заботливый, но самое главное знаешь что? — И что же? — безэмоционально осведомился Поттер. — А то, что ты первый человек, кроме мамы, в чьих объятиях мне до того спокойно, что я могу расслабиться и забыть об окружающих опасностях. Это доверие, Гарри, а ещё, то самое чувство, которое я никак не могу объяснить, но они на пару с доверием кричат мне: если Гарри говорит, что больно тебе во время секса не будет, то надо отдаться ему целиком, ведь ты и сам этого хочешь. — с самой нежной улыбкой, поглаживая своего супруга рукой по щеке, томно произнёс Малфой, а точнее уже Поттер. — Солнышко моё, разумеется со мной ты в безопасности, в обиду я тебя точно никому дам, а вот касаемо секса… Понимаешь, как бы я не старался, но тебе в первый раз всё равно будет не слишком приятно, может даже слегка больно, но только слегка, обещаю. В любом случае, по итогу ты останешься доволен, не сексом, так минетом, — произнёс Поттер, наблюдая за тем, как Малфой начал бледнеть от страха, — О, Мерлин! Я такой идиот! Снова тебя напугал! Я обещаю, что тут же остановлюсь, как только ты скажешь «стоп», хорошо? Но если ты на сегодня перехотел, то я не буду ничего такого делать. Если хочешь, то мы можем просто раздеться и полежать рядышком, чтобы ты привык и перестал меня бояться. Я буду трогать только там, где ты скажешь, но тебе я разрешаю блуждать руками по моему телу там, где тебе захочется. — пламенно произнёс Поттер. — Ты правда всё остановишь, если я попрошу тебя об этом? — осведомился блондин, вглядываясь в лицо Гарри своими серебристо-голубыми глазами. — Ну, разумеется, котёнок, я же не маньяк какой-то! Всё-всё будет происходить только с твоего позволения, договорились? — поцеловав и испуганного, но явно испытывающего сексуальное влечение Драко, мягко произнёс Поттер. — Тогда давай полежим без одежды, я хочу привыкнуть. Ты, кстати, тоже можешь трогать меня там, где тебе захочется. Возможно, что после этого мне захочется большего, но я не обещаю. — абсолютно честно признался слизеринец. — А можно я сам тебя раздену? — с явно просматриваемой искоркой в глазах, осведомился Гарри. Ненадолго задумавшись, Драко кивнул, а Поттер очень нежно притянул его к себе и припал губами к фарфоровой шее, расстёгивая пуговки на рубашке блондина. Малфой был слишком занят восхитительным ощущением губ на своей шее, чтобы заметить, что ему уже расстегнули брюки и стащили их вниз, однако, когда Гарри коснулся резинки боксеров он резко вздрогнул и замер. — Шшшш, всё хорошо, успокойся, котёнок. Хочешь я первый до конца разденусь, а? — поинтересовался Поттер, и не дожидаясь ответа несколькими движениями стянул с себя всё одежду. Поттер принялся ласкать грудь и ореолы своего слизеринца, когда он слегка прикусил сосок Драко, того резко пронзило какое-то, непонятное ему самому, чувство. Всё, что он понял, так это то, что ему безумно хорошо, то, что Гарри стащил с него бельё, осталось незамеченным, однако, это было только начало. Поттер действовал по своей, никому неизвестной схеме: он ласкал шею, потом резко переходил к коленям, припадал к губам, возвращался к груди и спускался поцелуями к низу живота, в конце концов, Драко уже давно перестал себя сдерживать и безостановочно стонал всякий раз, когда Гарри касался его тела. Ну, а когда Поттер взял в рот член, и без того бившегося в экстазе Малфоя, тот начал выкрикивать его имя и умолять дать ему кончить. Гарри нежно играл языком с достоинством своего супруга: проводил вдоль ствола, теребил уздечку, посасывал головку, а потом неожиданно вбирал в себя член на всю его длину. — Потте… ааах, пожалуйста, мммм, пожалуйста! — пытался выговорить блондин. — Никак не пойму чего тебе хочется, Драко. — невинным тоном заявил Гарри. — Дай мне… мммм, дай мне кончить, умол… аааах, умоляю! — в запале выкрикнул слизеринец. — Я тебя понял, милый, но извини, ещё рано, — отклонил просьбу Поттер, услышав в ответ то ли недовольный, то ли умоляющий всхлип, — Ну-ну, шшш, не надо плакать, я не брошу тебя возбужденным, моё солнце, просто в этом состоянии тебе будет легче принять меня, понимаешь? — Мммм, ты что собираешься…? — пытаясь побороть возбуждение, осведомился Малфой. — А разве ты этого не хочешь? Давай я тебя ещё немного поласкаю, не затрагивая член, а ты решишь хочется тебе впустить меня в себя или оставим это на потом, хорошо? Сейчас я хочу показать тебе самый самый минимум удовольствия, которое можно получить от манипуляций с твоей попкой, хорошо? — вроде бы и нежно, а вроде бы словно змей искуситель предложил Гарри, на этот раз Малфой не устоял. — Делай ты уже что угодно, только дай кончить, а? — Другой разговор, — хищно улыбнувшись, заявил Поттер, — раздвигай ножки, солнце. — Прям вот так сразу? — забеспокоился Драко. — Ничего не бойся, я не обижу и никому в жизни не дам этого сделать, доверься, хорошо? — заглянув Малфою прямо в глаза, произнёс Поттер. Драко ничего не ответил, однако, несмело развёл ноги в стороны, доверительно раскрывая перед Гарри свою промежность. Герой замер, сосредоточив весь свой взгляд на сжавшейся, от смущения её хозяина, дырочке. — Хватит туда смотреть, можешь отвернуться и делать то, что задумал? — пристыженно попросил Малфой. — Это будет очень сложно с учётом того, что я собираюсь делать. — ухмыльнувшись, заявил Гарри. Драко не успел даже пикнуть, прежде чем Поттер нежно схватил его за бёдра, притянул ближе, заставляя тело блондина согнуться и высоко задрать зад. Гарри потянул за бёдра ещё немного и Малфой остался лежать на лопатках, а его супруг крепко держал его упругую попку перед своим лицом и рассматривал её в мельчайших подробностях. — Ты чего? Пусти меня! — запротестовал Малфой. — Можно я тебе покажу, что я хотел сделать и если тебе всё равно захочется, чтобы я отпустил, то так тому и быть, хорошо? Блондин кивнул, а Гарри слегка опустил голову и с лёгкостью достал губами до дырочки своего хорёчка, целуя её в засос, словно это губы. Драко задыхался от неожиданности, а Поттер, пользуясь неожиданностью момента, начал выписывать языком различные узоры по промежности слизеринца. Стоны Малфоя настолько сильно возбудили Гарри, что он побоялся кончить безо всякой стимуляции, так и не лишив мужа девственности, поэтому он потихоньку начал сосредотачивать внимание своего языка, губ и зубов только на дырочке, раскрасневшейся от такого внимания, как и щёки её обладателя. — Хорёчек, тебе нравится, когда я целую тебя там, да? — ненадолго оторвавшись от своего занятия, поинтересовался Поттер. — Да! Пожалуйста, не останавливайся, умоляю! — завопил Драко. — Как пожелаешь, моя прелесть. — произнёс Гарри, возвращая язык в промежность своего супруга. Он ещё пару раз провёл широкими мазками линию от яичек до дырочки, а после этого начал круговыми, а потом и более настойчивыми, надавливающими движениями пропихивать в неё язычок. Такая ласка не вызвала у блондина никаких неприятных ощущений, даже после того как Гарри всё-таки проник в него языком, а после того, как он начал поглаживать им бархатные стеночки внутри Драко, тот застонал и даже стал пытаться двинуться бёдрами навстречу, однако это у него не получилось: Гарри крепко его держал, полностью контролируя глубину проникновения. — Поттер, пожалуйста, войди глубже. — заскулил блондин. — Хорошо, но моего языка на это не хватит, ты разрешишь вставить в тебя палец? — с совершенно невинным видом поинтересовался Гарри. — Да! — быстро выпалил Драко. Поттер аккуратно опустил блондина на кровать, наколдовал смазку, щедро намазал и без того мокрый от слюны проход и свой палец. Кинув на мужа вопросительный взгляд и получив на него кивок, Гарри очень осторожно ввёл палец в жаждущее отверстие. Вначале, Драко поморщился, но спустя пару минут вновь стал постанывать, требуя продолжения. — Мало? — поинтересовался Поттер. — Да, сунь ещё один, молю! — выкрикнул Малфой, затолкавший своё смущение подальше. Гарри послушно ввёл второй палец, стараясь проделать это максимально нежно, чтобы партнёр не чувствовал никакой боли. То же повторилось и с третьим пальцем, но когда Драко попросил четвёртый, Поттер заявил: — Не вижу смысла засовывать в тебя больше пальцев, чем сейчас. Тебе не хватает глубины, а не диаметра. Моё счастье, ты разрешишь войти в тебя членом? — Мне будет больно, я не уверен… — засомневался Драко. — Знаешь, солнышко, я удивлён, ты вроде бы такой тугой, но видимо из-за ласки смог расслабиться. Не каждый вот так легко способен взять и принять в себя три пальца с первого раза, но раз уж у тебя получилось, то и проникновение членом тоже пройдёт намного легче, чем у всех. Решайся, но если тебе очень страшно, то я могу снять твоё возбуждение минетом и на сегодня закончим, хорошо? — искренне не желая пугать Драко или причинять ему боль, предложил Гарри. — А как же ты? — настороженно поинтересовался блондин. — Ну, а что я? Вроде не 15-летний подросток, приму холодный душ и всё будет хорошо. Не волнуйся за меня, лучше прислушивайся к своим личным ощущением, ладно? — нежно прошептал Гарри, однако Малфой всё равно уловил в его голосе нотки разочарования, расстраивать человека, который очень многое для тебя сделал не хотелось, а кроме того, Драко действительно хотел, чтобы Поттер вошёл в него, а потому блондин изящным движением раздвинул ножки ещё шире и произнёс: — Возьми меня полностью, мой герой, я очень хочу получить твой член, сделай меня своим не только магически, но и физически. Я хочу этого, очень сильно хочу, Гарри. Окрылённый такой речью, Поттер начал целовать личико блондина, попутно смазывая член. Когда Гарри приставил головку к нежному входу, Драко заметно занервничал, тогда Поттер посмотрел на него своими красивыми, зелёными, полными нежности глазами, погладил по растрепанным блондинистым волосам, щеке и прошептал: — Я люблю тебя, Драко. Я действительно тебя люблю. Скрывать подобное от собственного мужа было бы очень глупо, поэтому знай, что не побывало в моей постели такого человека, которому я бы хотел подарить столько же тепла, нежности и оргазмов, сколько хочу подарить тебе, да и не побывает уже никогда, потому что среди всех этих ряженых пустышек я и не надеялся найти кого-то стоящего, я не знал, где мне искать такого человека, которого я смогу полюбить, но ты сам нашёл меня. И знаешь, это не я выбрал тебя, это всё ты. Не решился бы ты прийти ко мне, всего этого со мною бы не произошло. Спасибо тебе, моё счастье. Если ты напугался, то давай прекратим, я не хочу наносить тебе психическую травму, если ты всё же решился, то если вдруг станет больно, я обещаю остановиться, понял? — Я готов, Гарри. Чем дольше ты выясняешь отношения, тем страшнее мне становится. Такое ощущение, что потом тебе уже некому будет всё это говорить, и это пугает! Сделай это без лишних разговоров, хорошо? Поттер молча кивнул, он не обиделся на то, что не получил ответных тёплых слов, потому как осознавал насколько Драко нервничал. Продолжая одной рукой гладить блондина по голове, другой Гарри направил свой член в проход мужа. Сделав мягкий, короткий толчок, Поттер остановился, давая Драко привыкнуть к головке члена в нём. — Продолжай, Гарри. — шепнул Малфой и потянулся за поцелуем, видимо как раз этот момент был для него весьма волнительным, трепетным и ему таки понадобилась поддержка. Поттер постепенно, очень аккуратно вошёл до конца и поцеловал, наконец, своего притихшего хорёчка. — Тебе очень больно? — взволнованно поинтересовался Гарри? — Нет, мне не больно, непривычно просто… И если честно, это пугает. — Я не буду шевелить тазом столько, сколько тебе потребуется, не переживай. — пообещал Гарри выдавливая на руку смазку, и начиная подрачивать член своего мужа, чтобы тот расслабился. Пара минут такой ласки, и Драко снова застонал, завилял бёдрами, и Гарри понял, что это вполне себе конкретный призыв к действию. Поттер неспешно набирал темп, контролируя эмоции Драко на все свои действия. Когда Малфой предупредил, что он вот-вот кончит, Гарри усиленнее заработал рукой и ускорил темп. В ту секунду, когда на грудь Поттера брызнуло горячее семя Драко, сопровождая воскликом: «Я тоже люблю тебя, Гарри!», гриффиндорец тоже кончал, заполняя тело своего мужа горячей спермой. Никаких сил на душ у них обоих не было, а потому они воспользовались очищающим заклинанием. Не то, чтобы они устали физически, скорее морально. Нет, они оба получили огромное удовольствие от финала, но сколько сил потратил Гарри, чтобы не показать, как сильно он волнуется, лишая девственности любимого человека, как он боялся причинить боль, и сколько усилий ему пришлось приложить, чтобы не вставить член в Малфоя одним движением. Драко было ещё хуже: он до одури боялся боли, а потому держать себя в руках было крайне сложно. Кроме того, ему было элементарно стыдно, никому он ещё не показывал того, что теперь видел Поттер, а тот ещё творил с ним такие извращения, о которых Драко и не знал-то до этого дня. Но несмотря на всё это, в тот момент, когда они приближались к разрядке, когда Драко стонал от ласк, когда Поттер говорил мужу ласковые слова, когда они смотрели друг на друга, то понимали, что они самые счастливые в этом мире. Уже после секса, лёжа в кровати они нашептывали друг другу ласковые слова, обнимали друг друга и открыто болтали обо всём на свете.