Дети нового мира

      Несмотря на то, что за годы обучения и службы Муичиро много где побывал, поместье Убуяшики занимало в его сердце особенное место. Тихое и живописное, когда-то оно стало для простого деревенского мальчишки символом начала новой жизни, и теперь он снова вернулся сюда — на этот раз для того, чтобы занять заслуженное место среди сильнейших мечников организации. Мог ли прежний Муичиро помыслить, что его ждёт подобная судьба? Едва ли. Тогда он думал лишь о том, как бы наладить окончательно испортившиеся отношения с братом и не умереть с голоду, а после все его мысли занимала нечеловеческая усталость от изматывающих тренировок Танаки-сенсея.       Как, оказывается, внезапно может измениться привычное течение жизни.       У ворот поместья их встретили уже знакомые Муичиро близняшки, и после приветственного поклона и взаимного обмена любезностями одна из них произнесла:       — Ояката-сама ожидает вас, Токито-сан. Пройдите, пожалуйста, за мной.       — А вас, Ишиока-сан, попрошу остаться, — добавила вторая. — Ваша встреча с Оякатой-сама состоится несколько позже.       Аюми кивнула, но в глубине её глаз вспыхнула обеспокоенность. Кажется, она ожидала от сегодняшнего дня чего угодно, но только не того, что её вызовут прямиком к главе организации. Могло ли это означать, что кому-то из охотников стало известно об их связи с Юзучи? Муичиро искренне надеялся, что причина крылась в ином. В конце концов, Ояката-сама относился одинаково ко всем своим подопечным, и его желание побеседовать с Аюми могло быть обусловлено чем угодно.       Если бы кому-то стало известно об укрывательстве демона, особенно настолько сильного, простым вызовом к руководству дело бы не ограничилось.       Муичиро сжал ладонь Аюми в своей, успокаивая и выказывая этим бесхитростным жестом свою поддержку.       — Всё будет хорошо. Увидимся после, ладно?       Аюми кивнула и перед тем, как уйти за сопровождающей, нежно ему улыбнулась, заставив сердце пропустить удар в который по счету раз.       — Увидимся, — отозвалась эхом.       Бросив на Аюми еще один взгляд напоследок, Муичиро направился за дочкой Кагаи Убуяшики уже знакомым ему маршрутом, который пролегал по выложенной гравием дорожке в окружении цветущих ирисов и гортензий. На мостике с красными перилами, переброшенном через журчащий ручей, Муичиро невольно замер, чтобы окинуть великолепие летнего сада восхищенным взглядом. Даже летний зной ничуть не портил прекрасную картину — напротив, в тени раскидистых деревьев жара практически не ощущалась, сменяясь живительной прохладой. Хотел бы он однажды отстроить собственное поместье, чтобы поселиться там вместе с Аюми… Эти мысли тотчас вогнали Муичиро в краску, заставив прижать ладони к горящим щекам — к счастью, для сопровождающей его странное поведение осталось незамеченным.       Пусть его фантазиям была присуща юношеская наивность, он понимал, что действительно мечтает об этом всей своей душой. Вместе встречать новый год, любоваться фейерверками, преодолевать трудности, делить на двоих счастливые моменты и влюбляться друг в друга с каждым днём всё сильнее… Сейчас это казалось недостижимой грёзой, такой же далёкой, как горящие в ночи звёзды, но Муичиро знал, что сделает всё для того, чтобы однажды она стала реальностью.       Теперь, когда ему было, ради кого сражаться, он поклялся, что обязательно доживет до того дня, когда их мир забудет о существовании демонов.       Девочка привела Муичиро к большому дому с изогнутой крышей и ушла, тихо попрощавшись. Ояката-сама уже ждал его в одной из комнат. Он стоял у раздвинутых сёдзи, сцепив пальцы в замок, а за его спиной открывался вид на живописный сад с плодовыми деревьями и прудом, в котором плескались карпы кои. Уловив чужое присутствие, Ояката-сама отвлекся от созерцания красоты природы и обернулся. Первое, на что Муичиро невольно обратил внимание — верхняя часть лица главы организации была изрезана жуткими синеватыми рубцами, а фиолетовая радужка покрылась тонкой молочной пленкой. То, что он однажды принял за недомогание, оказалось самой настоящей болезнью, которая, судя по всему, прогрессировала с ужасающей скоростью.       Муичиро подошел ближе и с жалостью подумал о том, каким же худым, почти измождённым выглядел Кагая Убуяшики, некогда видевшийся ему воплощением силы и стойкости. Черное кимоно висело на нём мешком, и даже многослойная ткань не могла скрыть нездоровую худобу и торчащие острыми углами кости. Как будто за эти три года Ояката-сама постарел на все десять. Неужели болезнь истощила его организм настолько сильно?.. От этой мысли невольно бросило в дрожь.       — Здравствуй, Муичиро-кун, — Кагая улыбнулся ему так, как будто собственное здоровье ничуть его не беспокоило. Муичиро склонил голову в знак уважения. — Подумать только, как скоротечно время. Еще совсем недавно ты отправился обучаться искусству охоты на демонов, а теперь уже готов стать одним из Столпов.       — Меня бы здесь не было, если бы не вы и Аманэ-сама. Ваша семья спасла мне жизнь.       — Ты храбрый юноша, — улыбнулся Кагая, но улыбка его была тусклой и печальной. День за днём увядало не только его тело, но и душа. — Мне сообщили об отваге, проявленной тобой при встрече с Низшей Луной и о том, как тебе удалось одолеть его.       — Это мой долг. Я не мог поступить иначе.       — Сегодня ты станешь Столпом Тумана, — продолжил тем временем Ояката-сама. — Тебе будут поручаться самые сложные миссии, и ты даже сможешь взять себе в ученики кого-нибудь из новоиспеченных охотников. Когда будешь к этому готов, разумеется.       — В данный момент я хочу сосредоточиться на развитии собственных навыков, — уклончиво ответил Муичиро, который хотел однажды стать наставником, но не был уверен, что готов к этому прямо здесь и сейчас. Он ведь сам прошел Окончательный отбор несколько месяцев назад.       — Как пожелаешь, — кивнул Кагая. — Не каждый Столп в конечном итоге выбирает себе ученика. Но воспитать цугуко — значит подготовить еще одного опытного мечника для сражения с демонами. Чем больше способных охотников — тем лучше для организации.       — А как же та миссия, когда нас отправили в деревню Игума, где обосновалась Низшая Луна? — замаскировать укор под почтительную вежливость не получилось, и обвиняющие нотки всё равно просочились в голос. — Охотники нашего ранга явно не были готовы к подобной встрече.       На губах Кагаи дрогнула виноватая полуулыбка.       — Как бы мы ни пытались исключить подобные… инциденты, гарантировать успех мы можем не всегда. В планировании тоже случаются ошибки. Главное, что вы сумели выжить.       Муичиро промолчал, закусив губу. Кагая не повышал голоса, ни в чем его не упрекал и говорил об охотниках с таким теплом, словно они были его родными детьми, но Муичиро все равно не мог отделаться от мысли, что не такой уж он искренний и доброжелательный, каким пытается казаться. Ошибки? Вот, значит, какую ценность имели для него загубленные жизни сотен и тысяч парней и девушек?       «Так и есть, — мелькнула в голове крамольная мысль. — Мы для него всего лишь разменные монеты. Погибнет один охотник — на его место встанет новый. И так может продолжаться бесконечно».       — Тебе будет также предоставлена возможность построить собственное поместье, — продолжил Кагая, отвлекая Муичиро от сумрачных размышлений. — Но, думаю, прежде ты захочешь вернуться в собственный дом, чтобы почтить память родных. Я прав?       — Да, — признал Муичиро, который действительно уже давно думал об этом. Он не появлялся в покинутом некогда доме несколько долгих лет. Стоило наведаться туда, снова взглянуть на родные места. Посетить могилы отца, матери и… Юичиро. — Если позволите.       — Тогда не стану более задерживать, — тепло улыбнулся ему Кагая и вновь отвернулся к распахнутым сёдзи, подставляя испещренное рубцами лицо ласковым солнечным лучам. — Отныне ты новый Столп Тумана, Токито Муичиро. Можешь идти. Ребята, должно быть, уже ждут тебя.

***

      Перед аккуратной беседкой на краю сада уже собрались другие Столпы. Первой Муичиро заметил Шинобу — она стояла рядом с темноволосым парнем в разноцветном хаори, и что-то у него спрашивала. Вот только отвечать собеседник не спешил, флегматичным взглядом уставившись в точку над её головой, и пропускал все реплики Шинобу мимо ушей. Недалеко от них тихо беседовали Кёджуро и Мицури. Последняя заметила Муичиро, радостно заулыбалась и помахала рукой, чем моментально привлекла всеобщее внимание. Понимая, что выбора у него все равно нет, Муичиро направился к ним.       — Какой солнечный сегодня день! — преувеличенно бодро воскликнул Кёджуро, сверкая глазами, но Муичиро вспомнил, что это была просто его манера общения. — Рад видеть тебя в добром здравии, Токито-кун! Слышал, ты устроил тому демону настоящую взбучку! Так держать!       На сердце у Муичиро ощутимо потеплело, когда Кёджуро, подойдя ближе, одобрительно похлопал его по плечу. Похвала от старшего товарища дорого стоила.       — Ты молодец, — подхватила Мицури. — Сумел одолеть Низшую Луну спустя несколько месяцев после отбора, до тебя такое удавалось лишь Химеджиме-сану!       — На редкость блестящий юноша! — подметил экстравагантного вида мужчина с парными клинками за спиной, представившийся Узуи Тенгеном. — Я впечатлён.       Муичиро скромно улыбнулся, принимая похвалу. Он не привык быть в центре внимания, но ловить на себе чужие одобрительные взгляды было всё-таки приятно. Шинобу так вообще смотрела на него глазами матери, гордящейся достижениями своего ребёнка. Муичиро это даже позабавило.       — Подумаешь, Низшая, — раздался недовольный голос, и из-за деревьев на дорожку вышел его обладатель — Шиназугава Санеми собственной персоной. Кажется, сегодня он снова пребывал в плохом расположении духа. — Нашли из-за чего шум разводить.       — Такое ведь далеко не каждый день случается, — нараспев протянула Шинобу. — А в ваших словах угадывается зависть, или мне почудилось?       Санеми предпочел оставить колкое замечание без ответа — лишь помрачнел ещё сильнее, как будто нахождение в обществе неугомонной и острой на язык коллеги жутко его утомляло. И тут он обратил взгляд на Муичиро, и его брови изумленно взметнулись вверх.       — Снова ты, — уронил Санеми с непонятной интонацией. — Не думал, что увижу тебя среди Столпов после того, как ты прохлаждался на траве в компании мальчишки Сакураи.       Муичиро твёрдо выдержал его колючий пронзительный взор.       — Как видите, я всё ещё жив. Не переживайте, больше бегать по горам за тем демоном вам не придется, я с ним разделался.       Со стороны других Столпов послышались смешки — даже молчаливый Гию посветлел лицом.       — Испытываешь мое терпение? — сощурился Санеми.       — Нет, что вы, — Муичиро флегматично пожал плечами. — Лишь констатирую факт, только и всего. Разве вы не должны испытывать радость из-за того, что одной Луной стало меньше?       Санеми презрительно скривился       — Я буду рад, когда они все передохнут до последнего.       — В этом я с вами полностью согласен.       Удивительно, но даже сейчас, зная, кто перед ним, Муичиро не испытывал ни опасения, ни хотя бы отголосков тревоги. Санеми напоминал большого, агрессивного кота, который шипел и скалил зубы на всех, кто осмеливался к нему приблизиться. Рёта явно не преувеличивал, когда говорил о его тяжёлом характере.       — Кажется, кто-то сегодня встал не с той ноги, — широко улыбнулся Кёджуро. — Санеми, друг мой, может, тебе взять небольшой отпуск? Отдохнешь, расслабишься, отличная идея, ты так не считаешь?       — Некогда мне отдыхать, — недовольно буркнул Санеми. — Демоны сами собой не переведутся.       Шинобу насмешливо хмыкнула, накрутив на палец прядь волос.       — Переведутся, если вколоть им необходимую дозу яда.       — Яд — это оружие женщин.       — Шиназугава-сан, не нужно… — попыталась вмешаться Мицури, обеспокоенно заламывая руки. — Не стоит вам ссориться. Сегодня такой прекрасный солнечный день.       — Мицури-чан права, давайте не будем злиться, — медовым голоском протянула Шинобу, очаровательно улыбнувшись. — Мы все переживаем из-за происходящего. Не вы один.       — Почему ты такая весёлая, Кочо? — скривился он. — Раздражаешь.       — Взаимно, Шиназугава-сан.       Они уставились друг на друга в упор, и ни один не желал сдаваться другому в этом молчаливом противостоянии. Будучи ниже оппонента на добрых полторы головы, Шинобу так и лучилась уверенностью, которая вкупе с хитрым, снисходительным прищуром лиловых глаз превращала её в настоящую бестию. Зато в глазах раздражённого, как дикий ёкай, Санеми так и сверкали молнии.       Обмен любезностями прервал недовольный возглас охотника в полосатом хаори, чью нижнюю половину лица скрывали бинты. Его звали Обанай Игуро, и до сих пор он не проронил ни звука, поэтому Муичиро даже не сразу его заметил.       — Тихо вам. Химеджима-сан идет.       Разговоры тотчас стихли, как по волшебству. Муичиро мигом позабыл о Шиназугаве, когда к собравшимся подошёл незнакомый ему мужчина. Высокий, выше на голову даже рослого Тенгена, он возвышался над всеми подобно монолитной скале и всем своим видом излучал непоколебимое спокойствие и силу. Спорщики притихли, когда он медленно приблизился, и только тогда Муичиро понял, что охотник был слеп на оба глаза. Однако его авторитет это ничуть не умаляло.       Дождавшись появления последнего из Столпов, они собрались внутри небольшого здания, судя по всему, специально отведённого под подобные встречи.       — Приветствую всех вас, — обратился Химеджима к собравшимся. — И тебя, Токито Муичиро. Убив Первую Низшую Луну, ты стал одним из нас, поэтому отныне будешь присутствовать на собраниях Столпов.       — Первую Низшую? — недоверчиво переспросил Санеми. — Не того ли ублюдка, за которым мы гонялись несколько лет?       Он выглядел сбитым с толку, и кажется, действительно не мог поверить в то, что новичку удалось одолеть демона, который представлял опасность даже для самых опытных охотников.       — Что же все-таки случилось в Нагое? — в глазах Мицури зажглась обеспокоенность. — Вы с Ишиокой-чан снова встретили этого демона?       — Их там было двое, — покачал головой Муичиро. — Второму… удалось скрыться.       — Ну вот, — скривился Санеми. — Нужно провести в этом городишке зачистку, чтобы выманить всех этих тварей на свет.       — И как вы собираетесь это сделать? — поинтересовалась Шинобу. — Если демон захочет спрятаться, чтобы не быть обнаруженным, его вовек не сыскать. Я знаю, о чем говорю.       — Их всегда можно выманить, если знаешь, как.       — И как же, по-вашему?       Гию и Игуро закатили глаза, как по команде, а Мицури вздохнула, переглянувшись с Кëджуро.       — Может, мы вернемся к обсуждению проблем насущных? — устало поинтересовался Игуро. — Какие-то вы сегодня слишком общительные.       — Не переживайте, мы уже закончили.       С этими словами Шинобу отвернулась от Санеми, и обсуждение после короткой заминки вернулось в первоначальное русло. Обменявшись мнениями насчет демонов, охотники пришли к единогласному выводу, что им стоило объединить усилия, поскольку демоны становились всё сильнее, а Высших Лун никто не побеждал уже несколько десятилетий. Зато охотников в битве с ними пало бесчисленное множество.       Химеджима повернулся к Муичиро.       — Расскажи, что произошло в Нагое, и как именно ты победил демона.       Муичиро начал свой рассказ, тщательно подбирая слова и опуская подробности, которые остальным охотникам знать было вовсе не обязательно. Например, о том, что второй демон оказался пропавшей много лет назад сестрой Аюми, и что эта самая сестра сейчас где-то скрывалась в компании двух таких же демонов. На моменте с Бесконечной Крепостью даже безучастный ко всему Гию заинтересованно вскинулся.       — Что за сумасшедший ублюдок этот демон, — пробормотал неразборчиво Санеми.       Они все, кажется, были искренне шокированы тем обстоятельством, что демон забрал туда живого человека. Муичиро и сам не знал, зачем Шикумэ это сделал. Но спросить было не у кого — он ведь своими руками обратил демона в пепел.       — Разве такое когда-нибудь случалось раньше? — Мицури в растерянности повернулась сначала к Кёджуро, а после, получив отрицательный ответ, обратила взор к Химеджиме, самому старшему и опытному из них.       — Возможно, когда-нибудь и случалось, — неопределенно отозвался тот. — Но на моей памяти такое произошло впервые.       — Ты что, особенный? — вскинул брови Санеми.       Муичиро поежился, как от холода.       — Даже не знаю, хорошо это или плохо. Но оказаться там снова я бы не хотел.       Химеджима помрачнел.       — Придется, если мы хотим уничтожить демонов раз и навсегда.       — Но мы ведь даже не знаем, где эта Крепость находится, — подала голос Шинобу. — Как мы его найдем?       — Ши… демон упомянул, что у него есть некая знакомая, которая умеет манипулировать пространством. Думаю, это она создала Крепость и управляет ею.       — Накимэ, — в синих глазах Гию вспыхнула нескрываемая ненависть. — Знаю я эту тварь. Она здорово попортила нам с Кёджуро жизнь на одной из миссий.       — Это тот раз, когда я чуть не свалился со скалы? — нервно усмехнулся Кёджуро. — Ужасные воспоминания.       Муичиро нахмурился.       — Она из Высших?       — Нет, — качнул головой Тенген. — Но близка к тому, чтобы ею стать. Манипуляция пространством — очень редкий и уникальный дар. С ним она может переместить и застать врасплох даже нас, не говоря уже о рядовых охотниках.       — Пусть только попробует, — оскалился Санеми. — Я ей мигом башку снесу.       — Нам нужно быть готовыми ко всему, — мрачно изрек Химеджима. — В последнее время демоны как с цепи сорвались. Я чувствую: близятся тёмные времена.       — Нужно выслеживать демонов Лун, — предложил Кëджуро. — Если сможем взять живьем кого-нибудь из них и заставим говорить, то узнаем о планах Музана. Должно же быть у нас хоть какое-то преимущество.       — Они скорее вскроют себе череп, чем выдадут тайны создателя, — покачал головой Игуро. — Это мы уже проходили.       — Выбора у нас всё равно нет.       Столпы замолчали, предавшись одинаково мрачным, тягостным мыслям. Они прекрасно понимали, что на стороне демонов не столько магия крови, сколько время, ведь этим тварям не приходилось беспокоиться о ранах, болезнях и старении. Их не страшили травмы, только вот люди, будучи смертными, такого преимущества не имели. Так и как же им одержать победу в этой непрекращающейся войне? Оставалось только готовиться к худшему, не щадя сил. И надеяться, что усилия Тамаё-сан однажды окупятся, а её исследования принесут свои плоды.       Возможно, тогда у них появится призрачный шанс на победу.

***

      Когда Муичиро вышел на улицу, солнце стояло в зените. Сощурившись от ярких лучей, он огляделся, ища Аюми, и обнаружил ее на лавочке под деревом сакуры. Она держала в руках какое-то письмо и задумчиво вертела его в руках.       — Любуешься, не так ли? — послышался над ухом знакомый голосок — то оказалась Шинобу, бесшумно подкравшаяся сзади. — Я была права, когда сказала, что она тебе нравится. Ведь права?       — Права-права, — согласился Муичиро, шутливо отпихнув её от себя. — Только, будь так любезна, не кричи об этом на всю округу.       — Ой, да кому я… — начала Шинобу, но осеклась на полуслове, завидев выходящего на улицу Гию. — Томиока-сан, не составите мне компанию сегодня?       Воспользовавшись моментом, пока неугомонная Шинобу нашла себе новую жертву, Муичиро быстро попрощался с остальными Столпами и поспешил к Аюми. Она выглядела слегка поникшей, но при его появлении сразу натянула на лицо беззаботную улыбку.       — Как всё прошло?       — Хорошо, — кивнул Муичиро. — Не считая того, что Шиназугава-сан снова пребывал в скверном настроении.       Аюми встревожено огляделась по сторонам, как будто боялась, что разговор может кто-то подслушать, однако Столпам не было до них никакого дела. Кто-то, например Игуро, уже покинул поместье, а некоторые продолжали беседовать, используя возможность пообщаться друг с другом и обсудить последние новости.       — Они ничего не знают про Юзучи?       — Нет, — качнул головой Муичиро. — Никто из них не знает.       — Это хорошо… Знаешь, Ояката-сама сказал, что я могу и дальше работать с тобой, хоть ты теперь и Столп. Весьма щедрый подарок с его стороны.       — Он правда так сказал? Почему?       Муичиро попытался скрыть невольно просочившуюся в голос радость от услышанного, но получилось плохо — глаза его так и сверкали от счастья. Подумать только, он и дальше сможет быть рядом с Аюми — это, определенно, была лучшая новость за сегодня. Но одно обстоятельство все-таки смущало.       — И тебя вызвали в штаб только ради этого? — подозрительно сощурился он. — Или всё дело в письме, которое ты спрятала, как только увидела меня? Поэтому ты отводишь взгляд?       — Что? — вспыхнула Аюми. — Нет! Вовсе нет… Это письмо передал мне Ояката-сама. Оно от моей наставницы. В нем она просит разрешить ей увидеться со мной.       — Но зачем?       Аюми редко рассказывала о своей наставнице, но если всё же упоминала, всегда отзывалась о ней с теплотой и бесконечным уважением. Однако просить о встрече самого Оякату-сама… Это было весьма странно.       — Кажется, именно это нам и предстоит выяснить, — пожала плечами Аюми. — Готов к очередному путешествию? На сей раз мы отправимся в пригород Осаки.