Повелительница страниц

      Что я могла сказать о Кайрате точно — это то, что он был живым человеком. Для плода фантазий или розыгрыша его жизнь была слишком детально продумана и вместе с тем скучна. Парень, ему, несмотря на мои описания, было не больше семнадцати, был туповат и простоват по сравнению с окружающими меня людьми. И вместе с этим мил в своем наивном и детском отношении к мирозданию: духам и богам следует приносить небольшие жертвы, звезды неподвижны на хрустальном куполе небес, а мира не существует за пределами двух знакомых деревушек. Мы переписывались через это странное приложение, файлы которого я так и не смогла отыскать в памяти.       Когда Кайрат в очередной раз назвал меня божеством, я не выдержала и попыталась доказать, что я такой же человек, как и он, только из другого мира. Он как раз интересовался миром небожителей, и поэтому я писала ему о своей жизни. Раз его описания доказали реальность парня, то почему нельзя поступить наоборот? Со скрипом парень принял многоэтажные дома, автомобили и перенаселенные города. В последнем случае мне казалось, что он просто не осознает масштабов, хотя и знает такие числа. А далее последовал вопрос, на который ответить было почти невозможно: «Чем ты занимаешься?». На обеденном перерыве я воодушевленно строчила описание будущей профессии одной рукой, а другой хлебала столовский пустой борщ. К тому моменту, как суп подошел к концу, я поняла, что Кайрат ничего из написанного не поймет, и все безжалостно стерла. Близилась пара по матанализу — боль и страдания моей жизни. Минимум практики и максимум теорем и лемм.       Сидела я рядом с Егором, и мы перешептывались и переписывались всю пару. Когда объясняя что-то непонятое или прослушанное другим, а когда просто со скуки. С ним было весело: Егор неплохо рисовал, и его карикатуры на полях были действительно забавными. Последний рисунок был на тему бородатого анекдота о том, как воду кипятят математики. Но лектор быстро расширил его и на программистов, и аудитория заулыбалась, а кто-то даже засмеялся. В отличие от математиков, сводящих любую общую задачу к предыдущей уже решенной, программист разливал воду по чайникам, кастрюлям и кружкам, а потом все это ставил на плиту и ждал, пока не закипит вода в последнем сосуде. В противовес предмету лектор был задорным дедом.       После окончания пары мы вместе с Егором пошли в гардеробную, чтобы потом вместе отправиться по домам.       — С кем ты все время так активно переписываешься? — он спросил, когда мы уже проходили турникет. На улице лил дождь, и парень раскрыл надо мной зонтик. И мы так и пошли, прижимаясь друг к другу, чтобы не промокнуть.       — Да так, друг из глубинки. Все пытаюсь ему втолковать, чему же я учусь и в чем от этого польза. Пока не получилось, — я пожала плечами.       — Ну и что сложного-то? Сайтами же он пользуется, в игры наверняка играет или вот переписывается с тобой в каком-то чате, — Егор взъерошил вьющиеся от влажности волосы. С темно-золотыми волнами, чуть не достающими до плеч, он выглядел совершенно очаровательно. Живой подвижный взгляд делал его абсолютно неотразимым.       — У него интернет такой медленный, что читает он чуть ли не чистый html с сайтов, да и игры комп не тянет, кроме простейших. Из развлечений пузатый телек, книги да переписка. Он тупо не понимает сложность создания программ, если результат такой простой, — говорить как есть я не могла. Даже сейчас я не была полностью уверена, что Кайрат — не мои сложные и очень подробные галлюцинации. Хотя сами сомнения и были доказательством его реальности — больные люди не способны отличить видения от реальности и не испытывают в них сомнений.       — Не знаю, что тогда предложить. Может, для него программисты реально бесполезны, — мы начали подходить к развилке до моего дома, и я принялась пытаться вытащить зонтик из рюкзака, не снимая его. — Да не парься, я провожу тебя до дома. Хоть узнаю, где живешь.       Так мы и дошли до подъезда и попрощались, проговорив минут десять ни о чем под крышей подъезда. Дома меня как всегда никто не ждал, и я, раздевшись и помыв руки, сразу направилась к компу. Пока мы с Егором говорили, мне вспомнился день открытых дверей на факультете и выступавшие там аспиранты. Вот они демонстрировали сложные решения для сложных проблем. Моделирование мозга по томограммам и уникальные модели сердца для каждого человека не подходят — Кайрат смыслит в медицине исключительно на бытовом уровне. А вот прогнозы крупных погодных явлений на годы вперед с помощью нейросетей могут ему понравиться. Парень, как выросший в семье земледельцев, хорошо знал о засухах и высоких паводках, уничтожающих урожаи.       Я написала ему, что знания, полученные при обучении, позволят мне предсказывать гибельные погодные явления и тем самым советовать крестьянам, где и что лучше не сажать. Надеюсь, он поймет.       Я принялась дальше проверять границы своей власти над миром Кайрата. Пока я могла прописывать ему счастливые совпадения за дни до их наступления или через несколько часов после. Последнее действовало, только если я не связывалась с парнем и не читала текст, написанный в автоматическом режиме. Но кое-что было мне неподвластно, и я всеми силами развлекала моего героя и замедляла в его пути домой. У меня никак не получалось сохранить в отрывках сцену счастливого возвращения в родную деревню. Все небольшие кусочки прекрасно сохранялись и встраивались в основной текст, но этот раз десять написанный и переписанный отрывок упорно сопротивлялся. Это не имело значения, так как я все еще помнила о своем идиотском плане по уничтожению деревеньки и поэтому писала вновь и вновь. «После долгих скитаний по лесу Кайрат наконец-то вернулся домой. Когда он вошел в Ельную, первым юношу лохмотьях заметили дети, а после весть разнеслась и по всему поселению. Все ликовали, ведь парень пропал недели назад и давно мыслился всеми почившим, воссоединившимся с духами предков. Родители, братья и сестра и даже старая бабушка выбежали навстречу любимому сыну, брату и внуку, уже похороненному. Приветствия и радость встречи быстро перерастали в празднование, охватившее всю деревню…»

***

      Деревня была мертва, как и каждый ее житель, за исключением Кайрата, но его это не слишком радовало. После того, как он вернулся домой, его ничего не радовало. Он долго бродил в окрестностях, выискивая следы выживших, да только ничего не находил. Все произошло слишком быстро. А за несколько дней убежавшие могли бы вернуться. Не ощущавший больше ни голода, ни жажды, ни усталости, Кайрат решил похоронить всех — он не знал, что еще мог сделать. Его личное божество пыталось что-то сказать, но парень не слушал — Катя управляла погодой и урожаями, ей было не под силу воскрешать мертвых, она даже связаться с ними не могла.       Парень приспособил чудом сохранившиеся куски ткани под волокуши и принялся стаскивать всех в вырытые ямы. Различить обгоревшие, а после еще подгнившие трупы он не мог. Первая быстро заполнилась, а в деревню к тому же повадилось ходить зверье, почуявшее падаль. В этот раз Кайрат истреблял всех до последнего. Он стоял на частично уцелевшем срубе хаты и расстреливал всех магией, а если кто-то, будь то волк или даже приблудившийся медведь, пытались сбежать и поискать добычу попроще, то юноша догонял их и убивал. Не для еды, ее было достаточно в сохранившихся погребах, а просто так, потому что они были живы и хотели украсть то немногое, что осталось от близких юноши.       Так проходил день за днем. Кайрат ел и пил лишь тогда, когда бремя дебаффов становилось невыносимым. Последнюю могилу он копал, отринув перерывы на отдых, оставалось немного, и в деревне не останется ни одного неупокоенного человека. Он притащил последние трупы, в них уже завелись и размножились личинки, они жутко смердели и разваливались от малейшего усилия. Их Кайрат закинул в глубокие яму вместе с волокушей: она все равно больше никому не понадобится. Не прерываясь на отдых, он принялся закидывать могилу землей. Одна лопата, за ней следующая и еще падали на останки. Когда тонкий слой земли накрыл покойных, дебафф утомления набрал максимальный уровень, и парень свалился вниз, обездвиженный на пару часов.       Это было мерзко — лежать на усопших, разделенных с ним лишь парой сантиметров земли. От них исходило жуткое зловоние. Но юноша ничего не мог поделать, он был способен лишь думать и использовать Систему — Катя объяснила ему, как пользоваться мысленным интерфейсом. От скуки и чувства безнадежности он принялся прослушивать сообщения божества. Катя говорила о своей вине и о том, что не смогла исправить написанное, как-то направить предопределенность по другому пути. Маленькая богиня погоды слишком много на себя взвалила, ведь изменить судьбу было под силу лишь Творцу мироздания, а он покинул свое детище сразу после создания. После пошли короткие фразы, просящие юношу отозваться. Последний отрывок был примечателен:       «У меня есть идея, как воскресить всех и восстановить твой дом, Кайрат. Правда, я еще не до конца все продумала, но наметки, черновики плана есть. Ты только не делай ничего, о чем можешь потом пожалеть, ладно? Свяжись со мной, пожалуйста, Кайрат, если… если ты можешь простить меня за такую глупость. Извини меня.»       Это было интересно и вселяло надежду в парня. Он уже подумывал над тем, чтобы не вставать после окончания дебаффа. Все равно идти ему было некуда и не к кому. Возможно, Катя хотела утешить его (хотя зачем целой богине это?), а может, действительно знала, как вернуть всех Кайрату. Он начал мысленно проговаривать ответ своему божеству.

***

      Тот сволочной комментатор был прав — писала я полный мусор. Текст, пишущийся сам по себе, ярко выделял это. Понять, что чувствовал Кайрат как человек, было практически невозможно. «Его сердце разрывалось от невыносимой боли, и юноша, захлестываемый волнами отчаяния, решил все же почтить доблестно павших от неизвестного злодея…» — в таком духе было написано пару тысяч слов, но высокопарные выражения давали лишь смутные намеки на истинное состояние парня. На это накладывалось и то, что он отказывался говорить со мной. А я осознавала, что мимолетные мысли привели к гибели больше сотни людей. А ведь была еще соседняя деревенька, название которой я забыла.       За прошедшие дни я много чего перепробовала, в том числе уронить камень на голову Ки’Гару, темного властелина и главного злодея этой истории. Ничего не получилось. Короткая история о том, как его быстро побороли объединенные силы добра, тоже не прошла неизвестной проверки. Это привело меня в ярость, и, как всегда в такой ситуации, я пошла гулять и попинывать случайный мусор. Была середина осени со всеми сопутствующими ей погодными явлениями: промозглым ветром, мелким моросящим дождем и лужами на проезжей части. Облить меня грязной водой из тех самых луж норовил почти каждый водитель. Быстро устав и успокоившись, я уселась на промокшую скамейку.       У меня появилась великолепная идея, как спасти ситуацию. Про гномов я вообще не думала и знала о них лишь то, что они жадные коротышки, живущие в подземельях. Почему бы им при раскопках не найти следы древней цивилизации, на тысячелетия обогнавшей это средневековье? И вот в борьбе со злом в лице Ки’Гару и его Империи Зла все народы объединятся и запитают эту вундервафлю магией. Она сначала не сработает, но после убийства главного злодея откатит мир назад, до момента получения Кайратом Системы. Все воскреснут, кроме темного властелина, потому что… Тут я крепко задумалась: «Действительно, почему?».       Сидела я долго, но никакого объяснения в голову не шло. Меня отвлекло сообщение от Оли, она предлагала погулять и сходить вместе куда-нибудь. Я не стала отказываться. Все равно сейчас я ничем полезным не занималась. Мы недолго переписывались и договорились встретиться через полчаса у ближайшего кинотеатра и посмотреть какой-то новый фантастический фильм.       К нам присоединилась еще и Света, они с Олей были подругами со школы и решили вместе пойти на один факультет. Кино было тупым, с кучей взрывов, перестрелок из бластеров и взрывами в космосе, но мне понравилось. Свете же очевидно не понравилось:       — А эта любовная линия? Ну кто пишет такие сценарии? — девушка яростно жестикулировала. Ее яркие гелевые ногти рассекали воздух как когти разгневанной тигрицы. — Реально, если бы в жизни все так быстро влюблялись и переходили к постели, то никакой демографической проблемы в развитых странах не было бы. Да и девушка никакая, я уже ее имя забыла.       — Ну-ну, будь снисходительней. Фильм все же был заявлен фантастическим боевиком, на адекватную любовную линию было рассчитывать по крайней мере опрометчиво, — Оля была более спокойной. — Но произведение взаправду слабое. Особенно все эти намеки на судьбу на фоне космоса и высоких технологий — прошлый век.       — А мне зашло. Весь этот символизм связи между героем и злодеем был прикольным. Да и сюжета бы не было без всех этих заморочек с предназначением. Что один, что другой остались бы при своем и даже бы не знали о существовании друг друга. Правда, я тоже не поняла любовную линию — то возлюбленная чья-то реинкарнация, то она самостоятельная личность с правом выбора. Мутота какая-то, — хоть и сюжет боевичка был непохож на историю Кайрата, у меня появились идеи.       Дойдя до остановки, Оля со Светой сели на один автобус, а я на другой. В пути я писала сообщение Кайрату, что нашла выход. Я не прописала пророчество подробно и поэтому была в праве добавлять детали. Например, каждый может разрушить душу другого, и поэтому никаких перерождений и никакого воскрешения в обращенном времени злодея не ждет.