Продам сердце, недорого

      Толпа ребят остановилась перед невзрачной вывеской кафе. Она была тускло-зеленой, припорошена лёгким снегом, который, кружась, начал падать.       «Как в тот раз», — подумал Дазай, и толкнул стеклянную дверь. В помещении было тепло и пахло вкусным чаем. Посетителей не было, но знакомая фигура с длинными волосами, заплетёнными в косу, стояла за барной стойкой, протирая стаканы. — Кирако! — Осаму подошёл к стойке, опираясь руками в столешницу. Его друзья толпились позади, выглядывая из-за плеч шатена.       Девушка оглянулась. — Дазай! — без труда узнала его Харуно. Она отложила бокал и подошла к нему, с радостью оглядывая парня. Он выглядел намного лучше, чем в их первую встречу. — Привет, дорогой. Я думала, что ты забыл про меня. — Да как я мог? — воскликнул Осаму, а потом спохватился, — Простите, что так долго не приходил. Сегодня я не один, мои друзья напросились пойти со мной. — Здравствуйте, ребята, — девушка засмеялась, глядя как они неловко топчутся. — Присаживайтесь за стол.       Компания расселась за самым большим столом. Правда, стулья пришлось таскать от других столиков. Девушка поставила по центру корзинку с тёплым, только испечённым хлебом, а перед каждым чашку с травяным чаем. Сама она скромно присела на краешек табуретки во главе стола. — Кирако Харуно, владелица кафе, — представил её Осаму, а потом начал называть по очереди друзей, которые поднимали руки, услышав своё имя. — Чуя Накахара, Куникида Доппо, Ацуши Накаджима, Рюноске Акутагава, Рампо Эдогава и Эдгар По. — Приятно познакомится, — кивнула девушка, кутаясь в свой тёплый свитер. — И нам тоже! — хором ответили ребята.       Все застучали чашками. — Харуно, Ваш муж дома? — спросил Осаму, придвигаясь к ней, — Здесь есть человек, который очень хочет познакомится с автором его любимой книги. — Дазай незаметно кивнул на Рампо, который отнимал у Эдгара кружку. — Ах! Да, конечно, секунду, — она ушла по лестнице наверх, в жилые квартиры.       Через две минуты она вернулась, а за ней спустился высокий мужчина, с длинными, серебряными волосами. Он был в зелёном японском кимоно. Очень серьёзный и даже угрюмый.       Вся компашка замолчала, уставившись на него. Кирако что-то шепнула мужу, вроде: «Не будь таким злым, не пугай детей». Тот откашлялся и поздоровался: — Здравствуйте. Я Юкичи Фукудзава.       Рампо вскочил из-за стола чуть не опрокинув чашки. — Это правда Вы? — он перелез через колени зашипевшего Куникиды и приблизился к мужчине. — Я Рампо Эдогава. Я… — парень растерялся. — Ваша книга… Я… — И почему она тебе так понравилась, Рампо? — спросил Фукудзава. — Она…       Кирако вернулась за стол, разговоры возобновились. Осаму смотрел в окно. Там падал снег. Зима постепенно вступала в свои полные права, прогоняя засидевшуюся осень. — Ты опять грустишь? — толкнул его в бок локтем Накахара. — Нет. Просто сижу, — шатен не оторвал взгляд от окна. Мимо проехал чёрный джип с тонированными стёклами. Заднее было опущено, и в нём виднелась Ями. Сначала Дазай никак не среагировал. Он просто не понял, что видит ту самую девчонку из больницы. Но потом до него дошло. — Дазай, ты куда?! — Я сейчас вернусь! — крикнул парень, выбегая на улицу. Он почти поскользнулся, но удержал равновесие. Джип стоял на светофоре, ожидая зеленого. — Акума! Акума Ями! — девушка услышала его, и высунулась в окно. Потом вылезла из машины, бросив водителю, чтобы подождал. Парень подбежал к ней, пытаясь отдышаться. — Дазай? Ты ли это? — она придержала его за плечо. — Ого, не думала тебя здесь встретить. — Привет, Ями, — парень улыбнулся, вгоняя девушку в небольшой шок, — Ями, я… — Через три дня концерт, ты помнишь? — она поправила свою ветровку, сползающую с плеча. — Да! Да. Я как раз об этом хотел поговорить. — Ты не придёшь? — она сложила брови домиком, выдыхая облачко пара. — Приду! Только вот… — Осаму взъерошил свои волосы. — Это наглость, но… У меня пять билетов, а нас семеро. — Нас? — переспросила Акума, уже догадываясь о чём идёт речь, и начиная улыбаться. — Меня и моих друзей, — Дазай засмеялся.       Это был странный смех. Человек, который только научился улыбаться — смеётся. Неумело, хрипло, но счастливо. Снежинка легла ему на нос. — Я попрошу, чтобы вас всех пропустили, — девушка тоже хихикнула. — Так значит у тебя получилось? — Почти. Почти получилось, — Осаму успокоился и обнял себя руками за плечи. На улице было холодно. — Кстати, могла бы и сразу сказать, что ты и есть «Black butterfly». — Зачем? Ты и сам догадался, — она хмыкнула. — Тогда буду ждать на концерте, Дазай.       Джип медленно отъехал, скрипя шинами по гололёду. Ветер пронёсся по улице и бросил охапку снега в лицо шатену, который повернулся к кафе. Окна домов полыхали в вечерней манере, сигналили недовольные водители, стоявшие в пробках, мерно проплывали тучные облака над усталым городом. Мороз жалил щёки и лез под одежду.       А в груди было тепло.