Исцеление

      Утро встретило их подобно предыдущему: Тони — отлепляющим бумажку от лица из-за очередной ночи, проведенной за монитором с последующим сном в этой же позе, Локи — не менее неудобно устроившимся на своем временном ложе, и всё под неизменно вежливый голос Джарвиса, сообщающего о прибытии мистера Беннера, а потом и о погоде с наисвежайшими новостями, которые не имели для них, отрезанных от мира, никакого значения.       — Мистер Беннер ожидает вас в зале, сэр, — напомнил Джарвис, когда Старк, спихнув Локи в угол подальше, плюхнулся на диван рядом, простонав от боли в затекшей спине и с чувством потянувшись.       — Белоснежка, я тут подумал... Не хочешь ли ты сходить помыться, что ли? Ты ведь там мог… переодеваться с помощью своих фокусов, — Тони широко зевнул и как-то неопределенно махнул рукой, а Локи так и не произнес ни слова, только фыркнул и кое-как поднялся, немного качнувшись на слегка ватных ногах.       Тони, показав асу местонахождение соседней от его ванной комнаты, сам наспех привел себя в порядок и, всё еще довольно помятый, но уже со свежей головой и накинутым на плечи полотенцем, поднялся к Брюсу, который несколько скучающе наматывал круги по общей гостиной, в которой они чаще всего собирались командой.       Беннер, почти не выдавая своего волнения, приветливо улыбнулся Старку, крепко пожимая протянутую руку, даже слишком, как он обычно это делал. Было видно, как неловко ему находиться в башне, к кое-каким разрушениям которой он сам приложил руку. Ну, почти сам. И не руку, а голову Локи.       — Как успехи? — уже сидя за небольшим журнальным столиком и скрестив руки на груди, поинтересовался Брюс.       — Их нет, — криво ухмыльнулся Тони. — Впервые в жизни я не могу разобраться с устройством, которое сделал сам, причём не такое гениальное, как остальные, — Беннер, пусть и посмотрел на него немного насмешливо, но спорить не стал, потому что это было истиной, пусть обычно люди и предпочитают не выражать вслух похвалу себе, но Старк был Старком, и на этом, в принципе, можно было поставить точку.       — Тебе нужно больше отдыхать, Тони, — начал было Брюс, но инженер, не успев проглотить кофе, протестующе замахал руками.       — Только вот ты еще не начинай, — было непонятно, от чего он поморщился — то ли от крепчайшего эспрессо, то ли от замечания Беннера, прозвучавшего так же кисло. — Я и без этого много сплю, а спящим, знаешь ли, толку с меня мало, — правда была в том, что Тони ненавидел сон, всегда сопротивлялся ему и только изредка, когда находился на грани сил, автоматически вырубался, иногда прямо в мастерской. С некоторых пор отключение сознания стало для него прямым билетом на встречу с чем-то ужасным и беспокойным.       — Двухчасовой сон на столе не считается, — ответил ему третий голос, обладатель которого с тихим звоночком прибывшего лифта вышел из него. — Здравствуй, Тони.       — Мы так не договаривались! — вместо приветствия возмущенно воскликнул Старк и с осуждением посмотрел на Брюса, который только виновато пожал плечами. — Если ты, сосулька, прибыл в качестве няньки, то в детском саду сегодня выходной, — не глядя на Роджерса он махнул ему рукой, всем своим видом показывая, чтобы тот убирался отсюда.       — Я выполняю распоряжение Щ.И.Т.а, Тони, — не менее воодушевленно ответил ему Стив, положив со спины руку на плечо. — Может ты не поверишь, но все действительно переживают за твою безопасность. Локи не лишен магии, и предлог, почему он не должен использовать её, довольно сомнительный, — Тони поморщился от официозного тона капитана, но спорить с самого утра отчаянно не хотелось.       — Только оставьте меня в покое, ладно? Оба. У меня и так ни черта не выходит, — немного расстроенно выдохнул Старк.       — Он… не доставляет проблем? Где он? — осторожно спросил Брюс, оглядывая помещение, словно надеясь найти Локи, прячущимся за какой-то из колонн.       — Если бы у меня были проблемы, Джарвис бы тут же вам сообщил, за кого вы меня принимаете вообще? Могу с точностью сказать, что на время, пока я в силах решить его проблему, он не опасен. Мой дом — моя крепость.       — И трамплин для прыжков в воду, — хохотнул Брюс, но стушевался из-за двух недовольных взглядов, направленных на него.       — Эта мнимая безопасность не вечна, — обеспокоенный чем-то Стив всегда выглядел чересчур серьезным, настолько, что Тони подавил в себе острое желание рассмеяться над его сосредоточенной миной.       — Как только я найду проблему, замок будет вскрываться при Торе. А потом пусть катится в Асгард, — Старк снова рассеянно махнул рукой.       — Ты выглядишь бледным, Тони. Уверен, что не нужна помощь? — Брюс показательно постучал по своему чемоданчику, в котором, по всей видимости, хранилась целая больница на случай… на любой случай, который может произойти. Старк не знал, насколько сильна была в этом необходимость — в его башне был небольшой медицинский блок в виде одного лабораторного помещения, оборудованного только аппаратурой: лекарств и прочей мелочи там не водилось.       — Нет, — уже более раздраженно повторил ему Тони. — А вот нашему пришельцу — вполне.       — Что… — Стив не успел удивиться, потому что до них внезапно донеслись громкие стуки, раскатившиеся где-то в глубине коридора и быстро приближающиеся.       — Это что? — Роджерс медленно поднялся с кресла, тут же напрягаясь, в любой момент готовый вступить в бой, разве что под рукой непривычно не оказалось щита.       — Успокойся, кэп, это Белоснежка топает, — как только он это сказал, разъяренный Локи поразительно длинным прыжком влетел в зал, весь взъерошенный и нехарактерно покрасневший, с его волос ручьем текла вода, делая их прямыми, будто он только что высунул голову из-под душа.       — Ты придурок, Старк, — прошипел ас, не обращая внимания на Стива и слишком часто, чем всем им хотелось бы, задышавшего Брюса. — В доме миллиардера нет ни горячей воды, ни полотенца, — он в бешенстве тряхнул головой, оставляя под собой растекающуюся лужу.       — Блин, в той ванной она отключена, — с досадой сказал Тони, но, не растерявшись, кинул ему свое полотенце, которое ас поймал и тут же с недовольством принялся вытирать им неприятно мокрую шею. Увидев гостей, он замер на мгновение, но потом совсем невежливо буркнул:       — Здрасьте.       — Почему ты не можешь высушить себя магией? — пытаясь выглядеть как можно дружелюбнее, но с нервной улыбкой спросил Брюс. Он всегда чувствовал свою вину за дела, совершенные Халком, и неожиданно для самого себя ему стало неловко перед Локи — его лицо все еще украшали ссадины и порезы, даже несмотря на то, что тот должен быстро регенерировать, что показалось Брюсу странным.       Локи едва заметно пропустил вдох, когда Беннер заговорил с ним, что не укрылось от цепкого взгляда Тони, и он со вздохом мотнул головой. Ас с Брюсом походили на маленькую девочку рядом с собачкой — неизвестно, кто кого боится больше. Они оба осторожно изучали друг друга, при этом шарахаясь от каждого движения.       — Потому что мое происхождение не дает мне управлять теплом, — помрачнев, Локи швырнул мокрое полотенце обратно в Тони. Брюс с настороженным любопытством наблюдал за взаимоотношениями между гением и богом, с удивлением подмечая, что не видит никакой откровенной вражды, на которую они все рассчитывали, когда оставляли их наедине.       Локи стоял неподалёку, тяжелой статуей опершись о каменную стену и стараясь не дышать. Осунувшийся и нездоровый, он всё еще держался, но Беннер видел дрожь, переходящую со спрятанных за спиной рук в плечи. Он старался максимально незаметно изучать аса, поворачиваясь в его сторону только мимолётно, пока Мстители были заняты разговором, и страх понемногу отступал — бог выглядел плохо, даже жалко, но Брюс и на секунды не подумал злорадствовать, чего он ожидал бы, скорее, от Тони, но тот неожиданно сам попросил о помощи.       Тихо, чтобы не злить Локи раньше времени, Тони почти неслышно шепнул Брюсу:       — Я думаю, ты понял, о чём я. Любой ценой тащим его в эту чёртову лабораторию.       — Почему это так важно для тебя? — так же тихо отозвался Беннер, не обращая внимания на любопытствующего Стива, пытающегося подслушать.       — Не хочу получить Торов разряд по башке, если это чучело склеит ласты прямо под моим носом, — Тони явно перестарался вложить в свой тон небрежности, потому что он вышел фальшивым.       Брюс покачал головой. Старк был хорошим человеком, но зачастую не в себе, и у Беннера были все основания полагать, что и сейчас происходит нечто неправильное.       — Ты бы о себе так заботился.       — Я плохо выгляжу? — наигранно обиделся Тони, привстав и подвигав бёдрами. — Всё отлично, Брюс, просто замечательно. Эльза, пойдём, я тебе кое-что покажу, — он поманил Локи к себе, и тот нехотя двинулся за ним. Старк напоследок обернулся на друзей, показав жестом, чтобы те были готовы.       Локи злобно дышал, сверлил безумным взглядом потолок, но даже не пытался встать со своего лежбища — сил шевелиться и так было немного, а когда тело коснулось мягкой постели, в которую его насильно уложили и пригрозили привязать, вся энергия и вовсе покинула его. То ли из-за давно забытого ощущения комфорта, то ли из-за странных иголок с жидкостями, которыми, под обещания мучительной смерти, обколол его беспристрастный Брюс.       — Скажу честно — мы не очень преуспели в изучении анатомии богов, однако кое-какие параллели с человеческими особенностями провести можно, — задумчиво протянул Брюс.       Он внимательно рассматривал результаты кардиограммы Локи, полученной после яростного сопротивления аса и осторожных убеждений со стороны трех Мстителей, которые в свободную от спора секунду даже забывали задумываться, какого черта вообще происходит.       Лечить вселенское зло как-то не входило в их планы, но упрямство Локи подстегнуло в них ответное упрямство, и уложить аса под проводки уже казалось делом принципа.       — Похоже, что у вас упадок сил, мистер… э… Локи, — скомканно сообщил ему Брюс, не зная, куда деть себя. — Полагаю, что с Вашим организмом и его невероятными свойствами это куда более серьезно, чем у обычного человека.       — Разве не должно быть наоборот? С его-то регенерацией, — Тони почувствовал себя мамочкой, сидящей рядом с ребенком и участливо задающей вопросы врачу вместо него.       — Чтобы вывести из строя такой невероятной силы организм, нужен очень сильный стресс, поэтому нет, Тони, не должно, — покачал головой Беннер, продолжая рассматривать нездоровую ломаную, изображающую ритм сердца аса, которого, будь он человеком, можно было бы назвать страдающим аритмией. Локи презрительно фыркнул.       — Тони? — Брюс отвел следившего за процессом инженера в сторону. — Насколько пристально ты за ним наблюдал эти три дня?       — Что ты имеешь в виду? — Тони немного разволновался, услышав странный вопрос. Не то, чтобы сильно, он, скорее, вообще не наблюдал, просто сложно не увидеть очевидного.       — Ну, насколько много времени вы проводили вместе? — Старк задохнулся от возмущения и ещё тише, но куда эмоциональнее зашептал:       — Что за хрень, Брюс? Он мне для работы нужен, логично, что постоянно, — Тони с негодованием смотрел на доктора, опешившего от такой бурной реакции.       — Успокойся, Тони, я не имел в виду ничего… ничего такого, о чем ты там подумал, — Беннер попытался успокоить инженера, но мысленно поставил ещё одну галочку в список «подозрительных вещей, связанных с Тони Старком». — Хотел спросить, не замечал ли ты каких-нибудь странностей в его поведении.       — Вроде того, что он хренов бог и жрёт как не в себя? — Старк нервно потёр шею, оглянувшись на Локи.       — Ты понимаешь, о чём я, — Брюс сузил глаза. — Тони, я понимаю, что некоторыми вещами делиться сложно, когда навязываешь себе долг хранить тайну, но… — он устало опёрся на стол, снял очки и протёр их. — Если ты хочешь, чтобы ему помогли… — Брюс осёкся под потемневшим взглядом Старка и исправился, примирительно подняв руки: — …пострадать от Тора, то нам надо разобраться в том, что происходит, а я, чёрт возьми, не могу это сделать, пока вы оба играете в молчанку, — все трое в комнате дёрнулись, когда последние слова вместо Беннера прорычал Халк.       — Всё-всё, спокойно, — Тони медленно выдохнул, опасливо косясь на Беннера. — Беспричинный страх, — начал перечислять Старк, тяжело выдавливая слова прямо в ухо Брюсу, чтобы у Локи не было малейшей возможности расслышать. — Проблемы со сном, с дыханием, ориентацией в пространстве, да со всем, мать его. И ещё… я не уверен, конечно, это было неоднозначно... — он замялся. — Он как будто пытался себя придушить. Своей же рукой.       Тони нахмурился и опустил голову, чувствуя себя предателем, выдавшим чужой секрет, но Брюс мирно похлопал его по плечу.       — Я, конечно, не невролог, но даже мне понятно, что нервная система, какая бы она у богов ни была, сильно расшатана, и вся это тревожность, стресс, одолевающий его, стали причиной для своего рода…       — Панических атак, — закончил за него Тони, растирая лоб ладонью. Он нервно усмехнулся и жалость победила в нём любые попытки сопротивляться ей, она ловко скользнула внутрь него, прочно пустив корни. Но он ни за что не покажет её, поэтому в первый и последний раз позволил себе это выражение лица, полное горечи.       — Да, — с сожалением сказал Брюс, понимая, насколько тяжела эта тема для самого Железного Человека. — Это сильно подорвало его состояние, и он в целом сейчас довольно слаб, что, по всей видимости, и препятствует регенерации и, наверняка, другим способностям. Так что он сейчас более, чем безопасен, — виновато улыбнулся Беннер — искать выгоду в беде другого было не в его характере. — Ему нужно время. Как и всем нам.       — Спасибо, Брюс, — сдержанно приподнял уголки губ Тони, потому что улыбаться не хотелось совсем.       — Тони, просто чтобы отвлечься… Давай соберемся сегодня. Посидим, обсудим работу. Только мы с тобой и Стив.       — У меня нет этого драгоценного времени, да и обсуждать нечего, извини. — в поддельном сожалении пожал плечами Тони, пытаясь обойти Брюса и покинуть оборудованное под лабораторию помещение, но Беннер с обычной для себя силой схватил инженера за запястье.       — Если ты сляжешь точно так же, а это рано или поздно обязательно произойдет, ты уже никому не сможешь помочь, — несмотря на чудовищную силу, с которой он держал Тони, его голос был так же мягок, как обычно. Старк же, немного поколебавшись, все-таки ответил:       — Хорошо. Но недолго.       Брюс уже слабее ободряюще сжал руку Тони и вышел из комнаты первым. Старк долго колебался, стоит ли ему тоже выйти или остаться, просто стоя спиной к кровати и не оборачиваясь.       — Ты умеешь рисовать? — раздался негромкий голос позади, и Тони едва не подпрыгнул.       — Чего? — непонимающе спросил Старк и присел на стул рядом.       — Ну, знаешь, — Локи смотрел в окно, занимающее всю стену, не отвлекаясь на Старка, только говорил какие-то непонятные вещи, Тони даже показалось, что ас говорит во сне, а не с ним. — Краски там, бумага, — он дёрнул рукой и зашипел от шевельнувшейся иглы в запястье — Брюс заботливо установил капельницу с неизвестным ему содержимым, но Старку подумалось, что это нечто успокаивающее, потому что от гнева, которым почти постоянно дышал Локи, не осталось и следа.       Он мирно лежал с полуопущенными веками, безмятежно глядя куда-то вдаль. Тони ещё никогда не видел аса таким спокойным, свободным от любых переживаний, в какой-то степени мечтательным.       — Я нет. А вот Стив вроде умеет, — прозвучало неуверенно, но только потому, что Старк, прожигая взглядом, пытался заставить себя не смотреть на расслабленного Локи.       — Это здорово, — ас слабо улыбнулся, словно не понимая, где он и с кем находится. — Можно запомнить то, что не хочешь забыть.       — Для этого человечество изобрело фотоаппарат.       — Запомнить так, как хочешь, — поправил себя Локи.       — И… что бы ты нарисовал? — буднично поинтересовался инженер, теребя край рубашки.       Локи наконец посмотрел на него, будто искал подтверждения, что человек обращался именно к нему. В этих глазах Тони разглядел столько тоски, что дышать стало тяжело от охватившей его самого боли.       — Не знаю.       Старк отошёл подальше от кровати и присел прямо на пол, потому что желание обнять и хоть как-то утешить Локи росло в геометрической прогрессии. Убеждал себя, что не должен этого делать, потому что знал, что это обязательно выльется во что-то, если не страшное, то необратимое. Будто шаг в ослепительно белый коридор, где за углом — темнота, в которую стоит лишь ступить, как остается место только для неё. Тони редко кому-то сочувствовал, но если и делал это, то от всего сердца, всей душой. И Локи был последним, от кого он хотел бы зависеть       Увидев печаль в ярко-зелёных глазах даже под закрывшими лицо ладонями, Тони, не выдержав, просто сбежал, громко хлопнув дверью.       Весь оставшийся день Тони находился в некой прострации, не в силах собраться с мыслями, которые стоило бы направить в нужное русло. Вместо них в голове с усиленной мощью крутились посторонние вещи, вернее, человек. Или даже бог, никак не отпускающий его, тем более в момент уединения. Сейчас он был заперт в своей «палате», добро накачанный чем-то, за что Тони никогда не скажет Брюсу «спасибо», потому что это оказалось для него слишком. Слишком откровенно и тайно, будто он не имел права видеть то, что Локи, оказывается, живой, и он может быть не свихнувшимся божеством. Старк бы мог сравнить это ощущение с тем, что он случайно увидел аса совершенно обнажённым, и от этого курсор на мониторе не попадал по нужным иконкам, пока управляющий им инженер старался совладать с собой.       Время до вечера тянулось необычайно медленно, но, как только на часах вырисовались заветные восемь часов, Тони с завидной скоростью вылетел из мастерской, стараясь запереть там все свои метания на оставшийся день, полностью доверяя себя в руки Стива и Брюса.       Не заморачиваясь с заказом новой партии алкоголя на дом, они решили просто поубавить запасы уже имевшегося в баре Тони, и уже через час бутылка яблочного шнапса и пакет сока того же вкуса для Стива подошли к концу. Вопреки опасениям Брюса разговор клеился отлично, и они уже давно отошли от одного обсуждения работы над освобождением Локи.       — Да ладно, спящая красавица, прям совсем не берет? — изрядно повеселевший, Тони даже позволил себе приобнять Стива за плечи, с сочувствием смотря на него немного затуманенным взглядом. — Вот прям даже головушка не кружится?       — Нет, Тони, это нереально, — усмехается Роджерс и в очередной раз отодвигает его руку с протянутым виски. — Я пытался. Но не скажу, что завидую вам, парни, это же дрянь.       — Капитан, мать его, пай-мальчик. Тебя хоть раз мама наказывала, или ты всю жизнь весь из себя такой правильный?       — Мне хватало того, как меня избивали по подворотням, — Стив почти мечтательно улыбнулся, будто вспоминая старые добрые времена.       — Стоп, что? — Брюс, до этого флегматично молчавший, немного оживился. — Ты хочешь сказать, что есть человек, который может похвастаться тем, что надрал зад кэпу?       — И я ему даже не пожал руку! — возмущенно всплеснул кистями Тони.       — Ну, им уже около сотни лет, но в общем-то да, такие есть, — Стив рассмеялся. — Правда, хвастаться особо нечем, побить тощего астматика — как-то не по-геройски.       — Вот нахрена, Стиви, ты вечно на рожон лезешь? Чёрт с этой сывороткой, ничего не изменилось же, ты такой безмозглый, как и был.       — Не безмозглый, — Беннер важно поднял палец. — А благородный! — Тони на это только фыркнул:       — А в чём разница?       — Секундочку! А полёт в портал с атомной бомбой на спине? — Роджерс несильно подтолкнул Тони в бок локтем.       — Иди в задницу, Роджерс, это не считается, — Старк обиженно отодвинулся от него, но потом все трое рассмеялись. — Ты просто эту заразу к нам из своих сороковых принёс. Подхватил случайно, знаешь ли.       Несмотря на то, что инженер хотел лишь отделаться от непрошенного внимания навязанных ему Мстителей, он неожиданно для себя расслабился, позволяя себе выпить больше, чем он обычно делал это, когда находился не наедине с собой. Давно позабытое чувство уютной компании приподняло его дух на этот вечер, и он решил на сегодня позабыть не только о том, что грызет его изнутри уже долгое время, но и обо всем, что связано с Локи. Хотя бы сейчас. Лишь бы не видеть этот рентген вместо взгляда у Брюса, который ничем не мог ему помочь. А Тони и сам не знал, с чем, потому что не мог сформулировать и до конца осознать, что происходит в его голове.       Кэп, хоть и алкоголь для него был абсолютно бесполезен, имел замечательное умение органично вливаться в любые посиделки, где царила разряженная пьяная атмосфера, поэтому и сейчас он не чувствовал никакой скованности с Тони и Брюсом. Хоть он и не пьянел физически, обстановка заставляла делать это психологически, а ребяческий настрой Мстителей только подстегивал это ощущение. Тони был ходячей вечеринкой в любом состоянии, Брюс — скромным, но в глубине души таким же развязным. Но рано или поздно жизнь их всех заставила спрятать свои многие черты куда подальше.       Стив и глазом не успел моргнуть, как Старк уже закреплял на нем неизвестно откуда взявшиеся перчатки из своей старой брони, оснащенные репульсорами, а Беннер, заметно покачиваясь, расставлял так же чёрт знает откуда взявшиеся фарфоровые фигурки по краю стола. В гостиной громко играла музыка, которую обходительно подбирал Джарвис, меняя её под стать меняющемуся настроению Мстителей.       — Ты только никому не говори, кэп, а то все подумают, что я подружился с тобой, — растягивая гласные сказал Тони, когда закончил настройку перчатки на немаленькой руке Роджерса. — Шлем не дам, — он выкинул вперед указательный палец. — Всё сам. Эй-эй! Ты подальше отойди! С такого расстояния даже Фьюри без второго глаза попадет!       Стив, немного пошевелив рукой в перчатке, привыкая к ощущениям, прицелился на маленькую фигурку, и, держа ее на прицеле, отошёл назад ещё на пятнадцать шагов — благо, огромный гостевой зал Старка это позволял.       — Давай, Стиви, — присвистнул Беннер, отойдя подальше от стола.       Капитан закрыл один глаз, на ходу пытаясь разобраться с тем, как это работает и работает ли без шлема вообще. Старк всегда ловко обращался со своими репульсорами, при этом почти не промазывая, но в этом была большая заслуга его навороченного костюма. Еще в сороковых Стив редко использовал оружие, но всегда оснащенное мушкой, а сейчас он и вовсе обходился без него, предпочитая свой щит и нечеловеческую силу, но точность никогда не была его слабым местом, поэтому выглядел он уверенно.       Послышался звук заряжающегося репульсора и вслед за ним яркий луч ударил точно в цель — слоника разбило на мелкие осколки, разлетевшиеся по гостиной.       — Есть! — вскинул в воздух кулак Старк. — Давай еще, сосулька.       Кэп, заразившись энтузиазмом пьяных товарищей, уже куда быстрее разделался с остальными фигурками, быстро уничтожая одну за другой, пока весь пол не оказался покрыт черепками. Стив остался доволен собой и позволил Тони снять с него перчатку.       — Отлично, кэп, но медленно, — похлопал его по плечу уже неустойчиво стоящий на ногах Тони. — И все же это не для тебя. Ты хорош и в своем этом, — он неопределенно помахал ладонью, намекая на костюм Стива, но, по всей видимости, забыл слово, поэтому просто оборвал мысль. — Говард гордился тобой, — еще раз сжав ладонь на рубашке Роджерса, он отпустил его. — Куда больше, чем… — он опять не договорил, только поджал губы, словно жалея о своих словах.       — Прости, — растерянно произнес Роджерс, даже до конца не понимая, за что конкретно просит прощения и правильно ли вообще всё понял. И подумал, что если и правильно, то извинился бы ещё раз, несмотря на то, что его вины в этом не было.       — Давай без этого, Стиви, — усмехнулся Тони, раскидываясь на широком диване и беззаботно махая рукой. Беннер уже сопел, подперев щеку декоративной подушкой.       — Говард тоже многое для меня значил, хоть мне и не удалось узнать его получше, как хотелось. До сих пор живу с чувством, что многое не закончил там, — он махнул головой. — Не успел просто, — капитан редко делился чем-то настолько личным, поэтому Старк не смел прерывать его, просто тихо слушая. — Чёрт, да я опоздал на своё первое свидание на семьдесят лет, — он невесело усмехнулся.       — Ты, кэп, нужен здесь, так что прекращай. Да и в нашем веке выбор дамочек пошире будет, — Тони ему подмигнул, внезапно ощутив себя невероятно старым, говоря это Стиву.       — Об этом можешь не беспокоиться, Тони, — коротко, но непривычно мягко улыбнулся Роджерс.       Старк замер с приоткрытым ртом, с неверием уставившись на Стива.       — Кто-то прибрал к рукам самые желанные булки Америки? — Тони усмехнулся, всё ещё выглядя ошеломлённым, не сумев, как бы он ни пытался, представить ту железную (а то, что она должна быть именно такой, Старк не сомневался!) леди, ради которой глаза мёрзлого капитана блестели так, как сейчас, стоило только подумать о ней.       Ему не часто приходила в голову мысль о том, насколько всё-таки молод был Стив, практически в два раза моложе его самого, но он никогда не чувствовал в капитане и проблеска мальчишеского азарта, будто он имел критически укороченный спектр эмоций, в который никогда не входило то, что так внезапно заиграло на его лице сейчас.       — Я вас обязательно познакомлю, — пообещал Стив и немного смутился, почесав щёку.       — Что, кэп, всё так серьёзно?       — Очень на это надеюсь. Никогда в жизни не мог подумать, что это может быть так… — он глубоко вздохнул, так тепло улыбнувшись в пустоту своим мыслям, что Тони как никогда прочувствовал своё одиночество в полной мере. — Думал, что обречён застрять под маской народного достояния, боялся, что никогда не смогу позволить себе расслабиться так сильно, потому что знаю — для кого-то я Стивен Роджерс, а не Капитан Америка. Знаешь, это сродни тому, чтобы тебя воспринимали обособленно от твоих денег, имени Железного Человека и Мстителей.       — Не знаю, — усмехнулся Старк, поднимая бровь. — А если бы и знал, то давно был бы женат.       — Ты не прав, — Стив качнул головой, но продолжать не стал.       Светлая грусть, граничащая с такого же оттенка завистью, понемногу накрывала его сознание, потому что Тони понятия не имел, каково это — желать вернуться домой побыстрее не из-за того, что там можно спрятаться от камер, а потому, что его ждут. Чувствовать притяжение, которое не объяснить ни одним известным человечеству словом, не изобразить даже в самом слезливом и романтическом кино.       Да Тони, чёрт возьми, отлично понимал, что с ним происходит, но и на секунду не хотел мешать этому, будто из любопытства кидая самому себе вызов: «Да ты, старик, превзошёл самого себя!». Эксперименты над собой были его личным извращённым увлечением. Пойти под пули в непроверенной броне из мусора? Легко. Поместить в себя инородное тело из токсичного элемента? Еще проще! А почему бы не отправить себя в полет вертикально вверх в холодящем металле МАРКа, но с кипятящим кровью адреналином? «Поздравляю, сэр, на сегодня это ваша четвёртая попытка умереть», — со знанием дела говорил Джарвис. Жить хотелось, а вот умирать — нет. Знать бы еще как.       Они какое-то время сидели в полной тишине, пока она не затянулась.       — Я, пожалуй, пойду, — зевнул Старк и, не дожидаясь никаких очередных смущающих слов на прощание, неровно вышел из гостиной, внезапно почувствовав себя неловко от того, что напомнил Стиву о своём отце, которого, как он знал, никогда не сможет заменить.       И, как бы он ни просил самого себя не думать о Локи в этот вечер, дверь, ведущая к импровизированной лаборатории, будто специально оказалась на его пути. Он долго стоял, держась за ее ручку, сомневаясь, стоит ли вообще показываться перед «гостем» в таком состоянии, но в итоге он твёрдо решил, что лишь убедится в том, что с асом все в порядке, поэтому тихонько и нешироко приоткрыл дверь, просовывая в комнату только голову, но сам уже не мог уйти.       Локи так и уснул в кровати, где он лежал, пока его осматривал Брюс, прикрытый тонким белым одеялом, которое вряд ли грело его. Он как обычно (сколько успел понаблюдать за ним Тони) был немного нахмурен во время сна, слегка вздрагивал, дышал чаще, чем обычно люди во сне, но не умирал и не задыхался, да и вообще не был таким беспокойным, как в ту ночь, когда почти убил себя. А значит, можно спокойно уходить и оставить Локи одного. Тони, понимая, что сон аса поверхностный, и разбудить его может любой шум, тихо прикрыл за собой дверь.       Только не с той стороны, с которой планировал.       Шаткой походкой он подошел к широкой постели и уперся одним коленом на мягкий матрас и, когда Локи на это никак не отреагировал, позволил себе пристроить и второе, с каким-то замиранием сердца смотря на спящего бога в его доме. Он редко задумывался об этом, но Локи ведь действительно был божеством, причем далеко не безызвестным в их мире. Да, он был ослабленным и в какой-то мере потерянным, но ас всё еще оставался собой, и внезапно в нетрезвом уме эта мысль вызвала в нём будоражащий кровь трепет.       Старк с каким-то удивлением для себя заметил, что вымытые, ничем не уложенные волосы аса были куда длиннее, чем кажутся. И выглядят совсем легкими и мягкими, такими, что инженер еле сдержался, чтобы в пьяном рассудке не потрогать их. Всё, что он мог — тихо наблюдать за спящим асом, не смея издать и звука, чтобы не прервать такой странный, но почему-то волнительный для него момент. Но когда Локи внезапно пошевелился, еще больше поворачиваясь к нему лицом, Тони всё-таки провел кончиками пальцев по его холодному запястью, и, чувствуя, что сегодня непозволительно перебрал, попытался захотеть уйти отсюда, но ничего не выходило.       И он никак не ожидал, что ас откроет глаза так легко и резко, будто и не спал вовсе, резко сядет на кровати, уходя от непрошенных прикосновений.       — Старк? — заторможенно произнес бог, в непонимании смотря на него сквозь темноту комнаты, но уже явно немного рассерженно, а это означало, что ещё раз поглазеть на того мягкого, как сахарная вата, бога не получится.       — Локи? — хрипло выдохнул Тони ему в ответ, не зная, что скажет, если ас вдруг спросит, какого хрена он вообще тут делает, тем более взгромоздившись на его кровать.       — Ты пьян, — не вопрос, а утверждение.       — Самую малость, — он улыбается как сытый кот, но его глаза не излучают никакой радости, только потерянность и печаль.       Локи смотрел на него долго и пронизывающе, будто пытаясь прочесть его мысли, но Тони совершенно ни о чем не думал — его голова пуста от любых дум в данную секунду, ему казалось, что ас каким-то образом воздействовал на него, потому что чувствовал себя нездорово зачарованным       — Проваливай, — ас, наконец, улёгся обратно, ясно давая понять, что разговор окончен, но, накрывшись одеялом, замер, словно ожидая чего-то. — Ты оставишь меня одного хоть на секунду в этом грёбаном доме?       — Я помню себя таким же, — низким голосом, будто сам себе, произнес Тони и еще больше ошарашил бога, когда тоже лёг, пристраиваясь с ним лицом к лицу, но держась на расстоянии. — И последнее, чего я хотел бы, — он подвинулся немного ближе к Локи, — остаться одному.       Ас смотрел на него со своей половины кровати, сверкая отчего-то увлажнившимися глазами. Старк протянул ему поднятую кверху ладонь, и бог просто уставился на нее, обескураженный и обеспокоенный одновременно. Он как-то нервно сглотнул, задышав глубже, и Тони, уже начавший проклинать себя за эту глупость, хотел убрать руку, пока в последний момент не почувствовал на ней ледяные пальцы аса, вцепившиеся в его собственные, как за спасательную соломинку. Локи старательно отводил взгляд, ему было стыдно смотреть на этого смертного, так бесцеремонно забирающегося ему в душу, но так понимающего его, будто они были зеркальным отражением друг друга и имели одни секреты на двоих. Ас был напряжен физически, но абсолютно расслаблен внутри.       Губы Тони тронула мягкая улыбка, и он неотрывно смотрел на их сцепленные руки, медленно переплетающиеся пальцы и был уверен, что Локи занят тем же — наслаждением неизвестного доселе им обоим покоем. Ладонь бога в его ощущалась правильно, на своём месте и у него не проскочило ни единой мысли, чтобы одёрнуть ее.       Когда Старк поднял взгляд на лицо Локи, он уже снова спал, но его лоб впервые за долгое время был гладок, а чёрные ресницы не дрожали от неприятных сновидений. Тони ещё долго не мог пошевелиться, легко сжимая чужие холодные пальцы, дыша через невольно приоткрывшийся рот. Внутри что-то стремительно расцветало, странно подогреваемое прохладой, исходящей от аса.       Его ровное дыхание незаметно усыпило и Тони.