Чай со вкусом страданий

Мама, он снова пришёл пьяный. Снова пьяный, понимаешь? Не в себе. Ты мне говоришь: «Это всего лишь пиво!», а потом «Ему мало надо», «Уж лучше так, чем что-то крепче» Я понимаю, ты любишь и защищаешь. Но почему ты не замечаешь, что при каждой вашей ссоре я плачу? Он кричит, захлебываясь слюной и пеной от пива. Иногда напивается дома, иногда уже приходит такой. «Я — все, а вы — ничто!» И начинается песня на несколько часов. Мы все вместе корили папу за то, что он такой плохой, не ценит и не пытается выражать любовь. А разве это лучше? Разве так жить лучше, мама? Каждый раз он выгоняет тебя на улицу, в холодный чужой город, где нет ни родни, ни близких. Без денег и вещей. Зато есть ты, а у тебя есть я. Иногда мне кажется, что я лишняя. Ему не нужна, а тебе лишь обуза. Да, я взрослая. И что? Разве это значит, что меня надо бросить? Вот ты и не бросаешь, живя в убыток себе. Порой я хочу сбежать, запрыгнуть в поезд на последние деньги и улететь на встречу новому, живому. На встречу юности и счастью. Один раз пыталась, не вышло, теперь боюсь. Хочу исчезнуть. Не быть. Вот я есть, а кому от этого польза? Кому я нужна? Родственникам, которые не пишут и не звонят, не знают и знать не хотят, кто я, что я? Или друзьям, лишь один из которых за неделю отсутствия удосужился позвонить и узнать, жива ли я вообще? Кому я нужна? Тебе. Но он снова пьян. Беги, мама! Как в прошлый раз. Беги, что есть мочи. Беги со всех ног от него. Ты несчастна, а он псих. Беги, просто прошу, беги. Но ты не убежишь, ведь есть я. Понимаешь, к чему я клоню? Я — обуза, я — груз, что тянет на дно. «Ты взрослая! Будь самостоятельней! А вот я в твои годы…» Знаю, ма. Ты у меня молодец. Самая лучшая, хорошая и добрая, мудрая, красивая и сильная. Самая-самая. Моя. Я обещаю, что убегу. Вот возьму и сбегу. Туда, куда давно хочу. Я сбегу, уйду, не из дома, из крепости. Ты будешь останавливать, а я все равно уйду. Чтобы потом смогла уйти ты.