Дурка зовёт!

Уже два месяца Кай работает в психбольнице. Колю выписали, но санитары избегают друг друга. А подходить к двадцать седьмой палате ему запрещено по понятным причинам. Вообще, никто не обслуживает палату кроме Кая. Остальные работники думают, что раз Кай не жалуется — всё в порядке. Парню в самом деле не было на что жаловаться, но он вряд ли мог сказать, что чувствует себя в безопасности рядом с пациентами двадцать седьмой. Но он однозначно попытается исправить это. Раз в неделю каждый из них посещал психотерапевта. Впрочем, безуспешно. Кажется, обитатели палаты вполне спокойно относились к жизни в психбольнице. Сегодня Кай как обычно возвращался в комнату отдыха, смена была окончена. Но, увидев Марину, выходящую из своего кабинета, санитар мгновенно просиял и подбежал к ней: — Марина! — М?..- психотерапевт обернулась и вопросительно посмотрела на него. — Я…меня зовут Кай… Ботов — начал бормотать санитар, запинаясь. — А, ты новенький, я слышала о тебе. Что — то случилось? — Нет, просто…я подумал, что неплохо было бы нам по-… Вдруг из конца коридора в нетрудно догадаться какой палате послышался дикий ор и грохот: — ВЬЕТНААААМ! СУКА! ЗАЩИЩАЙТЕСЬ БЛЯТЬ! ОНИ ПОВСЮДУ, ОНИ НАПАДАЮТ! — АААААААААА КАКОГО ХУЯ — БЛЯТЬ ВЫ МЕНЯ ЧУТЬ НЕ РАЗДАВИЛИ УРОДЫ Кай прикрыл веки и глубоко вздохнул. Марина вздрогнула и попятилась: — Разберись пожалуйста со своими пациентами, потом поговорим. — Да…хорошо. Пока, — промямлил Кай ей вслед. Топнув ногой от злости и досады, парень быстрым шагом направился в палату. — Что вы здесь устроили?! — крикнул он в гневе, распахнув дверь на полную. Воцарилась тишина. Вид, явно готовящийся выпрыгнуть из приоткрытого окна, медленно закрыл его и, прищурившись, уставился на санитара. Кошма медленно положила на пол трость Вида, увидев санитара. Ника поднялась с пола и непонимающе посмотрела на Кая. Пестри и Аня еле сдерживали смех, они сидели в углу. Ира лишь фыркнула и достала из-под койки чипсы с крабом. Герман, даже не обратив внимание на Кая, продолжила бухать. Всё это выглядело весьма комично, но Каю было не до смеха. — Э-э… Кай? — подала голос Кошма, истерично хихикнув. — Да, Кай. В следующий раз, как будете устраивать побои, предупредите меня. Я не дам вам портить мои планы. — буркнул парень. — Ой-ой-оой — протянула Пестри, кисло улыбаясь, — и что же мы испортили? — Это неважно. — Понятно. Кай поспешил отвести взгляд от Пестри, так как выглядела она весьма нездорово. Санитар заглянул под кровать и увидел кучу еды и алкоголя. — Вы что, опять ограбили магазин? — Ага. Банк следующий, — хмыкнул Вид, спрыгивая с подоконника. Кай застыл и ошеломленно посмотрел на пациента. Как? Банк? — Да расслабься ты, он шутит, — хлопнула Кая по спине Кошма, рассмеявшись. — А чего это ты так решила? Он не шутит, — с наигранной серьезностью продолжил Вид. Он сел на койку и устало вздохнул. А вот Каю шутка показалась совсем не смешной, не только из — за отсутствия юмора. В голове санитара никак не укладывалось, как Палата номер двадцать семь могла бы ограбить банк. — Что произошло? — спросил санитар, отвлекаясь от своих раздумий. — Да херня, Вида накрыло, а нас за ним. Каждую пятницу одно и то же, — махнула рукой Герман. И не поспоришь. Кай оглядел пациентов на наличие травм. — У тебя кровь, — нахмурился Кай, посмотрев на левое плечо Кошмы. Темно — синий свитер окрасился в красный цвет. — Ерунда, — поморщилась Кошма, отстраняясь от него. — Тебя срочно нужно… — Отъебись. Кай решил не испытывать судьбу и, скрепя сердце, опустил глаза в пол. — М-да, ребята. С вами тут убиться можно, в прямом смысле, — вздохнул он, опускаясь на пол. — Только если ты адекватный, — пожала плечами Ира. Кошма присела рядом с Германом и взяла бутылку водки. — Алкоголизм не есть хорошо, — осуждающе посмотрел на пациенток Кай. — Быть трезвой — отстой, — бросила Кошма, чокаясь бутылкой с Германом. Кай так устал, что не нашел в себе сил подняться. Его разум затуманился, а веки отяжелели. Пациенты о чем — то переговаривались, кажется, они планировали какую — то…ночь откровений? Кай не мог предположить, что это, но звучало страшно. В итоге, сдавшись, санитар погрузился в царство Морфея, совершенно не подозревая, что спать в одной комнате с психами — очень плохая идея. Кай проснулся, захотел протереть глаза, но не смог почему — то пошевелить руками. И ногами…опустив голову, санитар с ужасом обнаружил, что связан. А потом в нос ударил запах мокрого асфальта. Ветер взъерошил волосы парня. — Что за…- пробурчал он, оглядываясь вокруг себя. Все вокруг приобрело четкость, сознание прояснилось. Кай обнаружил себя на улице, привязанным к дереву. Рядом с психбольницей была заправка, поэтому Кай сразу смекнул, что может позвать на помощь. Но никто не отозвался. Из — за угла психушки выглянули Герман и Ира. Они смеялись и оживленно о чем — то говорили. Потом увидели Кая и, даже не удивившись подошли к нему и презрительно взглянули сверху вниз. — И скоро она будет? — нетерпеливо буркнула Ира. — Да хер её знает. — Ира, Герман, что происходит? — обеспокоенно зашептал санитар, пытаясь освободиться. Он был успешно проигнорирован. Потом из того же места появилась Пестри. С…канистрой бензина в руках. Что все это значит? Девушка подошла к Каю и вылила жидкость на его ноги. Кая охватил настоящий ужас, он закричал и начал вырываться, но всё безуспешно. Потом появились Кошма, Вид, который был почему — то без трости, и Ника. Вид спокойно взглянул на санитара и сказал: — Это всё из — за тебя. — Что? Что случилось? Я ничего не делал! — в отчаянии вскрикнул санитар срывающимся голосом. Вид лишь покачал головой и взглянул на Кошму, отдавая ей что — то. Вспыхнул огонек — это Кошма зажгла спичку. Кай снова выпалил: — Мы можем поговорить! Девушка опустилась на колени и многозначительно взглянула на него: — Скажи честно, Кай. Тебе нравится твоя работа? — Д-да, конечно, — прошептал он в ответ. — Тогда улыбнись своим пациентам, — и Кошма разжала руку с огнем. Перед глазами вспыхнул белый свет, Кай вскочил, вскрикнув. …и снова оказался в палате 27. Протер глаза на этот раз свободными руками и понял, что это был всего лишь страшный сон. — Так — так, смотри на рюмки не наступи, — раздался недовольный голос Ники. Санитар снова сел на пол и тяжело вздохнул. — Приснилось что? — сочувственно хмыкнула Кошма. Кай прогнал остатки кошмара и задумался. — Да…плохой сон. Ничего страшного. — Неудивительно. А я говорила, что нужно было его выпнуть, он уже не первый вообще — то, — недовольно отозвалась Аня. — Расскажи, — сказала Герман, заинтерисованно посмотрев на парня. И санитар рассказал. Он был шокирован кошмаром и мало что соображал, но все-таки не думал, что палата настолько психованная, чтобы захотеть воплотить его в реальность. — Епт твою мать. А мне говорили, что кошмары отражают наши самые сильные страхи, — пробормотала Герман. — Значит Кай больше всего на свете боится…нас? — нахмурилась Ника. — Скорее не нас. Наверное он боится всё испортить, — пожала плечами Кошма. Кай снова вздохнул и согласился с девушкой. Судя по сну, сделал он нечто ужасное, а санитару даже думать о таком было настолько неприятно и страшно, что он побыстрее выкинул эти мысли из головы. — Кошма. А твое имя никак не связано с… — Нет блять, не связано. Это долгая история, рассказывать не буду, — бросила, перебивая его Кошма. Остальные почему — то улыбнулись, как будто санитар сказал нечто совсем глупое и забавное. Парень снова опустил взгляд в пол, устало вздыхая. Утро не задалось совершенно. А ему еще целый день работать. — Эй, — шепнула Герман, сев рядом с Каем, — Не беспокойся насчет сна. Мы бы никогда не смогли совершить такое. Да, я уебала Колю скрипкой, но у меня была на то весомая причина. Да и он совсем легко отделался, я уж точно не смогла бы грохнуть его. Просто выкинь из головы и всё. Тут каждому работнику снилось что — то неприятное, оно и понятно почему. Остальные кивнули и вернулись к своим делам. Кай не хотел погрязать в изучении значения сна, он никогда не был фанатом такого. Но парню в жизни снилось совсем немного кошмаров, поэтому он справится с этим как минимум через неделю. — Скажите…вы меня трогали, пока я спал? — решил спросить он, отодвигая кошмар на второй план. Повисло неловкое молчание. Кошма скосила глаза на Германа, та быстро ответила, слегка покраснев: — Нет, зачем нам? Кай подозрительно посмотрел на пациентов. — Ну ладно. Увидимся вечером. Кай вышел из палаты и закрыл за собой дверь. Последним, что он услышал, было гневное, но облегченное «Ебаный в рот».