Страх разрушает

Серхио сидел около каталки, на которой лежала Ракель. Он держал её руку в своей, прижав к своим губам, следя за её лицом. Оно было уже не таким бледным, на щеки постепенно возвращался румянец, дыхание ровное, пульс стабильный. Серхио никогда бы по своей воле, не отошёл от неё, даже на сантиметр, не отпустил бы руку, но тут по рации послышался голос Палермо. — Профессор, — он неохотно встал с пола и пошёл к компьютеру. — Да, Палермо? — Мы на корабле. — Без происшествий добрались? — Были некоторые проблемы. — Какие? — Нас преследовали, мы попали в небольшую перестрелку, но всё обошлось, грузовик стойкий оказался. — В смысле в перестрелку? Вы стреляли по полицейским? — Нет, по шинам, правда один автомобиль завалился на бок, тем самым остановив других, они попытались продолжить преследование, но мы поменяли машину на другом пункте, оставив в подарок тридцать килограммов золота. — Вы не пострадали? — Нет, Денверу плечо немного зацепило, но там только царапина. — Хорошо. Сейчас сидите тихо в корабле. В четыре часа ночи мы приедем. — Как Лиссабон? — Прооперировали три часа назад, пока не приходила в себя. — Ну, она сильная, раз согласилась выйти за тебя, а тут всего две пули, фигня. — Если ты попытался задеть меня, то у тебя не получилось. Конец связи, Палермо. — Конец связи. Серхио встал со стула и направился обратно к жене, но его остановила Токио, которая уже сменила комбинезон на гражданскую одежду. — Профессор, как вы? — Лучше, чем час назад. Как вы, сеньорита Токио? — он улыбнулся. — Прекрасно. Как там остальные? — Они в порядке, попали в небольшую перестрелку, все живы. — Какой у нас план, Профессор? Мы же не можем сидеть здесь вечно. — Через пять часов мы спускаемся в подвал и через туннель попадаем в систему канализаций, двигаемся к выезду из города, там нас ждёт машина, на ней мы едем до Валенсии, и садимся на корабль, а дальше по той же схеме, как в прошлый раз. — На этот раз мы опять разделимся? — Нет. Практика показывает, что это приводит к плохим последствиям. Мы будем жить в одной провинции, но в разных её частях. — Профессор, — Токио вновь обратилась к нему. — Да? — Я заметила нечто странное за Лиссабон. — Что? — в его глазах появился испуг. — Когда мы спустились в котельную, она её покинула буквально через двадцать минут из-за тошноты. При выходе из банка, она чуть не потеряла сознание и её также тошнило. Возможно, мы переборщили с дозой успокоительного, но я не думаю, что ей могло быть так плохо из-за него. — Говоришь тошнило? — Да, — Серхио сел на стул, который стоял около компьютера, он взял бумагу и ручку и начал что-то писать. — Токио! — он резко вскочил, напугав девушку. — Что?! — Где аппарат узи? — Вон он, — она указала на другой конец комнаты. — Вези его к каталке. — Хорошо, — Токио смотрела непонимающим взглядом на Профессора. Она прикатила аппарат, Серхио уже сидел на стуле и натягивал на руки перчатки. — Токио, включай и подай гель пожалуйста. — Что вы хотите сделать, Профессор? — Подтвердить или опровергнуть свои догадки. — По какому поводу? — Сейчас сама узнаешь. — Ладно. Токио подала ему тюбик с гелем, а затем пульт. Серхио начал водить им по животу Ракель, очень медленно и аккуратно, всматриваясь в экранчик, пытаясь не упустить ни одной детальки. Он смотрел так внимательно, что напарница не стала его трогать, а просто следила за всем, что он делает. И тут он что-то заметил. — Токио, увеличь! — Хорошо, — она сама устремила свой взгляд в мониторчик, пытаясь что-то понять. На мониторе было что-то очень-очень маленькое, Токио не понимала, на что так уставился Профессор, пока тот не вскочил со стула и не начал её обнимать. — Что случилось, Профессор? — ошарашенно спросила девушка. — Смотри! Вот, смотри вот сюда! — одной рукой он держал пульт, а другой карандаш, которым водил по экрану. — Вот, видишь это? Знаешь что это? — Нет. — Это плодное яйцо! А это означает… — его перебила Токио — Что Лиссабон беременна! — Да! Я стану отцом! — он вскочил со стула и начал прыгать и кричать, как сумасшедший, это было настолько громко, что в комнату прибежали Стокгольм и Рио. — Что случилось? — испугано спросила Стокгольм, смотря на Профессора, который стоял на коленях. — Сюда едет полиция?! — крикнул Рио. — Да какая, блин, полиция! Профессор скоро станет отцом! Лиссабон беременна! — на лицах Стокгольм и Рио был шок, который быстро сменился радостью. — Я поздравляю вас, Профессор! — подбегая к нему сказала девушка. — Спасибо. — Поздравляю! — улыбаясь сказал Рио, подходя к Токио, чтобы её обнять. — А теперь, — поднимаясь, начал говорить Профессор, — идите отдыхать, а лучше вздремните. Нас ждёт долгая дорога, нам идти четыре километра. — Хорошо, Профессор, — все трое отправились в другую часть коллектора, где уже разложили спальники. Серхио не мог прийти в себя после новости о том, что скоро станет отцом. Он сел около Ракель, взяв её за руку, мужчина смотрел в её закрытые глаза. — Говорят, что с людьми, которые лежат без сознания, нужно разговаривать, чтобы они быстрее пришли в себя. Не знаю на сколько это правда, но даже если это не так, я знаю, что скоро ты очнёшься, потому что вероятно сама догадываешься, что внутри тебя живёт наш ребёнок. Ракель, мне жаль, что сейчас ты не видишь, насколько я счастлив. Я никогда не мог подумать, что у меня будет жена, но тут ты соглашаешься выйти за меня. Я был уверен, что никогда не стану отцом, но в моей жизни появилась Паула, мне казалось, что это максимум, который может быть, но десять минут назад я убедился в обратном, ведь ты вынашиваешь нашего сына или дочь. Я обещаю тебе, что буду лучшим отцом, что буду менять подгузники, ходить гулять, просыпаться по ночам, чтобы успокоить ребёнка. Я люблю вас обоих больше всего на свете, я буду защищать вас от всех опасностей этого мира.