Крики ночи

Лесному отшельнику не стоило труда догадаться, кто именно упал в обморок на пороге его дома и что испугало гостя до потери сознания. Несомненно, это и есть тот второй — паренёк, о котором ему рассказали ундины. Даже в ночном мраке мужчина узнал гостя по смутному описанию духа воды. Худой, высокий, почти ребёнок — всё совпадало, только пришелец оказался ещё и в очках. Отшельник даже не думал, что его собрат окажется таким маленьким, и даже побоялся сделать больно хрупкому незнакомому существу, когда взял парнишку на руки, чтобы уберечь в доме от холода и темноты. Гость, вяло повисший в крепких объятиях, казался хрупким и непрочным, как будто проглядывающие под кожей кости можно было сломать неосторожным движением. Стараясь не растревожить его раньше времени, мужчина бережно уложил парня на жёсткую кровать, и, смочив его бледные щёки холодной водой из ручья, принялся ждать, когда гость придёт в чувство. Он был готов просидеть рядом с пареньком до самого утра, но тот, едва его отпустили, подскочил, как ужаленный. Испуганно озираясь, он сел на кровати, поправил сползшие с носа очки и полными необъяснимого ужаса светлыми глазами уставился на спасителя. Даже большой рот приоткрылся, готовый исторгнуть жалобный крик, но отшельник не мог позволить гостю разрушать священную тишину своего жилища. Он наклонился чуть вперёд, заглядывая в глаза гостю, который чуть не захлебнулся воздухом от ужаса, и тихо спросил, указывая себе на грудь: — Скажи, ты этого испугался? Гость отчаянно замотал коротко остриженной головой. Мужчина уже собирался с мрачным видом кивнуть, понимая, что ночь привела к нему случайного путника, а вовсе не брата, как вдруг паренёк заговорил: — Нет, я просто спасался от погони и очень бежал. Совсем выбился из сил, а когда вас увидел, так перепугался... Парень тараторил, столь нервно захлебываясь словами и слюной, что мужчине пришлось остановить его осторожным вопросом: — Я думаю, ты испугался не меня, а того, кто внутри меня? Я не сумасшедший, но мне кажется, что ты его видишь. Паренёк боязливо кивнул и зажмурился, отодвигаясь к стене. Но мужчина продолжал: — Скажи, а ты тоже их видишь? Кристиан совсем не собирался выставлять себя сумасшедшим перед незнакомцем, который выглядел очень странным, почти таким же жутким, как сидящее у него в груди чудовище, однако ещё раз кивнул, чувствуя — язык ему не подчиняется. — Я знаю, про то, что у меня внутри, — продолжал отшельник тихим глубоким голосом. — Но ты не бойся, Кайпа не тронет тебя. Сначала она меня съест живьём. Бледный, с запавшими большими глазами и тонкими губами, он глядел так пристально, что хотелось сжаться в комочек и попросить пощады. Но Кристиан решил поддержать разговор с человеком, о встрече с которым так страстно и давно мечтал: — Я и не боюсь, — улыбаясь одной стороной рта, произнёс он. — Я видел Кайпу, когда был в больнице. Но никогда не видел, чтобы он был таким огромным и сильным. Отшельник сухо кивнул, не желая продолжать эту тему. И пока он молчал, не зная, о чём спросить гостя, Кристиан бегло осмотрел домик. Рядом с кроватью, где он сидел, стоял грубо сколоченный стол. Несколько вывороченных с корнями пней заменяли стулья. Обычно такие дома строят те, кто собирался жить на природе всего несколько часов — но здесь, похоже, жили уже долгие годы. И больше всего в глаза бросалось в то, что в этом доме для двоих слишком тесно. Отсюда хотелось убежать и никогда больше не возвращаться, но Кристиан терпеливо смотрел на собеседника, боясь разочароваться в долгожданной встрече. — А скажите, — смущённо пробормотал он, всё ещё чувствуя себя очень неловко под глубоким проницательным взглядом. — Вы и есть тот отшельник, о котором все говорят? — Да, — серьёзно кивнул мужчина. — А ты — приезжий мальчик, который видит больше других? Кристиан испуганно вжался в ребристую деревянную стену: — Откуда вы знаете? — О тебе мне рассказали ундины, — отшельник рассеял его сомнения с таким видом, будто рассказывал о чём-то совершенно обыденном. — Они безопасные, им можно доверять. А Кайпе, — он осторожно постучал по широкой груди согнутым пальцем, — нельзя. Он и ему подобные очень вероломны и коварны. — П-понятно, — Кристиан вдруг понял, что совсем замёрз и снял очки, дабы не смотреть на ужасное чудище внутри довольно симпатичного человека. Отшельник говорил странные слова, но вёл себя спокойно и внезапно проявлять агрессию, кажется, не собирался. Сразу открываться ему было опасно, как и всякому незнакомому человеку, но Кристиан решил рискнуть. — Просто я никогда не видел Кайпу такого... Большого и сильного, — пробормотал он, стараясь смотреть в глаза хозяину дома. — Здесь все монстры какие-то более внушительные, чем в городе. — Да, — протянул сквозь зубы отшельник с явным неодобрением. Кристиан поперхнулся, метнул взгляд в чёрное пятно дверного проема, и подумал, что этот неловкий разговор мог бы и продлиться. Но тут же вспомнил о глубокой ночи, незнакомому пути через лес, и, изрядно струхнув, виновато выдавил: — Извините. Мне уходить пора. Я ведь из дома убежал, и будет плохо, если я не вернусь хотя бы к утру. Отшельник покачал головой, недовольный, что приятное для него знакомство так быстро оборвалось. Кристиан всё ещё немного пугался его голоса, и вздрогнул, когда мужчина решился возразить: — Что же ты так. Едва пришёл, а уже убегаешь. Я бы задержал тебя, если бы появился днём. Ночью я не жду гостей. А тебя могу проводить. Только до деревни, в неё саму я не пойду. — Пожалуйста, — попросил Кристиан, всхлипывая. — Я не дойду один. — А то, мало ли, — пробурчал отшельник, оставляя Кристиана в ожидании дрожать на кровати, а сам тяжело поднялся и принялся ходить по комнате, словно что-то искал. — Наткнёшься ещё на местных, а они по ночам не особо дружелюбные. Да и дорога незнакомая. Я не уверен, что ты знал, куда шёл. — Не знал, — согласился Кристиан, наблюдая за торопливыми движениями этого массивного человека, на чьём фоне дом казался собачьей конурой. — И с местными столкнулся. Уже. От них и убегал. Старик, который коз пасёт, может знаете... — Мне когда-то не повезло с ним встретиться лицом к лицу, — поведал отшельник, жестом указывая, что пора двигаться в путь. — И сразу понял, что ты не его внук. Потому что в этой деревне есть только один житель, у которого внутри так же пусто, как у тебя. — И у кого? — Нервно сглатывая пересохшим горлом, спросил Кристиан, устремляясь за отшельником во влажный холодный мрак за порогом. Ответ был очевиден, но паренёк решил дождаться слов своего поводыря в темноте: — У женщины одной. Она рядом с лесом живёт, я её часто вижу. — Так это бабушка моя. — Вздохнул Кристиан, глядя себе под ноги, на мох, казавшийся черным бархатом. — Мы с ней поссорились, и я убежал от неё. Отшельник лишь молча кивнул и ускорил шаг, идя по едва заметной в темноте тропинке. Кристиан, встрепенувшись, быстро поспешил за ним, пытаясь больше не смотреть на уродливого монстра, что засел в его новоиспеченном знакомом. Слишком страшным оказался Кайпа для подробного изучения детских глаз. Когда они выбрались в чащу и побрели по извилистым тропкам, лес показался Лоренцу еще более жутким и темным. Небо окончательно почернело, а тусклые тучи затянули его, скрыв маленькие звёзды и луну, которые давали не только свет, но и какое-то душевное успокоение. Сейчас, если честно, у Кристиана никакого спокойствия и быть не могло: его иногда потряхивало от необузданного волнения; ему почему-то было очень страшно. Говорить по пустякам с хозяином лачуги мальчик постеснялся, и поэтому просто тихо следовал за мужчиной, лишь только иногда смотря под ноги, пиная маленькие камни и руками раздвигая колючие ветви, мешавшие продвигаться вдоль по уже затоптанной тропинке. Вдруг мальчик что-то услышал и даже на мгновенье остановился. Будто какая-то крупная птица только что пролетела совсем рядом. Немного подумав, Лоренц прищурился и даже насторожился, пытаясь услышать этот странный звук снова. — Ты чего? — Обеспокоенно уточнил его проводник, тоже остановившись и обернувшись к собеседнику. — Что-то случилось? — Всё… в порядке, извините, — не желая смущать отшельника, процедил сквозь сжатые зубы Кристиан и на всякий случай еще раз огляделся по сторонам. — Мне, наверное, просто послышалось… Но когда путники продолжили идти, странный звук вновь дошел до ушей Лоренца. Здесь точно летает какая-то птица и не дает несчастному Кристиану никакого покоя! Обернувшись, мальчик не ожидал увидеть кого-то вообще, однако же он ошибся. Вцепившись острыми когтями в голую ветвь дряхлого кустарника, на Лоренца уставился черный ворон, который непонятно почему выглядел как-то отталкивающе и неприятно. Но напугало Кристиана больше не неожиданное появление ночной птицы, а, скорее всего, её отличительная черта. Вместо клюва у ворона скалилась костлявая, зубастая и неестественная улыбка, почти человеческая. Такого монстра Кристиан ещё нигде не видел. Опасна ли эта птица? Быть может, она сейчас налетит на бедных путников и бессовестно растерзает их, не оставив и мокрого места? — Не бойся ты его, — вдруг за спиной послышался басовитый смешок. После этого у Лоренца на душе стало почему-то спокойнее. — Это Кровакрил. Он только и делает, что пялится на людей и улыбается, — отшельник вздохнул и ободряюще похлопал мальчика по костлявой спине, — а так… можешь считать, что это такая же ворона, как и все остальные. — Я просто таких никогда не видел… — признался Кристиан, которому почему-то за себя стало стыдно. Кровакрил огласил спящий лес леденящим кровь карканьем и скрылся в темноте, заставляя мальчика подслеповато таращиться во мрак. — Всех существ, что обитают здесь, я знаю. Я изучил, какие из них безобидные, а какие — достаточно опасные, так что бояться тебе здесь ничего не нужно, — успокаивающе произнёс мужчина, призывая своего спутника пойти дальше. — Пока что не нужно, — это замечание было явно лишним, но Кристиан, не горя желанием показаться в глазах нового знакомого ещё трусливее, просто промолчал, стараясь не показывать своё беспокойство. — А расскажете, пожалуйста, о здешних чудовищах? Мне хоть поспокойнее будет со знанием, кто злой, а кто — добрый, — вдруг попросил Лоренц. Ему было неудобно за свою навязчивость, однако попросить поведать о неизвестных существах он посчитал всё-таки нужным. — Я… я лучше в следующий раз расскажу, — даже не посмотрев на мальчика, подал утробный голос отшельник, продолжая мерить бугристую дорогу широкими шагами. Кристиану померещился испуг в его голосе. — В более подходящее время. — А, быть может, мы ещё встретимся? — явно заинтересовавшись, уточнил Флаке и подбежал чуть вперёд, чтобы видеть лицо собеседника. — Например, завтра? — Как хочешь, — мужчина пожал плечами и, глянув на Кристиана, еле заметно улыбнулся. — На окраине деревни завтра ранним утром. С этого места еще горы видно. Идёт? — Идёт! — Сильно воодушевившись, Кристиан заулыбался и энергично закивал головой. — Я буду вовремя! Отшельник, заметив такой ярый энтузиазм в этом неугомонном мальчишке, снова усмехнулся и покачал головой. Какой же все-таки еще молодой он, какой наивный и глупый… Совсем ребёнок. Лоренц хотел было вдобавок чего-нибудь поспрашивать у своего проводника или просто занять время пустой болтовнёй, однако же они пришли к деревне совсем быстро. А слов так и не нашлось. Да и отшельник выглядел совсем неразговорчивым в обиду Кристиану, которому так хотелось поговорить. Лишь бы хоть как-то прогнать страх от пребывания в лесу. — Ну, вот мы и на месте. Ступай, я дальше не пойду, — задумчиво вглядевшись в маленькие деревянные домики, расположившиеся под призрачно-белыми шапками цветущих деревьев, заявил мужчина. — Спасибо большое, — кивнув в знак благодарности, Кристиан, кажется, вспомнил, что возможно его ожидают выяснения отношений с бабушкой, и оттого расстроился и повесил нос. Отшельник ответно кивнул и, развернувшись, пошёл прочь. Наблюдая за удаляющимся знакомым, Флаке вдруг подумал, что именно лес и является этому человеку подходящим местом — мужчина такой же загадочный, такой же странный и, возможно, даже мрачный. Совсем как этот хвойный лес. Поежившись от собственных мыслей, мальчик неожиданно для себя окликнул уходящего. Тот резко остановился и повернулся всем корпусом к источнику крика. — А как Вас зовут? — Лоренцу вдруг захотелось узнать имя своего проводника. До завтрашнего дня ему ждать не хотелось, поэтому собеседникам пришлось кричать друг другу на уже довольно-таки большом расстоянии. — Тилль, — повышенным, но спокойным голосом ответил отшельник. — Можешь звать меня Тиллем. — А! А я Кристиан! Очень приятно, — последние слова Флаке сказал уже тихо, помахав Тиллю на прощание рукой. Уходящий, кажется, улыбнулся, кивнул, махнул ладонью в ответ и, развернувшись, пошел дальше. Мальчик стоял на месте, боясь пошевелиться, и провожал Тилля взглядом, пока тот окончательно не исчез за высокими стволами деревьев. «Какое же интересное имя… — пронеслось в голове, когда Лоренц спускался вниз с крутого холма. — Такое нежное имя этому человеку и не дашь вовсе!». Потом, когда Кристиан шёл по уже знакомой дороге, его голова была абсолютно пуста. Он устал и просто хотел добраться до дома и лечь спать. Все остальное подождет. Кристиан, пока добирался до бабушкиного жилища, даже не заметил, что тучи уплыли далеко за горы, показав деревне молодую луну, что бледным сиянием своим освещала небольшой участок неба, расположенный рядом с ней. И луна точно знала об этом месте больше, чем все люди.