Человеческая книга

Подумав, я вернулся к Пер-АПЕ и согласился на помощь. Не скажу, что именно заставило меня передумать, я и не особо анализировал всю эту ситуацию, но в итоге понял, что мои мечты о славе и похвалы со стороны Вышки глупы, а, значит, принять помощь не будет лишним. Пер-АПА не удержалась от колких издевательств, которые я не буду описывать. Она перенесла себя на чип, который я должен был вставить в компьютер в своей лаборатории, и предварительно сказала нечто вроде: «И даже не думать меня уничтожать, я везде себя сохранить, идиот», хотя я даже не думал о том, чтобы уничтожать её. Таким образом, после переноски её чипа она могла идти на контакт с объектом Дженни. Контакт, который мы запланировали, должен был состоятся сегодня, хотя я совершенно не знал его подробностей. Пер-АПА сказала лишь: «Это сюрприз» и пообещала, что мне понравится, в чём я был не уверен. В любом случае, мы договорились, что первый контакт она совершит в одиночку. Когда я подключил её чип, было девять часов вечера. Объект Дженни уже вернулась с работы (это была пятница) и лежала на кровати, занимаясь своим обыкновенным делом — ничем. Стоило признать, мне было интересно, что задумала Пер-АПА, и я даже хотел поскорее начать контакт, настраивая его параметры. Но внезапно Пер-АПА запретила мне доступ, и я понял, что она хочет всё настроить сама. Через минуту в дверь объекта Дженни позвонили. Я вздрогнул, как и она. Быстро схватил блокнот в то время, как она медленно сползала с кровати. Протопала к двери. Заглянула в глазок. Я не видел, что там. Объект Дженни озадаченно отстранился от двери. Почесала голову. Снова посмотрела в глазок. Она не открывала около минуты. В звонок снова позвонили. — Я знаю, что ты дома! — вдруг услышал я знакомый, но звучащий как-то иначе голос. Объект Дженни снова озадаченно почесала голову. — Бабушка? — Да, это я, Дженни, милая! Давай открывай. Внезапно я понял, чем отличался голос Пер-АПЫ сейчас от её обыкновенного — у неё пропал акцент. Объект Дженни неуверенно открыл дверь, и я увидел женщину. Странно, но именно так я представлял Пер-АПУ в виде человека. Она была «пожилой», если переводить на человеческий язык, но выглядела свежей и «живой» (опять слова из человеческого лексикона). Не знаю, что ещё говорить для описания человеческой внешности, но у Пер-АПЫ были короткие светлые с проседью волосы, голубые глаза «с искоркой» и с морщинами, тонкие губы и достаточно обаятельная улыбка. По поводу того, что она представилась бабушкой объекта, я слышал впервые. Честное слово. Я бы вам рассказал. — Дженни! — снова воскликнула Пер-АПА, заключая объект в объятия. Я содрогнулся от их соприкосновения. — Что ты… что ты здесь делаешь? — пытаясь освободиться, говорила Дженни. — Я узнала о том, что ты здесь живёшь, и приехала. Чёрт возьми, мы с тобой так давно не виделись! Удивлена, что ты меня узнала. — Честно? — подняла брови Дженни. — Ты просто единственная старуха из моих знакомых. И, вообще-то, я знаю тебя только по фотографиям. Я думал, Пер-АПА растеряется — это был небольшой прокол, но она внезапно рассмеялась. — Значит, у тебя очень мало знакомых. Ну, есть у тебя что поесть? Она прошла вперёд, на кухню, и Дженни озадаченно пошла за ней. Я удивлённо наблюдал за происходящим, даже забывая записывать всё в блокнот. Пер-АПА играла мастерски. — Бабушка, почему сейчас? — Какая разница? — проговорила Пер-АПА, усаживаясь за стол. — Это всё ерунда. Ну, приготовишь мне что-нибудь? — А разве не бабушки обычно обкармливают внуков? — усмехнулась Дженни. Я подметил, что она вела себя достаточно раскрепощено. Почему она так спокойно шла на контакт? Дело ли в том, что это была якобы её бабушка? Но как Пер-АПА смогла всё это предусмотреть? — Милая, — начала Пер-АПА с усмешкой, впиваясь глазами во «внучку», — просто я люблю тебя. Вот и приехала. И я очень голодна. — Я думала, ты путешествуешь по миру, — вздохнула Дженни, наконец открывая холодильник и доставая какую-то еду. — Путешествую, как видишь, — подмигнула та, вскакивая и помогая объекту. Они опять соприкоснулись, случайно дотронувшись руками, и я снова содрогнулся. Вместе они приготовили блины. Те слегка подгорели, но это было совершенно неважно. — Бабушка, ты ведь помнишь? Дженни сидела за столом, уткнувшись взглядом в свою тарелку. Я уверен, Пер-АПА не могла даже предположить, о чём говорит объект. Но она снова сыграла великолепно. — Милая, конечно. Как я могу забыть? Это прозвучало так уверенно. Я записал эту фразу. — Тебя ведь даже не было на похоронах. Тут я взял себя в руки, быстро начеркал «похороны» и знак вопроса. — Я знаю, но я не могла прийти. Ты ведь знаешь. Чёрт возьми. Она профессионал. — Берлин был важнее его? — хмуро подняла голову Дженни. Я записал «Берлин». И «он» под большим знаком вопроса. — Мы это уже проходили, — помотала головой «Бабушка». Она доела блины из своей тарелки (человеческая еда ужасна, поэтому я удивился тому, как спокойно она с ней управилась) и встала. — Я приду завтра. Я устала. — Устала? — нахмурилась Дженни. — Ты что, шутишь? — Я знала, что ты будешь на меня наезжать. — Я тебя не узнаю. А, впрочем, я тебя никогда и не знала. — Объект перешёл в агрессивное состояние. Я записал это. — Я вернусь завтра. Я знаю, что ты хочешь. — Совершенно не хочу. — До завтра. Пер-АПА уже стояла в дверях. — Я не впущу тебя, бабушка, — сказала Дженни хмуро. — До завтра, — снова повторила та и ушла. Контакт был завершён. И был завершён блестяще. Я вытащил чип из компьютера, вышел из лаборатории и направился в лабораторию Пер-АПЫ, чтобы вернуть её в робота. Я ввёл пароль в панель, который мне сказала до этого Пер-АПА, вошёл в лабораторию и внёс чип в робота. Пер-АПА быстро загрузилась. — Ух! Отлично. Чудесно, — говорила она. — Пер-АПА, — начал я, — я хочу сказать вам, что очень впечатлён вашим талантом провокатора, и хочу выразить своё уважение. Простите, если до этого… — Ох, помолчать! Я хотеть думать, идиот. Уходить. Приходить завтра. Я озадаченно замолчал. У нас совсем не принято перебивать. — Я хотел обсудить… — Завтра! Я нахмурился, кивнул и ушёл. Я задумался о её акценте. Но после думал лишь о том, насколько продвинулось дело объекта 358А-Г-М и насколько легко Пер-АПА вела себя с людьми. В оставшийся вечер я наблюдал за объектом Дженни. Она лежала на кровати и, кажется, не могла заснуть. В половину двенадцатого, когда я уже хотел уходить, она вдруг встала и начала одеваться. Я вспомнил о парке, в который она ходила раньше, и Дженни действительно отправилась туда. Мне пришло в голову совершить контакт, «случайно» встретить её в парке, но я не решился. После Пер-АПЫ мои контакты казались мне жалкими. Но ещё я вспоминал её бесстрашие при касаниях с людьми и понимал, что мне никогда такого не добиться. При мыслях о соприкосновении с людьми меня бросало в дрожь. Объект Роберт этой ночью спал спокойно. Утром я, проверив объекты и убедившись, что они спят (было около шести часов утра по человеческому времени), отправился к Пер-АПЕ. Но, к моему огромному удивлению, у неё был включён спящий режим. Я нажал на дверную панель в первый раз, но спящий режим не прекратился. Я нажал на второй — никакого ответа. Третий — всё ещё спящий режим. Я не собирался нажимать в четвёртый, потому что это было бы иррационально и бессмысленно, но почему-то нажал, и внезапно меня ударило током. — Ты что, не видеть, что я спать?! Сегодня есть суббота! Отстать! Уходить, идиот! Я, озадаченный и растерянный, отошёл от двери и пошёл за априкаторами, не зная, куда податься. Через два часа (я занимался бумажной работой) я опять зашёл к Пер-АПЕ. Спящий режим наконец пропал. — Вы же робот, — сказал я бесцеремонно, заходя в лабораторию. — Я уже чувствовать, что ты хотеть задать глупый вопросы. Это ожидаемо от наблюдателя, ведь он почти не иметь дело с компьютерами! Тем не менее, на то, что меня интересовало, она так и не ответила, но я не стал расспрашивать. — Итак, ты хотеть что-то спросить про Дженни? — с усмешкой в голосе спросила Пер-АПА. — Я уже говорил, что восхищён вашим контактом, — пришлось повторить мне. — Ага, — довольно отозвалась она. — Продолжать. — Да, я восхищён. Я хотел узнать ход ваших мыслей. — Ход моих мыслей? — Да. То, как вы продумали всё это. Она громко вздохнула. — Ну сколько можно? Ход мыслей, ход мыслей… Ты не понять то, как я это сделать, по ходу моих мыслей. — Но как иначе можно понять?.. — озадаченно спросил я. — Вам — возможно, никак, — хмуро ответила та. — Но во мне ещё остаться то… То, что мочь чувствовать. — Чувствовать что? — Я не мог понять, к чему она ведёт. — Ты не понять, Сентябрь. Приходить сегодня на курсы. Я показать тебе, что никто из вас не понять. — И она, видимо, поняв, что слишком давно не шутила, добавила: — Вы все есть яйцеголовые, но идиоты! И рассмеялась. Я не понял шутку и ушёл.