Когда ты вернёшься?

Домашняя работа сделана, боли почти нет, а кожа приобрела более или менее здоровый оттенок. Была только одна проблема— засосы, что ярко виднелись на молочно-белой коже. Загадочно улыбаясь, Сычжуй выбирал, что надеть в школу. Он выбрал не объёмный свитер с высоким воротом, чтобы прикрыть засосы. Нет. Он выбрал лёгкую белую рубашку, которая очень хорошо обводила контур плеч и талии, наконец показывая его истинную фигуру. Однако светить засосами юноше всё же не хотелось, поэтому он воспользовался методом своего папы Вэя, повязал на шею нежно-голубую бандану, выходя из своей комнаты. Увидев своего сына в подобном образе, оба отца, мягко говоря, были в шоке. Ванцзи даже уронил ложку, которой до этого ел завтрак. — Что же за лекарства дал тебе Чэн-Чэн, что ты так изменился? — с некой усмешкой на губах, спросил Усянь. — Ну.. Я решил попробовать что-нибудь новое, — смущённо улыбаясь, ответил юноша, ставя портфель в прихожей и заходя в кухню. — Неплохо, — коротко отозвался старший Лань, продолжая дальше есть. — Спасибо за комплимент, отец, — произнёс малыш и тоже приступил к еде. — Мгм. — А-Юань, ты сегодня на автобусе, или нам тебя подвести? — вмешался Усянь, как обычно, начиная разговор во время приёма пищи. — Я лучше с вами, хочу приехать пораньше, — ненадолго прервался Сычжуй, тут получая хмурый взгляд от папы Чжаня. — Ну, гэгэ, не злись ты на него, а тебя, Юань, мы подвезём, не волнуйся, — в ответ на это юноша только кивнул. Когда же с едой было покончено, всё семейство отправилось в школу, старшие— работать, а юноша — на учёбу и долгожданную встречу с физиком. Физики сегодня у Юаня не было, потому он и не намеривался встретить на уроке любимого учителя, надеясь, что хоть в коридоре они смогут пересечься. Только в машине, слушая привычную музыку по радио, думал, как же произойдёт эта встреча. Как же Ваньинь отреагирует? Цзян Чэн опаздывать не любил, но и слишком рано приходить тоже был не намерен. Торчать так долго в школе? Зачем? Юань всё равно придёт позже, ведь обычно родители его давали ему больше времени на то, чтобы собраться, а сами приезжали прямо перед открытием школы. — А-Лин, капризный ты ребёнок, а ну вставай! Я не собираюсь опаздывать на уроки! — с грохотом открывается дверь в спальню Цзинь Лина, одноклассника Сычжуя и родного племянника Цзян Чэна. Тот успел благополучно проспать будильник, не оставив себе времени, чтобы хоть как-то собраться. Мальчик, что до этого спал, тут же вскочил с кровати с испуганным выражением лица, принимаясь натягивать на себя школьную форму, что была немного помятой. — Поешь в машине, — строго обрывает Чэн речь подростка, который только открыл рот, чтобы что-то сказать, уходя при этом к машине. — Цзинь Лин, мы опаздываем! — голос старшего проносится громом по дому. Он уже успел сесть в машину, завести её, выключить газ и вернуться домой, ведь племянника дождаться так и не получилось. — Дядя, мне не хорошо... — Лин выходит к мужчине бледный, едва шатающийся, что заставляет старшего закрыть дверь и подойти к ребёнку, прикладывая руку к его лбу. — Сегодня остаёмся дома. Ты весь горишь. За это утро Чэн успел сделать всё на свете: написать директору школы о том, что Цзинь Лин заболел и его вместе с его дядей не будет пару дней, ему же передать задания для всех классов, приготовить еду для мальчика, сходить за лекарствами и даже врача вызвать, после прихода которого пришлось бегать за лекарствами второй раз. Да, пусть учитель и был занят, но мысли его то и дело возвращались к Юаню. А как он? Наверное, очень расстроился. Как скоро они увидятся? И главный вопрос... Как скоро выздоровеет Цзинь Лин. Видеть юношу в таком состоянии Цзян Чэну было даже.. Больно? Всё время в школе Сычжуй выглядел потускневшим.. Даже немного расстроенным. Он с нетерпением ждал этот день, но уже шестой урок, а Ваньинь так и не попадался на глаза. Одноклассники, конечно, спрашивали о его внешнем виде и странном взгляде, но парень благополучно выкручивался, единственный, кто так и не отставал, был Цзинъи. Сычжуй пропал на пару дней, не объясняя причины, а теперь, придя в одежде, которая явно была ему к лицу, выглядит ещё и расстроенным. Что этот грёбанный физик сделал с его другом?! Цзинъи так и сяк пытался выведать хоть что-то у друга, но тот постоянно менял тему или уходил от ответа. На седьмом уроке Юань вспомнил, что у него был один из номеров Цзян Чэна. Лихорадочно схватился за телефон, да, прямо во время урока. Хорошо, что сейчас была химия, папа Вэй сильно его ругать не будет.

«Привет, тебя сегодня не было?»

Весь день Цзян Чэн не отходил от своего племянника. Этот мальчик где-то умудрился заболеть достаточно сильно, а потому постоянно кашлял, кормить его приходилось чуть ли не силой, ведь всю еду он отвергал, не желал даже пробовать. — Дядя, я хочу пить... — эта фраза была слышна постоянно, но юноша говорил её настолько хрипло, что казалось, будто это предсмертная просьба. И эту просьбу учитель физики каждый раз исполнял, только бы его племяннику было действительно хорошо и он скорее поправился. Но не успел Цзян Чэн дойти до кухни, телефон в его кармане завибрировал. Мужчина достал из кармана гаджет и посмотрел на экран, на котором красовалось сообщение от Сычжуя. Точно, Вэй Ин же собственноручно забил номер этого мальчишки в телефон старшего, аргументируя тем, что "вдруг пригодится". «А-Лин заболел, А-Юань, я не смог сегодня пойти на работу» Телефон завибрировал, оповещая о сообщении. Юань мелко вздрогнул, "ответил.."— только и подумал он, тут же проверяя сообщения.

«Оу, давай я занесу ему каких-нибудь лекарств? Цзинь Лин всё-таки мой одноклассник и друг»

«Лекарства я купил, но был бы рад, если бы ты принёс мне папку из моего кабинета, если тебе не сложно» Чэн отвечает на сообщение мгновенно. Он не хочет просить Юаня что-то покупать, особенно лекарства, ведь они дорогие, а у подростка таких денег просто быть не может. Да и если что-то будет нужно, он сам сходит и купит, идти ведь не далеко. Цзян Чэн вздыхает и смотрит на лежащего в кровати юношу. Цзинь Лин спит, при чём довольно крепко, но лицо у него всё равно бледное, словно простыня, в то время как щёки — ярко-розовые. Аметистовые глаза искрятся волнением, но Цзян Чэн старается не давать себе воли на эмоции, чтобы не потревожить племянника.

«Ту красную или синюю?»

В кабинете учителя было не мало папок, но, насколько Юань помнит, на столе чаще всего лежали именно эти две, иногда даже и с самим Юанем в придачу. «Синюю» Взгляд Чэна застывает на экране телефона. Он буквально с замиранием сердца ждёт ответа от мальчика, которого наконец-то сможет увидеть и обнять.

«Хорошо, думаю, я смогу её незаметно забрать)»

В скоре отвечает юноша и слышит долгожданный звонок с урока. Химия была последним уроком, так что он мог уже сейчас идти забирать папку, но его остановил собственный папа. — А-Юань, подожди. — Да, пап? — Сидим на уроке в телефоне? Ай-яй-яй, — наигранно обвиняющий тон. — Прости.. Я волновался за состояние Цзинь Лина.. — врать было не в духе Юаня, но всё же приходилось. — Да? А я то думал, что ты беспокоишься, что учителя Цзяна нет, — хитро улыбается Усянь, наблюдая, как щёки юноши покрывает румянец. Этот химик точно что-то знает. — Пап... — Хорошо-хорошо, так тебя подвезти? — Я на автобусе, не волнуйся. — Ну хорошо. К вечеру вернись домой, а то папа Чжань будет ругаться! — крикнул в след уходящему сыну, в ответ услышав "хорошо", тут же складывает руки на груди, прислоняясь бедром к столу. — Эти двое точно что-то скрывают хех. Юань, как вышел, сразу пошёл к кабинету физики. Слава Небесам, его никто не увидел, кроме, конечно же, Цзинъи. Тот заметил своего друга, идущего не в ту сторону от выхода, и решил проследить за ним. Какого было его удивление, когда Сычжуй зашёл в кабинет физики! Парень не раз видел с каким потускневшим взглядом туда обычно входил его друг, но проверить не осмеливался.. Дабы не столкнуться с грозным учителем, тот и так его недолюбливал. Наконец, когда Сычжуй вышел из комнаты, держа в руках папку синего оттенка, Цзинъи решил всё-таки узнать в чём дело, тут же подбегая к шисюну. — А-Юань, А-Юань! Зачем тебе эта папка? Ты опять к этому физику?— кричит ещё один Лань, строя недовольно-вопросительный взгляд. — Учитель Цзян попросил принести ему эту папку, он не может сам забрать, А-Лин заболел, — спокойно отвечает Юань. — Значит ты с ним пол-урока переписывался?! — да, это было заметно, не только учитель химии заметил телефон в руках парнишки, но и некоторые его одноклассники, чему собственно были удивлены. Прилежный ученик и такое, уму не постижимо! — А-И, не кричи, и да, с ним, учителю нужна эта папка, поэтому он попросил меня её принести. — Да что же ты постоянно возишься с этим тираном? — Когда-нибудь я тебе расскажу, — парень похлопал своего шиди по голове, — До скорого, Цзинъи, хорошей тебе дороги домой, а мне уже пора. — Ррх, ага, до завтра, — Лань Цзинъи бесило, что его шисюн постоянно таскается рядом с этим физиком, ещё и не рассказывает ничего! Ну что за друг?! — Сычжуй, только долго у него не задерживайся! А то мало ли... — крикнул в дорогу Цзинъи, всё же хмуря свои тонкие брови. С другом ему хотелось пойти, но он понимал, что тогда отхватит от своего приёмного отца, по совместительству директора школы, а потому решил скорее уйти домой. Чэн же всё это время ждал Сычжуя, одновременно с этим бегая с Цзинь Лином. Да, тот маленьким не был, но когда заболевал, и шагу сам ступить не мог. Ему нужна была забота и внимание. Очень много внимания. Если посмотреть на Цзян Чэна сейчас, нельзя было сказать, что он спал: волосы растрёпаны, домашняя майка немного съехала, штаны тоже решили показать лобковые волосы, что тянулись узкой дорожкой от пупка. Но сейчас мужчину волновал только племянник, потом он уже будет думать о своём внешнем виде. Сычжуй едва успел на автобус, едущий как раз в сторону дома учителя. Детское любопытство разогревало желание посмотреть в папку, но он не стал этого делать. Ведь это собственность учителя. До нужного дома он добирался довольно долго, водитель как будто специально ехал медленно и постоянно останавливался, заставляя юношу всю дорогу нервно теребить пальцы. Однако Юань всё-таки дошёл до нужной квартиры. Юань волновался, не каждый день всё-таки он приходит в гости к Ваньиню. Набравшись решимости, позвонил в звонок, ожидая увидеть своего "дядю". Звонок вырвал Чэна из раздумий. Он в считанные секунды оказался подле двери, открывая её и представляя юноше довольно занимательную картину: высокий, чёрный хвост висел за широкой спиной, показывая всю длину тяжёлых прядей. Фиолетовая мешковатая майка висела на широких плечах, скрывая довольно неплохую фигуру своего хозяина так же, как и такие же серые мешковатые штаны скрывали его стройные ноги. На носу красовались очки, а на ногах — тапочки. И лишь только взгляд аметистовых глаз выдавал радость от того, что юноша пришёл. — Проходи, А-Юань, — Цзян Чэн немного отходит от двери. Вид учителя заставил румянец на щеках юнца расцвести новой краской. Юань начинал чувствовать себя девушкой на первом свидании. Так же смущался от одного лишь вида любимого, так же путался в мыслях от одного лишь чужого взгляда, почти растекаясь подобно воде. — Здравствуй, дядя, — произнёс тот, ласково улыбаясь. Ему хотелось обнять или даже поцеловать мужчину, но он не мог себе такого позволить, боясь появления "брата", а потому просто вошёл внутрь квартиры. Мужчина пропустил мальчика в просторную квартиру, закрывая за ним дверь. Взгляд мужчины сперва скользнул по фигуре юноши. Тот выглядел довольно необычно: рубашка идеально подчёркивала стройную фигуру, брюки выделяли бёдра, которые были обычно немного прикрыты свитером. — Сними бандану, — буквально требует мужчина. Да, этот предмет гардероба очень подходил юноше, но он скрывал яркие следы, что Чэну определённо не нравилось. "Приказ" ввёл Юаня в ступор. А что если их заметят? Такого юноше точно не хотелось. Он делал всё, лишь бы никто не узнал об его отношениях с учителем. — А вдруг А-Лин увидит? — опасливо произносит парень, пытаясь просмотреть коридор прихожей, скрывающийся за учителем. — А-Лин в кровати, спит. Он очень вымотан, — голос мужчины выдаёт некую тревожность ситуацией. Цзинь Лин — его родной племянник, не мудрено, что он будет волноваться за него даже сильнее, чем за себя. Цзян Чэн замер в раздумьях на секунду, всё же опуская руки на стройную талию Юаня. — Ты прекрасно выглядишь, А-Юань. — Для тебя старался.. — не подумав, выпалил Сычжуй. Понимая, что только что произнёс, густо покраснел. Не каждый день юноша выбирает подходящую под фигуру одежду. В основном, он надевал то, что могло скрыть свежие засосы физика и его слишком стройную фигуру. — Для меня, значит? Ты так ждал нашей встречи? — мужские руки смыкаются кольцом крепких объятий на стройной талии, до которой теперь не приходилось добираться сквозь тяжёлые свитера. Единственное, чем сейчас был недоволен физик — мешающая ткань на шее. — Снимешь её для меня, Юань? — Х-хорошо, — от сильного смущения даже начал заикаться, но всё же убрал нежно-голубую бандану, открывая взору всё ещё яркие засосы. За выходные они не сильно изменились только стали чуть бледнее. Однако за эти дни цвет кожи Юаня приобрёл привычный живой оттенок, а губы снова были нежно-розового цвета. В этот раз мужчина, явно довольный зрелищем перед собой, с ухмылкой припал губами к шее мальчика, но при этом не стараясь оставить ни единого засоса. Немного бледные (что было даже привычно) губы дорожкой из поцелуев скользили выше, сперва от кадыка до подбородка парня, потом от него сразу до губ. Розовые, чуть пухлые губы сперва подверглись атаке мужского языка: он самым кончиком обводил их контур, вылизывал. Та вроде нежная, но с заметным подтекстом игра сперва переросла в лёгкий поцелуй, который Цзян Чэн почти сразу углубил, проскальзывая меж приоткрытых губ языком и буквально захватывая им чужой рот. Сычжуй и вздохнуть не успел, как его рот захватил чужой и властный язык. Однако Юань тоже не лыком шит. Переведя руки на плечи мужчины, немного сжал, с таким же рвениям отвечая и пытаясь захватить лидерство в этой своеобразной игре языков. Ведущей стороной был Цзян Чэн, а он свои позиции сдавать был не намерен. Его горячий язык буквально оккупировал рот парня, то играясь с его языком так, что тихие стоны вырывались из приоткрытого рта последнего, то касался самым кончиком нёба, скользил по губам, будто бы разрывая поцелуй, но от губ не отрываясь. Юань знал, что ему не победить, но он был не намерен отступать. Мягко скользя языком по чужим зубам, иногда аккуратно своими покусывал оба языка, сжав плечи ещё немного. Краснея сильнее, Сычжуй провёл своей коленкой по бедру мужчины, как бы намекая, что соскучился не только по поцелуям. Цзян Чэну дважды намекать не нужно было: юного возлюбленного он прижал к ближайшей стене вплотную, а колено протолкнул меж его ног, чтобы показать то, что и сам мужчина очень соскучился по всему юноше за эти два дня. Поцелуй разорвался из-за нехватки воздух, от чего между припухшими от такой страстной ласки губами протянулась тончайшая ниточка слюны, которая сразу же оборвалась. Учитель физики потянулся за новым поцелуем, желая закончить начатое, но остановился в миллиметре от желанных губ, чувствуя на себе пристальный взгляд со стороны. — А-Лин, почему ты не в кровати?