Когда ты такой же, как они

      На выходных я пытался делать домашку, но в голове то и дело возникал голос Даниэля: «Хочу тебе вставить». И вот как тут можно сосредоточиться на уроках? И самое ужасное, что я практически был согласен. Точнее, я ловил себя на мысли, что всерьёз это обдумываю. Неужели мне правда этого хочется? Заняться ЭТИМ с Даниэлем… Но, когда я пытаюсь представить это у себя в голове, то нас с ним всегда окружала остальная компания. Похоже, я становлюсь ещё более ненормальным, чем думал…       А потом ещё вдруг мама подлила масла в огонь. Она приехала домой после посещения своих женских салонов и вдруг выложила на стол свежий журнал. Я во все глаза уставился на обложку. На ней ‒ Даниэль во всей своей красе. Модный, стильный, со слегка надменным взглядом. Бесит!       ‒ Ма, зачем ты купила это? ‒ брезгливо морщусь я.       ‒ Журнал? Мне мальчик на обложке понравился, ‒ спокойно отвечает мама. ‒ Такой хорошенький. И смотри, как ему вещи идут! Может, тебе чего присмотрю…       ‒ Не смей! ‒ резко выпаливаю я.       Мама удивлённо смотрит на меня, а потом расстроенно опускает глаза. Ну вот какого хрена я раскричался?       ‒ Прости, мам, ‒ с раскаянием произношу я, ‒ просто мне вряд ли подойдут вещи, которые идут ему.       ‒ Почему? ‒ мама искренне удивляется. ‒ Ты ничем не хуже этой модели. Да, он действительно красавчик, но ты ему ни в чём не уступаешь.       ‒ Ты так думаешь, только потому, что я твой сын, ‒ слабо улыбаюсь я. ‒ Но, ладно, дай сюда свой журнал. Пойду, посмотрю, может мне что и понравится из предложенного шмотья.       Мама обрадованно кивает, и я, вздохнув, медленно поднимаюсь в свою комнату. Я плюхаюсь на кровать и смотрю на Даниэля. Он реально потрясающий, неудивительно, что маме он так понравился… Мама, мама, а что бы ты сказала, если б узнала, что этот красивый мальчик с обложки журнала хочет трахнуть твоего сына? Как отнеслась бы к тому, что он уже засовывал в мой зад свои пальцы, ласкал член, целовал и трахал между бёдер… А ещё трогал мочу!       Я бью себя журналом по лбу и зажмуриваюсь от невыносимого стыда и неловкости. Извращенец! Он просто конченый извращенец! А я? Я смотрю на свою ширинку и вдруг понимаю, что у меня стоит. От воспоминаний, от Даниэля, от всех этих извращенств…       Борюсь я с собой недолго. Тёмное животное желание берёт вверх над всеми моими доводами разума. Крепко сжимая журнал в руке, я бегу в туалет. Быстро стягиваю трусы и сажусь на крышку унитаза. Я глажу свой член медленно, мне очень нравится разливающееся по венам блаженное чувство. Открываю журнал и утыкаюсь носом в страницы. Лёгкий запах краски мне неожиданно нравится. Я смотрю на Даниэля ‒ он просто пиздец какой сексуальный! Смотрю на его губы заворожённо, жадно и вдруг резко мотаю головой. Нет, я не стану! Но вот тихий голос, доносящийся из самого тёмного уголка моей грешной души, вдруг шепчет: никто не узнает… ты можешь сделать сейчас с Даниэлем всё что угодно… это всё естественно… просто попробуй…       Не могу устоять. Я быстро целую изображение Даниэля, а потом тут же прислоняю к его красивому лицу свой член. Вожу по нему, словно зачарованный. Уже беззастенчиво представляю, как Даниэль берёт в рот мой член и начинает сосать. Хочу этого дико! Я закрываю глаза. В воображении мы с Дани не одни. Мне очень нравится быть в центре внимания этой озабоченной компании. Они все смотрят на нас и пошло улыбаются. А потом я вижу, как Ник целует Колина. Он коварно просовывает свой объятый сигаретным дымом язык в рот парня, и Колин зло рычит, но пускает в свой рот, в свои лёгкие. Они целуются словно животные. В моём воображении они никак не могут уступить друг другу ведущую позицию... Вспоминаю о Руди и Лексе. Лекс проводит пальцами по губам парня и, криво улыбаясь, опускает его перед собой на колени. Руди с готовностью утыкается в пах Лекса и широко открывает рот. Я практически вижу глубину маленького рта, из которого так послушно высунулся розовый язычок. Руди сосёт, лижет, и его лицо быстро становится скользким от слюны и смазки. Лекс нажимает рукой на рыжую голову и пропихивает свой член глубже в горло парня…       Я тихо стону. Как же мне нравится всё, что я представляю в своей голове! Теперь очередь Лили, хочу видеть её голую, раскрытую, испачканную… В моём воображении она лежит совершенно обнажённая, а все парни склоняются над ней и вылизывают её миниатюрное стройное тело. Потом водят по её светлой коже своими гордо вздымающимися членами. По груди, по губам, между ног, под коленями… Даже её маленькие ступни осквернены скользкими набухшими головками.       Моё возбуждение достигло почти предела. Теперь я царь и бог разврата. Я восседаю на троне и высокомерно маню к себе Лили. Она ползёт ко мне вся в сперме, открывает рот и тянется к моему жутко желающему разрядки члену. Но мне её рта мало. Маню к себе Руди. Он тоже весь запачкан белым. Мне это дико нравится. Представляю, как они вместе с Лили проводят языками по моему стволу, исследуя каждую венку… Мне снова мало. Руди с Лили начинают целоваться и я, хватая Даниэля за волосы, прижимаю его губы к своей головке… Стоны рвутся из моего горла, и я кончаю бурно, кусая собственные губы.       Когда я пришёл в себя, я снова застонал, вот только в этот раз от ужаса и досады. Даниэль на глянцевых страницах журнала был полностью покрыт моей кончёй! Что теперь делать? Я в панике пытаюсь привести журнал в порядок. Получается так себе. Дикий стыд обрушивается на мою голову, вызывая сильное отвращение к себе. Как я мог Лили, этого нежного ангела, опустить в своих фантазиях так низко! А Руди? Неужели я действительно хочу, чтоб он стоял передо мной на коленях с открытым ртом? Да ещё и перед этим обслужил всех остальных, послушно проглотив их сперму… И вот кто я после всего этого?       Уныло плетусь к себе в комнату, глядя на сморщенные страницы журнала в моей руке. И что я теперь скажу маме? Мама, ты права, мальчик на обложке действительно оказался горяч! Поэтому я разок на него спустил… Кошмар!       Безуспешно пытаясь разгладить листы, я стал бегло просматривать содержимое журнала. До середины была представлена линейка чисто одежды для парней. Там Даниэль фигурировал в разных образах, а потом к нему неожиданно добавилась девушка. На подпорченных мной страницах они гуляли за ручку, улыбались друг другу, обнимались и, по всей видимости, представляли линейку для парочек. И почему меня это вдруг так разозлило? Девушка мне не понравилась от слова совсем! И нет! Я не ревную! Просто она Даниэлю совершенно не подходила, вот и всё!       На практически последней странице, было немного информации об этой девушке. Там я выяснил, что она не только модель, но и бьюти-блогер. Что ж, давай посмотрим на неё под другим углом, вдруг моё мнение поменяется.       Я бегло просмотрел её не самые интересные ролики в интернете, а потом вдруг наткнулся на её интервью на другом канале. Про моду, личное и Даниэля ‒ крупными буквами в названии ролика. Я включил и затаил дыхание…       ‒ Джульетта, ну и как, было у вас с Даниэлем? ‒ спрашивает спустя какое-то время девушка-интервьюер.       ‒ Бля, да мы работаем вместе! И мы оба охуенны! Ну как ты думаешь? Было конечно и не раз. Для съёмок иногда приходится уезжать в такие ебеня, что расслабиться после изнурительного дня получается лишь одним способом, ‒ с чувством лёгкого превосходства ответила эта убогая моделька. Она мало того, что была крайне вульгарно одета, так ещё и считала нормальным материться через слово.       Я честно не понимаю, почему у неё столько подписчиков и поклонников. По мне она очень безвкусна и сера. А ещё её имя Джульетта сто процентов ‒ псевдоним! Оно ей совершенно не шло!       ‒ А почему вы с ним тогда не встречаетесь? ‒ продолжала своё интервью девушка.       ‒ Бля, ну по-моему это очевидно. Ну во-первых, он на год меня младше. Я-то уже в универе. Не представляю себе, чтоб я всерьёз встречалась с пиздюком. Люблю парней постарше. А во-вторых, Даниэль сам ещё не нагулялся. У него этих тёлок, готовых раздвигать перед ним ноги хуева гора. И, насколько мне известно, он, как только кого-то добивается, сразу теряет интерес…       Я выключил. Не могу больше это слушать. Зря только вообще полез! Теперь в душе неприятный осадок и тревога… Я закусываю губу и от досады бью кулаками по столу. Значит, сразу теряет интерес, да? Вот блядь!       ‒ Алек, что-то случилось? ‒ Это мама зашла в мою комнату.       ‒ А, нет, ничего, мам. Просто… ‒ я мельком смотрю на покорёженный журнал и с раскаянием выдыхаю, ‒ я испортил твой журнал. Я случайно пролил на него воду, когда пил. Хотел тут же вытереть, но только ещё сильнее испортил страницы.       Мама очень странно на меня посмотрела. Неужели не поверила?       ‒ Алек, сынок, не нужно так расстраиваться, ‒ мягко произнесла она. ‒ Это могло случиться с кем угодно. Ты не виноват.       Мне иногда кажется, что отец полюбил мать не за внешнюю красоту, на которую были падки многие мужики, а именно за её такой совершенно бесстервозный характер.       ‒ Спасибо, мам.       ‒ Нашёл что-нибудь интересное? ‒ спрашивает она, дотрагиваясь до моего плеча и указывая на журнал. ‒ Может хотя бы джинсы какие понравились?       ‒ Вот здесь, ‒ тут же тыкаю я в страницу журнала. И только потом понимаю, что я выбрал здесь не вещи, которые мне больше всего приглянулись, а фото Даниэля, поэтому поспешно добавляю: ‒ Но они вряд ли мне пойдут. На моделях все шмотки смотрятся не так, как на обычных смертных.       Мама улыбается и ласково чмокает меня в макушку.       ‒ Мама, ‒ недовольно ворчу я. Все эти телячьи нежность с матерью ‒ не моя тема.       ‒ Ладно, Алек, значит, тогда сходим в их магазин и примерим этот образ. А потом ты решишь, модель ты или простой смертный, ‒ весело смеётся она и снова целует меня в макушку, не смотря на все мои протесты.       Она выходит из моей комнаты, а я вздыхаю, тут же возвращаясь к своим тяжёлым думам. Если я вовремя себя не остановлю, то из простого смертного превращусь в подстилку для модели. И причём одноразовую…