Будь моим

      — Ттебайо.. я чертовски устал сегодня! Ужасная, ужасная миссия! Она точно ранга С?       — Да, Наруто, тебе пришлось нелегко, — тихий смешок. Учиха прокручивает миссию от начала до самого конца в голове. Им нужно было сопровождать важную особу и обеспечивать ее безопасность. Но на деле эта дама утерла нос любому обидчику сама, использовала их как тягловых лошадей, а Узумаки пришлось хуже всех. Оказалось, что он очень похож на ее сестренку, а женщина очень хотела набрать подарочков и для нее. Узумаки стал настоящей моделью всевозможных платьев, юбок и прочей ерунды. Обито почти открыто смеялся, вызывая недовольные вопли блондина, а те в свою очередь - подзатыльник леди. Наруто хотел использовать хенге, но дзюцу не удалось. И ему пришлось страдать под комментарии Сая в своем истинном облике.       — Мне срочно нужно развеяться и забыть об этом, ттебайо, — Наруто ныл и поджимал губы, распространяя унылую ауру, но вдруг его будто посетила блестящая мысль. Он резко выпрямился и засиял.       — Мы ведь теперь одна команда, даттебайо!       — Ты очень вовремя это заметил, Наруто, — Учиха улыбается, но его просят не перебивать.       — Мы это не отметили! Давайте... соберем всю седьмую команду, ттебайо! Какаши-сенсея, Сакуру-чан, Ямато-сенсея! Мм… жаль Саске позвать не получится. Но все-таки. Ты теперь тоже часть команды, Обито. Что скажешь? Отличная же идея!       “Часть команды”. У Учиха чуть-чуть закололо в груди, но это была приятная боль. Странно, что Узумаки обращался только к нему, видимо в согласии Сая «усатый» не сомневался. А у Обито не было причин отказываться.       — Значит, отметим.       — Ура!       Наруто состряпал каких-никаких клонов, пару штук, отправив одного за Харуно в больницу, а одного в резиденцию Хокаге, не замечая, что их новый капитан обратил внимание на направление клонов, прекрасно рассчитывая их траекторию движения, ведь Обито живет в Конохе несколько дней. Он успел осмотреться за это время.

***

      Узумаки пользуется приемчиками своего друга и вместо того, чтобы войти через дверь, зависает у окна головой вниз. Он замечает пепельные волосы из-за спинки кресла. Начинает стучать по стеклу, привлекая внимание Хокаге к себе и, когда ему таки открывают окно, вваливается в кабинет.       Шестой замечает присутствие своего ученика еще до того, как слышит приглушенный стук по оконному стеклу. Он несколько озадачен, действительно озадачен причиной появления Узумаки в своем кабинете, и невольно бросает взгляд на часы. Чуть ужасается, осознавая, как быстро пролетело время, а затем все же поднимается из-за рабочего стола, откладывая в стороны документы, чтобы впустить непрошеного гостя.       - Что случилось, Наруто?       — Какаши-сенсей, у нас срочная миссия! Воссоединение Команды Семь! Вы и Ямато-сенсей приглашены. Встретимся в ресторанчике на перекрестке. Отказ неприемлем. Иначе... я сдам ваш секрет, даттебайо! — Узумаки подленько хихикает, и клон исчезает в дымке. Наруто умеет убеждать людей.       Несмотря на оживленность светловолосого паренька, Хатаке не испытывает обеспокоенности. Он чувствует по настроению Узумаки, что его «срочные» дела не несут за собой никаких панических нот. Да и общая воодушевленность «миссией» настолько заряжает своей энергетикой, что ее трудно игнорировать. Он видит, как блестят светлые глаза азартом, и даже посмеивается над угрозой в его адрес – правда, несколько нервно, - наблюдая затем, как Узумаки растворяется в воздухе белесым облачком дыма. Значит, все-таки клон. Какаши слегка сутулится под грузом внезапно навалившегося на него выбора и устало выдыхает. Наруто поступает несколько подло, не давая ему даже шанса возразить и передать хоть какой-то ответ вместе с двойником. Хатаке ведь не в том ранге, чтобы халатно относиться к своим обязанностям, да и в любом ранге подобное непозволительно для шиноби, однако… - Ты ведь его слышал, Тензо? Похоже, ничего с этим не поделаешь. Нам придется… Идем!       Он оставляет текущие дела на своих помощников – Шикамару и Шизуне, - на тех, кому может полностью доверять, и спешит покинуть резиденцию Хокаге в сопровождении своего личного телохранителя. Добираются до обозначенного учеником ресторанчика они примерно в тоже время, что и команда Обито. Шестой окликает их сам, привлекает их внимание, пока эти трое еще не успели зайти под своды двухэтажного здания. И уже такой компанией их приветливо встречает официантка, провожая до одного из свободных столиков у окна. Хатаке первый занимает место на одной из лавочек, а затем его дерзким образом сдвигают прямо к стенке, чуть ли не впечатывают в нее, но все же позволяют устроиться поудобнее. Сын Белого Клыка бросает несколько недоуменный взгляд на представителя АНБУ, который к тому времени уже успел избавиться от маски.       - Какие-то проблемы..? Ка-ка-ши-сем-пай, - лицо его «кохая» порой… не то, чтобы вызывало страх, однако заставляло почувствовать некий внутренний дискомфорт. Хатаке это не нравится, не нравится особенно то, что Тензо позволяет себе применять подобные «приемчики» на нем, однако решает пока затаиться и отыграться на нем позже. Поэтому в ответ звучит обманчивое «все в порядке», подкрепленное дружеской улыбкой. Сай ведет себя тихо, вежливо сообщает, что ему нужно отлучиться в туалет, и пропадает на какое-то время из вида. Им услужливо подают меню и оставляют на какое-то время для ознакомления. Предстоит дождаться еще одного члена команды номер Семь, оттого торопливости с выбором блюд нет. Единственная в их команде девушка и по совместительству ниндзя-медик вскоре появляется на горизонте, выделяясь среди толпы нежным цветом своих волос, под стать имени. Хатаке наблюдает за тем, как радостно подскакивает со своего места Узумаки. Кажется, ничего так и не изменилось с тех пор, как эти двое ушли из-под его непосредственного командования. Какаши даже позволяет себе искренне улыбнуться, предаваясь ностальгическим воспоминаниям. Светловолосый юноша энергично машет в знак приветствия своей подруге, подзывает ее к ним, все еще наивно надеясь на то, что ему удастся сесть к ней поближе – ведь наверняка место рядом с собой он занял именно для нее, - однако Шестой уже видит, что его планам не суждено сбыться. Сай улыбается как умеет, вовсе не насмешливо и не злобно, хотя сын Белого Клыка готов поклясться, что в темных глазах юноши промелькнула тень лукавства до того, как он успел их закрыть. Бывший член Корня без каких-либо вопросов занимает место рядом со своим боевым товарищем, а Сакура располагается напротив него, радостно приветствуя сперва «Ямато-сенсея», а затем и Хатаке. Последний подмечает лишь то, что поделились за столом они как-то интересно – нынешний состав напротив тех, кто когда-то принадлежал к команде.       Заказы сделаны, и постепенно стол начинает заполняться различными блюдами и напитками. Разговор завязывается сам собой и сперва касается общих ничего особо не значащих тем. Сакура использует этот момент, чтобы пожаловаться на свою тяжкую долю ниндзя-медика, работы для которого хватает всегда, даже в мирное время. Особенно ее удручают ночные дежурства, оттого она рада, что Наруто подгадал момент и не попал на одно из них. Она искренне благодарит своего друга за предоставленную им возможность пообщаться со всеми ними, ведь в последнее время видеться часто им не приходится. Особенно юная куноичи выделяет «Какаши-сенсея», по которому жутко соскучилась, и в шутку сетует на то, что в былые деньки таких бы проблем не было, ведь «сенсей» неделями прохлаждался на больничной койке после каждой их значимой миссии. Хатаке чувствует себя крайне неловко, особенно из-за своего друга, который все это слышит. Он и рад бы сгладить как-то ситуацию, но лишь нервно посмеивается и думает, что эти детишки были куда милее лет так пять назад. В голову ничего более толкового не приходит, как попытаться перевести стрелки. Ему тоже есть на что «пожаловаться» - слухи, расползшиеся по деревне в мгновение ока. Шестой припоминает, как не так уж и давно Узумаки стал источником чего-то подобного, когда чуть ли не всю Коноху пытался «убедить» в том, что у Хатаке роман с девушкой, ныне являющейся главным надзирателем тюрьмы для шиноби. Поэтому сейчас мужчина даже не удивлен будет, если и к этому делу Наруто приложил свою руку. На этом моменте вклинивается до этого молчавший Сай.       - Кстати… - темноволосый паренек выглядит несколько обеспокоенным или же удивленным – понять его эмоции до сих пор не просто, ведь он сам с ними не в ладах. – Будьте теперь вдвойне осторожны, Какаши-сан. Наруто может прикинуться какой-нибудь девушкой, чтобы подставить Вас.       - Он уже пытался это сделать, Сай, - успокаивает своего бывшего подопечного сын Белого Клыка, припоминая, как Узумаки применил хенге и обратился незадачливой «утопленницей», лишь бы заглянуть под маску своего сенсея.       - Вот как, - на лице юноши вновь появляется дежурная улыбка, - то-то он так гармонично смотрелся в женской одежде сегодня. Я читал в одной книге с пословицами и поговорками – «опыт не пропьешь».       Эмоциональность Наруто дает о себе знать, а Сай недолго остается «растерянным» и с улыбкой припоминает другу события сегодняшнего дня. Он даже делает ему очередной комплимент в своем стиле, подмечая, что в том легком летнем платье с цветочным принтом Узумаки выглядел куда более женственно, чем Сакура когда-либо. Уже пытаясь успокоить девушку, бывший член Корня отвешивает комплимент в ее сторону.       - Твоя фигура, Сакура, столь же замечательная, как и у Наруто. Я не понимаю, почему ты сердишься..?       — Сай заткнись, ттебайо(шаннаро)! — Наруто и Сакура выкрикивают это почти одновременно в адрес своего друга. Тот так и не научился вести себя "правильно". Они конечно к нему успели привыкнуть и к его особенностям тоже, но градус возмущения это не сбавило. Узумаки уткнулся обидчиво в меню, он заказал себе жаренное мясо. Рамен не оказалось, а есть хотелось сильно. На самом деле он это все организовал, но не подумал об оплате. Сакура выбрала себе легкие салаты и чай. Она поддерживала фигуру, ведь кто знает, когда их блудный Учиха решит вернуться в деревню.       Обито так же взялся за меню, он не знал, что бы хотел попробовать. В принципе это все лишнее. Заказав какую-то сладкую закуску и саке на всех, он улыбнулся и подпер рукой щеку, наблюдая за своей командой и бывшими ее участниками. Это было забавно. Он будто бы вступил в своеобразную семью. И Учиха было очень приятно подобное, чего он даже не ожидал.       Их заказ принесли достаточно быстро, а также емкости для саке на всех шестерых человек. Узумаки рьяно рассказывал об их миссии, избегая интимных подробностей его переодевания в девушку, однако Сай спешил дополнить историю и почти каждый раз из-за комментария получал удар ногой под столом. Это вызывало смех у Обито и Сакуры, которая уже слишком хорошо знала своих друзей. После пары тостов, она поднесла к губам напиток и как-то долго в него смотрела, а затем улыбнулась и с хитринкой посмотрела на Узумаки.       — А давайте сыграем, — она мило улыбалась, хотя за этим скрывалось большее, чем девушка хотела показать.       — А? Во что ты хочешь сыграть, ттебайо?       — "Я никогда не" слышали о такой игре? Я думаю, что это поможет нам поближе узнать друг о друге. Особенно о новых членах команды, — милая и задорная улыбка расцвела на губах девушки. Обито же это идея понравилась не сильно. Он не готов открываться столь быстро. Однако Узумаки идея пришла по душе, как и большинству.       — Согласен, даттебайо! Можно я начну? Можно-можно? Хмм, — он сосредоточился, будто решая самую сложную задачу на свете. Чесал свой подбородок, закатывая глаза к потолку, а потом придумал:       — Я никогда не опаздывал на миссии намеренно, ттебайо! — Узумаки хитро щурится, он пользуется недавней полученной информацией от Обито и явно играет против своего сенсея. Стопка саке опускается на стол, ведь Наруто нарочно не любит задерживать своих друзей. И Учиха также оставляет свою стопку: он постоянно помогал старикам и не мог приходить вовремя. Это ведь не намеренное невыполнение правил. Сакура хотела бы выпить, но она не опаздывала. Ведь... она не хотела, чтобы Саске думал о ней в плохом свете. Три пары глаз устремляются на второе трио в их компании, ожидая ответа. Согласно очереди следующий задавать "вопрос" должен был Сай.       С первого же заявления Шестой понял против кого собрался играть его бывший ученик. Хатаке несколько недовольно щурится, наблюдая за тем, как остальные члены их смешанной команды отставляют в сторону свои пиалы, переглядываются быстро, а затем устремляют свои взгляды на него. Сай не имел привычку опаздывать, как и не делал этого Тензо, однако вот сын Белого Клыка явно злоупотреблял подобным поведением и порой делал это намеренно, ведь в «нужные» моменты он всегда оказывался поблизости и приходил вовремя.       - Ладно-ладно, - светловолосый мужчина сдается, поднимая со стола свою пиалу, и неторопливо подносит ее к своему лицу. Не спешит снимать свою маску, чувствуя внутреннее напряжение из-за пристального внимания к себе, и лихорадочно пытается сообразить, как ему не раскрыть своего «секрета» перед столь внимательной аудиторией. На помощь приходит официантка, решившая незаметно убрать со стола опустевшую посуду и прочие ненужные предметы. Хатаке ставит опустевшую пиалу на стол, когда девушка отходит от них и больше не отвлекает на себя внимание и не закрывает никому собой обзор.       Представитель АНБУ «заботливо» подливает своему семпаю еще саке, а затем все дружно ожидают вопроса со стороны Сая.       - Я никогда не… ммм… - в его голосе проскальзывает легкая задумчивость, однако юноша собирается моментально, вновь надевая на свое лицо улыбчивую маску, - не был учеником Академии Шиноби.       Хатаке тихо хмыкает, в мыслях отмечая, что с этим тоже все понятно, и настороженно так косится на свою бывшую ученицу, подозревая и ту в сговоре. Тензо на данном вопросе не притрагивался к пиале, как и Сай, однако подстав с его стороны Шестой также не мог исключать. На этот раз его спасает то, что большинство участников игры были вынуждены поднять емкости с алкоголем и отвлечься на них.       Узумаки недовольно поджал губы, осознав, что сенсей снова скрыл от него лицо. Ну ничего, Наруто еще добьется своего. Звучит новый вопрос, который ставит под удар большую половину их команды.       — Сай, ты это нарочно против нас играешь, — Харуно подхватила свою наполненную пиалу и осушила, мило сморщив носик. Она тут же потянулась за зеленью, совсем не привыкла к подобным градусным напиткам. Следом за ней отправился Узумаки, он рассчитывал сделать все быстро, чтобы успеть пронаблюдать за Какаши-сенсеем, но вот незадача - стоило ему на секунду отвлечься, пиала Шестого была уже пуста. Даттебайо! Да он издевается! Узумаки старался не подавать вида заинтересованного в раскрытии личности, потому откинулся независимо на спинку сидения, сложив руки на груди.       - Ничего личного. Игра есть игра, - уж слишком серьезно отзывается на нападки куноичи темноволосый юноша, продолжая улыбаться ей все в той же манере. Хатаке невольно косит взглядом на друга, но не задерживает его. Просто наблюдает за настроением Учиха, пытается уловить хоть какие-то изменения в нем или же просто желает удостовериться, что бывшему нукенину комфортно в такой весьма шумной и неоднородной компании. Здесь все были со своими «странностями», однако Обито отличали не только «тараканы» в голове.       Обито так же потянулся за саке. На самом деле напиток на него не действовал. Он узнал об этом уже достаточно давно. Но раскрывать этой тайны не спешил. В любом случае он чувствовал жжение в горле и жар внутри после выпитого. Только та долгожданная эйфория не наступала, голова не кружилась, а по телу не разливалась нега.       — Так-так, теперь мой вопрос, дайте-ка подумать, — Сакура убрала кокетливо прядь волос за ухо, размышляя, стараясь подставить побольше человек из команды. Она же в первую очередь девушка, а потому и вопросы ее - женские. Наконец-то нужный был найден. Но он оказался достаточно печальным.       — Я никогда не испытывала взаимной любви, а вы, мальчики? — глупо хихикая, Харуно щурится, наблюдая за присутствующими. Ей на самом деле был любопытен их ответ. Да, отвечать честно никто не обещал, но все же девушка надеялась на откровения.       Первым реагирует Обито.       — Да-да, было такое, — он вздыхает и не особо весело. В этот момент он избегает взгляда Какаши, сидящего напротив него, а обращает его на девушку. С легкостью ей улыбается. Он прекрасно помнит эту отважную куноичи, которая помогла ему вернуть Саске из чужого измерения.       Все внимание приковано к девушке, кажется, постепенно большинство игроков начинает включаться в игру и с интересом ожидает очередных «подстав» от своих товарищей. Сакура остается верна себе, и, похоже, алкоголь уже ударил ей в голову, однако у нее получилось произвести «впечатление» на мужскую часть команды. Сай несколько озадаченно смотрит на куноичи, пытаясь сообразить, что такое «взаимная любовь», но потом все же решает, что ничего подобного испытывать ему не доводилось, коль уж этот вопрос у него возник. Тензо все еще не притрагивается к своей пиале и невольно бросает короткий взгляд на своего семпая. Тот тоже остается «равнодушным» к выпивке, однако реагирует на признание своего друга, чуть напрягаясь. Пытается поймать взгляд Учиха, но терпит в этой попытке неудачу.       — Сакура-чан! Ты, блин, нарочно, ттебайо, — Узумаки надувается как шар, но пьет. Его чувства к подруге действительно были настоящими. Первая детская любовь - она остается в памяти навсегда. Но иные, более глубокие чувства Наруто, оказались приняты другим человеком.       — Прости-прости, Наруто, мне было очень интересен ответ наших сенсеев, — Сакура собирает внимание на мужчинах, заставляя и уже ответивших следить во все глаза.       Поступок Узумаки внезапно привлекает взгляды всех собравшихся за столом. Сакура, впрочем, первая «делает выводы» и пытается вывести на откровения взрослых – тех, кто позволил себе не выпить и промолчать, но Сай настолько потрясен признанием со стороны Наруто, что даже широко раскрывает глаза и перестает улыбаться. Бывший член Корня «находится» сразу, задавая своему другу вопрос в лоб.       - Я надеюсь, ты сейчас не о моих чувствах к себе говоришь.. ? – по выражению его лица сложно понять, шутит он или нет, однако Хатаке решает понизить градус возникшего напряжения и вмешивается в еще не начавшийся диалог, уж точно обращая все это в шутку.       - Боже, Наруто… Когда в тот раз я сказал, что ты мне нравишься, я вовсе не это имел в виду, - в отместку за подставу с первым вопросом, Шестой припоминает бурную реакцию подростка на свои слова во время его тренировки под его чутким руководством и присмотром Ямато-сенсея. Последний, к слову, также припоминает этот случай, соглашаясь, что реакция Узумаки была в тот момент весьма забавной.       Наруто рьяно оправдывается и краснеет, отбиваясь сначала от слов Сая, а затем и Шестого, который, кажется, решил его добить насмешками. Сакура украдкой сваливает все на Хинату, что бегает за ним с самого детства, но никто не подбирается и близко к истине. Даже о ней не подозревает, а Узумаки отчаянно молчит и краснеет. Это личное и он не хочет пока что этим ни с кем делиться. Но и соврать не может, пусть это всего лишь глупая игра. А Наруто.. он до глупости благородный и честный.       Когда страсти за столом утихли, а точнее когда светловолосый подросток «перегорел», Ямато озвучил свое утверждение, которое носило весьма общий характер и никак не могло его скомпрометировать. «Я никогда не испытывал на себе родительской любви» - так звучало утверждение, заставившее большинство шиноби за столом взгрустнуть, однако такова реальность их мира. Многие росли сиротами или же становились ими в свои ранние годы. Полноценные семьи вообще были явлением редким, однако сын Белого Клыка помнил своего отца довольно хорошо, помнил проведенные с ним годы и потому осушил свою пиалу под печальные тихие вздохи, пока игроки позволили себе на мгновение поникнуть головой или же задуматься.       Вопрос Ямато заставляет блондина скованно улыбнуться. Узумаки давно это пережил. Он даже встретился с папой и мамой, не всем такое под силу. Он очень рад был узнать их, но все-таки... он берется за пиалу под удивленные взгляды.       — Но, Наруто... — Сакура, которая уже выпила, пытается влезть, но Узумаки вносит ясность в свой выбор сам.       — Я, может, и не знал их при жизни, но, пожалуй, родительскую любовь на себе все же испытал, ттебайо. Мои родители любили меня, и я жив только благодаря их любви и отваге, именно поэтому я пью, — он снова улыбается, слегка фальшиво, ведь ему грустно. Он опускает голову, смотря на опустевшую емкость, а затем на его макушку опускается рука. Учиха молча треплет его по волосам, не смотря на парня, вместо этого тоже пьет.       — Я не помню своих родителей. Они погибли, когда я был совсем маленьким, но моя бабушка очень меня любила, — Наруто поднимает взгляд на нового командира и улыбается, а Учиха улыбается ему в ответ. Сакура присоединяется к ним в распитии. Ее уже заметно кружит, на лице появляется румянец в тон ее волосам.       Далее звучит вопрос Какаши, который вызывает недовольство у его бывшей подопечной. Она облокачивается на стол и наклоняется вперед, чтобы поудобнее сесть полубоком и посмотреть в лицо сенсея.       - Что ж… Я никогда не… - Шестой ловит себя на мысли, что не знает, что ему сказать. Выдавать какую-либо информацию о себе не очень-то и хотелось, пусть даже так – косвенно. Признаваться в чем-то вообще крайне тяжело. И он пользуется методом своего «кохая», копирует его и говорит о вещах довольно обыденных, - получал плохих отметок в Академии.       — Вы задаете глупые утверждения, Какаши-сенсей! Вон, пьют только двое! Наруто и ммм... надеюсь, у Обито будет фантазии побольше, чем у вас! — язык слегка начинал заплетаться, но не у нее одной. Да и это нормально для подобной игры.       Теперь на Учиха легла ответственность задать что-то стоящее. Наверняка ирьенина интересовали какие-нибудь новые подробности личного характера. Он задумчиво поджал губы. Нужно было придумать нечто такое, что не компрометировало бы его лично.       — Ох, не стоит на меня рассчитывать в этом. Так... я никогда не... надевал женские вещи, — нукенин так и не смог выдумать чего-то Такого, но решил позабавиться над Узумаки. Тот резко вспыхнул, забывая о печалях, и начал показательно колотить мужчину по плечу, обвиняя Обито в предательстве. “Ты только стал капитаном, а уже так, да? Я думал, что ты на моей стороне, ттебайо! Ну сейчас я тебе отвечу!”. Учиха посмеивался, примерно такой реакции он и ожидал от джинчуурики.       — Я... я, ттебайо... Я никогда не жил у друзей дома! — Наруто показывает Обито язык и оттягивает правое веко вниз, дразнясь. Учиха хмыкает и отпивает, смотря прямо на блондина.       — Доволен?       — Более чем, даттебайо!       Хатаке лишь виновато посмеивается на обиженные нападки куноичи в его адрес и обещает в дальнейшем исправиться. Шутливое утверждение Обито вызвало очередной приятный шум, он прокатился по столу несдержанным смехом и даже Сай в этот момент улыбнулся – искренне и от всей души, а не как обычно. Шестой про себя в который раз отмечает, что сын Минато действительно одарен, не как шиноби, а как человек в первую очередь. Он менял людей вокруг себя, незримо для них же самих заставлял проявлять лучшие свои черты, и потому атмосфера рядом с ним всегда была иной, не подходящей их мрачному миру. Солнечной, теплой, уютной… Именно такой, какую он чувствовал рядом с Обито в далекие времена их детства. Минато-сенсей и Кушина-сан определенно были бы рады узнать, что их сын приобрел в наставники столь схожего с ним человека.       От рассуждений Какаши отвлекает спокойный голос бывшего члена Корня. По его бледной коже и непроницаемым глазам сложно определить, находится ли парнишка под действием алкоголя или нет. Он прекрасно держит лицо, хоть и проявляет ограниченный набор эмоций. Его речь до сих пор остается четкой, но и пил он... он вообще пил? Впрочем, юноша и без того обделен тактом. Ему не нужно пьянеть для того, чтобы давать волю собственным мыслям.       - Раз уж мы заговорили о друзьях… - Сай вновь смотрит на Узумаки, обращаясь по большей части именно к нему. – Я никогда не целовался со своим другом. Впрочем, я не против исправить эту оплошность «случайностью».       И вот теперь он снова добродушно, как ему кажется, улыбается своему товарищу по команде. Шутка вполне себе удачная, и Хатаке бы с удовольствием над ней посмеялся, но вот только… Он несколько нервно сглатывает и косится взглядом на Обито. Если Учиха не будет пить, то и он не станет. Эта «тайна» известна лишь им двоим, и совсем не обязательно посвящать в нее остальных. Да, это нечестно, несколько подло, но не менее подло, чем шутливое высказывание Учиха, автоматически ставящее под удар Харуно.       Все же это отличный вечер. Обито чувствует себя частью чего-то большего. Возможно, их можно сравнить с семьей. Обито счастлив и, если честно, то Какаши снова оказывается прав. Там на Войне он говорил, что пустоту в душе могут заполнить только другие люди. Конечно, рано думать о подобном, пробыв на свободе меньше недели, но кто Обито запретит. Все слишком хорошо складывается, и он не знает насколько долго ему будет позволено вкушать этот уют.       Утверждение Сая застает врасплох. Учиха бросает взгляд на Какаши, пока хмельной Узумаки ворчит на подругу и берется за саке. Всего несколько секунд… и он отворачивается - кажется, уши начинают пылать, что замечает внимательная Харуно.       — Ну наконец-то, Сай молодец! О, посмотри-ка, Наруто, не только ты тут попадался на поцелуях с друзьями. Как покраснел, — девушка пьяно улыбалась, но оставалась в своем уме. Отвертеться явно не получится. Эти женщины такие проницательные!       — Как я ненавижу эти игры... рр, — закрывая единственно видимый глаз, Учиха агрессивно выпивает под удивленное и довольное “ооооо” от Узумаки. Тот приподнимается и нависает через стол к Сакуре, что-то шепча и показывая пустую пиалу Шестого. Харуно кивает, а Обито это уже заранее не нравится. Он все еще смущен. Он следит за молодыми людьми и избегает взгляда Хатаке. Ну почему он не соврал? Его ведь не заметили.       Девушка растягивает губы в улыбке и улыбается очень сладко, произнося:       — Я никогда не целовала Какаши-сенсея... в губы.       Это серьезный шаг. Они ведь не знали наверняка ни о месте поцелуя, ни о том, кем являлся “друг” для Шестого и отступника, так что этот ход “ва-банк”. Обито в упор смотрит на Харуно, а та на него, а на фоне гадко посмеивается Узумаки и что-то им говорит Какаши, но Учиха не слышит что - сердцебиение заглушает голоса.       Учиха не пьян, но чувствует себя пьяным. Ужасно стыдно и неловко. Но ведь при желании, все можно спихнуть на случайность, да? Или нет. Ведь Сай интересовался подобным. Врать новым “друзьям” Обито не хотел. Не желал начинать эти отношения таким образом.       Мужчина опасно щурится, поднимает ёмкость с саке и выпивает. Делает все достаточно резко.       Какаши был уверен, что Обито все поймет по его взгляду. Каких-то несколько секунд, но их вполне должно было хватить. Сын Белого Клыка первым улавливает перемены в своем друге, с ужасом наблюдает за тем, как Учиха второй раз за день при нем был вогнан в краску. Боже… Что он делает?! Какаши чувствует, как сам поддается паническим настроениям, когда его друг столь честно реагирует на провокации со стороны Харуно. Шестой поверить не может в то, что опаснейший в мире нукенин, водивший за нос пять великих наций шиноби на протяжении нескольких лет, не смог справиться со столь э-ле-мен-тар-ной задачей. Всего одна небольшая ложь, которая уж точно никому не повредила бы. Никто бы и никогда бы об этом не узнал, ведь светловолосый мужчина позаботился о воспоминаниях их «случайных» свидетелей. Может, в этом его просчет? Может, стоило утром успокоить Обито и сказать ему об этом? А может..? Мысли хаотично сменяют друг друга под бешеное биение сердца. Это крайне маловероятно, но огонек надежды теплится в душе Хатаке. Именно он подталкивает Шестого также опустошить свою пиалу под общее изумление и оживление от признаний новоиспеченного капитана команды. Какаши пользуется этой суматохой вокруг друга и делает это крайне незаметно для других участников игры, однако не успевает озаботиться обновлением емкости, не успевает это сделать до такого, как хитрый лисий взгляд светлых глаз Узумаки подмечает столь совершенно н.е.з.н.а.ч.и.т.е.л.ь.н.ы.й факт. Воздух за столом начинает накаляться, или же ему это кажется из-за выпитого спиртного? Заговор учеников он улавливает периферийным зрением, бросает на них короткие взгляды, не зная, чего ожидать от самого непредсказуемого шиноби в мире и его подруги. Он хорошо помнил, как они разыграли его при повторной «тренировке» с колокольчиками. Однако… Шестой цепенеет, слыша заявление своей ученицы с таким пикантным добавлением в конце. Нужно было срочно что-то предпринять. Он видит состояние своего друга, сидящего напротив, и понимает, что ему самому придется вытаскивать их из столь компрометирующей ситуации.       - Сакура, я не считаю, что подобное высказывание должно иметь место. Это несколько нечестно по отношению ко мне, я ведь… - мужчина пытается убедить девушку изменить свое заявление, пробует воззвать к здравому смыслу, к логике игры, сослаться на то, что хоть правилами это не оговорено, но нужно исходить из принципов разумности, однако слышать его явно не хотят. По зрительному контакту с Учиха куноичи почувствовала верность своих догадок, оттого отступать была не намерена. Шестой обреченно смотрит на то, как Обито в очередной раз осушает свою пиалу, сдавая их с поличным. Теперь же от них не отвертеться, не от Узумаки точно. Он любого достанет. Этот паренек сам по себе хуже любых пыточных приемов Ибики.       — Да ладно, даттебайо! Не может быть! Как?! — Узумаки нападает с расспросами, но Обито независимо отворачивается к окну, хмыкая. “Скажи, скажи”. Узумаки “качает” его, дергая за одежду, но Учиха не поддается. Недовольно ворчит сквозь зубы.       — Глупый “детский” вызов, — Обито произносит слово детский, который должен натолкнуть окружающих на давность событий и только Хатаке может понять истинность этой фразы. Учиха не соврал.       «Детский вызов» - эхом звучит в голове, и сын Белого Клыка невольно тихо усмехается. Он зря волновался. Все верно. Обито наилучшим образом охарактеризовал то, что тогда произошло между ними. Его друг тоже неплохо умеет подбирать слова. Шестой краем глаза улавливает на себе пристальный взгляд своего бывшего сослуживца. Только сейчас он понимает, в каком потрясении находится представитель АНБУ, открывший для себя нечто совершенно новое о человеке, которого искренне уважал и чуть ли не почитал. Какаши вновь виновато посмеивается, мол «ну да… было дело». Однако Тензо даже не шевелится, он застыл подобно изваянию, пытаясь осмыслить полученную информацию. Светловолосый мужчина уж было хотел напомнить товарищу, что сейчас его ход, но «Ямато-сенсей» прекрасно справился в этом и без него.       - Я никогда не… - и тут по взгляду своего подчиненного Хатаке понимает, что попал, конкретно так попал, и теперь информацию клещами тащить будут не только из его сожителя, - целовал Учиха Обито в губы по собственной инициативе, находясь в здравом уме и чистой памяти.       - К чему все эти уточне... – он все еще пытается как-то отшутиться, чувствуя, как его мозг сам уже начинает работать как-то непростительно медленно. Напряжение нарастает, как и жар во всем теле. Это точно влияние алкоголя на организм. Шестой чувствует, как и на его щеках начинает проступать краска. Он замолкает под пристальными заинтересованными взглядами и опять не знает, как ему следует поступить. Проще всего было бы солгать. Но было ли это правильным поступком?       - Можно получить расчет..? – он поднимается довольно резко со своего места, облокачиваясь на стол для опоры, и привлекает к себе внимание официантки. Пользуется тем, что возмущенные его поведением оставшиеся члены команды отвлеклись, и звонко ставит на стол уже опустошенную до дна бутылочку саке.       Обито нисколько не удивляется тому, что проиграл в Войне именно этим ребятам во главе с Наруто. Они очень опасные шиноби. Настоящие хитрецы. Сакура и Наруто остаются очень довольны ответом, и Обито надеется, что эта тема наконец-то сменится на что-нибудь другое. Это ведь просто поцелуй. Что тут такого интересного? Но как же Учиха ошибался. Один из их команды наоборот активизировался. Он казался таким наивным простачком. Ну да, его ведь так легко захватили в плен.       Утверждение Ямато заставляет посмотреть на него всех. Юные шиноби посмеиваются с такого упрямства, а Обито просто удивлен. Это действительно забавно, особенно то, как Какаши переключает всеобщее внимание на споры, а сам расправляется с остатками саке. Это не становится открытием, ведь они оба в ту ночь находились в здравом уме.       - Все. Игра закончилась, - оповещает сын Белого Клыка недовольных, уже находясь за пределами их общего стола. Шуншин использовать в таком состоянии не просто. Хатаке понимает, что его не хило так развезло в тепле от выпитого алкоголя, но он все еще держится на ногах, хоть земля явно плывет под ними. Но ему нужно добраться до уборной освежить лицо холодной водой. – Тензо, проследи, чтобы счет был оплачен. Я на тебя рассчитываю.       — Какаши-сенсей, вы противный обломщик, мх, — Сакура обидчиво поджимает губки, видно, что она держит себя в руках, но все равно алкоголь разморил и ее. Впрочем, Узумаки выглядит лучше, хоть и выпил больше. Харуно поднимается и тоже собирается уходить, она не знает за чей счет был устроен этот банкет, но явно не за ее. Узумаки предлагает ее проводить до дома, и Сакура соглашается. Они весело машут остальным и скрываются за дверью.       У Обито еще нет своих денег, поэтому все расходы он переадресовывает на Хатаке, как и в прошлый раз с цветами.       — Спасибо за вечер, увидимся завтра, — Учиха кивает темноволосому мальчишке и покидает заведение вслед за парочкой. Есть у него подозрение, что Какаши не вернется к столу. Уж слишком странно звучала его последняя фраза. Как прощание.