Польза спорта

Прекрасным утром в воображении Какеина он просыпался отдохнувшим и выспавшимся, ему никуда не нужно было спешить, за окошком пели птицы, впереди его ждала полная миска “Лаки чармз” и несколько каток в Овервотч с толковой командой, причем в последнее время на каждом этапе пробуждения его сопровождал мистер Брандо с поцелуями, объятиями и всей этой атрибутикой из консервативных агитационных роликов - но увы, воображаемое утро от реального отличалось весьма радикальным образом. Утром ему было так плохо, что он в итоге вообще не помнил, как оказался на полу ванной перед толчком с рукой Дио в волосах, пальцами которой он зачесывал назад его длинную часть челки. Торт Джорно выглядел еще хуже, чем вчера - и все так же мало похожим на торт. - Простите меня, сэр. Дио погладил его по спине и вытер пальцем каплю рвоты в уголке рта. Какеин очень смутился. - У меня ребенок, Нориаки, - напомнил Дио совершенно спокойно. - Кажется, я буквально пару лет назад перестал ходить постоянно обблеванным. Тем не менее, Дио оставил ему право на приватность и вышел. - Иди назад в постель. Я скоро вернусь, - строго повелел Дио и ушел вниз. Какеин еще немного поторчал в ванной, после чего действительно заполз обратно в кровать мистера Брандо на комбинированном каркасе. Казалось, как только остатки коньяка покинули оскверненный храм, каковым являлось его тело, стало полегче - Какеин даже снова задремал, слушая долетающий снизу щебет Джорно и спокойные объяснения Дио. Он вынырнул из поверхностного сна, когда Дио ставил прямо на него столик-поднос с завтраком. - Мистер Брандо, не стоило… - Сегодня без кофе, - равнодушно бросил Дио, будто слова Какеина были для него тоже не слишком отягощенной смыслом болтовней подростка, и засыпал в стакан воды пробиотик. Какеин сел удобнее и нерешительно занес вилку над яичницей с зелеными прожилками шпината. От золотистого чая в кружке пахло мятой и имбирем так, что в Какеине прорезался аппетит, несмотря на то, что несколько минут назад он был уверен, что не будет ни есть ни пить больше никогда в жизни. - А вы позавтракали, сэр? - поинтересовался Какеин. Дио перестал размешивать в стакане пробиотик и очень внимательно посмотрел на него. Какеин смутился, опустил взгляд в тарелку и принялся наворачивать свою яичницу. - Поем по дороге. Выпей это, - Дио поставил стакан на поднос и коснулся его плеча. - Тебе не стоит сегодня выходить на работу. Побудь здесь. - Сэр, меня же уволят, - запротестовал Какеин. - Не уволят, это не основание. Если тебе начнут ставить условия - говори мне, я разберусь, - Дио скрылся в ванной, где накануне избавлялся от последствий вчерашнего вечера Какеин, потом вышел из нее и завернул в гардеробную. Какеин почувствовал, что у него лицо совершенно красное. Дио вышел к нему полностью одетый и взял поднос с посудой. - Мистер Брандо, я отнесу! - путаясь в одеяле, Какеин попытался выбраться из постели. Мистер Брандо коснулся пальцами его щеки, - и Какеин присмирел. Дио мог бы приказать ему лежать на месте, мог бы положить руку на плечо, демонстрируя свои намерения, - и тогда Какеин не смог бы встать в любом случае, хотя со стороны Дио это было бы совсем мизерное усилие - но даже его не потребовалось. Какеин сглотнул и скомкал край одеяла в руках. - Я вернусь сегодня пораньше. Отдыхай, Нориаки, - голос Дио утратил все краски, и он отправился вниз - Какеин слышал, как он дает Джорно инструкции для проживания первого дня его взрослой жизни серьезного четырнадцатилетнего мужчины перед уходом. сначала Какеин действительно пытался соблюсти условия хорошего мальчика, но ощущение кошмарной неправильности происходящего буквально разъедало его - из-за самого банального и отнюдь не лиричного похмелья к нему отнеслись так, будто он почетный ветеран боевых действий. К тому же, повалявшись полчаса на кровати и пощелкав телевизор на противоположной стене, где была настроена лишь пара новостных каналов, Какеин обнаружил, что чувствует себя даже лучше, чем в обычные дни - когда не спит всю ночь здоровым крепким сном на качественном матрасе и когда никто не готовит полезный завтрак специально для него. Он вылез из-под одеяла и отыскал свою одежду сложенной на кушетке у изножья кровати, что было довольно удачно, учитывая, что его вчерашний метод раздевания был весьма делинквентным. Какеин оделся, спустился на кухню и рассматривал проект о приготовлении себе кофе, но ровный приятный голос Дио в голове снова произнес “сегодня без кофе”, и Какеин не нашел в себе решимости не подчиниться. В итоге он просто налил себе воды, построил в телефоне маршрут до спортивного центра и занимался простым созерцанием у барной стойки, подперев подбородок руками, когда в кухню за ланчбоксом сбежал аккуратно одетый и причесанный Джорно. Увидев за стойкой Какеина, пацан испуганно застыл и заморгал. - Но папа сказал, ты плохо чувствуешь себя и побудешь сегодня в постели! - нервно заговорил Джорно, очевидно, в шоке от того, что что-то в мире не соответствует сказанному его папой. И куда девалось вчерашнее “сэр”, молодой человек? - Я уже в порядке, - заверил его Какеин. - Мне нужно на работу. - Но папа сказал… - Джорно, а что любит твой папа? Какеин решил воспользоваться ситуацией - и Джорно хлопнул ресницами еще раз, переключаясь на новый топик. - Розы, - выдал он незамысловатый ответ. Теперь Какеин растерянно моргнул - он не ожидал ничего конкретного, но был готов услышать что-то вроде ретро-тачки, или коллекционные вина, или даже водить домой парней, не способных сказать Дио Брандо “нет” - но это оказались всего-навсего розы. Джорно принял воинственный вид, явно готовый отстаивать папино право любить цветы. - Вот как, - протянул Какеин, сглаживая впечатление. - Что ж, спасибо, Джорно. Будь осторожен. Он подхватил рюкзак, вышел из апартамента и отправился на работу. Дио действительно закончил раньше - после занятия Какеина поприветствовал пропущенный вызов. По необъяснимым причинам его кольнул страх - несильно, как комарик укусил - потом он обнаружил в мессенджере сообщение “перезвони мне”. Страх теперь ужалил, как оса. Какеин быстро набрал его и почувствовал, как из кусачего насекомого олицетворение его тревоги превращается в ядовитую кобру - и он понятия не имел, в чем дело. - Тебе стоило остаться у меня, - сообщил ему Дио без приветствия. - Как ты? - Отлично, мистер Брандо. Пожалуйста, не волнуйтесь. - Когда ты заканчиваешь? - голос Дио был бесцветный, как старый матричный принтер. - Через два часа, сэр. - Я отправлю за тобой машину, - постановил Дио и добавил, пока Какеин открывал рот для возражения. - Ты оставил у меня вещи. Конечно, Какеин бы не осыпался, проспи он ночь-другую в домашней майке и без полароида, но какой-то странный позыв самосохранения заставил его сказать “да, сэр”. Спустя два положенных часа Какеин вышел на улицу и обнаружил припаркованный у входа Челленджер Дио - но за рулем сидел Айс. - Залезай и поехали, - строго скомандовал он - но его голос провоцировал скорее передразнить его, чем отчеканить очередное “да, сэр” и безропотно подчиниться. Какеин, не питая к нему особой приязни, сел на заднее сидение. Айс вел молча, даже радио не включал, - только на светофоре уже в центре заговорил с таким лицом, будто общался с неприкасаемым. - Ты не спрашивал у меня совета - но будем считать, это спецпредложение. Всегда делай, что он говорит. Какеин понял, о чем речь, но это даже вне контекста звучало абсурдно - и он предпочел прикинуться глупеньким и просто поморгать. - Дио, - пояснил Айс, похоже, всерьез приняв Какеина за дурачка. - Пока ты с ним, делай все, о чем он просит. Так будет лучше. - Останови-ка вот здесь, - потребовал Какеин на очередном перекрестке. - О чем я только что сказал тебе? Он хочет, чтобы я привез тебя домой, и… - Черт возьми, ты думаешь, я сбегу - или что? - для демонстрации своих намерений Какеин вытащил карту из рюкзака и бросил его на сидение. Айс поджал губы и тормознул у обочины улицы с витринами маленьких магазинчиков. Цветов Какеин никогда не покупал - маме их дарил папа, а девчонки его возраста предпочитали знаки внимания, которые можно съесть. Джорно сориентировал его в роде растений - круг сузился, спасибо - но, похоже, стоило бы задать пару дополнительных наводящих вопросов. Сорт? Цвет? Если бы речь шла о пачках начос - Какеин бы подошел к выбору с пристрастием эксперта - но в розах он не шарил. - Она очень злится? - подмигнул продавец, когда Какеин завис над ведром с яркими оранжевыми розочками. - Вероятно, случилось небольшое расхождение в намерениях. Я еще не знаю. Продавец указал ему на связку аккуратных красных роз, изящных, как бокалы для просекко на длинных ножках. Какеин решил положиться на судьбу и выбрал несколько штук. Айс встретил его уничтожающим взглядом и довез до дома Дио молча. Где-то между семнадцатым и двадцатым этажами Какеина вновь одолел приступ тревожности. Это как в “Берлинском синдроме” - у него был прекрасный шанс свалить - пусть и пожертвовав любимой пижамой и снятой с производства лимитированной кассетой Black & Red - но нет, он по собственной воле идет обратно в обитель Дио Брандо в стиле семейного минимализма. Какеин сжал букет так, что в руку сквозь бумагу впились шипы. Дио встретил его как всегда бесстрастным и холодным идеальным изваянием из тугих мускулов, обтянутых светлой кожей. Поверх всего этого великолепия он набросил черный атласный халат, будто испытывал сексуальность Какеина. - Заходи... - пригласил он совершенно сухим голосом - и вдруг осекся. - Это вам, мистер Брандо. Дио посмотрел на него с подозрением, будто препод на студента, который заявил в ответе, что Вторая мировая война началась в сорок первом году, но протянул руки и принял букет. - Спасибо, Нориаки, - вслед за букетом Дио принял в объятия Какеина и закрыл дверь. Ну вот и все - хлопок двери резанул по нервам Какеина острой тревогой. Пока Дио разворачивал розы, подрезал кухонными ножницами и набирал воды в вазу, Какеин отошел к окнам. - А где Джорно? - спросил он, любуясь урбанистическим пейзажем. - Обкатывает новый гироскутер. Вернется поздно. “Отлично, я здесь один” - осознал Какеин и стукнул пальцем по окну. Армированные ли здесь стекла - или у него есть шанс спастись бегством из окна сорокового этажа? Он чувствовал нутром, что Дио от него что-то нужно - но не мог взять в толк, что именно. Изнасиловать? Как будто Какеин не рухнет перед ним на колени по первому звуку расстегивающейся ширинки. Убить? Сомнительно, что для такого проекта он выбрал бы дом, где живет с сыном, а не все остальные места планеты. Сделать своим сексуальным рабом?.. - Нориаки, иди поешь. Какеин оторвался от залитой оранжевым солнцем панорамы и подошел к кухне. Мистер Брандо в золоте вечерних лучей сервировал на стойке куриную грудку, и Какеин начал рассматривать идею о сексуальном рабстве в несколько философском аспекте. Откуда вообще такие мысли? - Спасибо, мистер Брандо. - Если чувствуешь, что что-то не так… - Все в порядке, сэр, все прошло еще утром, - Какеин понял, что речь о его нетолерантных к коньяку внутренностях, хотя чувствовал, что что-то в самом деле не совсем так. - Вы не сердитесь на меня, мистер Брандо? Дио разлил воду по красивым высоким стаканам и с молчаливым намеком подвинул в сторону Какеина еще один пакетик пробиотика, выглядя при этом слегка настороженным. - Нет, Нориаки. С чего ты взял? - Должно быть, Айс меня слегка дезориентировал, - Какеин всыпал пробиотик в свой стакан и деланно безразлично пожал плечами. - Айс иногда перегибает, - подтвердил Дио, не отводя от него пытливого взгляда. Какеин чувствовал себя загнанным в угол, не в силах разобраться в ситуации. - Спасибо, сэр. После трапезы Какеин наконец добрался до полароида и зарядил в него обычную кассету. Первым делом он щелкнул вид из окна. Дио закончил с распределением посуды, подошел к нему и обнял сзади, глядя на постепенно проявляющиеся высотки. У Какеина возникло четкое ощущение, что он в банальном ужастике, где сначала все солнечно и идеализированно-уютно, а потом начинается какая-то жесть. - Как интересно, - в голосе Дио действительно сквозил неподдельный интерес. Какеин улыбнулся, повернул фотоаппарат и сделал аналоговое селфи. Через несколько секунд на глянцевой поверхности проступили контуры их лиц, слегка смещенные вбок из-за неопытности фотографа, что придавало фотке невыносимо романтичное любительское настроение. - Хотите, сэр? - Какеин вручил Дио фотоаппарат. Дио принял его и сосредоточенно прицелился объективом. - Солнце светит сзади, сэр. Я буду темным, - со смехом заметил Какеин, познавая незнакомое экономному человеку чувство - ему было совершенно похуй, сколько дорогих картриджей они переведут, пока процесс доставляет им удовольствие. - А если я включу вспышку? - Тогда ничего сзади не будет видно. Дио развернул его и сфотографировал. Фотография оказалась, как и ожидал Какеин, засвеченной сбоку, но его радостное лицо угадывалось. Он был даже немного удивлен увидеть у себя такое выражение и частично списал все на издержки техники. Дио рассмотрел все снимки на предмет скорости проявления цветов и положил на барную стойку. Какеин вдруг подумал, что как бы ни был важен концепт, стоит внести вклад и в эстетическую составляющую искусства - но для этого нужно снять что-то действительно красивое. - Джорно ведь не будет еще какое-то время? Идемте наверх, мистер Брандо. Какеин вытащил у него из рук фотоаппарат, подхватил свой рюкзак и, сохраняя таинственность, взлетел по образцово хай-тековой лестнице в спальню. - Я вас сфотографирую, мистер Брандо, - сообщил Какеин, хотя изначально собирался спросить разрешения. Дио поломал свою дефолтную безразличность, и в его глазах цвета элитного виски заблестел интерес. Какеин стал медленно обходить его вокруг - и в какой-то момент сфотографировал, когда Дио этого не совсем ожидал. Снимок с жужжанием выполз из полароида, и Какеин бросил его на кушетку - после этого он подошел к Дио и стащил халат с одного его плеча. Еще снимок. Дио потянулся к фотографии, но Какеин вытащил ее сам и бросил к предыдущей. Он снова вернулся к Дио и, вопросительно заглядывая ему в глаза, медленно потянул за пояс халата. На его лице читалось абсолютно непоколебимое “Это исключительно ради искусства, мистер Брандо”. Дио позволил гладкой ткани слететь плавными складками на пол, надменно усмехнулся и скрестил руки на груди. - Не закрывайтесь, мистер Брандо! - Какеин засмеялся и сделал еще несколько снимков с разных сторон, кружа вокруг Дио, как голодная гиена. На этот раз Дио успел выхватить у него снимок и вопросительно поднял бровь, когда под пленочкой памятником фетишизации проклюнулись очертания его туловища от бедер до плечей. - Это мне, сэр! - Какеин отнял картинку и бросил к остальным. В этот момент Дио, должно быть посчитавший себя слишком востребованной моделью для работы в формате ТФП, потянул его к себе, мягко изъял полароид и затянул в очередной поцелуй под трейдмарком Брандо, который производил на базовые чувства Какеина эффект центрифуги. Какеин как-то незаметно очутился на кровати - которую мистер Брандо в его отсутствие успел привести в порядок - прямо на этом самом мистере Брандо, собственноручно им раздетым. Судьба в последнее время заводила его в необычные места - хотя, если задуматься, не такие уж непредсказуемые. Какеин оторвался, сдернул с себя футболку, снова присосался к мистеру Брандо, пытаясь одной рукой расстегнуть и снять штаны. Дио проявил небывалую щедрость и помог ему с этой непростой задачей, чем воспользовался Какеин - свесился с кровати, подтащил рюкзак за лямку и нашарил там упаковку старой доброй “ягодной страсти” - Мистер Брандо, - испуганно встрепенулся он, вытряхнув из упаковки оставшийся презерватив. - Это последний. Дио откинулся к изголовью и, сохраняя совершенно нейтральное выражение лица и голос, спросил его: - Хочешь сделать это? “Естественно, блять, хочу” - поначалу подумалось Какеину - “Я же не вытащил презик только чтобы натянуть на голову, надуть носом и сделать полароидных фоток!” Потом нативное умение считывать нюансы во взгляде мистера Брандо помогло ему понять ситуацию чуть лучше, и Какеин в ужасе сжал “страсть” в руке. Ответ при этом остался неизменным. - Хочу, сэр, - решил он на этот раз действительно взять от жизни все. Дио несколько секунд смотрел на него оценивающе, будто пытаясь понять, не промахнулся ли он с выбором подрядчика по этому проекту - и Какеин почти начал молиться про себя богам из Дьябло, чтобы все не сорвалось - но Дио, должно быть, пришел к внутреннему согласованию, потянулся к столику у кровати и достал то, что по всем логическим доводам и догадкам Какеина являлось лубрикатом - по смелым предположениям даже предназначенным для анальной ебли. Стоп, когда он успел его тут завести? - Все хорошо. Я сам, - мягко произнес Дио, когда Какеин, все еще сдавливая презик в кулаке, второй рукой осторожно коснулся его бедра, словно боясь, что иллюзия рассыпется на пиксели. Дио вскрыл тюбик, и до Какеина долетел аромат классической искусственной вишни. Взяв немного на пальцы, Дио отбросил гель в его сторону и раздвинул ноги. Какеин вцепился в его бедро крепче. Конечно, такие вещи были знакомы ему отнюдь не понаслышке - но в случае простого парня Какеина это была попытка заменить отсутствующего партнера подручными способами, так сказать, сбросить напряжение своими руками. Но то, что делал мистер Брандо, он не мог охарактеризовать иначе, чем как натуральный акт любви с собой. Дио принял один палец молча, только сжал слегка колени, провел второй рукой вверх по упругим кубикам пресса и томно вздохнул. Какеин тоже вздохнул - потому что на какое-то время забыл дышать. Он даже не заметил, что Дио работает уже двумя пальцами - отвлекся на чисто созерцательную практику: Дио погладил себя по груди, провел вверх по шее, запустил пальцы в волосы, закрыл глаза и дышал глубоко и шумно - на секунду Какеину показалось, что его здесь вообще быть не должно, и он затаился. Дио закусил губу, слегка нахмурился, спустил свободную руку вниз по тому же маршруту и вогнал третий палец, параллельно подрачивая хуй. Так вот, что происходит в приватной обстановке этой спальни жаркими ночами - может, и в другое время суток, - с рукоблудными привычками Дио Брандо Какеин только начинал знакомиться. Рука Дио - та, которой он обеспечивал Какеину оптимальную проходимость, двигалась медленно, но с довольно немаленькой амплитудой движения, с тихим скользким звуком. Какеин отстраненно удивился тому, что ритм пульсации в его паху и бешеного стука сердца почему-то совпадают. - Нориаки? - Дио медленно изъял из себя пальцы, убрал от члена руку и замер. Какеин рвано вздохнул, вытащил из блестящей бумажки “ягодную страсть”, тщательно сверившись со сторонами и направлениями, надел на свою свежую эрекцию и взял вишневый гель - скорее из интереса, чем из-за того, что чувствовал острую необходимость. Обтянув и обмазав хуй всем, что только было в наличии, Какеин решительно взял ноги Дио под коленями, развел в стороны и наверх, приставил хуй к горячей жопе Дио и почти вслепую вогнал головку. Было туго - на пальцы Дио слегка поскупился, но Какеин и не думал жаловаться. Помимо этого было тепло и приятно - в конце-концов, ебля есть ебля. Держа Дио за бедра - и по большей части на них опираясь - Какеин совсем немного подался назад и снова двинул вперед и внутрь, проглотил жадный нетерпеливый звук и встряхнул головой - от избытка ощущений у него буквально темнело в глазах. После нескольких осторожных толчков Дио приподнялся, взял его за жопу и буквально запихнул в себя до упора. Какеин задрожал от болезненного желания, которое скапливалось во всех неожиданных участках тела одновременно, но сдержался, и, оказавшись в географически выгодном положении, приник к Дио и потерся щекой о его грудь. Дио обнял его и горячо выдохнул в волосы - Какеин почувствовал, как, двигаясь, мистер Брандо слегка сжимает его внутри, и зажмурился. - Ты не обязан быть со мной осторожным, Нориаки. Будь таким, какой ты на самом деле. Какеин перевел дыхание в его объятиях, медленно открыл глаза и поднял голову. - Я знаю, - сказал ему Дио и немного зловеще улыбнулся. - Я вижу. Опять же, не было ни одного микронамека на то, что Какеин понял его правильно - но какая-то внутренняя струна в нем звонко вибрировала, подтверждая истинность догадки. Еще никто не видел в Какеине большего, чем задрота-геймера с некоторыми симптомами хикки - и здесь Дио действительно оказался первым. Какеин неторопливо распрямился, развел его ноги еще шире - ничего, у мистера Брандо порядочная растяжка - и начал набирать скорость и размах. - Не бойся. Ты же хочешь. Теперь это уже превращалось из “ебля есть ебля” в то, что даже пристрастный романтик принял бы за горячий секс - по крайней мере, со стороны Какеина. Что касается Дио - разумеется, глубокое уважение к нему как к личности ни за что бы не позволило охарактеризовать его как похотливую потаскушку - но приблизительно так дело и обстояло. Лицо Дио от самой шеи покрыли пятна румянца, с каждым толчком Какеина - в которых оставалось все меньше чуткости и добавлялось все больше желания выебать мужика чуть ли не наизнанку - откидывал голову назад, все чаще дышал, и его грудь вздымалась так высоко, что мышцы пресса натягивались, он открывал рот в беззвучном крике все шире, пока не забил на приличия и не перешел сначала на короткие стоны, а потом и непосредственно на сдавленные крики. Если бы у Какеина в руках был фотоаппарат, он бы запечатлел это одухотворенное выразительное лицо мистера Брандо, казалось бы, даже не способного на такие эмоции, но отрываться на поиски полароида даже ради такого он счел неразумным. Какеин достал хуй - быстро и внезапно - так, как делать не нужно, - но сейчас он играл по своим правилам. Речевой аппарат обещал долго буферизировать даже простую, давно сформулированную мозгом просьбу, и Какеин просто схватил Дио за предплечье и сильно дернул. Естественно, ему бы понадобилось применить усилие на несколько порядков больше, чтобы пошевелить корпус мистера Брандо, но тот понял его без слов и повернулся. Какеин взял его за жопу, сильно сжал руки, потерся пару раз между булок и резко загнал до упора - так, что Дио вскрикнул. Какеин прижался к его лопаткам, покрывая их поцелуями, которые при честном подходе классифицировались все-таки как укусы, начал двигаться и провел руками вверх по спине Дио, цепляясь за каждую мышцу, которую тот доверчиво вверил ему в распоряжение, процарапал дорожки на плечах и запустил руку в волосы. Солнце уже садилось, подсвечивая их теплым цветом, и на ощупь они были приятными и шелковистыми - Какеин сжал их в районе макушки, буквально намотал на кулак, насколько хватало длины, и потянул на себя изо всех сил - так, что Дио поднялся на подрагивающих руках и едва держал опору. Наверное, это больно - но Какеин заранее для себя решил: он доставит мистеру Брандо удовольствие, а боль - это просто пикантная приправа на основном блюде. С его позиции было плохо видно, и он притянул Дио к себе за волосы еще сильнее - и обнаружил на его лице все ту же одухотворенность и умиротворение. Какеин схватился за плечи и горло мистера Брандо, почти держась за широкую спину, но загонял ему болт с такой силой, что тот вздрагивал всем телом после каждого липкого шлепка - когда Какеин сдвинулся, чтобы глянуть вниз на захватывающее проникновение своего хуя в мистера Брандо до плотного соприкосновения лобка с крестцом, он обнаружил, что кожа на его бледных британских ягодицах ярко покраснела, будто от порки. Внешняя чувствительность начала поступательно отключаться, заставляя зашкаливать ощущения от происходящего на стыках тел - Какеин уже не слушал, как стоны Дио превращаются в хрип, не замечал, что вцепился в его плечи ногтями и зубами, и продолжал стимулировать свой член, пользуясь предоставленным аналом, не готовый остановиться, пока не кончит. Это ему нравилось. Он чувствовал себя победителем, находясь при этом оффлайн. После оргазма все его системы как будто сделали ресет - только что с жалким всхлипом и четким ощущением, что больше не выдержит, он вжался в мистера Брандо изо всех сил, и у него потемнело в глазах, - и вот, визуал восстановился, он чувствовал во всем теле легкое приятное покалывание, теплую влажную спину Дио под собой, а также счастье и радость, которые обещали религиозные секты после пары лет регулярных взносов - но не на словах в брошюрках с газетной бумагой, а натурально в своей голове. Дио тяжело дышал. Отдышавшись тоже, Какеин приподнялся на руках, плавным движением таза извлек хуй с сиротливо сморщенной полной спермы резинкой и аккуратно стянул ее, придерживая за основание. Потом он глянул на мистера Брандо и ощутил секундный прилив ужаса, как школьник, который случайно разбил в спортзале окно. У Дио была канонично-британская тонкая белая кожа, следы на которой мгновенно проступали и распускались, как кулэйд, пролитый на только что выстиранную белую майку. По идеальным скульптурным мышцам змеились ярко-розовые дорожки от его ногтей, на плечах, как трудновыводимые пятна пятна в рекламе отбеливателя, краснели его укусы - и еще наливались отметины там, где он просто грубо его хватал. В принципе, ничего непоправимого - но, если бы Джорно это увидел, он бы точно вызвал полицию. Какеин потянулся к изножью, нашарил на кушетке полароид и запечатлел свою роспись на холсте, каковым являлась спина Дио. - Мистер Брандо? Закончив с искусством, Какеин подполз обратно к Дио с твердым намерением сделать человеку максимально хорошо, но когда тот повернулся к нему, впечатления времени предоргазменного блэк-аута запоздало его настигли - и Какеин понял, что опять упустил момент, когда стоило быть к мистеру Брандо особенно чутким, и последние минуты Дио фактически терпел. - Извините, сэр, - Какеин опустился лбом на его плечо. - Вам стоило мне сказать. Дио подтянул его повыше и улыбнулся. - Не понимаю, о чем ты. - Сэр, я… - Покажи, что получилось, - Дио сел на кровати вместе с Какеином и потянулся к полароиду. - Ох ты. - Я не рассчитал! - Ты рассчитал отлично, - Дио попытался заглянуть себе за спину и потрогал место, на котором Какеин сжал челюсти, как мегалодон. - Я сам часто рассчитывал хуже, когда выяснял отношения и забрызгивал своей кровью антиквариат. Дио пересадил его на кушетку и сдернул с кровати покрывало с пятном былой страсти. Какеин подобрал с пола упаковку, индивидуальную обертку и непосредственно саму отработанную "ягодную страсть" и вдруг загрустил. Что, если это и был последний раз, и мистер Брандо аранжировал его как что-то запоминающееся? Какеин нахмурился и бросил взгляд на моментальные фотографии с мистером Брандо в разных ракурсах. Одна фотка, где он загадочно-зловеще поглядывал в объектив из-за спины, выглядела даже с претензией на художественную ценность и почти не как кустарная эротическая фотосессия. - Мне понравилось, - Дио трактовал его лирическое настроение по-своему и легонько потрепал за волосы на затылке. - Я брошу это в стирку и попробую связаться с Джорно. Какеин, все еще чувствуя рудиментарную легкость существования, поплелся в ванную, где бросил взгляд на свою зубную щетку. С ума сойти, у него уже есть здесь своя зубная щетка. Что дальше - наручники, которыми мистер Брандо будет пристегивать его ноги к циклопической трубе? Какеин остановился и почти минуту убеждал себя, что быть прикованным к чему бы то ни было ему все-таки не понравится. После душа он переоделся в пижаму и спустился в холл, где мистер Брандо уже орудовал штопором в горлышке винной бутылки. Воспоминания об утреннем похмелье уже казались настолько далеким прошлым, что, если бы Дио предложил ему коньяк прямо сейчас, он бы как минимум задумался над предложением. - Ты будешь чай, - Дио пресек его робкие мечты нажраться. - Иногда полезно вместе проходить через подобные неприятности, но лучше не злоупотреблять. Какеин внял голосу разума, взял свой чай и ушел на диван. Солнце уже село, и город за панорамным остеклением замерцал огоньками премиальной жизни - и чуть дальше к горизонту огнями класса “комфорт”. Дио присоединился к нему с бокалом вина. - Мистер Брандо, вы думаете, я неудачник? - вырвалось у Какеина. Дио задумчиво поболтал вином в бокале - возможно, он производил аэрацию, но Какеин в таких тонкостях не был силен. - Нет, - просто ответил он. Какеин чувствовал, что эта коммуникация сейчас неуместна, но не мог уняться. - Правда, сэр. Я ведь никогда не добьюсь даже одной восьмой всего этого, - он махнул челкой в сторону исполинской плазмы на стене. - И мы вместе можем сколько угодно меня оправдывать - но ведь у вас получилось. Значит, это возможно. Дио отхлебнул вина и посмотрел на бокал с такой неприязнью, будто поганый кусок стекла мешал ему просто пить из горла. - Не стану обесценивать свой вклад - добиться чего-то стоящего действительно непросто. Но на самом деле я очень многим обязан возможности - можно сказать, счастливой случайности - если не слишком задумываться о таких вещах, как судьба… Какеин уткнулся в кружку и сделал вид, что задумался о таких вещах. - Возможно, все сложилось бы гораздо лучше, если бы я не упустил ряд других возможностей из-за того, что был вспыльчивым кретином, - продолжил Дио. - Это единственное, что ты мог бы для себя вынести, Нориаки. Не упускай возможности. Какеину показалось, что это намек, но он не понял, какой именно перечень возможностей подразумевается. Он вздохнул и, вцепившись в кружку, откинулся на теплое плечо мистера Брандо. - Можешь перенести завтрашнее занятие на утро? - без литературного отступления Дио сменил тему. - Я бы поехал с тобой, а потом - в офис. - Если будет свободно - да, вполне. На такой высоте и с такими качественными окнами было непривычно тихо - с улицы не доносились ни вопли вечернего среза аудитории Костко, ни ругань этноса, ни привычный шум автомобилей. В такой тишине поворот замка прозвучал резко и громко, почти как выстрел - и Какеин поспешил сесть прямо, как в начале урока. - Папа, я дома! - жизнерадостно оповестил Джорно, проскочил в холл с гироскутером под мышкой, заметил Какеина и напустил на себя образцовую вежливость. - Добрый вечер. - Привет, Джоджо. Молодец, что не покалечился на этой штуке в первый же день, - Дио плотнее запахнул на груди халат, пряча под тканью припухшие розовые царапины. - Найди ей место и переоденься. Джорно покивал, как птичка, и направился к лестнице - и Дио снова уставился в вино, которое уже омывало благородный осадок на самом дне бокала. Какеин заметил, что проходя мимо стойки Джорно притормозил, задержался на ней взглядом и обернулся назад к нему. Поняв, что когда Джорно покидал дом, там еще не было цилиндрической стеклянной вазы с розами, Какеин глянул на Джорно в ответ и строго нахмурился - взрослый юноша полных четырнадцати лет встрепенулся и припустил на второй этаж. Какеин вернулся в исходное положение, вжавшись в Дио, - и вспомнил, что на той же стойке остались их фотографии с тестового сета.