Прости меня, Тэхён

      То, что идея повести Тэхёна в клуб оказалась провальной, Гук понял не сразу. В самом начале вечера ему казалось, что Тэ удалось расслабиться, скинуть напряжение… В черных, обтягивающих как вторая кожа штанах и свободной футболке он привлекал к себе множество взглядов: голодных, алчущих, жадных, и Чонгук то и дело испытывал непривычное для себя чувство ревности. Словно все окружающие разом вдруг рассмотрели, насколько Тэ прекрасен. И даже несмотря на то, что Чон был уверен в Тэхёне, неприятное чувство все равно копошилось внутри. С другой стороны, он был горд, хотелось всем сказать что-то вроде: «Смотрите, какой охуенный парень, и он — мой!». Да, глупо. Да, по-детски. Но эти два чувства, мешаясь между собой, превращались в такую ядерную смесь, что настроение Чонгука этим вечером скакало от отметки «очень хорошее» до отметки «зол как черт» за считанные секунды.       А когда они спустились вниз, где громче звучала музыка, и окунулись в людское море, Тэ сразу замкнулся. Не то чтобы он до этого был слишком уж раскрепощенным, нет, просто расслабленным, но в этот момент невооруженным взглядом стало видно, что ему некомфортно. И Чонгук, рассудив, что такой отдых пользы не принесет, уже готов был уйти оттуда и увести Тэ, как тот попросил показать ему. Сказал, что хочет узнать его, Гука, лучше. Понять. Это привело в такой восторг, что Чонгук тут же кинулся целовать своего парня… Тот выглядел таким красивым, таким сексуальным, что удержаться не было никакой возможности.       В какой момент все полетело к чертовой матери, Чонгук так и не понял.       На поползновения какой-то девчонки на танцполе Гук даже внимания бы не обратил, если бы не реакция Тэхёна и то, как тот отшил красотку. Он испытал настолько дикий восторг от такой реакции, что стоял и улыбался как полный идиот. Нет, за него дрались и раньше, но всегда девчонки. Это, конечно, грело самолюбие, однако Чонгук никогда бы не мог подумать, что однажды Тэхён сделает так же. Кто бы знал, что всегда сдержанный, стойкий Тэхён способен так яростно защищать свое, так неприкрыто выражать свои чувства? Все-таки в школе он до сих пор морозился и оставался зажатым, замкнутым. Чуть ли не отстраненным, а тут такая неприкрытая ярость, которая будто показывала, что он, Чонгук, принадлежит только Тэхёну. И Чонгуку нисколько не хотелось спорить с этим.       Потом они танцевали, пили, чуть позже к ним присоединилась Лина, которую Гук знал через Намджуна, и вроде бы вечер обещал стать отпадным, лучше чем обычно, ведь с ним был Тэхён, но тут все пошло под откос: появились их одноклассники, и Тэхён напрягся, а уж когда его зажали Юна и Хёрин, вообще стал выглядеть как загнанный олененок. И слегка пьяному Чонгуку это казалось настолько милым и забавным, что он решил не влезать, а многообещающий взгляд Тэ заставил его заерзать от накатившего возбуждения — не стоило и сомневаться, что тот отомстит ему. Потом, наедине. Но все веселье исчезло, стоило ему увидеть, как девчонки смеются над Тэхёном, а следом и целуют его. Нет, понятно было, что они просто дурачатся, но Чонгук уже был навеселе, поэтому вел себя по-дурацки. И зачем нужно было кидать ту фразочку про сокровище? Обошлись бы они без этого знания. Он не замечал, как сам все только больше портил.       Стоило бы включить мозги раньше — ведь он же чувствовал, что Тэхён напряжен. Но ему было так хорошо, что он не придал этому значения. Алкоголь приятно туманил разум, тело было расслабленным, звучала классная музыка, Джун вовсю общался с Линой, обсуждая какой-то проект, и самое главное — рядом был Тэхён. А что еще нужно?..       Он слишком много выпил. Виски притормозил его реакцию, и он даже не подумал ничего плохого, когда Ёнли с серьезным лицом попросил о разговоре. Мало ли… Идиот. Когда они остановились в коридоре, ведущем в бар, тот толкнул его к стене и прижался всем телом.       — Так и знал, что этот мальчик тебя смущает, — мурлыкнул он на ухо, пока Чонгук тупо хлопал глазами и со скрипом шевелил извилинами. Мозг все никак не догонял, зачем он тут.       — Что? Так ты не хочешь поговорить? — тупенько поинтересовался Чонгук.       Парень рассмеялся, запрокидывая голову, и наклонился к самому лицу Чона:       — Ты забавный, когда выпьешь. Нет, я не хочу разговаривать, хочу, чтобы ты меня трахнул… — шепнул он ему на ухо и погладил ширинку.       Чонгук тормозил пару секунд, а потом оттолкнул Ёнли и, все ускоряясь, побежал обратно. До его затуманенного алкоголем мозга запоздало дошло, как его уход смотрелся со стороны, особенно после открытого предложения заняться сексом. Он несся обратно со всех ног, надеясь лишь, что Тэхён достаточно доверяет ему, чтобы не уйти, но где-то глубоко внутри Чон знал, что опоздал.       — Где Тэхён?!       Хан, уже накидавшийся какой-то дури, на что указывали чрезмерно расширившиеся зрачки, которые были заметны даже в полумраке клуба, и слишком плавные движения, преувеличенно удивленно распахнул глаза и округлил рот.       — Я что, подписался за ним следить и не заметил? — но, увидев злое выражение на лице Чонгука, вяло махнул рукой: — Ушел куда-то.       — Куда? — рявкнул Чонгук, вздергивая приятеля на ноги.       — Отъебись! — попытался вырваться тот, но Чон держал крепко.       Адреналин подстегивал, и алкогольный дурман стремительно рассеивался. Ему было страшно. Он накосячил. Капитально. Ошибкой было вообще вести сюда Тэхёна, еще большей глупостью — оставаться здесь, когда подвалили его обдолбанные друзья, а уж его тупизну, когда он пошел «разговаривать» с Ёнли, вообще ничем нельзя было объяснить. Он идиот.       — Чон, да отцепись! Твое сокровище свалило, как только я предложил потрахатьс…       Зубы клацнули, и Хан чуть не прикусил себе язык, возмущенно глядя на Чонгука.       — Что ты ему предложил? — четко и внятно спросил Чонгук, на полном серьезе прикидывая, что первым сломать этому уроду, и снова встряхнул его.       Хан поднял глаза и, видимо, осознал, что зря такое ляпнул. Он испугался. Чонгук пришел в бешенство, вся расслабленность и алкогольная дымка с него слетели, как не бывало. Страх потерять Тэ подстегивал действовать. И если бы не необходимость найти его, он бы не оставил от бывшего друга и мокрого места.       — Какого хрена, Хан?! Ты не слышал, как я сказал, что это мой парень?       Не став даже слушать попытки оправдаться, он толкнул урода обратно на диванчик, схватил телефон и побежал к выходу. По пути Чонгук отчаянным взглядом шарил по лицам людей в поисках Тэхёна, но тот, конечно, уже успел уйти.       Выбежав наружу, Чонгук растерянно оглянулся и кинулся вправо, особо не раздумывая. Он бежал что есть сил и только надеялся, что Тэхён двинулся в сторону дома, а не решил погулять по ночному городу.       Наконец впереди мелькнула знакомая макушка, и Чонгук припустил еще быстрее.       — Тэ! Стой, Тэ! — окликнул он, но Тэхён, как-то механически переставляя ноги, продолжал идти вперед.       Ухватив за плечо, Чонгук развернул его к себе и поразился абсолютно безэмоциональному лицу, какому-то равнодушному, словно в нем не осталось никаких чувств.       — Тэхён! — громко, стараясь достучаться, произнес он, удерживая его двумя руками за плечи. — Ничего не было, клянусь! Я свалял дурака, слишком много выпил… Прости меня! Тэхён!       Тэ молчал, равнодушно глядя на него, отчего Чонгуку становилось страшно. Ужас нарастал постепенно, приподнимая волоски на загривке и холодя кончики пальцев и затылок, и хотя под руками было тепло Тэхёнова тела, ему казалось, что стоит только отпустить — и он больше никогда, никогда не почувствует этого.       — Тэхён, почему ты молчишь?       — А что я должен сказать? — внезапно во взгляде появилась осмысленность, а следом — злость. — Да, прощаю? Все в порядке? Это я должен сказать? — сдавленным голосом проговорил Тэ и дернулся, стряхивая его руки. — Так вот, все не в порядке, Чонгук! Я знаю, что ты не собирался спать с этим… Ёнли, — брезгливо выплюнул Тэ имя парня, — знаю, но… Было бы проще, если бы переспал, — голос сочился злостью и обидой, а в глазах застыла тоска, и это больно било по растерянному после слов Тэхёна Чонгуку.       — Тэхён… — неуверенно прошептал он, совершенно не представляя, что сказать. Он думал, что Тэ заподозрил его в измене, держал в голове с десяток вариантов оправдаться, убедить, что у него даже мысли не было и тот все неправильно понял. Но Тэ сказал, что верит ему… И все равно ушел. Что вообще происходит? — Тогда что тебя так задело? — осторожно спросил Чонгук.       Лицо Тэхёна внезапно исказилось, и он оскалился, с каким-то непонятным чувством глядя на него.       — Знаешь, я и не предполагал, что предложение тройничка — это нормально. Теперь понятно, как ты жил до встречи со мной.       Чонгук сглотнул и прикрыл глаза. Стало стыдно перед Тэхёном, но как еще объяснить, что все это больше не важно, не имеет значения, ведь теперь ему никто не нужен, кроме Тэхёна, он не знал. Но все равно попытался:       — Тэ…       — Нет, — тот непримиримо покачал головой, рассматривая Чонгука так, будто перед ним какое-то неизвестное науке насекомое, — хорошо, что все вскрылось сейчас, когда еще не так много времени прошло, так будет… легче.       — Да о чем ты?! — дурное предчувствие будто выморозило все внутри; Чонгук напрягся.       — Нам нужно расстаться, — холодные слова Тэ заставили его онеметь, будто он разом превратился в ледяную статую. Тэхён снова покачал головой и опустил лицо, избегая взгляда, словно и сам не верил, что произнес это. Тэ тяжело сглотнул и совсем тихо произнес: — Твой… отец был прав.       — Отец? — отмер Чонгук, но тут до него дошло. — Ты говорил с ним? — Тэхён кивнул. — Когда?       — Вчера, — тихо признался Тэ и отвел глаза.       — И когда ты собирался сказать мне об этом? — внутри, перебивая страх и боль, начинала разгораться злость — и на отца, и на Тэхёна. — Ты вообще собирался мне сказать?       И по взгляду понял, что — нет. Тэхён не собирался говорить ему о такой важной вещи. Тэхён вообще никогда не говорит ему о чем-то хоть сколько-нибудь важном. Он так и не удосужился поделиться с ним, почему живет без матери, почему его начали травить, какие прошлые отношения так подорвали его веру в людей. Чонгук выложил перед ним свои чувства, подарил всего себя на блюдечке с золотой каемочкой, делился своими переживаниями, страхами… да всем! А Тэ даже не удосужился хоть немного приоткрыться, все приходилось вытаскивать чуть ли не клещами.       — Ну зашибись! — обида вскипела внутри с бешеной скоростью и хлынула наружу. — Что ты творишь? — повысил он голос, встряхивая Тэ за плечи. — Какого хрена ты утаиваешь от меня такие важные вещи?! — тот факт, что он сам не рассказал ему о встрече с отцом на работе, мелькнул на краю сознания, но Чонгук его отбросил, зарыв под обидой и непониманием.       — Вот сейчас и говорю! — почти прорычал Тэхён. — Твой отец пришел, вел себя как настоящая сволочь, высказал мне все, что думает про наши отношения, предложил денег и ушел! Это ты хочешь знать о своем родителе, да?!       — Денег?.. — насторожился Чонгук, впиваясь взглядом в лицо парня. Глаза Тэхёна расширились, и он подался вперед, так же пристально, как и он сам, рассматривая выражение лица напротив.       Да нет, Тэ не мог. Это точно, железно, стопроцентно. Тэхёну ведь дорог Чонгук, он не променяет его на деньги… А дорог ли? Чонгук внезапно засомневался, несмотря на недавнее признание.       Тэхён, видимо, уловил тень сомнений на его лице, но принял это на свой счет.       — Ты сейчас серьезно? — Тэ резко вывернулся, сбрасывая с себя его руки. — Это все, что ты услышал? И ты серьезно решил, что я?.. — Чонгук замотал головой, не в силах внятно и быстро сформулировать ответ, но Тэхён даже слушать не стал: — Пошел ты нахрен, Чон Чонгук!       — Не решил! — наконец выпалил Чонгук и тут же продолжил, стараясь говорить спокойнее, хотя голос вибрировал от того дикого коктейля эмоций, что сейчас бурлил в нем: — Не решил. Все не так, Тэхён, я…       — Да неважно, — отмахнулся тот и устало прикрыл глаза, будто разом утратив запал. — Как бы то ни было, твой отец был прав: мы не пара. Я знал это раньше, но сегодня убедился окончательно… — Тэхён помолчал, а потом прямо посмотрел ему в глаза и сказал… что-то ужасное: — Я хочу расстаться с тобой, Чонгук.       Чонгук дернулся, расширившимися глазами глядя на Тэхёна. Может быть, это шутка?.. Недоразумение? Но нет, Ким Тэхён был серьезен. Собрав остатки сил, он с трудом сглотнул и спросил самое, на его взгляд, важное:       — Почему?.. Почему именно сейчас? Чего такого произошло сегодня, что подобная мысль вообще пришла тебе в голову? — он хотел понять. Хотел разобраться. И не хотел верить, что это конец. Гук снова шагнул вперед, нависая над Тэхёном и хватая его за плечи, словно боялся, что сейчас тот просто растворится в воздухе, так и не ответив на его вопросы.       — Да все! — беспомощно выпалил Тэ, но видя непонимание Чонгука, попытался донести до него: — Ты создан для такой жизни, Чон, а я нет. Я не буду с тобой рядом на вечеринках с друзьями, на приемах с партнерами, еще где-то. Я могу существовать с тобой только в своем доме, там, где нет никого, кто назовет меня твоей подстилкой, кто предложит тебе запилить тройничок, или просто не потащит трахаться, нисколько не переживая, что твой парень сидит рядом! — он говорил все громче и громче, а под конец уже кричал прямо в лицо Чонгуку.       — Ты сам сказал, что веришь, что ничего не было! — вспылил Чонгук. Он совершенно запутался в умозаключениях Тэ и понятия не имел, что ему говорить, как убедить этого упрямца остаться с ним.       — Сегодня верю. Но таких Ёнли, знаешь, сколько будет в твоей жизни? Я не хочу каждый раз гадать, не трахаешься ли ты там с кем-нибудь, и ждать, когда же ты вернешься домой! — Чонгук уже открыл рот, но Тэ снова заговорил: — Я думал… Я надеялся, что смогу стать частью твоей жизни, но сегодня окончательно понял, что нет, Чонгук. Я… не смогу.       — Черт! — бессильно выругался Чонгук и всплеснул руками. — Ну как мне донести до тебя, что ничего из того, что ты здесь перечисляешь, не будет? Ну хочешь, я вообще никогда больше не пойду в клуб? И капли алкоголя в рот не возьму? Я действительно просто не понял, что хочет от меня Ёнли, затупил, признаю. Но я же отказал ему! Откажу и всем остальным, — он отчаянно торопился, говорил, едва ли не глотая слова, и все отчетливее видел по лицу Тэ, что у него не выходит, — Тэхён…       — Чонгук, хватит! — оборвал тот его и покачал головой. — Я тебе уже все сказал, перестань по-детски рассчитывать, что можно всегда получить то, что желаешь, — припечатал Тэхён и отвернулся, не глядя на него.       Утихшая было злость вспыхнула с новой силой. По-детски? Получать все, что пожелает? Так он считает? Да, поначалу он действительно просто хотел заполучить себе необычного любовника, но почти сразу тот очаровал его настолько, что Чонгук влюбился. Влюбился! Впервые в жизни! Он делал все, чтобы только угодить Тэ: нашел работу, взялся за ум, никуда не ходил, не поднимал тревожащие его темы, молча принимал все, что давал ему Тэхён, не требуя большего. А он…       — Неужели? — выдохнул он и отступил на шаг, сжимая руки в кулаки. Отчаянно хотелось двинуть этому дураку, который так больно бьет своими словами, но он знал, что никогда не простит себе подобного. — А ты сам что же?       — Что?.. — непонимающе хлопнул глазами Тэхён.       — Ты сам не ведешь себя по-детски? — по-настоящему разозлился Чонгук и поспешил вывалить на того свои мысли: — Отношения — это доверие, ты сам говорил, но я до сих пор не знаю, что с тобой случилось, не знаю, где твои родители, ты никогда ничего не рассказываешь, все держишь в себе. В конце концов, ты даже про визит моего отца не собирался говорить! — Чонгук скрипнул зубами, видя, как Тэ замкнулся после его слов, так и не собираясь отвечать. Ладно, тогда другое: — Что отец тебе наплел? Ну!       — Что мы не пара и у нас нет ничего общего, — Тэхён, снова отвернувшись, бездумно смотрел куда-то в сторону.       — Вот как? — ну зашибись. — И ты тут же поспешил отказаться от меня, — и по дрогнувшему лицу понял, что попал в точку. Все так и есть. — Ты решил отказаться от нас?! Ты трус, Ким Тэхён!       — Не смей так говорить!       — А как, как еще я должен был?.. Какие выводы, по-твоему, из этого можно сделать? Ты дождался первого же удобного повода и свалил. Ты приревновал, но я не изменял тебе. Да, поступил глупо, потому что выпил, а ты представил себе мое будущее на десять лет вперед и решил, что тебе там не место! — и это было самое обидное, что Тэхён решил все за него.       — Ты обещал не напиваться, — зло перебил его Тэхён, — и не тащить друзей, и что? Нарушил оба обещания!       — Неправда!.. — но Тэ только презрительно поджал губы, и Чонгук пошел в наступление: — И я не настолько пьян, чтобы не понять, что ты отклоняешься от темы, — кулаки сжались так, что стало больно.       — Да неужто?! — прошипел Тэхён и снова зло оскалился.       — Именно так! — Чонгук знал, что после пожалеет об этих словах, но удержаться не смог — злость подстегивала сказать то, что он думал на самом деле: — Твоя ревность возникает из неуверенности в себе, вокруг всегда будет куча народу, для которого я лакомый кусочек, кому нужно только то, что я могу дать, каждый раз будешь так сбегать?!       — Нет, — ответил Тэхён и твердо встретил его взгляд.       — Нет? — Чонгук растерялся и даже отступил на полшага назад.       — Больше я такого не допущу. У нас ничего не получится, — он прикрыл глаза и покачал головой. Лицо его парня… его бывшего парня исказилось в страдальческой гримасе. Он словно в один момент обессилел. — Ты… Прости. Давай… давай просто прекратим все это? Я не хочу так.       — Тэхён, нет! — крикнул он, не обращая внимания на взгляды прохожих, и потянулся к нему. — Ты не можешь… — но Тэ отступил и покачал головой, крепко сжав губы. И тогда Чонгук решился: — Я люблю тебя, Тэхён. Пожалуйста…       Лицо Тэ побледнело, он закрыл глаза, словно справляясь с собой, но тут же вновь спокойно и немного печально посмотрел на него.       — Нет. Я не могу… Не смогу так поступить с тобой. Даже если не брать во внимание твой образ жизни и окружающих… Ты знаешь мое отношение к семье… — и Чонгук осознал, что Тэ все для себя решил. Казалось, мир разом выцвел, теряя краски. Он остановившимся взглядом смотрел, как движутся губы Тэхёна, и не мог поверить, что все закончится вот так. Звук доносился до него словно с запозданием. Жестокие, но правдивые слова, словно камни, падали на грудь, мешая нормально дышать. — … Я не прощу себе, если из-за меня ты разругаешься с родителями.       — Но ведь мама обещала нас поддержать! Отцу придется смириться…       — Ничего не получится, пойми уже! — резко перебил его Тэхён. — Мы слишком разные.       Чонгук стоял и не мог протолкнуть воздух в легкие. Как выброшенная на берег рыба открывал и закрывал рот, не в силах что-то сказать. Тэхён стоял в шаге от него и в то же время будто на другой стороне широкого ущелья — не дотянуться.       — Я пришлю тебе твои вещи, — тихо проговорил он и ушел не оглядываясь.       Чонгук не знал, сколько он стоял так, пока какая-то большая компания не прошла мимо и кто-то не толкнул его плечом. Тогда он пошатнулся и отмер.       Медленно, будто преодолевая сопротивление воздуха, он подошел к стене ближайшего же здания и от души саданул несколько раз по облицовке. Боль словно немного отрезвила, вернула в реальность. Он прислонился к стене и сполз прямо на тротуар. Что ему теперь делать, без Тэ?.. Казалось, он враз лишился половины чувств; в груди, прямо за ребрами, где все сжималось и корчилось, едва Тэ произнес свои беспощадные слова, сейчас поселилась глухая тянущая боль.       Глаза жгло. Вскинув голову к подсвеченному разноцветными огнями небу, он старался не плакать. Несмотря на странное бессилие, внутри росла и ширилась бездна ненависти — к себе, к Тэхёну, который сбежал при первых же трудностях, к отцу, который снова вмешался в его жизнь и все испортил… Отец… Точно. Нужно выяснить, что этот хрен сказал Тэхёну. Он этого так не оставит.       В голове прояснилось, теперь он знал, что нужно делать.       Поднявшись на ноги, Чонгук направился обратно к клубу. Злость и ненависть трансформировались в холодное бешенство, которое теперь подгоняло его, но он не будет торопиться, нет. Он все сделает правильно. Он разберется и все выскажет этому мудаку, своему отцу, который только и знает, как портить ему и матери жизнь.       Он пожалеет, что вмешался.