Лагерь

      …Всё же нужно было забрать вещи из тумбочки. Наверняка там было хоть что-то важное, хоть какая-то вещица, которую Гера не хотела оставлять в лагере.       Но Вольф чётко обозначил, что Джару лучше в лагере больше не появляться. Во избежание нежелательной слежки и прочих вопросов.       Официальная версия, по которой Гера Торку исчезла из лагеря, состояла в начале допроса, который решили провести быстрее ожидаемого. Шер Ам Ваэру была уплачена полная компенсация, включая расходы на содержание за все семь с половиной лет. Большая сумма вышла, между прочим.       А Джар просто купил себе раба на ярмарке. И продавец — толстый эаль с десятком золотых колец на хвосте — мог покляться на собственном бизнесе, что обговаривание условий сделки отняло у него три недели жизни, а рабыня ради эффекта подкрашивала корни волос в сероватый оттенок.       …Вольф иногда отличался даже чрезмерной педантичностью в вещах, вроде как, совершенно отличных от его прямой работы.       Поначалу, когда ещё только перемирие между эалями и лае возникло, хвостатые всё пытались по своим обычаям задарить послам «живой подарок». Крылатые же от подобных даров уворачивались как могли, не желая включаться в подобные игрища. И вообще, у многих семьи дома.       Всё равно в Отдел чужакам вход закрыт.       Джар же утолял любопытство, стараясь не привязываться, но и не обидеть. Общение длиной в один-два месяца в обмен на свободу и некую сумму. Никакой назойливости, обманов, утаиваний и взаимного нервомотания.       А тут всё катилось кувырком. Да со свистом, под усталый комментарий Мирослава, что Джар «об этом пожалеет».       Уже начал жалеть.       Вообще вся гамма чувств с трудом поддавалась распознанию. Его «любопытство» сидело на стуле, в новеньком махровом жёлтом халате, и укачивало в ладонях пустую чашечку из-под кофе.       С трудом можно было представить нечто столь же резонансное, одновременно жуткое и привлекательное. Охотник в квартире крылатого.       …Квартирку, кстати, Джар купил всего год назад. Иногда бывали дни, когда по работе набегаешься так, что крылья не держат, и тащиться через Переход в Отдел было слишком долго, тяжело и вообще лень. А тут не нужно искать гостиниц или отелей, да заказать еду можно легко.       Тихо, спокойно, безопасно.       Правда теперь, учитывая, что Джар лично принёс в квартиру Охотницу, безопасности поубавилось. Но пока на него не нападали, можно было делать вид, что расслаблен.       И рассматривать влажные пряди, зачёсанные назад, линию подбородка и шею с темнеющими пятнами, которой касался пушистый ворот халата.       А на металлические кандалы на запястьях лучше не смотреть.       …Нужно будет купить одежды. И книг.       И носки. Покупая квартирку, Джар не озаботился заменой полов на те, что с подогревом. Халатом озаботился, как и разными гигиеническими мелочами, а вот про носки или тапочки не подумал.       — Спасибо. И за обед тоже.       Джар прежде никогда не встречал Охотника, который был бы столь культурно воспитан. Хотя он и Охотниц не так чтобы сильно встречал.       Как-то они гораздо реже попадались.       — Мне нужно провести медицинский осмотр. И кровь взять. — Джар придал своему голосу как можно больше равнодушия.       Ладно-ладно, он на крючке — брат верно это заметил. Но признаваться в этом не намерен.       Как и играть в семью.       Исключительно деловые отношения. Взаимовыгодные.       — Хорошо. — Чашечка вернулась на блюдце.       Наручники защёлкнулись на протянутых запястьях под звуки урчащей совести, жующей крыло.       — Надеюсь, ты понимаешь, что я это делаю из-за безопасности.       — Понимаю. Всё нормально. — Гера произнесла это уверенно.       Правда понимает или притворяется?       С людьми порой было сложно — поди пойми, что у них в голове творится и какие эмоции они испытывают. Не дёргать же Дарелина ежедневно ради такого, пусть бы лиры и обладали связью более чувствительной к чужому разуму.       Опыта с Охотниками у Джара и вовсе не было.       — Просто… Мне почему-то подумалось, что я всё время буду в кандалах и цепях, и… Я понимаю, что это из-за того, что я Охотник и нет причин мне доверять. А это, — Охотница чуть повернула скованные запястья, — успокаивает окружающих.       Возможно. Джару не легче. Безопасней, но попробуй объясни это собственной совести.       Его спасли, а он на спасителя кандалы нацепил.       — Учитывая, что я не вижу на тебе никаких травм, синяков и ссадин, можно предположить, что всё прошло хорошо? — Полюбопытствовал Вольф, уткнувшись взглядом в бумаги, стоило Джару оказаться в кабинете.       Сидящий в кресле у окна Мирослав качнул головой, безмолвно приветствуя брата.       — Вполне неплохо. — Подтвердил Джар. — Ну, то есть всё было очень мирно. Кстати, проснулась Охотница раньше, чем ты предполагал. Не десять, а всего лишь восемь часов.       — Ну ты хоть обновил настройки на кандалах? — Уточнил хирург, наугад вытянув из целой кучи папок белую. Раскрыл, быстро просмотрел содержимое и отправил в стопочку по левую руку.       — Представь себе, забыл… Да шучу, шучу. Всё обновил, камеры поставил, ещё и кровь взял.       — И к проекту приступил, да?       Мирослав надул щёки, сдерживая смешок. Ну да, в некоторых вопросах тактичности от Вольфа ждать не имело смысла.       — Естественно. — Кивнул Джар и, усевшись на стул, закинул руку за спину и почесал под крылом.       Точно линять будет.       Лучший хирург Отдела встрепенулся, уставившись на него жадным взглядом.       — И как? Нет, я, конечно, осмотр намерен провести, да и анатомия должна быть идентичной человеческой, но ведь могут быть и какие-то отличия…       Джар мысленно досчитал до десяти, и только потом как можно более лениво ответил, наслаждаясь моментом.       — Не скажу.       Мирослав, который слышал его даже через блок, не выдержал и фыркнул. Вольф мгновенно скис.       — А врать учителю нехорошо. — Попытался он пристыдить бывшего ученика, но Джар к подобному остался привычно глух.       На стол легло два шприца, наполненные кровью, что несколько примирило Вольфа с тем, что к «проекту» Джар не приступил немедленно.       Просмотренные папки отправились в стеллаж у стены, а кипа, до которых у хирурга руки ещё не дошли — на тумбу у окна.       — Хотя да, я немного не подумал. — Сам себе произнёс Вольф. — Посмотрел я на те условия в лагере, так там сначала в антисептике нужно пару раз вымыться, а потом уже переводить общение в горизонтальное положение. И вообще, Охотничьи женщины — существа неизученные, но всё же женщины. А они, насколько я помню, предпочитают некоторый период ухаживания перед непосредственно предложением «попить кофе».       Джар удивился. Это что, у лучшего хирурга Отдела были какие-то отношения с человеческими девушками, помимо исключительно деловых?       Насколько Джар знал, Вольф был неисправимым трудоголиком и на всё прочее предпочитал время не тратить.       — Что вы оба на меня так смотрите? — Почувствовав чужие взгляды, Вольф дёрнул крылом. — Я, между прочим, изучал человеческую психологию. Сорок лет на это потратил.       Мирослав издал разочарованный вздох.       — А я уж было подумал, что ты с кем-то встречался…       — Ну я и встречался, чтобы кое-что проверить на практике. А ещё их развлекательную литературу читал. У них весьма интересное разделение по половому признаку можно увидеть, если сравнивать женские книги и мужские. В литературе для мужчин всё достаточно примитивно. Основные аспекты — непобедимое оружие, собственная сила, позволяющая возвыситься над всеми прочими героями мужского пола, и прекрасные дамы, которые, как дрова, падают к ногам персонажа. В женской же больший упор идёт на чувственные переживания, описания костюмов и окружения, и всяческие «бабочки в животе» и прочие чешуекрылые в разных частях организма. Хотя исключения были и там, и там.       — И какие книги тебе больше пришлись по душе? Мужские или женские? — Полюбопытствовал Джар.       — Сборники с фольклорными сказками и притчами. Правда, читать тяжело. — Вольф любовно прижал к себе шприцы и решительно выбрался из кресла. — Пожалуй, я пойду сделаю пару анализов, а вы можете быть свободны. Джар, к Лилейнику загляни только — отчитаешься об успешном перемещении Охотника. Ну или отчёт завтра принеси.       — Сейчас схожу. — Пообещал Джар.       Лучше сейчас на словах всё рассказать, чем заполнять бумаги утром.       На утро у него другие планы.       — Ну и как? — Спросил Мирослав, дождавшись, когда Джар выйдет из кабинета начальника Отдела.       Связь подрагивала, подсказывая, что спрашивает он не только о реакции Лилейника.       — Неплохо. — С братом было говорить легче. Особенно в пустом коридоре, где лилимы не могли погреть уши. — Если не знать, что она Охотник, то выглядит как девушка… Женщина. Но если ты спросишь то же, что и хирург, то я тебя стукну. Мы просто пообедали вместе.       — Ты Вольфа специально поддразнить решил, да? — Миролюбиво уточнил близнец, прихрамывая на левую ногу.       Джар невольно подстроился под чужую скорость.       — Не удержался… Нашли того эаля, кто подслушивал?       Мир отрицательно покачал головой.       — Выяснили только, что это не смотрители Шер Ам Ваэра — у всех них алиби, они все торчали у Перехода в этот момент. И не гвардейцы. Значит, чужак, который достаточно хорошо ориентируется на территории лагеря, раз не свернул себе шею и не напоролся ни на что.       Ну да, в тёмное время суток перемещаться — такое себе удовольствие. Почти все несчастные случаи с телепортацией происходили у эалей ночью.       Статистика была неумолимой — три процента травм и смертей при свете против девяноста семи.       Поэтому хвостатые славились своей осторожностью.       Но, видимо, кому-то заплатили достаточно, чтобы он рискнул собственным здоровьем (и жизнью в том числе), чтобы телепортироваться в темноте ради подслушивания.       — Ты только не забудь, что пообещал не играть в семью. — Напомнил Мирослав, чуть растопырив крылья при ходьбе.       Нет, если брат потеряет равновесие, то Джар его подхватит легко, но врастопырку сохранять равновесие было всё равно легче.       — Не забуду. — Пообещал Джар. — Кстати, личные вещи Охотницы изъяли из лагеря? Там было что-то интересное?       — Ничего. Глад сказал, что тумбочку её успели обчистить другие заключённые. А трясти всех было слишком неудобно… Кстати, Глад сказал, что видел твою рубашку на одном человеке там.       Значит, вещи Геры уже забрали и поделили сами лагерные.       Ну и ладно.       …А вообще выглядело довольно сюрреалистично — Охотница в его, Джара, рубашке. Было в этом что-то от попытки мимикрировать, казаться более безопасной, нежели есть на самом деле…       А ведь Джар, положив Охотницу на кровать и накрыв одеялом (предварительно убрав куртку), потрогал украдкой ткань футболки.       Серая, застиранная до полупрозрачности, она пахла дешёвым мылом, хлоркой и немного — потом, который намертво въелся в волокна.       …Так что, вероятно, это была не попытка в мимикрию, а просто желание согреться?       В лагере ведь было холодно, а на полигонах Джар сам подмерзал, несмотря на зимнюю форму. Ну да, слабый там быстро заболеет.       Некстати вспомнилось, что у Шер Ам Ваэра были бордели. Три или четыре? Один, кажется, вообще располагался в элитном районе города.