Яд и лекарство

      — Сделайте что-нибудь! Гермиона выпила яд! — Гарри наконец стал приходить в себя, с ужасом глядя на распростертое тело подруги.       Словно в подтверждение, Гермиона содрогнулась в болезненном спазме. Профессор с явным трудом заставил себя прекратить смеяться. Да как он… как он может стоять и смотреть?!       — И что? — буднично уточнил Снейп, словно ученицы травились у него в классе каждый день.       — Безоар!!! — прокричал Гарри во всю глотку.       — Мистер Поттер, не надо так орать. Я очень рад, что вы выучили материал первого курса, но столь бурная реакция… — начал было Снейп, однако его прервал рев Рона:       — Она умирает!       Это уже слишком. Времена, когда ему приходилось изображать бесчувственного негодяя, давно прошли. Или… нет? Гарри решительно ничего не понимал. Впрочем, как обычно.       — Мистер Уизли, поберегите свои голосовые связки и мои барабанные перепонки. Переверните вашу подругу набок. Она не умирает, — последовал спокойный ответ.       — Профессор, умоляю, сделайте что-нибудь! — Гарри отчаянно пытался достучаться до сердца профессора.       «Он же не может вот так… позволить ей погибнуть?»       — Мистер Уизли, переверните наконец мисс Грейнджер набок! Как вы умудрились уцелеть в битве, если не в состоянии выполнить простейшую просьбу? — в голосе Снейпа слышалось неприкрытое раздражение.       Гермиона судорожно вытянулась и застыла. На губах виднелась белая пена, глаза слезились. Рон наконец сообразил, что стоять и орать на Снейпа бесполезно, и бросился на помощь, но она вдруг глубоко вздохнула и приподнялась на локтях, окидывая всех непонимающим взглядом.       — Гарри, Рон… п-профессор? — произнесла она тихо, с ужасом глядя на ухмыляющегося Снейпа.       — Осторожно, мистер Уизли, ее сейчас будет сильно тошнить.       — А ч-что делать? — в унисон спросили парни.       Профессор поморщился и небрежно махнул рукой в сторону опустевшего класса:       — Просто посадите за парту, сядьте рядом и поддержите ее.       Гермиона содрогнулась в рыданиях, а потом ее скрутил новый спазм. Гриффиндорцы не без труда довели подругу до ближайшей парты, и Гарри еще раз попытался выяснить у Снейпа, что здесь творится. Но Снейп продолжал иронизировать, не принимая страдания бедной девушки всерьез:       — Мистер Поттер, если в силу наследственной догадливости вы до сих пор не поняли, что происходит спектакль, то я даже не знаю, как вам растолковать. А вот причину этого выступления знает только уважаемая мисс Всезнайка, поэтому спросите у нее, когда она… придет в себя.       — Но чем скорее мы узнаем, что с ней, тем лучше успеем помочь… может быть?.. — не слишком решительно возразил Гарри, наконец сообразив, что в случае настоящей угрозы жизни профессор не стал бы зубоскалить, а первым кинулся бы на помощь.       Снейп приблизился к парте и навис над ребятами угрожающей тенью, скрестив руки на груди и раздраженно постукивая себя пальцами по локтям:       — Видимо, глотая это… варево, мисс Грейнджер отчего-то решила, что ее тело в луже собственных испражнений после мучительной агонии здорово украсит класс. Как я буду объяснять директору, откуда взялся труп ученицы у меня в подземелье, она, видимо, не подумала. Или это был четкий план по обеспечению меня уютным пристанищем до конца дней. В Азкабане.       — Я не хотела вас подставить! — сквозь рыдания сказала Гермиона, не смея взглянуть на него.       — Молчать! Итак, если кто-то, кроме невыносимой всезнайки ответит мне, почему она еще с нами, а не беседует с Основателями, тот получит пятьдесят баллов.       — Вы дали нам похожее на аконит, но неядовитое растение? — осторожно включаясь в эту странную викторину, предположил Рон.       — Аконит самый настоящий, мистер Уизли. Поверьте мне на слово.       Рыжий съежился и беспомощно покосился на Гарри. Тот поскреб палочкой в затылке:       — Вы обезвредили яд во флаконе невербальным заклинанием?       — Высокое мнение о моих способностях, но, увы, это не так, мистер Поттер. Думайте, думайте, на кону честь Гриффиндора!       — Компоненты зелья, добавленные в неправильном порядке, нейтрализуют ядовитое действие аконита? — мелькнула тогда смутная догадка, основанная на каком-то обрывочном воспоминании.       — Пятьдесят баллов Гриффиндору за правильный ответ, мистер Поттер! Рад, что вы хотя бы чуть-чуть освоили науку зельеварения. Минус пятьдесят баллов за попытку суицида, мисс Грейнджер. Мистер Поттер, вы спасли Гриффиндор от самого унизительного позора за всю историю школы. У мисс Грейнджер получилось великолепное рвотное зелье, и, к сожалению, она проигнорировала завтрак. Я бы с удовольствием заставил ее убирать руками последствия столь необдуманного поступка.       Снейп внезапно шагнул назад и тихо поинтересовался:       — А теперь скажите, мистер Поттер и мистер Уизли, вы хотите помочь своей подруге? Хотите, чтобы ее жизнь и биография не были омрачены попыткой самоубийства?       — Разумеется, сэр! — хором, не сговариваясь, ответили ребята.       — Слушайте и запоминайте внимательно. С мисс Грейнджер произошел несчастный случай на уроке зельеварения. Она слишком засиделась за книгами и, перепутав компоненты, надышалась ядовитыми парами. И ей стало плохо. Вам понятно?       — Да, сэр!       — Повторите.       — Гермиона варила зелье, но устала и перепутала компоненты, после чего надышалась ядовитыми парами.       — Сойдет. Правду, кроме нас четверых, будет знать только директор Макгонагалл. И я настоятельно рекомендую, чтобы так оно и оставалось, — профессор выразительно посмотрел на молодых людей, показательно игнорируя подергивавшуюся от спазмов девушку.       — Мы поняли, профессор.       — А теперь — на выход. Нам с мисс Грейнджер надо поговорить… наедине, — Снейп указал рукой на дверь, и ошарашенные ребята, не смея пререкаться, покинули класс.       — С ума сойти! — сказал Рон в коридоре, толкнув Гарри локтем, и тому ничего не оставалось, кроме как согласиться.

* * *

      Едва дверь захлопнулась, Снейп стремительно подошел к Гермионе.       — И что это было, мисс Грейнджер? — тихо и грозно осведомился он.       — Вы сами прекрасно всё знаете, профессор, — она низко опустила голову и практически уперлась подбородком в грудь, так что видел он только ее разлохмаченную макушку.       — Мисс Грейнджер, вы опять дерзите мне, — Северус ухватился руками за края парты и навис над студенткой.       — Вы… вы невыносимы, сэр, — прошептала в ответ глупая девчонка.       — А что, если бы вы ошиблись и яд подействовал? Я, конечно, не дал бы вам умереть, но вы лечились бы от последствий отравления в лучшем случае год. И восстанавливались еще около трех лет. Вы хоть понимаете, что такое аконит? Это адская боль, мучительные судороги и паралич дыхания. Выпученные глаза, пена изо рта и медленная, мучительная агония! Зачем было устраивать это жуткое представление?       — Вам не понять моих чувств, сэр. Я хотела, чтобы вы почувствовали маленькую частичку моей боли.       — Отчего же не понять, — он криво усмехнулся. — Благодаря болтливости вашего дружка Поттера вся Магическая Британия прекрасно осведомлена о том, что примерно в вашем возрасте меня вообще предали. Но я почему-то не побежал пить яд в кабинете у своего профессора.       Но, конечно, она слышала только себя. Закуклилась в собственных страданиях, и голос рассудка внутрь этого кокона не проникал:       — Вы отвергли меня, наплевали мне в душу, которую я вывернула перед вами. Ну что ж, простите меня за доставленные неудобства.       — Неудобства? Вы так это называете? — Снейп перешел почти на шепот, уже едва сдерживая ярость. — Вы могли погибнуть, вашу смерть с удовольствием повесили бы на меня и радостно устроили мне личное знакомство с дементорами…       Юная идиотка не сдавалась:       — Может быть, там вы бы осознали важность человеческих отношений. Хотя, думаю, дементоры приняли бы вас за своего.       Он медленно вдохнул и выдохнул, стараясь прийти к состоянию, хотя бы отдаленно напоминающему равновесие. Иначе так легко львиному факультету сегодня не отделаться.       — Мисс Грейнджер, я в последний раз прощаю вам подобную дерзость. Вы разочаровали меня. Я был лучшего мнения о ваших умственных способностях, но, к сожалению, вы ничем не отличаетесь от других пустоголовых дур. А вас еще считают лучшей ученицей Хогвартса и умнейшей ведьмой поколения! Вздор!       — Я не собиралась умирать! Я всё учла! — огрызнулась она, вскидывая голову.       — И даже на завтраке не присутствовали, зная, что вас будет тошнить? А если бы побочный эффект был другим? Например, кровяное давление повысилось бы настолько, что сосуды в вашем гениальном мозгу полопались, словно гнилые трубы? Представляете, вы сейчас не разговариваете со мной, а валяетесь на полу с лопнувшими глазными яблоками и полным ртом крови. Вас похоронили бы в закрытом гробу, мисс Грейнджер, потому что ваше тело превратилось бы в фиолетовый, распухший и кровоточащий кусок мяса, — произнося последние слова, Снейп сжал кулаки так, что костяшки пальцев побелели.       — Профессор, я всё рассчитала и проверила по книгам! Я была уверена на сто процентов, что мое зелье безопасно.       — Мисс Грейнджер, на втором курсе кое-кто тоже был абсолютно уверен в том, что его зелье безопасно и даст нужный эффект. Вам напомнить, кто потом сидел в больничном крыле, сверкая желтыми глазами? Я, между прочим, почти три дня варил антидот от оборотного зелья, в котором случайно оказалась кошачья шерсть! Скажите, что бы случилось с вашим зельем, упади в него один волосок с вашей умной головы?       Гермиону опять скрутил мучительнейший спазм. Снейп терпеливо ждал, пока ее наконец отпустит.       — Зелье сразу поменяло бы цвет, а потом выплеснулось из котла. Я успела бы добавить огня, чтобы нейтрализовать эффект, но испортила зелье…       — А побочный эффект вашего варева вы предусмотрели?       — Нет, я только убедилась в отсутствии смертельных побочных эффектов.       — Хотя бы на это ваших мозгов хватило. Я отведу вас в больничное крыло. Что с вами делать, решу позже, после разговора с директором. Поверьте, ей я расскажу все подробности.

* * *

      Опустив голову и периодически содрогаясь от рвотных позывов, Гермиона ковыляла за ним по коридорам замка. Снейп переоделся в свою черную мантию и молча шел впереди, распугивая всех на своем пути. В Больничном крыле их сразу же встретила мадам Помфри.       — О, Северус, ты привел ко мне очередного ученика? Что произошло, взрыв котла? — дружелюбно спросила она.       — Нет, Поппи, у мисс Грейнджер произошел взрыв мозга от чрезмерной учебы. Она перепутала компоненты, и ее зелье стало выделять ядовитые пары. Ее будет тошнить, так что не давай ей есть и пить, пока я не сварю антидот. Думаю, к вечеру он будет готов, и все закончится. А пока ей нужен покой.       Снейп посмотрел на Гермиону полным презрения и брезгливости взглядом и молча скрылся за поворотом коридора.       — Пойдем со мной, — позвала ее медсестра.       Только лежа в больничном крыле девушка осознала весь масштаб совершенной глупости. Снейп мог легко испортить ей всю дальнейшую жизнь, но вместо этого сдержался и даже подучил Гарри и Рона сказать, что она отравилась случайно. Да, она любила его. Того, кто защищал ее, Рона, Гарри и всех остальных учеников и преподавателей в огне войны. Того, кто отважно бросился наперерез оборотню, заслонив их, глупых подростков, от верной гибели на третьем курсе. Того, кто уничтожил отряд Пожирателей Смерти, будучи сам искусан Нагайной. И что он получил взамен? Сначала все его ненавидели и считали предателем. А теперь она сама показала ему свои худшие качества. Сможет ли он когда-нибудь простить ее? От этих мыслей на глазах Гермионы выступили жгучие слезы стыда, а в груди стало неприятно горячо.

* * *

      Закончив варить антидот для всезнайки и оставив его настаиваться положенное время, Северус пошел к директору, чтобы выговориться. Ярость его слегка поутихла, и теперь к нему вернулась способность говорить, не сыпля проклятиями и не сдабривая каждое слово змеиным шипением. Он расхаживал из стороны в сторону по кабинету, пока Минерва Макгонагалл глядела на него, не вмешиваясь.       — И это лучшая ученица, Минерва, мозг вашего хваленого «Золотого Трио»!       — Северус, успокойся!       — Куда уж! «Успокойся»! Чертова всезнайка.       — Гермиона просто в депрессии. Она пытается привлечь к себе внимание. Вспомни, ей ведь всего девятнадцать, а война поранила ее душу самым жестоким образом, — произнесла директор, внимательно и строго глядя на Северуса. — Не причиняй девушке еще больше боли. В замке у нее нет никого, кроме Гарри и Рона. Но Гарри не отходит от Джинни, а Рон — от Лаванды. А ее чувства к тебе… Ох, Северус, даже не знаю, что и сказать. Я давно с таким не сталкивалась…       Он на минутку почувствовал себя нашкодившим учеником. В отличие от Дамблдора, Минерва всегда защищала его от нападок четверки Мародеров, когда он был студентом.       — Минерва, я все понимаю, но отравиться на моем уроке? Пусть и в шутку. Да ей место в Мунго!       — Северус, вспомни себя в ее возрасте. Мне напомнить, что ты тогда наделал?       — Это запрещенный прием! Мы же договаривались не вспоминать это!       — А я еще не вспоминала. Северус, она совершила глупость и, я уверена, уже понимает это. Я поговорю с ней.       — Я не оставлю выходку мисс Грейнджер без внимания, Минерва. Это не отразится на ее учебе и дальнейшей жизни, но обещаю, что она запомнит это надолго! Я не хочу, чтобы она заимела привычку добиваться своего, картинно травясь перед профессорами!       Услышав последние слова, Минерва расслабленно улыбнулась.

* * *

      Снейп стремительно влетел в Больничное крыло с флаконом в руках.       — Поппи, антидот для мисс Грейнджер готов!       — Северус, пожалуйста, отдай его сам. Я здесь вожусь с очередным пострадавшим игроком в квиддич. Сращивать кости после открытого перелома — утомительное занятие, — раздался голос мадам Помфри из-за дальней ширмы.       Снейп молча поставил флакон на тумбочку у кровати Гермионы. Та, содрогаясь в спазмах, смотрела на него. Было видно, что она прорыдала не один час.       — Мисс Грейнджер, это антидот к рвотному зелью. Выпейте его, и вас перестанет тошнить, — сказал Снейп, даже не глядя в сторону лежащей на кровати девушки.       Гермиона прекратила дрожать, но к флакону не притронулась.       — Вам нужно особое приглашение? Я могу просто влить это зелье вам в глотку парой заклинаний. Хотелось бы избежать подобных эксцессов.       — Хорошо, сэр, — Гермиона покорно взяла флакон и залпом выпила зелье. Снейп тут же встал со стула и развернулся уходить, но она вскрикнула: — Подождите!       — Чего вам надо? — он с удовольствием ушел бы, но надо было убедиться в отсутствии побочных эффектов.       — Спасибо вам большое за всё, профессор… и простите меня, если сможете.       — Не прощу, мисс Грейнджер. Вы наказаны. Я ставлю вам экстерном «превосходно» по зельям и не желаю больше видеть вас на моих уроках.       Он с удовольствием увидел, как девушка разревелась, и, взмахнув мантией, стремительно ушел за ширму. На выходе из Больничного крыла его уже ждала разъяренная Минерва:       — Что ты наговорил Гермионе, Северус? Ее плач слышен отсюда! Я что тебе говорила?       — Всего лишь поставил ей экстерном «превосходно» по зельям. И заслуженно: она смогла нейтрализовать аконит, сохранив при этом цвет зелья. Мне нравится такой творческий подход. Возможно, мисс Грейнджер слишком бурно выражает радость, все-таки не каждый день я ставлю «превосходно» студенту Гриффиндора, — Снейп скривил губы в своей презрительной ухмылке.       — Говори, что ты сказал ей, Северус!       — Ну, раз у нее «превосходно», она может больше не посещать мои уроки. Наверное, это слезы радости, — продолжал паясничать он, услышав особенно громкий всхлип.       — Северус, я поговорю с Гермионой, но запрещаю тебе выгонять ее с уроков. Что подумают другие ученики? Ты не выгонял даже Невилла, и это после всех испорченных зелий и взорванных котлов! Я поручаюсь за нее, ничего подобного больше не повторится. И сниму с Гриффиндора баллы. Пятьдесят тебя устроит?       — Хорошо, Минерва, но только попробуй обмануть меня.       — Минус пятьдесят баллов с Гриффиндора! — громко сказала Минерва. — Доволен, Северус?       — Я счастлив это слышать, Минерва. А теперь я, с твоего позволения, откланяюсь.       Снейп удалился в сторону подземелий, страшно довольный собой. Минерва проводила его долгим взглядом и направилась в палату.       — Гермиона, ты совершила крупную ошибку, попытавшись напугать профессора Снейпа. Тебе очень повезло, что он был в благодушном настроении. Я сняла с Гриффиндора баллы, чтобы он позволил тебе посещать уроки. Профессор мне всё рассказал. Скажи, о чем ты вообще думала?       — Я… я не знаю, директор Макгонагалл.       — Гермиона, ты правда решила напугать профессора Снейпа? Он не стар, но видел больше зла и горя, чем мы с тобой. Я предупреждаю тебя, ты должна забыть о своих чувствах и закончить школу. Потом разбирайся с ним сама, но чтобы во время учебы ничего подобного больше не происходило. Иначе я буду на стороне профессора.       — Этого не повторится, директор. Я обещаю.       — Только между нами. Профессор Снейп часто ведет себя как свинья, но таков его характер. И если у тебя действительно есть к нему чувства, тебе придется принять это как данность. Он не изменится. Его слова, увы, полная противоположность его дел. А теперь отдыхай, приводи себя в порядок, заканчивай школу и думай о своей дальнейшей судьбе. Поверь, профессор Снейп никуда не денется.       Макгонагалл закончила речь и по-матерински погладила Гермиону по растрепанным волосам. Девушка закрыла глаза и грустно улыбнулась.