Медвежья карамель

Неспокойно Финику стало уже тогда, когда Маг так поспешно ушёл гулять. Мальчик вырос на глазах у домового и тот прекрасно знал его привычки и повадки. Например, когда мальчик что-то задумывал или пытался утаить, то прятал глаза. Финик задумчиво гладил Грушу, сидя на чердаке. Куда пошел Маг? Что опять он вбил в свою чудную головушку? Признаться, ребёнок в последнее время слишком увлёкся нечистью. Слишком. Мага не было дома уже более трех часов. И Финик бы не переживал так сильно, если бы не увидел, как мимо их дома прошли Люда и Егор. Если Маг шёл к друзьям в гости, то к кому? У него, конечно, были и другие приятили, но мрачное предчувствие не отпускало Финика. Что, если с Магом что-то случилось? Может, он упал и поранился, или сцепился с кем-то, может, нарвался на злую собаку, сбежавшую с цепи, или гулял в поле и наткнулся на анчутку… Стоп. Анчутка. Финик вернулся в комнату Мага и без зазрения совести выдвинул ящик письменного стола, где хранились заметки друга. Черновики с задачками, наброски духов, случайные мысли и куча нарисованных пяток. Не найдя ничего путевого в заметках, Финик перебрался к томам сказаний, открывая страницы там, где были закладки. В целом, ничего особенного, пока домовой не понял, что в основном закладки лежат на леших. Кто это, где обитают, чем занимаются, да вот только сказания придумали люди! Большинство из них небылицы, чтоб было о чем поболтать у костра. Финик положил руку на сердце и приказал себе успокоиться. Маг не настолько глуп, чтобы идти к лешему. Не глуп, да, но зато наивен и любознателен. Финик захлопнул том. Он подождёт ещё немного. Все равно не в его силе сделать хоть что-то.

***

Они оказались в уютном местечке, этакой берлоге из густо растущих деревьев. Ветки и кусты образовали небольшое уютное пространство, где Маг удобно устроился. Рядом примостился Леший. Он протянул мальчику букетик каких-то трав и велел держать их в руках. — Так что бы ты хотел узнать, милый друг? — Много чего. Даже не знаю с чего лучше начать. — Задавай свой главный вопрос. Маг задумчиво почесал бровь и наконец произнёс: — Правда ли, что духи совсем не похожи на людей? Что, например, домовые могут только хранить дом и больше ничего? — Пытаешься очеловечить духов, — протянул Леший, — могу понять. Однако, это ведь не то, что ты желал бы узнать. — Но именно из-за этого вопроса я пришёл сюда. — А вот и нет, — Леший хитро улыбнулся. Маг уже хотел заспорить, но вовремя себя остановил. Это же мудрый хозяин леса, не стоит ему перечить. — Тогда я не понимаю, — признался мальчик. — А я объясню, — закивал Леший. — Только для начала мне нужно твоё согласие на плату. — Какую плату? — насторожился Маг. — Я отвечу на твой главный вопрос, и даже больше, а когда придёт время, ты выполнишь для меня одну услугу. — Какую? — Быть может я попрошу принести мне лепешек. Глаза у Мага щипало и он подавил зевок. В логове Лешего было уютно и тепло, и бессонные ночи давали о себе знать. — Я могу и просто так принести лепешек, — пробормотал Маг. Голос разума, который почему-то был голосом Финика, шептал мальчику, что не стоит заключать договор, если не знаешь, что стоит на кону. Но Леший оказался совсем не таким, каким его описывал домовой или придания из книг. Всё было куда более дружелюбно. Леший протянул мальчику горсть красных ягод: — Вот, угощайся. Но на твой главный вопрос я не отвечу, пока ты не согласишься с условиями. — Твоя просьба может кому-то навредить? — Маг взял ягоды из протянутых рук. — Малец, я по-твоему похож на вьюн или грибок? Маг покачал головой и засмеялся. Проглотив угощение, он сказал: — Хорошо, я согласен. Думаю, я смогу достать и сотню лепешек… Последнее слово было поглощено зевком. Мысли стали тяжёлыми, а Леший в обличии Финика сделался совсем родным для мальчика. Маг прислонился к плечу лесного хозяина и прикрыл глаза, он хотел сказать что-то ещё, но спустя пару мгновений засопел. Леший похлопал мальчика по щеке, слегка ущипнул за нос, пытаясь понять точно ли тот спит. Сонные ягоды, да сон-трава, отлично справились со своей работой. Лесной хозяин переложил мальчика на мягкий мох, который превратился в постель и подушку. Затем наклонился к его уху и прошептал ответ. Когда Маг проснётся, он его вспомнит. Леший подозвал сороку, которая все это время зорко наблюдала за происходящим. Птица села хозяину на предплечье и нетерпеливо потопталась. — Ты знаешь, что делать, — произнёс он, и сорока сорвалась в небо, ловко огибая ветки и оставив после себя пару перьев. Леший сел подле Мага и с довольной улыбкой принялся ждать.

***

Лиза вернулась с роботы. Не обнаружив сына дома, она даже не подумала волноваться. Скорее всего тот снова у друзей или сидит в библиотеке со своими книжками. Финик же волновался. И очень. Все его чувства кричали о том, что произошло что-то нехорошее, что Маг попал в беду. Но домовой не мог покинуть своего дома, если только хозяева не забирали его в новый. И все, что ему оставалось, это беспокойно ходить по чердаку, словно запертому в клетке зверьку. Груша пыталась успокоить Финика мурчанием, но тот лишь растерянно почесал её за ухом. От необходимости занять руки, домовой даже вычесал кошку и начал с места на место перекладывать вещи на чердаке. Когда Финик принялся вытаскивать из углов старые игрушки Мага, в чердачное окно что-то ударило. Ещё раз. И ещё раз. Домовой обернулся и резко выдохнул. В окно истерично стучала сорока, будто за ней гналось какое-то чудовище. Финик поспешно открыл, и птица ворвалась внутрь, разбрасывая только что наведенный порядок. Груша с громким «мявк» скрылась под раскладушкой, огромными глазами наблюдая над бесновавшейся сорокой. Та что-то взволнованно стрекотала на своём языке. Финик без особого труда схватил птицу за хвост, а затем сжал крупное тельце в руках. Сорока закатилась ещё сильнее, но вырваться даже не попыталась. Домой слегка встряхнул её и тихо, но довольно пугающе, приказал: — Успокойся. Я ни слова твоего не понимаю. Сердце в груди у птицы бешено билось, она моргнула чёрными глазами и попыталась повторить. И руки Финика безвольно разжались. Сорока села на одну из коробок и внимательно посмотрела на домового, перебирая лапками. У Финика в голове эхом отдавалась новость, которую принесла взволнованная птица на своем хвосте. Маг, его дорогой друг, действительно оказался у Лешего. И тот не намерен его отпускать. Домовой опустился на раскладушку, чудом не придавив кошку под ней. Он все-таки сделал это. Пошёл искать приключения и ответы на свои безграничные вопросы. Финик закрыл лицо руками. Это все он виноват, он не мог ответить, как надо, не мог заранее предугадать действия друга и слишком оберегал от духов. Если бы только домовой позволил ему вблизи посмотреть на ночницу или ещё какую нечисть, может быть тогда всего этого можно было избежать? Маг был любопытным ребёнком, его всегда привлекало тайное и сказочное. И вот куда это его завело, а Финик не уберег. Домовой сидел, глядя на свои руки, которые были совсем, как у взрослого юноши. Осязаемые, видимые руки, и если бы не Маг, они никогда бы такими не стали. Если бы не мальчик, Финика бы заклевала ворона. И даже имени у домового не было бы. За окном солнце постепенно уходило за горизонт, в доме Лиза случайно уснула в гостиной. Груша выползла из своего укрытия и пыталась потрогать сороку лапкой, но птица каждый раз увиливала. Только Финик не шевелился. Домовые дом покинуть не могут. Домовые — всего лишь духи, задача которых следить за порядком и гармонией в семье. Когда-то давно они были злыми, это Финик услышал от Мага, сам-то он мало что знал. Финик появился, потому что построили дом и хозяева в нем по старым обычаям оставляли на столе хлеб. Первые воспоминания Финика были именно о том хлебе и словах хозяйки: «это, чтобы домовенка прикормить». Он уже знал, что ему делать и для чего он появился, он чувствовал только свой долг перед людьми, а затем огромная, горькая вина заполнила его разум, словно едкая дымовая завеса. Он бы исчез. Да один добрый мальчишка спас. Финик медленно поднялся с раскладушки. Груша застыла с поднятой лапкой, сорока наблюдала глазками-пуговками. Домовой часто задышал. У него не было желаний, не было той гаммы чувств, что присуще людям. Он ничего не хотел, кроме как выполнять свой долг духа очага. А потом он захотел стать другом для Мага. Финик вылез прямо через окно. Мягко приземлился на траву и не задерживаясь пошёл к концу участка. Груша и сорока двинулись следом. Домовой хотел спать рядом с Магом, смотреть, как во сне дрожат его веки. Хотел играть с ним в настольные игры, рассматривать картинки в книжках и смеяться над шутками в мультфильмах. Финик хотел быть другом, хотел быть рядом, но ведь… У простых домовых нет подобных желаний? Финик стал сильным, стал осязаем и видим, но какие духи очага смогли вырасти настолько? Финик не знал про таких, не читал и не слышал. Вера Мага сделала его сильным. Возможно, сильнее, чем думали они оба. Финик дошёл до границы, до того места, где заканчивался участок и начиналась совершено чужая земля. Домовой обернулся к Груше: — Кто-то должен присмотреть за Лизой. Кошка понимающе мяукнула и больше не сдвинулась с места. Финик сделал осторожный шаг вперёд. И трава под ногами оказалась такой же, как и воздух, как и небо, и шуршание ветра. Ничего не изменилось вокруг, кроме самого Финика. Он мог покинуть этот участок. Ведь дом его давно уже был там, где Маг.

***

Он впервые был в лесу. Впервые вдыхал в себя свежий воздух, пропитанный сыростью и запахом хвои, земли и древесины. Впервые был за пределами родного участка. Финик шёл за сорокой, перелетающей с ветки на ветку. Старался запомнить дорогу, ломал по пути сучки, чтобы обратно вернуться без приключений. И душу его наполняло странное, дребезжащее чувство: тревога за Мага перемешалась с предвкушением испытания собственной силы. Ветки под ногами хрустели, сорока указывала путь, а волосы Финика приобрели необычайно яркий цвет.

***

Когда Маг проснулся, уже совсем стемнело. Но над лесом, казалось, было невидимое светило, потому что и в сумерках мальчик отлично видел. Леший в том же обличии домового сидел рядом на поваленном дереве и играл на дудочке, создавая простую, но красивую мелодию. Заметив, что его гость проснулся раньше времени, Леший отложил свое занятие. — Ты выспался, дружок? — поинтересовался он. Маг сонно поморгал, пытаясь собрать мысли вместе. Когда он успел заснуть? Неужели настолько устал, что провалился в сон прямо посреди леса, да ещё и рядом с духом? Было уже достаточно темно, а значит Маг не просто вздремнул, а выпал из реальности на пару часов. — Что это были за ягоды? — мрачно спросил мальчик. — Я обещал помочь, я помогаю, — улыбнулся «Финик», — просто делай так, как велено. Сейчас обожди немного, домой не торопись. — Но… — Как вернёшься, лицо холодной водой умой, да по щекам похлопай. Я тебе шепнул кое-что, как охладишься, вспомнишь, что именно. — А… — Тихо сиди. Лучше спящим притворись. Сейчас история начнётся. Леший говорил тихо, но у Мага по спине пробежали мурашки. Запоздало пришла тревога, но не за свою жизнь, а за последствия собственных действий. То, что Леший Магу не навредит, мальчик почему-то не сомневался, но вот чем теперь обернётся эта «история» представить было страшно. — Наверное, мне все-таки лучше вернуться домой, — тихо произнёс Маг. — Уже поздно. Осталось всего пара мгновений, неумно сейчас уходить. — Что ты сделал?.. Леший загадочно улыбнулся и снова заиграл на дудочке. Мелодия шла сквозь лес. Тревожила Мага и служила красной тряпкой для Финика. Домовой продирался сквозь ветви, что становились все гуще, словно огонёк, прорезающий тьму. Отчего-то во рту у него появился привкус дыма и нежелательные воспоминания о прошлом засели в разуме. Нет, в этот раз Финик никого не потеряет. Какую бы подлость не хотел сделать Леший с Магом, домовой ему этого не позволит. Горячая сила на время заставила Финика забыть о своих сомнениях, о своих слабостях и о том, что он всего лишь дух домашнего очага. Мелодия звала, указывала направление лучше, чем птица, и чем выше ноты становились, тем быстрее двигался Финик. Тем сильнее билось сердце у Мага. Мелодия превратилась в звон тысячи колокольчиков и резко оборвалась, когда Финик появился на нужном месте. Леший сидел там же, в обличии домового, и приветственно помахал рукой настоящему Финику. Маг поднялся со мха, большим глазами глядя на друга. На его лице домовой прочёл испуг, остальные эмоции рассматривать не пожелал. — Экое невиданной чудо, — произнёс Леший, — дух очага в лес забрался. Что же ты, избушку строить собрался здесь? — Я пришёл за Магистрианом, — спокойно ответил Финик. Смотреть на него Магу было странно. Рыжие волосы домового стали ярче, веснушки чётче, в тёмных глазах появилась решимость, которую раньше мальчик не замечал. На одну короткую секунду он даже испугался. — А кто его держит, хлопца-то? — насмешливо спросил Леший. — Юнец принёс мне истории, да закемарил чуток. Проспался, да я бы и вывел его из леса. Чегось распереживался, домовой? Лицо Финика будто потемнело и Маг поспешно встал между ним и Лешим. — Я, наверное, лучше правда домой пойду, хорошо? — спросил мальчик у лесного хозяина. Голос у Мага слегка звенел. — Всегда так. Придут, натопчут, желаемое получат и уходят, — обиженно протянул Леший. — Я… Я ещё приду. — Не придёшь, — твёрдо возразил Финик. — А ты ему кем будешь-то, чтобы дома под замком держать? — на губах Лешего появилась лукавая улыбка. — Другом, — без промедления ответил домовой. — А разве ж друзья друзей свободы лишают? Финик замялся, пытаясь найти ответ. Перед ним сидел сам хозяин леса, существо более могущественное и древнее, чем он сам. Но молодой домовой не собирался чем-либо ему уступать. Он пришёл забрать друга. И больше никакую нечисть к нему не подпустит. — Потом разберёмся, хорошо? — вклинился Маг, заметив, что злость Финика все растёт. — Сейчас домой, хорошо? Мы просто уйдём, хорошо? Леший пожал плечами и показано отвернулся к ним спиной. — Уходи, уходи. Только, — дух посмотрел на Мага через плечо, — не забудь. Мальчик кивнул. Неожиданно его руку обожгло что-то горячее, и Маг вздрогнул, опустив взгляд вниз. Его крепко держал Финик. — Мы уходим, — он резко потянул юношу за собой, быстрым шагом выходя из леса. Встревоженному Магу только и оставалось, что тащиться позади, не решаясь сказать хоть что-то. Но в сердце вместе с тревогой была и радость за то, что Финик пришёл за ним, и восторг из-за того, что тот смог выйти за пределы дома, и восхищение его новой силой. В итоге эти эмоции вытеснили беспокойство, Маг уже припрыгивал и невольно улыбался. Финик эту улыбку заметил, но не стал тратить время на разговоры. Пока они были в лесу, он чувствовал, что каждая травинка и листик за ним наблюдают, и не хотел что-либо говорить, пока Леший мог это услышать. Из леса они вышли даже без проводника-сороки и оставленных подсказок. Финик заподозрил, что ровная тропинка была милостиво предоставлена им Лешим, но размышлять над этим сейчас он не хотел. В голове домового царила путаница, лишь одна мысль была ярче остальных: «Маг в порядке». Как только Финик и Маг оказались на родной территории, домовой тут же отпустил руку друга. — О чем ты думал? — спросил Финик, смотря Магу в глаза. — О тебе, — честно ответил мальчик. Финик растерялся на мгновение, но тут же его губы сжались в тонкую линию: — Кажется, я говорил тебе не приближаться к Лешему. Чтобы он сделал с тобой, если… — Он ничего не сделал бы, — неожиданно Маг выпрямился и также прямо посмотрел в глаза друга. — Леший — не плохой и не злой. Он одинокий дух. Как и ты. Как и все остальные. Но ты почему-то их боишься. — Я никого не боюсь. — А мне кажется наоборот, — Маг закрыл глаза, глубоко вздохнул, и слова полились из него ручьём, — ты очень многого боишься, Финик. И передаешь эти страхи мне. Леший довольно необычный и странный, но он не злодей, как ты думаешь. А ты сам вовсе не слабый дух. Ты вышел за пределы дома! Сам! Финик, ты очень-очень сильный, но почему-то не хочешь этого признавать. — Ты мог пострадать, — домовой повысил голос, — почему ты не думаешь о последствиях? — А ты почему не думаешь? Или думаешь только о плохих? — С нечистью нельзя общаться, это не люди! От досады Маг даже ногой топнул и издал звук, похожий на рычание: — Ты не слышишь меня! — Я волнуюсь за тебя. — Сильнее, чем за собственное будущее? — Да. Последнее слово вылетело, словно птичка, и повисло между обоими. Финик все также пылал, Маг тяжело дышал, но от вида столь эмоционального домового невольно прыснул. — Что смеёшься? — хмуро спросил Финик. — Ты невероятен, — смеясь ответил Маг, — ты преодолел один из самых больших своих страхов, пошёл в лес драться с Лешим, вытащил меня оттуда и все это, чтобы наорать. — Я испугался за тебя, — серьёзно повторил Финик. — Я знаю, прости, — Маг быстро и крепко обнял его, — больше никаких вылазок, не предупредив тебя… Наткнувшись на колкий взгляд домового, мальчик не смело поправился. — …без тебя. Можем вместе сходить потом в гости к Лешему. Маг широко улыбнулся. Финик тяжело вздохнул, волосы его снова стали тёмного рыжего оттенка, и прошёл мимо мальчика в дом. — Ну ладно, ладно, может и не пойдём. Маг побежал за другом и дёрнул его за рукав рубашки: — Это, а мама-то спит? Мне кажется мы разорались чуток. — Устала она. Спит себе спокойненько. И тебе бы тоже не помешало. — Ты был бы только рад, если бы я спал, да ел бы, да? Без лишних хлопот, как младенец, да? — Как младенец, — повторил Финик и криво улыбнулся. Маг вздохнул с восхищением, глядя на настоящую улыбку на настоящем домовом, но ничего не сказал и скрылся в ванной. Мальчик надеялся ещё не раз увидеть, как улыбается или смеётся его друг, поэтому решил лишний раз не смущать. А Финик стоял перед дверь в ванную, смотрел как будто сквозь неё и невольно поглаживал плечи. Те места, куда минутой назад пришлись объятия Мага. И в душе у него что-то тревожно ворочалось.

***

Маг долго смотрел в глаза своему отражению. Рассматривал крапинки в радужке, любовался своими бровями и отросшими волосами. Наконец он повернул кран, включив ледяную воду на полную. Наполнил ею ладони и умыл лицо. Кожа тут же онемела, но не открывая глаз, Маг похлопал себя по щекам. И словно Леший стоял рядом, прозвучал в голове его шепот. Мальчик схватился за край раковины и сунул голову под ледяную воду. Сжал челюсть и глубоко задышал. Ответ оказался простым, невероятным и слишком запутанным одновременно. «Всё духи когда-то были людьми».