Ловец Снов

Сказать, что Призрак обиделся на Мрака – ничего не сказать. Едва они позавтракали – в абсолютном молчании, – Призрак собрал в рюкзак все найденные накануне ценности, накричал на Мрака за то, что тот пытался увязаться с ним, и ушёл один к знакомому коллекционеру, оставив Мрака у себя дома. Пока мастер шёл по улице, он прокручивал в голове сон и всё больше и больше сердился. Затащил этот «мрачный» в свои кошмары, не дав Призраку ночью отдохнуть, заставил сражаться, ещё и вёл себя как-то странно, совсем на себя непохоже. А потом ещё и своим горящим гвоздём проткнул. Призрак, наверное, и за всю свою жизнь ещё не переживал столько боли. За ночь и правда как-то не вышло выспаться. Казалось, будто всю ночь он без остановки бегал, а не лежал в кровати. Голова всё ещё побаливала, а в глазах порой слегка темнело. Где-то в груди, там, куда его ударил гвоздём Мрак, ещё немножко жглось. Призрак не знал, сам ли он нагонял это чувство своими мыслями или это жжение – последствие сна. Вот так, буквально излучая свою злость, он пришёл к коллекционеру. Тот жил на отшибе, но всё же в черте торгового района, так что относительно недалеко. Об этом коллекционере и рассказывать-то нечего: типичный старый одинокий жук, который наверняка когда-то променял свою жену на несколько древних блестяшек. Он, кажется, всё своё имущество был готов отдать, лишь бы получить хоть немного новых древностей. Бывают и такие жуки. К слову, Призрак действительно подозревал, что он продал свою жену, потому что этот жук несколько раз приговаривал что-то в роде «Ай, какая красота, за такую бы и жену отдал». Чудной старик. Но богатый, так что Призрак продавал всё, что находил, только ему. Да и старик доволен, рад, что ему порой его любимые блестяшки прямо домой приносят. И сейчас этот жук, едва увидел, сколько ценностей принёс Призрак, сразу налил ему чая в симпатичную фарфоровую чашечку и начал расхваливать жучка, мол, такой Призрак хороший исследователь, такой добрый, такой умничка. Каждая блестяшка, кажется, восхищала коллекционера больше предыдущей. Призрака даже удивляло, сколь неподдельным был восторг этого жука. Удивительно... радуется каким-то бесполезным древним осколкам. Как ни странно, и от комплиментов коллекционера, и от горячего чая, и от той горы гео, которую старик отдал за ценности, Призраку стало гораздо легче. Обида и злость испарились, словно бы и не было их. Когда Призрак шёл назад, домой, он только всё больше и больше расстраивался от того, что так накричал на Мрака. Да и вообще... он ничего такого плохого не сделал, чтобы обижаться на него. Ну, разве что вёл себя как-то... странно. Все эти нежные касания, ещё и поцеловал зачем-то... Зачем? Почему? Что это значит, чёрт подери, почему Мрак так себя вёл, почему Призраку всё больше и больше это нравилось, пока он прокручивал этот момент в мыслях? Призрак не понимал, а, может, боялся понять. От одной только мысли он весь зажимался, сам толком не понимая, почему. Он вспомнил эти глазки Мрака, когда Призрак накричал на него. Алые, большие, наивные и такие расстроенные. Казалось тогда, будто жучок вот-вот заплачет. Призрак даже не знал, как у него совести хватило накричать. Мрак и так был расстроен после того, как проснулся. Какая же, выходит, Призрак бесчувственная тварь, раз позволил себе так поступить с Мраком. Зря накричал, зря-зря-зря... Призрак щёлкнул ключом к замочной скважине и вошёл в лавку, сразу же заперев за собой дверь. Мрак встречать не вышел. Призрак постоял минуту в зале, а потом прошёл в комнату. Мрака тут не было. Призрак заглянул на кухню. Да, Мрак сидел именно там, подперев голову лапкой и водя коготками по столу. Хвост опять лежал через всю кухню – Призрак уже привык к этому, кажется – и не стучал, совсем не шевелился. Даже когда Мрак поднял глаза на Призрака, хвост даже чуть-чуть не застучал по полу. Необычно это. Плохо это. Призрак поставил рюкзак на пол, а сам сел на стул напротив Мрака. Тот лишь молча следил за ним. И это столь не свойственное ему молчание просто убивало Призрака. – Мрак, ну прости меня, – сказал Призрак, нервно перебирая коготки. – Ну прости, я правда зря на тебя накричал, признаю. Мрак вздохнул. – Ну, – заговорил он после недолгого молчания, – прощаю, конечно. Я сам зря так внезапно для тебя всё устроил. Надо было хоть подготовить, рассказать... Призрак встал и обнял Мрака. В ответ ему вдруг появился нарастающий стук по полу. Жучок облегчённо вздохнул. Вот так, хотя бы всё налаживается. Мрак через несколько минут тоже обнял Призрака, сцепив коготки на широкой спине жучка и ткнувшись мордочкой в его накидку. Призрак ласково погладил Мрака, надеясь этим показать, что он правда хочет мира. – Я обменял наши вчерашние находки на гео, – сказал Призрак, продолжая прижимать Мрака к себе. – Я действительно очень много гео за них выручил. А всё благодаря тебе. Спасибо. – Мы ведь ещё туда сходим? – Мрак поднял мордочку. – В пещеры, я имею ввиду. Ты ведь не передумал? – Не передумал, – ответил Призрак и погладил жучка по рожкам. – Ладно, давай попьём чая и приступим к работе. Нужно сделать товар на завтра, помнишь? – Помню, – кивнул Мрак. Он помог Призраку приготовить чай, достать вкусности с полок и, конечно, постоянно шевелил своим хвостом, из-за чего Призрак несколько раз чуть не упал. Ворчать по этому поводу было бессмысленно – ну не оторвёт же Мрак себе хвост. Да и не хотелось. Пусть стучит. Они быстро попили чай, и мастер за это время рассказал Мраку о том, как сходил к коллекционеру и о том, как старый жук был восхищён. «Мрачный», кажется, был доволен, что его работу высоко оценили. Радуется каждой мелочи. Почему-то от этого и Призраку хотелось улыбаться. После чая они приступили к работе: Мрак плёл обереги, а Призрак достал инструменты и начал вырезать из небольших кусочков хитина фигурки. Они получались не такими уж и большими, скорее даже совсем миниатюрными, и Призраку отчего-то больше нравилось вырезать именно такие. Да, работа это даже тяжелее, чем создание больших фигурок, но мастер больше думал не о процессе, а о результате. Редко его напрягал сам процесс. Сколько бы сложностей не приходилось преодолеть, ему хочется красивой, качественной работы. Да и сроки не поджимали, оттого процесс шёл лишь в удовольствие. Медленно угловатая фигурка, едва ли схематичными очертаниями напоминающая Лучезарность, начинала приобретать форму и детали. Пусть на маленькой фигурке это непросто, но Призрак старался выделить даже пёрышки на крыльях. Он привык работать в тишине, однако видел, как Мраку от этого скучно и неуютно. Только грустно постукивал кончиком хвоста по полу. Странно, что он молчит – может, мешать не хочет? – Может, расскажешь ещё что-нибудь о себе? – спросил Призрак, нарушая молчание. – То есть, например, как живёшь, где живёшь, ну, и так далее. Мрак заметно оживился. – Я живу недалеко, – ответил он. – Там, за фонтанной площадью. У отца там целый замок, ну, то есть, башня, и она стоит не под крышей – слишком уж большая она, чтобы уместиться под крышу. Когда выходишь, промокаешь насквозь, зато дома у окна сидеть здорово, дождь так уютно стучит по стеклу и карнизу. Можно лежать на кровати и просто весь день слушать. Он поудобнее откинулся на спинку кресла, улыбаясь. – У нас дом роскошный, – продолжил Мрак. – Но единственное, что в этом всём меня действительно радует – это шум дождя. Если что, я не люблю дождь, когда он льёт на меня. А вот когда он за окном, так гораздо лучше. Мы просто с папой очень сильно мёрзнем под дождём. Вообще не особо любим воду, она холодная, а мы тёплые, не переносим холод. Папа ведь прибыл из других земель, а там, наверное, было гораздо теплее, чем здесь. Мрак немного помолчал, а потом снова заговорил: – Ну, мы и не ходим никогда под дождём. Если выходить через чёрный ход, то можно пройти в безжучий узкий переулок, и он под крышей, так что там, пусть и довольно влажно, но нет дождя. Слушай, Призрак, а давай я тебя сегодня ко мне в гости свожу? Послушаешь дождик, познакомишься с папой, давай? – А тебе будет удобно? – Призрак замялся. Он не то чтобы не хотел, наоборот: ему было очень интересно посмотреть на жилище Мрака, только вот он немного побаивался, что скажет на это его отец. Может, выгонит, кто знает. – Ну, то есть, может, твой отец не захочет, чтобы я был у вас дома. – У нас дом большой, можно даже так провернуть, что он тебя вовсе не увидит, – махнул лапкой Мрак. – Но не переживай, папа не будет злиться. Ему наверняка захочется посмотреть на такого жучка, как ты. Не бойся, правда. Он затянул нить на ловце снов, отрезал остаток и взялся за пёрышки и бусины. – Так что, если ты не против, то, может, сходим? – спросил Мрак, с надеждой глядя на Призрака. – Хорошо, давай сходим, – кивнул Призрак. – Только вечером, а сейчас работа, – добавил Мрак. *** Стрелки часов почти достигли шести вечера, а Призрак заканчивал работу над фигуркой. Выходило очень даже неплохо, однако мыслями жучок был далёк от этого. Интересно, думал он, почему это в нём за последние несколько дней столько вкуса к жизни появилось? Он вспоминал, насколько равнодушным был раньше. В детстве и вовсе безразличным был, а потом, с возрастом, кажется, это по-тихонечку проходило. Совсем немного. Однако в последнее время это безразличие как будто бы затухло совсем. Нет, не совсем, так лишь кажется, однако теперь Призрак чувствовал себя иначе, нежели ранее. Чувствовал себя... живее. Он догадывался, что это обуславливалось появлением в его жизни Мрака. Мрак стал его первым другом за очень-очень долгое время. Или можно сказать, что за всегда? Можно ли считать друзьями коллег в храме, в котором он работал до этого? Он общался с ними совсем немного, но увидел в них хороших и интересных жуков. Однако сам Призрак из себя для них ничего не представлял. Вроде бы обычное дело для Призрака, но всё же где-то в глубине души его всегда угнетало то, что многие жуки судят его в основном только по внешности. Что ж... у всех свои идеалы. Среди «светлых» все странности и необычности жуков встречают косыми взглядами. Среди «мрачных» странный вид был наоборот нормой. Интересно даже, почему так. Кто создал такие законы в этом королевстве? Как бы то ни было, Призрак за эти три или четыре дня крепко привязался к Мраку. Довольно небольшое время, как казалось мастеру. Просто Мрак из тех жуков, который что решил, то и делает. Решил дружить с Призраком – вот и дружит, всё крепче привязывая его к себе, возможно, сам того не осознавая. А как ещё обосновать эту привязанность Призрака? Он даже без споров согласился сходить в сон Мрака. Хотя как тут откажешь, когда боишься расстроить столь наивное и ранимое дитя? Впрочем... не так уж он и раним, как кажется. В том же сне он доказал, что может не только за себя постоять, но и... Призрак потёр мордочку лапкой. Он не понимал поведения Мрака в том сне. Может, спросить его об этом?.. Жучок поднял глаза на «мрачного». Тот сосредоточенно плёл какой-то-там-уже-по-счёту ловец снов, ритмично подстукивая себе хвостом, видимо, чтобы скучно не было. Он так проникся работой, что уже его даже тишина не угнетала, кажется. Призрак посмотрел на него несколько минут, а потом снова опустил взгляд к фигурке. Что-то не решался он заговорить. Странно и так неловко, даже слегка страшно на душе. От чего? Призрак то ли ответа не знал, то ли сам для себя осознавать его не хотел. Себе он казался сейчас жалким и слабым. Почему так... Фигурка в его лапках вроде бы готова, и Призрак крутил её в поисках недоработок. – Ты доделал? – спросил Мрак. – Кажется, да, – сказал Призрак, ещё несколько раз повернув фигурку. – Тогда пойдём? – Мрак вскочил и бросил кольцо и нити на стол. – Я потом доделаю свой ловец, завтра, хорошо? – Хорошо, – тепло ответил Призрак и отложил фигурку в сторону. Он быстро прибрался на столе, и вскоре они с Мраком уже шли по улице. Погода тут, в городе Слёз, редко меняется, разве что бывало иногда либо чуть теплее, чем всегда, либо чуть холоднее. Через выходы из торгового района задувал мягкий, едва ли заметный ветерок и влажный воздух. Наверное, он казался бы гораздо более приятным, если бы не кишащие здесь жуки, всё бегущие куда-то по своим делам. Даже забавно было наблюдать на мордочках некоторых проходящих мимо жучков удивление, непонимание или озадаченность, когда они смотрели в сторону Призрака и Мрака. Да, необычно это, видеть «мрачного» и «светлого», идущих рядом лапка о лапку. – Мрак? – окликнул жучка Призрак. – Всё спросить хотел... Почему ты сражался со мной во сне, если с самого начала было понятно, что я проиграю? Мрак повернулся к нему. – Это разве было понятно? – Он удивлённо моргнул. – Да, – кивнул Призрак. – Я гораздо слабее тебя, да и лапки не натренированы. Я же и клинок держать не умею. Мрак помолчал, будто думая о чём-то. – Но это же вообще значения не имело, – медленно проговорил он. – Это же сон, Призрак. Во сне возможно всякое, и твоя физическая сила имеет малое значение. Тут только сила духа нужна. Ну, решительность, уверенность. Ты не знал этого? Призрак помотал головой, обдумывая сказанное. Звучало вполне логично, что и самому додуматься было б несложно. Наверное. Просто Призрак с подобным вообще не сталкивался – он не сражался во снах. Он вообще мало что делал во снах, кроме как не очень длительных путешествий по парящим в воздухе островкам. Вот и не задумывался никогда об этом, получается. – А я думал, что твою силу духа сдерживало что-то... ну, не такое, – сказал Мрак. – Думал, ты меня боишься или что-то в том роде. А ты, выходит, банально не знал и не следил за тем, что делаешь. Обидно, я-то думал, что честно победил тебя. – А ты меня вообще убил, так что это мне должно быть обидно, – проворчал Призрак. – Я ж тебя всего лишь во сне убил. – Но убил же. Как тебе после этого доверять? Мрак рассмеялся. – Во снах это дело обычное, так что тебе и переживать не нужно, – сказал он. – Но тебе же понравился мой гвоздь, да? – Да, красивый, – отозвался Призрак. – И болезненный. – Я старался, – гордо улыбнулся Мрак. – О, нам сюда. Он повёл Призрака какими-то узкими тёмными улочками, но скоро они вновь вышли на хорошо освещённую многожучью улицу. Совсем недалеко было огромное окно, по которому размеренно стучали капли дождя, стекая тонкими ручейками по стеклу вниз. Мрак повёл Призрака через толпу к окну. – Красиво, – сказал Призрак, прижимая лапки к холодному-холодному, немножко влажному стеклу. – Ага, но мокро. – Мрак поёжился. – Не люблю дождь. – Но живёшь в городе Слёз, – фыркнул Призрак. – Папа ни за что не оставит дом, – сказал Мрак. – У него постоянно тут дела. А меня одного дальше города Слёз не пускает. Ладно, идём дальше, тут смотреть не на что. Мрак сжал лапку Призрака и повёл его дальше, и всё дворами, дальше от основной улицы. Вёл долго, что Призрак, по началу пытавшийся запоминать путь, уже сбился считать и запоминать повороты. Наконец Мрак огляделся, и утянул Призрака в совсем незаметный, тёмный, узкий проход между какими-то большими домами. Проулок был сильно завален мусором. Жучок старался не наступить на что-нибудь. Неужели живущим здесь жукам так трудно мусор до мусорки донести... ...Или это отец Мрака так сделал, чтобы сюда не совались незваные гости, подумал Призрак. Ведь именно так скорее всего и было. Улочка была узкая, но довольно длинная. В эту сторону окна домов не смотрели. А ведь хорошо это было предусмотрено, думал Призрак. Чёрный ход из башни был спрятан очень даже удобно и выгодно – никто в здравом уме в этот проулок не сунется. Только самое интересное тут в том, что им пользовались, скорее всего, не слуги, и не для того, чтобы бежать в случае опасности – или зачем там ещё используют чёрный ход, – а чтобы под дождём не ходить. Почему-то Призрака это немного смешило. В конце этой узкой улицы была дверь – железная, грязная, ржавая немного. Даже с царапинами и вмятинами на ней, будто кто-то ломился в неё чем-то, гвоздём, например. Почему-то Призрака не особо интересовало, почему тут когда-то появились эти царапины. Мрак вставил ключ, который неизвестно откуда достал, в замочную скважину и повернул несколько раз. Дверь медленно, со скрипом отворилась. За ней был ещё более тёмный проход. – Добро пожаловать ко мне домой, – объявил Мрак и, когда Призрак вошёл, «мрачный» торопливо оглянулся, кажется, чтобы удостовериться, что за ними никто не следил, и быстро зашёл в дом сам, захлопнув дверь. Как только дверь закрылась, стало совсем темно, но тут что-то звонко щёлкнуло – на потолке загорелась простенькая небольшая лампочка, осветив маленькую пыльную комнатку, заваленную швабрами и вёдрами, какими-то сумками, бытовой утварью и всяким подобным. – Это у нас такая кладовка, – сообщил Мрак. – Чёрный ход, ведущий через кладовку? – хмыкнул Призрак. – Оригинально. Я всегда думал, что чёрные ходы делают на кухне. – У нас и на кухне есть, – ответил Мрак. – У нас вообще несколько чёрных ходов. Это удобно. Где захотел — там и вышел, даже обходить башню не нужно. – Действительно, – немного с насмешкой в голосе отозвался Призрак. Мрак открыл дверь кладовки – за ней простирался длинный коридор. Вполне светлый, но освещали его не только широкие окна, тянущиеся по одну сторону коридора, но и факелы, горящие алым пламенем. Именно как те, что во сне были. Интересно даже, выходит, этот алый огонь существует, а не выдуман кем-то во снах. – Что это за алое пламя? – спросил Призрак. – А? Да обычный огонь, – ответил Мрак. – А, ну, точнее, не совсем обычный. Говорят, его подарил жукам сам Король Кошмаров Гримм. Ну, на самом деле это обычное пламя, только другого цвета. А ещё этот огонь живёт в каждом жуке, что признал в Гримме своего бога. Так говорят, по крайней мере. Призрак был готов поверить в это. Глазки Мрака не зря были такого странного цвета, такого же, как и этот огонь. Может, и правда они, «мрачные», все такие, с огнём внутри. Что тогда, интересно, внутри «светлых»? Тоже какой-то огонь? Мрак молча вёл Призрака по коридору, а потом повернул ещё куда-то, и ещё прошёл в какой-то коридор. Так много коридоров, так много поворотов, что не запомнить. И всё это место было выполнено в одном стиле – тёмно-алые обои с каким-то символическим рисунком огня, кажется, и с узорами какими-то. Да и в целом здесь всё было в алых тонах, всюду были факелы, а ещё фонарики с тем же огнём. Кажется, отец Мрака был сильно помешан на религии, даже чересчур. Впрочем, в Халлоунесте таких жуков много, так что и удивляться тут нечему. А ведь Мрак живёт в этой огромной башне. Наверное, у него и своя комната тут есть, возможно, очень богато выглядящая. Это ж до какой степени всё здесь ему могло надоесть, если он только и делает, что сбегает отсюда? Призрак бы пожил тут, наверное... Хотя это непривычно, очень непривычно и неуютно находиться – а тем более жить – в таком огромном и просторном месте. Призрак слишком привык к маленьким уютным домишкам, что тут бы, наверное, и не заснул ночью, чувствуя вокруг себя столько пустого пространства и тяжесть всей башни. – Сейчас найдём папу, покажем тебя ему, а потом я тебе башню покажу, и свой уголок тоже покажу, – сказал Мрак. – Хотя в башне мало чего интересного есть. У нас тут вообще мало чего интересного на самом деле. Но посмотрим, может, покажу какие-то места, которые тебе понравятся. Призрак кивнул в ответ. Вскоре откуда-то стали слышаться приглушённые голоса – будто спорил кто-то. Мрак заметно притих, и стал идти медленнее, стараясь не шуметь. Призрак последовал его примеру, сам не зная, зачем. Звуки голосов становились всё слышнее, и, когда их источник был совсем близко, Мрак остановился, прижался к стене и слегка выглянул за угол. А потом, немного подождав, жестами показал Призраку сделать тоже самое. За поворотом в коридоре стоял высокий жук в серо-алой накидке – почти что копия Мрака, только явно старше – видимо, сам Мрач; а рядом с ним – маленькая жучишка, довольно симпатичная, в простенькой розовой накидке и с боевой иглой в лапках. Интересно, зачем ей боевая игла... Призрак слышал, что есть где-то совсем дикие земли, где обитают звери, а не жуки, и где держать при себе оружие необходимо. Неужто эта жучишка откуда-то оттуда? Тогда что она тут делает? Призрак до этого, да и сейчас, в общем-то, как-то слабо верил в существование этих диких земель. В городе Слёз все жили вполне цивилизованно, не бросались друг на друга с оружием. Наверное. Во всяком случае, Призрак о таком в газетах не читал и сам не видел. И в землях вокруг было тихо, даже необитаемо порой, как в Краю, например. Почему-то было сложно поверить, что где-то в отдалённых уголках королевства жуки выживают, сражаются друг с другом, убивают... ужасно, думал Призрак. – ...и прекрати предлагать эти свои идеи, – раздражённо говорила жучишка тем временем. – Я уже несколько раз повторяла, что нет, я не хочу иметь каких-либо дел с тобой. Мне не нужно это. А впрочем, если бы это был не ты, я бы ещё задумалась, может быть. Но нет, я не согласна. – И что же тебя отпугивает во мне? – усмехнулся Мрач. – Скажешь? Жучишка сначала подняла мордочку, чтобы ответить, но потом явно передумала. – Я думаю, что ты скорее всего и так знаешь, – сказала она. – Я бы тебе не стала доверять. Ни за что, понятно? Скажи, чтобы мне больше с тобой не пересекаться, мне нужно уволиться с работы, да? Мрач коротко рассмеялся. – Возможно, – ответил он. – Начальнику ты всё равно ничего не докажешь. Ему гео важнее того, что тебя не устраивает моя личность. Жучишка что-то раздражённо проворчала, сжала иглу в коготках, развернулась и скорым шагом направилась прочь. Мрач усмехнулся, недолго глядя ей вслед, а потом повернулся прямо в ту сторону, где из-за угла подглядывали Мрак и Призрак. Оба жучка тут же дёрнулись назад, за угол, только это всё равно не помогло. – Выходите, я вас видел, – сказал Мрач. По голосу было совсем не понятно, раздражён ли он тем, что его подслушивали, или ему было без разницы. Призраку было страшно. Сам Мрач выглядел довольно... опасно. Полностью облачённый в плащ, высокий, а смотрит с полуприщуром, и совсем не понятно, о чём он сейчас думает, что намеревается сделать. Мрак взял Призрака за лапку и потянул за собой. – Это Призрак, пап, – сказал он Мрачу. – Мой друг. Он умеет плести ловцы снов. Мрач некоторое время рассматривал Призрака. Даже слишком долго, отчего Призрак всё больше начинал чувствовать себя неуютно, бояться. Мало ли, что этот Мрач может с ним сделать. – Как интересно, – сказал он наконец. Его голос в наступившей тишине прозвучал, кажется, слишком громко. – Значит ты... любишь рукоделие? Призрак запнулся. Он совсем не ожидал этого услышать. Был готов, кажется, к чему угодно, к критике его статуса, его веры, даже его внешности – а что, не привыкать. Но не такого простого вопроса. – Да, с детства люблю что-то делать своими лапками, – пробормотал в ответ Призрак слегка осипшим голосом. – Замечательно, – сказал Мрач. – Давайте пройдём в сад, там разговаривать гостю будет гораздо приятнее, нежели здесь, в этих душных коридорах. Мрач развернулся и быстрым шагом направился вперёд по коридорам, а Мрак потянул Призрака вслед за ним. – Не бойся его, – прошептал ему Мрак. – Он ничего плохого тебе не сделает, обещаю. Призрак ему кивнул. Он не то чтобы боялся Мрача... или боялся. Всё это место – полутёмное, с трещащими и искрящимися на стенах факелами и фонарями – угнетало. Тут будто иное место, незнакомое, будто бы это уже не родной город Слёз. О нём напоминал лишь тихий стук по окнам далеко позади, который всё хуже и хуже было слышно. Даже того свежего, влажноватого запаха не было – его заменял более душный и сухой, с лёгким привкусом дыма. Само жилище Мрака было огромное и какое-то... пустое. В коридорах не было ни души. Может быть, конечно, у прислуги сейчас время ужина или какие-то другие обязанности, но Призраку всё-таки казалось, что так не должно быть. Вдруг сюда какой-то вор проберётся? Пока они шли, Призрак рассматривал то Мрача, то Мрака, и понимал, что они и впрямь почти что одинаковые. Небольшие рожки, одинаковой формы узор на мордочке в виде маски. Даже одежда у них в одном стиле. Разве что у Мрача не было хвостика, да и он казался совсем не таким подвижным, как Мрак, а более спокойным. Даже пафосным, наверное. Его манера общения была снисходительной, кажется, с насмешкой немного. Он был чуть выше Мрака, но более грациозный, более сдержанный и статный. Нет, конечно, Мрак наверняка тоже при желании может быть грациозным, но он редко так делает, кажется. Место, в которое они пришли, сложно было назвать садом. Скорее больше похоже на зал в кафе, только без столиков. Помещение было круглое, освещённое алыми факелами, как и, кажется, всё в этом месте. У стен были скамейки, а вокруг них и вдоль стен росли какие-то кусты с листьями тёмного цвета. Что ж, даже цвет растений тут подобран по атмосфере. Или это были высохшие листья... Призрак сорвал листочек с куста – тот с тихим треском поломался на несколько частей. Выходит, всё же высохшие. – Где опять этот садовник Генри, – раздражённо проворчал Мрач, тоже сорвав листок и смяв его. – Как всегда от работы отлынивает! – Пап, он же умер два месяца назад, – сказал ему Мрак. – Аах... точно. Он был хорошим жуком. Разве что от работы отлынивал. Мрач бросил пыль от смятого листка в кусты. – Прости, что наш дом выглядит не так уж хорошо, как стоило бы, – обратился Мрач к Призраку. – Гости к нам заходят редко, а прислуга порой слишком ветрена. Не скажу, что это мне не нравится. Однако другим может быть не по душе. – Пап, Призрак не станет нас критиковать, он не такой, – сказал Мрак, хватая Призрака за лапку. Жучок осторожно кивнул, подтверждая его слова. – И то верно, – отозвался Мрач. – Мрак, можешь сходить до кухни и попросить у мрачных учеников чая? Попроси какого-нибудь вкусного, который из праздничных запасов. И возьми каких-нибудь печений или пряников. Мрак кивнул, хотя и немного неуверенно. Он вскользь посмотрел на Призрака, а потом убежал из зала. Мастеру отчего-то показалось, будто Мрак не хотел оставлять его наедине со своим отцом. И эта мысль сильно пугала Призрака. Он стоял позади Мрача, неловко переминаясь с лапки на лапку. Тот, проводив взглядом сына, повернулся к Призраку. – Значит, ловцы снов любишь делать, – сказала Мрач. Призрак кивнул. Почему-то не получалось сказать ни слова. – Забавно очень... – протянул Мрач, садясь на ближайшую скамейку. – Не надо стоять, устанешь. Думаешь, скамейки тут просто так стоят, для красоты? Призрак тоже сел на скамейку. Едва он это сделал, Мрач продолжил: – Полагаю, ты тоже относишь себя к так называемым «светлым». Смотришь грёзы, верно? – Да, – немного хрипловатым после длительного молчания голосом сказал Призрак. – Это тоже забавно, – сказал Мрач с лёгкой усмешкой. – Ты скорее всего не знаешь, кем ты являешься на самом деле. Это хорошо. Я не буду это рассказывать – тебе это ни к чему, да и дело не моё, я в те времена лишь наблюдал со стороны. Однако... ты ведь замечал, что ты сильно отличаешься от других жуков. Будто бы ты – какой-то иной вид, которого в этих землях нет. – Да. – Призрак ответил уже немного живее. Всё же, бояться нечего, говорил он себе. Мрач только разговаривает... пусть и какими-то загадками. – Все это замечают. Бывало сложно из-за этого. – Понимаю, – кивнул Мрач. – Лучезарность всегда предпочитала некую... «чистоту крови», если так можно сказать. Агрессия со стороны «светлых» к тебе – это норма. – Ко мне не все агрессивны, меня ведь приютили когда-то и вырастили, – возразил Призрак. – На всех по-разному распространяется влияния бога, – ответил Мрач. – Хм, даже забавно смотреть на то, как сильно это королевство насквозь пронизано нитками – а нитки эти держат здешние боги, дёргают за них, управляют жучками, словно куклами в театре. Не замечал в этом абсурдности? Почти никто ни разу не видел богов в мире яви – лишь во снах, и то не каждый, а совсем единицы. Но всё равно, взгляни, это же королевство фанатиков. Многие это даже осознают. А те, кто не подчинён этому фанатизму – таких немного – легко могут руководить этими жалкими, порочными букашками. Например, я. Всё моё влияние в этом королевстве идёт лишь от того, что жучки – фанатики. Не все могут так, даже если они не... не заражены этим фанатизмом. А некоторые просто не хотят. Помнишь ту жучишку в розовой накидке? Я знаю, вы с Мраком там стояли и видели. Её зовут Хорнет и она тоже не так слепа, как все эти глупыши. У неё есть воля, есть разум, она сильна духом. Будь у неё желание, она б взобралась так же высоко, как я, а то и выше. К сожалению, у неё нет таких амбиций. Что ж... это прискорбно. Было бы интересно иметь такую хорошенькую конкурентку. Мрач усмехнулся и некоторое время молчал. Он сорвал веточку с куста и принялся крутить её в коготках. – Твоя кровь ведь чёрная, верно? – спросил Мрач. – Да... – немного растерянно ответил Призрак. – А откуда вы знаете? – Я видел тех, кто подобен тебе. Ты их уже не найдёшь в королевстве... да и ни к чему тебе это. Для таких, как ты, для вашей породы, ты живёшь даже слишком спокойно и счастливо. Радуйся этому. Все из тех, у кого кровь чёрная... или вернее сказать, пустотная – их судьбы были очень непросты. Те, кто выжил, ушли из королевства. – О ком вы говорите? – Призрак немного склонил голову на бок. – Вы говорите очень неопределённо. Я – жук другого вида? Я из другого королевства? Что случилось с другими жуками моего вида? – Я сам знаю далеко не всё, но твоим собратьям нелегко пришлось. Насколько знаю, почти все умерли. Умерли... потому что умерли. Не спрашивай, ничего я на это не смогу тебе ответить. А единицы ушли. И ты единственный пустотный, кто остался в королевстве. Мрач помолчал. Призрак не знал, ждал ли он какого-то ответа на его реплику. Мастер едва ли понимал что, что говорит Мрач, и ему казалось, будто все эти слова, словно песок, ускользают из его тонких сухих коготков. Грустное, даже немного раздражающее чувство. – Хм. Не то чтобы ты другого вида... – снова заговорил Мрач. – Хотя и так можно сказать. Меньше вопросов будет с твоей стороны. – Мрач опять усмехнутся, но как-то грустно, измученно. – Нет, твоя родина – Халлоунест. Такие, как ты, могли появиться лишь здесь, и нигде больше. Однако жуки Халлоунеста никогда не были родственны тебе. Ты и остальные жуки – вы мало общего имеете. Ты больше похож на нас с Мраком. Не то чтобы мы как-то родственны, нет, в те времена я едва ли приехал сюда из очень далёких мест. Просто по своей природе мы похожи. – Это как? – спросил Призрак. – У вас тоже чёрная кровь? – Нет. – Мрач слегка улыбнулся. – Не в цвете крови тут дело. Знаешь... я полностью осознаю, что ты мало чего понимаешь, и если я тебе попытаюсь как-то донести суть, ты вовсе ничего не поймёшь или как-то по своему интерпретируешь. Я не думаю, что оно тебе нужно. Да и не хочется портить твою беззаботную жизнь. Ты ещё молод, лучше отдыхай и радуйся жизни, пока можешь. – Зачем вы тогда всё это говорите, если я мало чего понимаю? – Ты поймёшь когда-нибудь. Просто запомни это всё. Однажды пригодится. – Откуда вы это знаете? – Интуиция, должно быть. Мрач пожал плечами и замолчал, отвернувшись в сторону и продолжая разглядывать веточку с засохшими листиками. Призрак тоже молчал, разглядывая пол и думая о чём-то своём. Всё же «мрачные» – странные жуки. По крайней мере Мрак и Мрач. Только Мрак кажется безобидным, а Мрач ещё порой и пугает. Призрак действительно почти ничего не понял, но теперь закрадывалось такое чувство, что от него скрывают что-то, что ему знать вроде бы как не нужно. – Может, вы меня так же, как и Мрак, хотите переманить на вашу сторону «мрачных»? – Призрак поднял мордочку, глядя немного враждебно. Мрач рассмеялся. – Мрак пытается это сделать? – переспросил Мрач. – Я тебя знаю всего полчаса, но, мне кажется, ты не станешь менять веру. Хах, «переманить». Немного смешно звучит. Как будто в игру про войну играете. Хотя, знаешь... так и есть. Всё королевство играет. Даже я. Я за свою жизнь много где побывал, а такого ещё не видел. Весёлое королевство. Но труды Мрака, к сожалению, обречены. Хотя пусть пытается, а то ему тут скучно. Он всё рвётся на волю, жаждет приключений, но я его не выпускаю. Он слишком безответственный ещё, невнимательный, совсем не зрелый, всякое случиться с ним может. Призрак кивнул. – А вы не хотите с ним отправиться, например, в путешествие? – спросил он. – Думаю, для Мрака это будет всё так же опасно, да и у меня тут очень много дел, – сказал Мрач немного задумчиво. – Но если вы сдружитесь, то можешь сходить с ним куда-нибудь. Только держи его рядом, а то убежит. – Ну хорошо, – фыркнул Призрак, думая о том, как отпустил Мрака на Краю королевства. Хорошо, что с ним ничего плохого не случилось тогда. А то Мрач разговаривал бы с Призраком не так доброжелательно, как сейчас. – Однако... – заговорил Мрач. – Если ты всё же захочешь поменять веру, то просто знай, что на тебя это плохо не подействует. – А что может плохого случиться? – спросил жучок. Мрач задумчиво потёр мордочку. – Всякое, – размыто ответил он. – Особо тяжёлые случаи связаны с нарушением здоровья. А так чаще всего снится что-нибудь плохое. Но тебе переживать не стоит. – Почему? – Потому что ты пустотный. Ты предрасположен к тому, чтобы править своим миром снов. А может, и не только своим. В тебя это было заложено ещё при рождении. Ты сам своеобразный... Ловец Снов. Призрак кивнул, глядя в пол. Он не мог понять, откуда Мрач столько про него знает. Если он имел дело с родичами Призрака, то, наверное, долго, раз смог их так изучить. Даже узнал, что у них кровь чёрная. Но, как понял Призрак, именно тот факт, что она у него чёрная – нет, пустотная – даёт ему предрасположенность к миру грёз. Это довольно интересно... если он правда может руководить снами, то надо будет попробовать грядущей ночью это сделать. Главное – во сне об этом не забыть. – Хм, можно спросить? – Призрак взглянул на Мрача. – Да? – Вы внешностью очень похожи на Короля Кошмаров Гримма, – сказал Призрак. – Ну, то есть, то, как его рисуют в книжках. – Да, у нас с ним есть некоторое сходство. – Мрач усмехнулся. – Мы с Мраком из рода, который, как говорят, был создан самим Гриммом. Поэтому мы имеем такое большое сходство с нашим богом. – Хм, – промычал жучок, задумавшись. – А если Гримм спустится в королевство? Что будет? – Бог никогда не спустится в королевство, – ответил Мрач. – Но, конечно, если тебе интересно, что будет, то смотри. Мрач поднялся и оторвал от веточки, что была у неё в руках, один листок. Он поднёс его к факелу, и листочек тут же воспламенился. Пока он не прогорел, Мрач бросил его в кусты. Призрак испуганно вскочил со скамейки, не отрывая взгляда от тлеющего, почти прогоревшего листочка. Однако он не погас – соседние листки тут же вспыхнули, а за ними вспыхнуло ещё больше листиков, и вскоре уже не маленькие язычки огонька, а целое пламя вмиг сожгло всю полосу кустов. Сухая листва быстро прогорела, осыпавшись на давно высохшую почву чёрным пеплом. Ветки по-тихонечку с треском тлели, сверкая аловатыми угольками, но пламя стихло, едва все листья сгорели. Призрак, сильно ошарашенный всем этим, оглянулся на Мрача, но он смотрел на всё это спокойно, сложив лапки на груди, будто бы и ничего такого не произошло. – Если бог – это огонёк, то все эти листья – жители королевства, – сказал Мрач. – Думаю, ты понял, что будет. Королевство умрёт. Бог выжгет их души. Потому что те пропитаны этим теплом, даже жаром, словно это угольки. Или сухие листья. Поднеси к ним огонь – они тут же воспламенятся и сгорят. Призрак ничего не ответил, продолжая смотреть на тлеющие кусты. Стены в зале слегка обуглились, почернели местами, но совсем не сильно. Только тут пахло дымом теперь, и стало, кажется, немного теплее, чем было до этого. «Интересно, у ’’мрачных’’ нормально устраивать пожары?» – проскочила истеричная мысль в голове Призрака. – Пап, ты зачем сжёг зал... Призрак обернулся. Мрак стоял в дверном проёме, а в его лапках был огромный поднос с чашками, из которых валил пар, мисками с печеньем, пряниками и конфетами. Он поморщился от запаха дыма и прошёл в зал. – Да я б выкопал эти кусты и посадил бы новые, зачем ты в крайности то... – Мрак поставил поднос на скамейку, немного присыпанную пеплом. – Это был эксперимент, Мрак, – спокойно ответил Мрач. – Так было нужно, не переживай. Я попрошу прислугу убрать. Пейте чай, а я вас покину. Мрач было неспеша направился к выходу из зала, но на полпути остановился и повернулся к Призраку. – Ах да, – сказал он. – Возьми это. Мрач вытащил из-под плаща небольшое пёрышко – хрупкое, тонкое, ярко-алого цвета. Красивое, словно его обронила какая-то необычная птица. Он протянул его Призраку, и тот осторожно, с опаской – а вдруг оно какое-нибудь огненное – взял. – Хм, спасибо... – сказал он. – Это для... для Ловца Снов, – сказал он и тут же, завернувшись в плащ, ушёл. Пёрышко, которое Призрак сжимал двумя коготками, было холодное, но переливалось разными оттенками, словно бы это было настоящее пламя. А может, так казалось от того, что тут освещение было неровное, в основном в алых оттенках. Призрак привязал пёрышко к шнурку на воротнике накидки. Возможно, так оно не помнётся. Больно уж красивое, чтобы мять. Хотя для продажи не подойдёт, алый – цвет «мрачных». Да и... жалко было продавать такое. – Красивое пёрышко, – сказал Мрак. – Не знаю, что вы тут делали, пока меня не было, но ты явно понравился папе. Он редко кому-то дарит подарки. И редко сжигает зал при ком-то. Точнее, я не помню, чтобы он ещё когда-то сжигал залы. Ладно, пойдём ко мне, в мою комнату, там чая попьём что ли.