My neighbour's secret

      Тэхён стоит на крыльце загородного дома семьи Чонгука, переминаясь с ноги на ногу и немного нервничая. Потом осторожно стучит в дверь три раза.       Чонгук уехал, предупредив лишь его и старосту группы, попросив её вдобавок прикрыть зад на три дня, но отсутствовал все четыре, по сути, почти полную учебную неделю подряд, да ещё и на выходные у родителей остался. Миловидная девушка выловила Тэхёна, сказала, что в понедельник будет контрольная по темам, которые Чон как раз пропустил, вручила конспекты, наказав передать их одному наглецу и попросить того больше так её не подставлять. — Здравствуйте, — Тэхён кланяется открывшему дверь парню и спешит узнать, туда ли он приехал: — Тут проживает Чон Чонгук? Я его сосед в общежитии, мне сказали передать ему конспекты.       Геолокацию он узнал всё у той же старосты, что предусмотрительно положила записку с адресом в одну из тетрадей. Тут красиво, кстати: атмосферные дачные домики, при каждом довольно большие личные территории с огородами, но напрягает немного лес позади домов, довольно густой. — Привет, меня зовут Мин Юнги. Зови просто Юнги, — парень открывает дверь пошире, предлагая жестом зайти. — Он сейчас принимает душ, но ты можешь подождать в его комнате. Вторая дверь на втором этаже. Я буду на кухне.       Юнги уходит, оставляя его в прихожей, а Тэхён поднимается по лестнице, оглядываясь на ходу. Дом как дом, без излишеств в интерьере, преимущественно бежевые, коричневые и чёрные цвета. «А кто Чонгуку этот Юнги? Брат? Но фамилия другая… Может, разные отцы?» Из-за первой двери слышится плеск воды, значит, Чон всё ещё в ванной. Тэхён учтиво стучит на всякий случай во вторую дверь и, приоткрыв её, боязливо просачивается внутрь, ведь сосед его очень ревностно относится к своему личному пространству, а он так нагло проникает в святая святых.       Тэхён подходит к компьютерному столу, кладёт конспекты на самый краешек, садится на стул и, оглядывая помещение, подмечает, что тут всё нетипично для Чонгука: постель смята, одеяло комом, вещи свалены на полу возле кровати, словно брошены в спешке, мусорное ведро по другую сторону переполнено салфетками, а те, что не влезли, валяются на полу возле него. «Для чего он их столько использовал? Ой, нет, не смей даже предполагать, Тэхён!»       Занятый разглядыванием бардака в комнате, он не сразу замечает, что ему становится нехорошо: как-то очень жарко, и пульс отчётливо набирает обороты, звеня в ушах, а дыхание затрудняется — лёгкие словно заволакивает чем-то плотным и густым. От недостатка кислорода начинает кружиться голова, он встаёт с места, шатаясь, подходит к окну, намереваясь его открыть. — Тэхён? — на пороге стоит удивлённый Чонгук, только что из душа, с полотенцем на бёдрах, а Тэхён судорожно вертит ручку окна, наконец справившись, распахивает створки, высовывает голову наружу и резко, задыхаясь, втягивает открытым ртом воздух. — Что с тобой? Астма? — Я… — хватая свежий воздух большими порциями, — …не… знаю… Мне просто стало трудно дышать. Сейчас вроде бы прихожу в норму.       Затхло — это когда долго не проветривалось помещение, и много разных запахов сплелось, но в комнате ничем не пахло. Душно — это когда тепло и мало кислорода, но в комнате прохладно. А в лёгких какая-то непонятная тяжесть, не имеющая отношения ни к первому случаю, ни ко второму. — Зачем приехал? — Чонгук подходит к своей кровати и расправляет одеяло, видимо, желая хоть как-то замаскировать срач. — Конспекты, — чуть ли не по пояс высунувшись в окно, Тэхён указывает рукой в сторону компьютерного стола. — Лиён просила передать, что в понедельник контрольная по темам, которые ты пропустил, и чтобы ты её так больше не подставлял. Меня Юнги сюда отправил, сказал зайти. Извини, если… — Сегодня суббота? — Чонгук перебивает и хмурится, уже копаясь в шкафу и доставая чистую одежду. — Воскресенье. У тебя сутки, — Тэхён решается наконец закрыть окно и, мельком бросив взгляд на обнажённую спину, тут же отводит его в сторону, стесняясь. — Я на машине, поэтому могу тебя увезти. — У вас что-то случилось? — в разговор вливается Юнги, облокотившийся на дверной косяк. Оглядывает их обоих внимательно и останавливает взгляд на Чонгуке, вопросительно изгибая бровь. — Я слышал, как взволнованно Чонгук произнёс твоё имя. — Всё хорошо, — спешит заверить Тэхён. — Мне просто что-то стало душно немного, эм… Всё уже в порядке. — Чонгук! — подтрунивая, начинает Юнги. — Почему не проветриваешь комнату? Такой грязнуля.       Чонгук корчит недовольную мордаху, взглядом показывая своё желание треснуть чем-нибудь по рылу напротив, и тут с первого этажа раздаётся громкое: — Мальчики, кушать хотите? — О, Джин-хён, — поясняет тут же Юнги, обращаясь к Тэхёну. — Ты голоден? Даже если нет, то ты всё равно должен попробовать его ежевичный пирог, — забалтывая, выпроваживает из комнаты, успевая покривляться перед Чонгуком: затыкает нос одной рукой, второй изображает волны и типа идёт ко дну, а Чонгук кидает в него подушкой, но та попадает лишь по закрытой двери.       Тэхён невольно хихикает — они по поведению точно на братьев похожи. — Ким Сокджин. Зови меня Джин-хёном, — на кухне его встречает ещё один парень, постарше: высокий, плечистый, красивый и очень похожий на Чонгука внешне.       «Их трое братьев, что ли? Тогда почему у всех троих разные фамилии?» Джин вытирает руки полотенцем и протягивает одну, чтобы поздороваться, и во всех этих движениях сквозит какая-то удивительная грация и плавность. «А где родители? Сегодня же выходной… Оу, может, они погибли?» — Ким Тэхён. Приятно познакомиться.       Юнги кивает головой, мол, давай садись за стол, и отодвигает для него стул, отчего Тэхён даже слегка теряется, но после недолгого ступора торопится сесть. На кухню заходит Чонгук, садится от него справа, и всё это до того бесшумно, что он аж подпрыгивает на месте, когда, повернувшись, натыкается взглядом на возникшую словно из ниоткуда фигуру. — Я тебя не заметил, — поясняет, видя удивление на лице Чонгука. — Что ты будешь есть? — спрашивает у него Джин. — Если не особо голоден, то попробуй пирог, на который тебя Юнги уламывал. Хочешь яблочный сок? — Да, было бы неплохо, — непривычно, когда вокруг так суетятся. — Хён, ты опять поперчил рыбу? — лишь окинув стол взглядом, возмущается вдруг Юнги. — Прости, я забыл, что ты не ешь перец. Приклей мне стикер на холодильник.       Чонгук с Юнги энергично накладывают палочками в свои тарелки закуски, рыбу, кимчи и рис из многочисленных тарелочек на столе и даже сцепляются в бою за креветки, но Джин, стоя спиной и наливая сок, как-то умудряется это заметить и гаркает: — Ну-ка хватит! Взяли по одной, раз поделить не можете.       Парни дружненько скидывают креветки обратно, пока в их тарелках не остается лишь по одной, а Тэхён прячет улыбку в кулаке. «Весело тут у них». — Тэхён, вы с Чонгуком учитесь в одной группе? — спрашивает Джин, передавая ему стакан с соком. — Нет. Разные факультеты, и я только на втором курсе. — Он мой сосед по комнате, — добавляет Чонгук, не отрываясь от еды. — О, слушай, ты его извини, если он слишком строг по поводу своего личного пространства. — Всё хорошо. У нас вроде бы нет проблем с этим. — Скажи честно, он тебя запугал? Этот жучара умеет быть грозным, — Юнги тыкает палочками в Чонгука. — Ты кого жучарой назвал? — вскидывается тот, привставая со своего места. — Тебя! Когда уже пару найдёшь, а то задолбал рычать каждый раз, когда что-то малость не устраивает, альфач хренов! — парирует Юнги, тоже вставая со стула и упираясь ладонями в стол. А Джин тут как тут — сразу же лупит обоих полотенцем по головам. — Следите за языками! — недвусмысленно прожигая парней стальным взглядом. — У нас гость, а вы тут из-за фигни какой-то лаетесь. — Так мы же в шутку. — В прошлый раз от вашей «шутки» стул сломался. Хотите поговорить? Шуруйте на улицу.       Тэхён смеётся уже громче, на него уставляются три пары глаз, и он поясняет: — Весело тут у вас. Тепло и атмосферненько, — а после косится на Чона, но встретившись с ним взглядом, отводит глаза к ежевичному пирогу. — Ну вот, видишь? — хмыкает Юнги, склоняясь к Джин-хёну. — Я же говорю, что он его запугал. — Айщ, мелкий! — буркает Чонгук, забавно сдвигая брови к переносице.       «Так. Получается, что Джин — самый старший, Чонгук — средний, а Юнги — самый младший. Оке-е-ей…» — Так ты младше Чонгука? Сколько тебе? — любопытствует Тэхён, перекладывая кусок пирога себе на тарелку. — Мне восемнадцать. Да, я знаю, что все тут мои хёны, но называть тебя буду просто Тэхён. Дашь мне свой номер? — А я и не против. Конечно, — и оба достают телефоны, обмениваясь контактами, а Чонгук только смотрит на Юнги уничижительно. — Тогда и мой запиши, — подключается Джин, который тут же ловит взгляд Чонгука, словно говорящий «Предатель!».

***

      Сидели они так около трёх часов, пока Чонгук не скомандовал Тэхёну: «Через десять минут выдвигаемся. Иди пока что прогрей машину». А Тэхён спорить не стал, попрощался со всеми и вышел. — Номер его взял? Серьёзно? — и Чонгук заряжает яблоком в Юнги, которое тот с лёгкостью ловит. — Ну-ка хватит! — приструняет сразу Джин, лупя полотенцем по спине. — Не смей пуляться едой! — Что «хватит»? В друзья ему решили заделаться? Малость вид попутали? — Да угомонись ты! Гон прошёл, так какого хера на взводе? — А какого чёрта ты даже не притронулся к еде, а уже предъявил за молотый перец в рыбе? Хоть бы отщипнул чуть для приличия! — Да не понял он ни черта, успокойтесь! — выдыхает Джин и продолжает: — Максимум, что подумал, так это что один из членов твоей семьи — Хён Хёныч, второй — мелкий пиздюк, любящий немного позаёбывать, а третий…. — Говнюк третий, — Юнги заканчивает, перебивая, и зарабатывает подсрачник от Чонгука, который решает, что с него хватит компании этих двоих. — Что наверху произошло? Я слышал, как у Тэхёна ускорилось сердцебиение, — интересуется Джин, перекладывая на тарелку последний кусок пирога. — Просто у кого-то закружилась голова от феромонов нашего альфочки. Эх, наш мальчик стал совсем больши-и-им, — издевательски пропевает Юнги. — Что? Он возбудился?! — Боже упаси, нет! — ерошит волосы на затылке Чонгук, поднимаясь по ступенькам наверх за сумкой. — Почти, — встревает Юнги. — Надышался феромонами, которые после гона были в слишком большой концентрации, вот и замутило. — Но он же человек, он не может меня чувствовать, — доносится со второго этажа. — Может, — обрубает Джин и задумчиво прикладывает пальцы к подбородку. — Люди тоже животные. Его носовые рецепторы не распознают твоего запаха как такового, но зато тело инстинктивно реагирует на феромоны в нём. Он вдыхает насыщенный ими воздух, они поглощаются организмом вместе с кислородом и так же разносятся по крови. Отсюда учащённый пульс и жар. Пожалуй, соглашусь с Юнги, побыл бы в комнате подольше… — Если бы он побыл подольше, то шлёпнулся бы в обморок! — рявкает Чонгук и хлопает входной дверью.