Город восковых фигур

      Весенний бал — событие, которого ждут все старшеклассники школы, но больше всего, конечно же, — выпускники. С этого дня начинается отсчёт до первой ступени самостоятельной жизни. Ровно месяц остается им до того момента, как под радостные крики шапочки теперь уже бывших школьников взметнулся вверх, а в руках у них окажутся белые свитки с золотистой лентой. Эти совсем еще дети наконец-то начнут свой путь к большому будущему, думая, что все их мечты будут исполняться по щелку пальцев и искренне веря, что каждый из них особенный, даже не представляя, сколько разочарований и проблем таит в себе эта дорога под названием «Взрослая жизнь».       Чем ближе надвигалась дата весеннего бала, тем мрачнее становился Аарон. Эти разговоры про платья, танцы и выбор пары, что доносились до его ушей на каждом шагу, действовали на нервы. Как будто другие темы для разговоров перестали существовать. Даже на уроке тихий шелест голосов не замолкал ни на секунду. Мистер Флетчер, почему-то, закрывал на это глаза, спокойно продолжая свою лекцию и не обращая своего взора на отвлеченных детей.       — Пс-с, чувак! — Винсент пытался привлечь внимание друга среди всего этого хаоса.       — Что, Винс? — Аарон недовольно стрельнул глазами на соседний ряд, где балансируя на задних ножках стула, сидел Янг.       — Я по поводу бала, — наклоняясь ближе к парте Хилла, начал он.       — Ты не можешь потерпеть до конца урока? Осталось пять минут, — покачал головой Аарон, пытаясь усмерить поднимающееся раздражение от слова «бал».       Хилл, конечно, не горел желанием посещать данное мероприятие, но видя, как Алексия с горящими глазами таскает его за собой по бутикам, выбирая то самое платье и договариваясь о прическе и макияже в салоне красоты, просто не смог сказать своей девушке: «нет». В отношениях всегда приходится чем-то жертвовать, и танцы — не такой уж и страшный выбор.       — Дак вот, — заговорил Янг, шагая рядом с другом по коридору. — Бал. Я хочу пригласить Беллу.       — Друг, вы же расстались.       — Помиримся, не вижу проблемы.       — Ты на ее глазах целовался на вечеринке с другой.       — Я был пьян. И вообще, Изабелла сказала, что не придет, чем мне еще было заниматься? — полностью уверенный в своей правоте и непонимающий почему девушка злится, спросил Янг.       — Ну, раз ты считаешь, что ничего серьезного не произошло, то пригласи ее. Вон она, стоит у окна, — махнул рукой Аарон, пряча улыбку и готовясь к шоу.       — А я и спрошу, — приглаживая волосы, Винсент подышал на руку, проверив чистоту дыхания, и двинулся к девушке.       Аарон наблюдал за этим с безопасного расстояния, крутя зажигалку в руке и внимательно прислушиваясь к разговору, что вроде бы начался неплохо.       — Я виновата! — прокатился гневный голос по всему коридору, заставляя школьников скучковаться к месту скандала. — Да пошел ты, козел! — крикнула девушка, а в следующую секунду ее ножка, обутая в берцы, со всей силы впечаталась между ног Янга. От этой картины у Аарона и самого все сжалось, проецируя боль друга на себя.       Хилл тут же кинулся на помощь Винсенту, который сидел на полу, держась за свою промежность и причитая.       — Блять, Винс! Как ты? — поднимая Янга на ноги, спросил Хилл.       — Я могу назвать тебя братом и попросить кое-что? — простонал он.       — Разумеется, сделаю все, что в моих силах.       — Ты приложишь лед к моим яичкам?

***

      Аарон рассматривал себя в зеркале, застегивая манжеты. Как бы он не ненавидел костюмы, но они, черт возьми, ему шли. Стоило скинуть широкие джинсы и серую толстовку, заменить их на классические синие брюки и белую рубашку, завершить этот образ пиджаком и бабочкой, и в отражении оказывался совсем другой Аарон Хилл.       Следовало сказать огромное спасибо Питеру, который привез фирменный костюм из очередной командировки. Этот мужчина никогда не забывал про Аарона, пытаясь заменить отца, вот только Хиллу это было совершенно не нужно.       — Как ты вырос, — отвлекла его от приготовлений к вечеру Кейт. Она стояла в дверях комнаты, сложив руки на груди и улыбаясь смотрела на сына. — Стал так похож на деда.       — Да, мне все это говорят, — сухо ответил Аарон. — Не помню, чтобы разрешал входить в мою комнату без стука.       — Прости, хотела сказать, что мы с Питером и Конфеткой уходим гулять.       — Это совершенно не нужная мне информация.       — Не начинай снова так себя вести.       — Я и не заканчивал. Если ты все сказала, то я продолжу собираться. Один.       — Хотела поговорить с тобой. Ты совсем мне ничего не рассказываешь. Что у тебя с колледжем? Выбрал уже место?       — Получил приглашение в Стэнфорд еще в феврале. На прошлой неделе пришло письмо о зачислении в группу. С полной стипендией на обучение. На все вопросы ответил?       Кейт молча кивнула и поджала губы, закрыв дверь. Сколько бы раз за эти десять месяцев она не старалась заслужить прощения сына, он был непреклонен.       Не успел Аарон отойти от беседы с матерью, как в дверь постучали. На пороге появилась кучерявая макушка Питера, а у его ног маячила сестра.       — Пришли посмотреть на тебя, — широко улыбаясь, начал отчим.       — Ну, как? — Аарон раскинул руки в стороны и покрутился.       — Настоящий красавец. Да, Конфи? — поднял он дочь на руки. Конфетка рассмеялась и потянула свои ручки к брату, сжимая маленькими пальчиками бабочку.       — Спасибо тебе, Пит. Костюм просто обалденный.       — Конечно, это же Хьюго Босс, — подцепил он этикету, — Не забудь обрезать. И вот еще что, — он помолчал пару секунд, а после, опустив Конфетку на пол, полез в карман, — Возьми ключи от машины. Должен же ты прокатить свою девушку с комфортом.       — Твой понтиак? — удивленно спросил Аарон, сжимая в руке брелок.       — На другую пока не накопил. Сам понимаешь, у меня две дамы и взрослый выпускник.       — Спасибо тебе. Спасибо! — воскликнул Хилл, обнимая мужчину, — Припаркую в целости и сохранности.       — Не сомневаюсь в твоей ответственности, Аарон, — похлопал он его по плечу. — И вот еще, — Питер немного стушевался, но отцовские чувства взяли верх, — Возьми это.       — Презервативы? — хмыкнул Хилл. — Благодарю, конечно, но у меня есть.       — Да-да, что это я, — комкая пачку и судорожно пряча ее в карман, зашептал отчим. — Ты уже большой мальчик. Знаешь даже больше чем я. Ну, хорошо вам повеселиться. Джессике привет.       Аарон притормозил у двадцать пятой западной и сразу увидел ее силуэт в окне второго этажа. Лекси ходила по комнате кругами, постоянно прикладывая руки к голове. Хилл невольно улыбнулся, наблюдая за ее волнением, у него и самого потели ладони от одной только мысли, что сейчас он увидит Алексию. Коробочка с цветочным браслетом, что, словно сокровище, лежала на пассажирском сиденье, безмолвно намекнула, что час настал. Поправив полы пиджака, Аарон захлопнул дверцу и взбежал по лестнице. Сделав несколько судорожных вдохов и приготовившись к атаке Вильгельма, он приложил палец к звонку, разнося по дому два коротких сигнала.       — А, Арчи. Проходи, — мистер Оберг, скривился в подобии улыбки, пропуская ненавистного гостя в дом.       — Я Аарон, но вам это итак известно. Вы же имеете проблемы с английским, а не запоминанием имен, — не в силах сдержать себя, ответил Хилл. Вильгельм лишь хмыкнул, окликнув Алексию и усаживаясь в кресло.       — Привезешь ее в десять, — даже не смотря на парня, сказал он, раскрывая газету Нью-Йорк Пост.       — Как скажете, сэр, — выдавив из себя самый милый тембром, принял наказ Аарон, зачаровано наблюдая, как стройные, длинные ножки, обутые в красные туфли ступили на лесенку.       Руки непроизвольно сжались, и коробочка с украшением жалобно треснула, но Хилла это уже не волновало. Он, словно в замедленной съемке, наблюдал, как Алексия, смущенно улыбаясь, останавливается в нескольких шагах от него. Тонкие бретельки красного атласа контрастировали с бледной, молочной кожей, вырез на груди лишь слегка приоткрывал округлые формы, отдавая власть воображению, пышная юбка выгодно подчеркивала изгибы тела, заканчиваясь ниже бедра. Столь необычный, яркий образ девушки завершала укладка и макияж. Жемчужные пряди украшенные невидимками со сверкающими камнями легкими волнами струились по ее открытым плечам. Голубые глаза, что обычно были слегка оттенены тушью, в этот день были подведены темным карандашом, а на веках мерцали перламутровые тени, делая ее горные озера еще прекраснее и глубже. Весь его обширный словарный запас тут же вылетел из головы, он громко сглотнул, не сводя с нее глаз и протянув браслет, смог выдавить лишь пару фраз хриплым голосом:       — Прекрасно выглядишь, — со стороны кресла снова раздалось хмыканье.       — И ты, — поднимая руку и наблюдая, как Аарон защелкивает замок украшения, прошептала она. — Пап, мы ушли. Позвони, как приземлитесь.       — В десять дома! — донесся до них оклик мистера Оберга за секунду до того, как дверь закрылась.

***

      Едва Алексия и Аарон ступили в школьные стены, как их закружил водоворот вспышек фотокамер, радостных лиц и громкой музыки. Хилл вел свою спутницу к столику, где уже вовсю веселились друзья. Аарон секунду смотрел на открывшуюся картину, думая о том, что девушки все-таки совершенно непредсказуемые существа. Винсент сидел на стуле, одной рукой держа стаканчик с пуншем, а другой обнимая за талию Беллу, что мило ворковала, устроившись у него на коленях.       — Привет, ребята, — поздоровался Аарон, буравя Янга взглядом, подняв одну бровь вверх.       — Чувак! — расплылся в улыбке Винсент. — Выглядишь как голливудский актер. Да, Лекс?       — Лучше, — ответила Оберг, сжимая руку Аарона.       — Пошли что ли принесем девчонкам выпить? — пересаживая Изабеллу на соседний стул и вставая, предложил Винсент.       — Сейчас придем, — целуя Лекси в щеку и вешая пиджак на спинку стула, сказал Аарон.       — Ну, рассказывай, — сгорая от любопытства, начал Хилл.       — Что рассказывать?       — Как что? Почему Белла пришла с тобой.       — А, это. Да ничего особенного. Пришел к ней утром, мы поговорили, я признал, что кретин. Все. Ну, ракушку я, конечно, пододел, мало ли что. Вторую атаку Бил и Боб не выдержат, — пожал он плечами, наливая пунш, и, оглядевшись по сторонам, выудил из внутреннего кармана пиджака бутылочку с водкой, щедро добавляя в бокалы.       — Какого хрена ты делаешь?       — Коктейль, — совершенно спокойно пояснил Янг.       — Я приехал на машине, пить не буду.       — Ты издеваешься? — зашипел друг. — У меня в туалете стоит целая коробка бухла.       — Вы с Бель и вдвоем неплохо справляетесь. Предложи остальным.       — Конечно предложу, не тащить же обратно, — двинулся он к столику. — Кстати, чувак! Я снял такой номер в Сохо. Вид просто закачаешься. Малышка Би будет благодарна папочке за эту ночь.       — Только не накосячь, друг.       — Когда я косячил? — удивленно глядя на Хилла, спросил Янг.       — Ты правда такой идиот или прикидываешься? — засмеялся Аарон, садясь за столик и передавая Алексии стакан.       — Он идиот, — вклинилась Белла, делая глоток и довольно щурясь. — Но коктейли у него пушка.       Так, за беседами, танцами и весельем прошла большая половина вечера. Ребята скакали со всей толпой под песни приглашенной кавер-группы, растворяясь в моменте беззаботной юности, пока на сцену не вышел директор школы, улыбаясь своими выбеленными зубами, чтобы огласить результаты, которые так ждали в этот вечер школьники.       — Дорогие ученики, — начал он, постучав по микрофону и наклоняясь ближе. — Всю неделю вы активно голосовали, выбирая главную пару сегодняшнего бала. Итак! Вы готовы услышать их имена?       — Да! — закричали со всех сторон школьники.       — Королевой бала две тысячи один обьявляется, — он сделал театральную паузу, оглядывая толпу, и продолжил: — Джессика Браун.       Зал скандировал имя Браун, хлопая и улюлюкая, пока девушка, нацепив на свое лицо самую обворожительную улыбку, поднималась на сцену.       — Я хочу поблагодарить всех, кто голосовал за меня. Я долго к этому шла, являясь капитаном команды черлидеров два года подряд, и всегда знала, что окажусь на этой сцене. Также я…       — Спасибо, Джессика, — перебил ее директор Прайд, забирая микрофон и продолжая оглашение результатов, — Королем же бала две тысячи один становится.       — По-любому этот сноб Картер Бонс, — дернула плечом Белла.       — Становится… Аарон Хилл.       — Что? — Аарон застыл на месте, недоуменно смотря на сцену, — Какого хрена? Кто вписал мое имя в голосование?       — Ты только не волнуйся, — начал Янг, — Я просто предложил, девчонки из комитета сами согласились, — отступая на пару шагов назад от Аарона, пояснил Винсент.       — Винс, ты совсем ебанулся?       — Успокойся, — Алексия положила руку ему на плечо, успокаивающе поглаживая.       — Аарон Хилл, вы здесь? — повторил директор, — Мы ждем вас.       — Иди, — улыбнулась Оберг, подталкивая своего парня к сцене.       Каждый шаг чувствовался, как забитый гвоздь в позвонок, Аарон вытянулся в струну, вставая на сцене и нервно разглядывая толпу, что радовалась его победе также, как и титулу Джессики.       — Аарон, поздравляем тебя, — едва дотягиваясь до его макушки, чтобы надеть корону, сказал Прайм. — Ваше слово.       — Эм, это было очень неожиданно для меня. Я не готовил речь, поэтому просто благодарю всех, — стушевался он под напором направленного на него прожектора и отошел от микрофона.       — Прекрасно. Спасибо, Аарон. А теперь танец короля и королевы бала! — обьявил директор.       — Ну что, мой король, потанцуем? — улыбнулась Джессика, протягивая руку.       — Прости, Джесс, но я буду танцевать только со своей королевой, — рубанул Хилл, спрыгивая со сцены и подходя к Алексии.       Заиграли первые аккорды песни Дайдо, и пара закружилась по залу.       Что такое влюбленность? Для одних это сжигающая страсть, что завладевает разумом и не дает увидеть пороки; для других это долгие разговоры в парке, которые не сможет перебить даже северо-атлантический ветер; для кого это кара, что душными объятьями сжимает твои ребра, не отпуская сомнения.       Для них это было что-то большее, что не вписывалось в стандартные каноны отношений двух подростков.       Аарон никогда не говорил открыто о своих чувствах, но это было видно в каждом его жесте: когда он ласково проводил по ее шелковым волосам, убирая непослушную прядь за спину, когда он сжимал ее ладонь, нежно очерчивая тонкие пальцы, когда он проводил по ее спине, прижимая ближе к себе в этом танце и чувствуя, как по ее коже бегут мурашки, следуя за его рукой. Это было видно по его лицу: как каждый раз расширялись зрачки, стоило взглянуть на нее, как губы изгибались в улыбке, когда она смущённо опускала глаза, как нежность, что была ему чужда раньше, взрывным потоком льется навстречу ей. Со стороны это казалось простым танцем, но только эти двое знали, что за самым обычным на первый взгляд прикосновением, кроется целый мир.

***

      — Ровно десять, — сказал Аарон, заглушив двигатель. — Пойдем сдавать тебя папочке.       — Это вряд ли получится, — открывая замок, улыбнулась Оберг, — Они с мамой улетели в Стокгольм, там остался бизнес, и время от времени он требует контроля.       — Значит, дома мы одни? — Аарон прошел по темной гостиной, едва не впечатавшись в диван. — Лекс, я ничего не вижу.       — А, да, — отмерла девушка, щелкая выключателем и подходя к Аарону. В голове крутился его последний вопрос, и Алексию до безумия будоражило нахождение их одних в ее доме этой ночью. — Хочешь выпить чего-нибудь? Есть виски и вино, шампанское и джин? — перечисляла она, заглядывая в мини бар и пытаясь не выдать мандраж.       — Я за рулем, забыла?       — Ну, ты же можешь остаться на ночь, — закусив губу, едва слышно выдохнула она, ощущая, как щеки заливает румянец.       — Хочешь, чтобы я остался? — скорее утвердительно спросил он, доставая бутылку вина. — Тогда выпьем Шато.       — Отлично, — засияла Оберг. — Я возьму бокалы и пойдем наверх.       — Помою руки, — сказал Аарон, останавливаясь у дверей ванной.       Алексия поставила бокалы на письменный стол и оглядела комнату, судорожно закидывая кровать покрывалом, и, подумав, выключила основной свет, оставляя лишь пару настольных ламп и интимный полумрак. Подумав еще секунду и прислушавшись к всплеску воды, она достала зажигалку из ящика и поднесла огонь к свечам, хаотично расставляя их по полкам, вдыхая аромат лаванды и мандарина, что медленно окутывал комнату.        Аарон зашел в спальню, удивленно глядя на мерцающие огоньки. Лекси тут же прокляла себя за эту идею, пытаясь найти хоть какую-то вескую причину.       — Забыла потушить, когда уходила, — выпалила она с диким желанием влепить себе по щеке. — Сейчас уберу.       — Не стоит, очень красиво, — улыбнулся Аарон, примечая, что поверхность свечи еще совсем не тронута жидким воском.       — Откроешь? — протянула Оберг бутылку и штопор. Пробка с глухим звуком вышла из стеклянной емкости, и бокалы наполнились бордовой жидкостью, искрясь в свете танцующего пламени.       — За этот вечер, — поднял он бокал вверх, чокаясь с девушкой.       Вино незаметно подходило к концу, даря легкое опьянение и расслабленность. Алексия без устали делились своими впечатлениями о бале, сожалея, что школьная пора подходит к завершению, и вспоминая момент, что чрезвычайно льстил девушке, когда Аарон отказался от танца с королевой бала, без колебаний отдав предпочтение ей.       — Я устала от этого платья, пойду переоденусь, — встала она с кровати, беря футболку и исчезая за дверью, но через минуту вернулась, робко смотря на парня.       — Ты мне не поможешь? Не могу растегнуть этот замок, — Алексия повернулась спиной, показывая на застежку на спине.       — Разумеется, — Аарон подошел ближе, убирая ее светлые волосы, и медленно, едва касаясь пальцами, провел по лопаткам, спускаясь к язычку и дергая вниз. Одна из бретелек тут же сползла, оголяя плечо.       Он словно завороженный смотрел на девушку, что растекалась от его прикосновений, так и не сдвинувшись с места, было слышно лишь ее тихое, сбившееся дыхание.       Контроль, что он так пытался сохранять эти семь месяцев, рассыпался на сотни осколков, стоило ей слегка повернуть голову и посмотреть ему в глаза.       Платье, алым знаменем победы, полетело на пол. Комнату окутала плотная дымка желания, что исходила от обоих словно цунами, пытаясь смыть все дни ожидания. Алексия дрожала в его руках, вжимаясь всем телом, будто боялась, что стоит лишь слегка увеличить расстояние, и магическая атмосфера падет.       Он с вожделением сминал ее губы, ловил тихие стоны, что звучали как музыка в этом тихом помещении. Руки уже не боялись лишних движений, исследуя податливое тело, как свою собственность.       Пропуская между пальцев твердый сосок, сжимая упругую грудь и следуя губами вдоль ее живота, он упивался ароматом ее кожи, доходя до точки нереального возбуждения. Мокрая шелковая ткань, пропитанная ее готовностью, полетела в сторону открывая последний кусочек таинственного пазла и складываясь в одну великолепную картину.       — Ты уверена? — квадратик из фольги мелькнул в его руках, как последний шанс поменять решение.       — Да, мой король, — выдохнула Алексия ему в губы и откинулась на подушку, закрыв глаза.       Лекси крепче вцепилась в его спину и замерла, словно мраморная статуя, впитывая в себя эти ощущения первого проникновения; тело сжималось от легкой боли, но она ни за что бы не остановила Аарона. Медленно двигаясь в ней, такой узкой и влажной, он ловил каждое изменение на лице девушки, искренне желая забрать ее боль и оставить лишь наслаждение этим моментом.       Не осталось ничего кроме их разгоряченных тел, страстных стонов и нежных прикосновений. Аромат земляники проникал в его легкие каждый раз, стоило ему дотронуться губами до влажной кожи на шее. Алексия крепче вжималась в него, сплетая ноги на талии Аарона и двигаясь с ним в одном ритме, чувствуя, как все ее сознание отключается, ставя на первый план неизведанные ощущения приятного тепла внизу живота. Волны блаженства накрывали их с головой, оставляли одних в этом мире, заставляя сливаться в единую стихию. Трепет тел становился все сильнее, дыхание разбивалось на хриплые вдохи, ни имен, ни слов — ничего не требовалось в эту минуту, лишь всепоглощающее чувство возбуждения и удовольствия, что проходило по их коже, даруя столь приятную разрядку.       А потом время остановилось, Алексия все еще была в его руках, такая нежная и уставшая, льнула к нему, как маленький котенок, заглядывая своими небесными кристаллами в его глаза, застенчиво улыбаясь. Аарон гладил ее спутанные светлые локоны, целовал острые ключицы и так боялся отпускать от себя. Казалось, стоит ему выпустить ее пальцы из своей руки, и это все окажется сном, что так часто приходил к нему по ночам, но она не исчезала, все также лежа рядом и исследуя каждую черту его лица.       — Знаешь, если я когда-нибудь влюблюсь, это снова будешь ты, — медленно проводя ладонью по ее щеке, прошептал Аарон.

***

      Джессика уже собиралась покинуть класс, как с ней столкнулась одна из учениц.       — Привет, ты не знаешь, где Лекси?       — Я что, за ней слежу? — недовольно дернув плечом, прошипела Браун.       — Просто она оставила рюкзак в раздевалке, хотела отдать, — стушевалась девушка.       — Рюкзак, говоришь? — ухмыльнулась Джессика. — А знаешь, у нас сейчас совместный урок. Я передам ей, — вырвала она лямку из рук одноклассницы и быстро двинулась по коридору, исчезая за дверями служебной комнаты.       Все содержимое фиолетового рюкзака с грохотом полетело на пол. Джессика раздвинула школьный хлам, внимательно перебирая предметы и увидев яркий дневник, хищно улыбнулась, беря в руки тайную книгу и переворачивая украшенные наклейками страницы.       Глаза девушки бегали по исписанным строчкам, сужаясь от злости.       — Значит, Аарон сорвал цветочек нашей скромницы. Какая милота. Меня сейчас стошнит от этой нежнятины. Неужели он предпочел этот скучный перепихон сексу со мной? — пылала Браун, открывая дневник в самом начале.       — Стойте-ка, а вот это уже интересно, — присела она на пол, облокачиваясь спиной о стену и погружаясь в секреты Оберг.       Аарон и Алексия неспешно шли по расцветающим улочкам города. Жители большого яблока сняли надоевшие свитера и наслаждались теплыми днями, подставляя бледные лица под яркие лучи солнца.       — Зайдешь? — кивнула Алексия в сторону своего дома, ныряя в обьятья Хилла. — Папа сегодня будет поздно.       — Не могу, — смыкая руки на ее талии и целуя в кончик носа, ответил Аарон. — Винс попросил помочь, родители купили ему квартиру на девятой авеню. Надо управиться с вещами.       — Ого, там очень дорогая недвижимость!       — К счастью, его семья может себе это позволить. И до универа недалеко.       — Он поступил в Колумбийский?       — Да, не зря же два года был капитаном команды.       — Я рада за него, — задумчиво протянула Оберг. — Хотела тебе сказать еще в субботу, но нам было не до разговоров, — перевела она взгляд на проезжающие машины. — В общем, я отправила запрос в Станфорд. И они меня зачисляют.       — Серьезно? — Аарон обхватил ее лицо ладонями, заставляя взглянуть на себя. — Это же отличные новости!       — Да. Мы будем учиться вместе, — улыбнулась девушка, подаваясь вперед и прижимаясь к губам Хилла.       — Не понимаю, чувак, что тебе не нравится? — Винсент расставлял кубки и фотографии в рамках на полках, постоянно оборачиваясь на друга, который вот уже двадцать минут пытался собрать комод, в отчаяние смотря на инструкцию.       — Мне все нравится. Но она хотела поступать в Браун и явно изменила свое решение из-за меня, — Аарон закручивал саморезы в адскую конструкцию, не забывая сверяться с рисунком.       — Браун, Стэнфорд, какая разница? Главное, что тебе не придётся постоянно таскаться в Нью-Йорк, чтобы увидеться с ней, минус проблема. Но, — замолчал он, перекладывая вещи из коробки.       — Что «но»?       — Но зато, ты не сможешь отрываться с крутыми калифорнийскими цыпочками, когда захочешь.       — Да уж, непоправимая потеря, — ухмыльнулся Аарон и, откинув отвертку в сторону, сказал: — Может, зря меня приняли в универ? Я даже с этим долбанным комодом справиться не могу.       — А, брось. Завтра приедут установщики все соберут.       — Серьезно? Тогда какого хрена я это делал?       — Не знаю, я думал ты сам захотел, — пожал плечами Янг, поднимая со стола бутылку пива. — Будешь? В холодильнике еще есть.       — Да, — поднялся он с пола, открывая серебряную дверцу.       — Кстати, ты так и не рассказал мне, как прошел ваш вечер с Лекс.       — Отлично. Это все, что тебе нужно знать.       — Ну нет, дружище, так не пойдет. Я же рассказываю тебе все в подробностях.       — Я тебя об этом не прошу. Все твои истории очень похожи на видео для взрослых, особенно когда в твоем рассказе внезапно появляется вторая девушка, — улыбнулся Аарон, отпивая из бутылки.       — Подумаешь, ну приукрашаю немножко. Моя фантазия слишком бурная, чтобы оставаться в голове, — уселся он на стул, выжидающе глядя на друга. — Расскажи!       — О боже, Винс. К чему тебе подробности моей интимной жизни?       — Ага! Дак все-таки ты трахнул ее?       — Я бы не использовал такие слова на твоем месте. Но да, мы переспали.       — Вот это по нашему, чувак! Дай пять! — протянул он ладошку, с громких шлепком опуская на руку Хилла. — И как она? Горячая? А догги-стайл пробовали?       — Прекрати, — пряча улыбку, сказал Хилл.       — Я жажду подробностей, и чем грязнее, тем лучше.       — Мы просто занялись любовью, и все. Усмири свое любопытство и займись собственными отношениями.       — Скукота, — зевнул Янг, складывая ноги на стол. — Но ты все равно мне потом расскажешь.       — Обязательно. Напишу мемуары лично для тебя.       — Забились, — радостно потирая руки, воскликнул Янг, возвращаясь к коробкам.

***

      Влюбленная пара сидела на заднем дворе школы, нежась в ультрафиолете и объятьях друг друга, когда к ним решительной походкой подошла Браун.       — Как дела, Аарон? — улыбнулась она, наклоняясь к парню и оставляя легкий отпечаток красной помады на его щеке, победно смотря на Оберг.       — Ты не в себе? — отклонился он от нее, стирая липкую краску.       — Ох, ты ей еще не сказал? — блестяще сыграла она удивление.       — Сказал о чем? — Алексия переводила непонимающий взгляд с Браун на Аарона.       — Ох, о том, милая, чем мы вчера занимались с твоим Ромео, — кидая поларойдные снимки, где Джессика и Аарон страстно целовались, на стол.       — Что это такое? — голубые глаза были наполнены болью от предательства и выжидающе смотрели на Аарона в поиске ответа.       — Это было не вчера, — сжимая кулаки и поворачиваясь к Браун, зло бросил Хилл.       — Ты же сказал, что будешь у Винса? — слезы уже катились по ее щекам, а губы дрожали от наступающей истерики.       — Ох, милая, чего только не придумают эти парни.       — Заткнись, — вскакивая со скамейки, прошипел Аарон. — Лекс, я правда был у Винса.       — Я доверилась тебе, — едва слышно прошептала она. — Ты сказал, что любишь меня.       — Так и есть. Просто выслушай меня. Это все…       — Я не хочу ничего слушать, — подхватила она рюкзак, размазывая слезы по щекам, обведя взглядом напряженного Аарона и довольно улыбающуюся Браун, сорвалась на крик, — Видеть тебя больше не хочу, подонок!       — Лекс, — Аарон смотрел вслед убегающей девушке, но не двинулся с места, разворачиваясь к Джессике. — Какого хуя ты устроила? — в бешенстве хватая ее за горло, зарычал он.       — Я? Ничего. Разве не ты на этих фото? Решила, что твоя мисс Совершенство должна знать всю правду, — цеплялась она за его руки, пытаясь ослабить хватку.       — Какую правду? Это было до того, как мы начали встречаться с ней.       — А ты докажи это, — хмыкнула Браун, освободившись от его пальцев.       — Ты ненормальная сука, — опустился он на скамейку, обхватывая голову руками. — Убирайся.       — Сейчас уйду, но напоследок хотела сказать, что тебе стоило узнать получше, в кого ты суешь свой член, — наклоняясь ближе к Аарону и тихо шепча, заговорила она. — Твоя девушка, долбаная психопатка. Представь, она убила ребенка в Стокгольме. Сбила его на машине и уехала, не сообщив никому. Он умер лишь спустя пару часов. Его можно было спасти, но она этого не сделала, — выплюнула она последнюю фразу, резко разворачиваясь на каблуках и скрываясь в стенах школы, оставляя Аарона потрясенно сидеть на улице.