Общие интересы

Кабинет директора Последний раз, когда Гарри посещал кабинет Дамблдора было во время родительского собрания в связи с тем, что Драко разбил подаренные Северусом часы с колдографией Лили. Тогда он одновременно испытывал злость и нервозность. Сейчас Гарри очень надеялся увидеть, как Дамблдор свершит давно назревшее правосудие. Он шёл следом за Линой, которая вела его вместе с Рэнди и Дафной к охраняемой горгульей лестнице. Библиотекарша остановилась и прошептала пароль: «Лакричные палочки». После этого горгулья отъехала в сторону, Лина с учениками ступила на движущуюся лестницу, доставившую их прямо к дверям кабинета. Она постучала и услышала приглашение. — Входите, Лина, — раздался голос Дамблдора. Лина открыла дверь и вошла, школьники семенили за ней, подобно утятам за мамой уткой. Она заметила, что помимо Северуса и двух хулиганов присутствовали: сердитая Минерва и хмурая Помона, сидящие в креслах полукругом рядом с директорским столом. Гарри, Дафна и Рэнди заняли места между Северусом и Помоной, в то время, как Лина выбрала стул рядом со Снейпом, с другой стороны. — Теперь, когда все в сборе, давайте приступим, — мрачно начал Дамблдор. — Профессор Снейп обратил моё внимание на то, что вас, мистер Крайвен и вас, мистер Смит, застали за издевательством над мисс Каммингс Гарри и Дафна по пути на обед. Это так? Он внимательно посмотрел на Крайвена. Мальчик угрюмо смотрел на ковёр у стола и пробормотал: — А даже если и так, то что? Мы же не пытались её отравить. Северус сжал челюсть, сдерживая страстное желание вытрясти из этого гриффиндорца всю дурь, до зубовного скрежета. — Отвечайте на вопрос, мистер Крайвен! — рявкнула Макгонагалл. — Да или нет? Гриффиндорец сглотнул. — Да, — пробормотал он, затем злобно добавил, — но это была идея Зака! Хаффлпаффец хмуро посмотрел на друга. — Молодец! Давай, свали всё на меня! — ответил он. — Это так благородно, Крайвен! — Мистер Смит, то что говорит Крайвен, правда? — потребовала ответа Спраут. Захария заколебался с ответом, затем прокашлялся. — Вроде того, понимаете, мы со Стивом заключили пари, что найдём кого-нибудь опробовать его зелье… Хаффлпаффец объяснил, как поспорил с другом на два галеона, что сумеет найти добровольца для испытания зелья, приготовленное им летом в подвальной лаборатории. После часа поисков и расспросов, они уже поняли, что добровольцев не будет. Именно тогда Крайвен заметил возвращающуюся из библиотеки Рэнди, и ему в голову пришла очень мерзкая идея. — Мистер Крайвен, — вмешался Северус, голос его буквально вымораживал, — хотите сказать, что намерено преследовали и напали на первокурсницу, только ради двух галеонов и нежелания терять лицо перед приятелем? Крайвен быстро посмотрел на Снейпа, чьи глаза сейчас горели неприкрытой яростью, и отвёл взгляд, не в силах вынести его. Он вновь уставился на ковёр. — Ну… э-э… — Да или нет? — прошипел Снейп, чуть поддавшись вперёд, подобно змеи готовящейся к броску. Крайвен вздрогнул: — Да, сэр. — Стивен, — вновь переключил внимание мальчика на себя Дамблдор, — зачем ты заставлял мисс Каммингс пить зелье? Только потому что она проходила мимо по коридору? Захария на это лишь хмыкнул: — Если он согласится, то соврёт, сэр. Всем известно, как он люто ненавидит слизеринцев. — Ты их тоже не любишь, стукач! — со злостью воскликнул Крайвен. — Когда я предложил проклясть ту змею, ты ничего не имел против! — Мистер Смит, — упрекнула Помона, — вы меня очень разочаровали! Разве не вам я ещё в первый же вечер говорила, что наш факультет подаёт пример и относится к другим так, как бы хотел, чтобы относились и к ним? Захария понуро опустил плечи, его щёки покраснели: — Да, профессор Спраут. — И вы считаете издевательство над другими учениками, тем более девочкой-первокурсницей достойным примером? — выплюнула Помона. Захария только покачал головой, мысленно проклиная собственную импульсивность, что так по-глупому пошёл на поводу у Крайвена. — Я бы тоже не согласился, — холодно заметил Снейп, — но это уже не первый случай, когда мистера Крайвена ловили за подобным. Он уже был у меня не отработке за то, что пытался спровоцировать драку в Большом Зале с моим сыном и кузеном. Дамблдор кивнул. — Да, припоминаю этот случай. Мистер Крайвен, зачем вы пытались напоить зельем Рэнди силой? Почему бы просто не договориться и не позволить ей принять участие в эксперименте добровольно? «Потому что он мерзкий говнюк!» — со злостью подумал Гарри, сверля взглядом старшего мальчика. — «Но он в этом в жизни не признается, трус!» Крайвен поднял голову и встретился глазами с директором. — Хотите правду, сэр? Ладно, я вам всё скажу! — с усмешкой ответил он, отчего вполне правильные черты лица приобрели гротескный, отталкивающий вид. — Я не пытался договориться, потому что с чего бы это мне договариваться с мерзкой подколодной змеёй? Всем известно, что слизеринцев растят для служения Сами-Знаете-Кому, даже тех, которые претворяются хорошими! — он посмотрел на Рэнди и Гарри. — Единственный притворщик тут это ты, Крайвен! — рявкнул Гарри, не в силах смолчать. — Притворщик? Я?! — не остался в долгу Крайвен. — По крайней мере, я не делаю вид, что принадлежу Гриффиндору, в то время, как шляпа очевидно должна была отправить тебя в Слизерин к летучим мышам в подземелья! — Мистер Крайвен! — воскликнула Макгонагалл. — Не смей так нас называть! — добавила Дафна, награждая мальчика убийственным взглядом. — А почему бы и нет? Все знают, что вы из себя представляете! — с ненавистью ответил Крайвен. — Вероломные трусы, готовые продать собственную мать Сами-Знаете-Кому, а потом угодливо целовать его мантию! Чистокровные мрази! Глаза Дафны вспыхнули гневом: — Чистокровные мрази? Ты и себя к таковым относишь? Потому что ты такой же чистокровка, как и я. Хотя, нет, поправочка. Ты совсем не такой, как я. Потому что я скорее себе язык прокляну, чем опозорю собственный факультет и Род, в отличие от тебя! — Мисс Гринграсс, мистер Крайвен… — начал было Дамблдор, в попытке предотвратить очередной скандал. Но Крайвен останавливаться не собирался. — Так чего же ты ждёшь, змея? Тогда мне точно не придётся слушать твою ложь! По крайней мере, я не следую за мертвецом в надежде, что смогу урвать кусок славы и шанс убивать магглов! — Я-то никого не убивала! — запротестовала Рэнди. — Это лишь вопрос времени! — усмехнулся Крайвен. — Ты змея, вы все уже порченные, как и ваш декан! Спроси Снейпа, скольких детей он травил, с тех пор, как вышел из Азкабана! У Захарии от этих речей упала челюсть. Но не успел профессор на это отреагировать, как его опередил Плут. — Мерзкий маленький гадёныш! Северус никогда не сидел в Азкабане! Но вот ты точно туда пойдёшь, если не заткнёшься, гиена! — Мой отец ни разу никого не травил, придурок! — возмутился Гарри. — В отличие от тебя, трусливый гриффиндорец Крайвен! — А если бы и стал травить, то наверняка бы начал с тебя, говнюк! — добавил Локи. — Локи, тихо! — проворчал Пройдоха. Северус посмотрел фирменным убийственным Снейповским взглядом на мерзкого мальчишку. — И какие же доказательства у вас имеются, мистер Крайвен? Что вы швыряетесь такими обвинениями? — Ну… я… — пробормотал Крайвен. — Всем известно, что слизеринцы — убийцы, а их декан — самый лучший! — Он ненормальный? — удивилась Дафна. — Мистер Крайвен! Хватит нести этот бред! — не выдержала Минерва. — Вы не имеете никакого права огульно обвинять людей в преступлениях, которых они не совершали! — Но профессор — зло! — настаивал Крайвен. — Да, кто тебе это сказал, мальчишка? — разозлился Северус. — Родители? — Всем это и так известно! — усмехнулся Крайвен. — Возможно, вам стоит поменьше слушать чужие сплетни? — заметила Лина. — Это не сплетни! Это правда! — не остался в долгу Стивен. — Да, почему вы решили, что это правда? — не понял Дамблдор. — Все Пожиратели Смерти вышли из Слизерина, — возразил Крайвен. — Это любой подтвердит. И Он тоже, и всем известно, кем он стал! — он кивнул на Рэнди. — Она тоже станет тёмной, как и другие! Только подождите! — Жди до второго Пришествия! — зло ответила Рэнди, награждая его злым взглядом. И тут она заметила ещё кое-что. — Лжёшь! Все… Рэнди только глаза закатила: — Да-да, а ещё все видят, что у тебя ширинка расстёгнута, но честно, я не впечатлена! — она опустила взгляд на его штаны. Крайвен наклонился и тут же покраснел. Захария не выдержал и захихикал. Альбус едва не подавился лимонной долькой. Северус сильно прикусил внутреннюю щеку, чтобы не потерять самообладание и не расхохотаться в голос… — Прошу нас извинить! — кашлянула Минерва, а затем выбежала из кабинета в холл с портретами, за ней последовали Лина и Помона, приглушая смешки руками. Гарри, Дафна, Рэнди и вороны, однако, подобными условностями не заморачивались, не испытывали никаких угрызений совести, и буквально взвыли от смеха. Униженный мальчик отчаянно попытался прикрыться, плюясь от ярости: — Вот подожди, дождешься, мерзкая полукровка! Я заставлю тебя пожалеть, что ты вообще приехала в эту школу… Он замахнулся на Рэнди, которая инстинктивно съежилась на стуле, закрыв лицо рукой. — Да, как ты смеешь! — рявкнул Северус, молниеносно двигаясь, подобно выпущенной на волю молнии. Удар Крейвена пришелся по предплечью профессора, когда Снейп встал между девочкой и ее мучителем. Слишком поздно Крейвен осознал, что натворил, и побелел как рыба. — Никто не смеет бить моего волшебника! — каркнул Плут и кинулся с раскрытым клювом на мальчика, заставив Крейвена отшатнуться назад и чуть не упасть на пол. — Пройдоха! — позвал Снейп, так и оставшийся стоять перед Рэнди. — Довольно! — рявкнул теряющий терпение Дамблдор. — Мистер Крейвен, как вы посмели ударить профессора? — в его голубых глазах бушевала буря. Лица остальных учеников в разной степени выражали эмоции от шока до гнева, а Дафне пришлось даже схватить Гарри, чтобы удержать его от нападения на старшего мальчика. — Придержи коней, Снейп! — прошипела она ему на ухо. — Успокойся и дай взрослым самим разобраться! Гарри нехотя подчинился. — Директор, это была случайность, — захныкал Стивен. — Он оказался у меня на пути! — Ваше поведение достойно презрения! — выплюнул Снейп. — И по отношению ко мне, и по отношению к мисс Каммингс! — Стивен, извинитесь перед профессором Снейпом и Рэнди, — приказала Минерва, только что вернувшаяся в кабинет, как раз вовремя, чтобы увидеть, как мальчик ударил Северуса. — И за то, что ударил учителя, и за то, что употреблял уничижительное прозвище! Ты позоришь свой факультет! Минус пятьдесят баллов за неуважение и сквернословие! — Тебе следует промыть ему рот, о Королева Кошек! — пропел Плут, теперь спокойно сидевший на плече Снейпа. — Сев, одолжи ей свой лимонный сок. — Профессор, она первая начала… — возразил гриффиндорец. — Извинись! — рявкнула Макгонагалл. — Ты уже отстранен от уроков и всех развлечений за свои жестокие издевательства, не усугубляй ситуацию! Крейвен угрюмо пробормотал извинения. Но никто не поверил в их искренность. Дамблдор прочистил горло, и все снова сели. Рэнди благодарно посмотрела на Северуса и тихо проговорила: — Спасибо, профессор Снейп. — Пожалуйста, дитя, но в следующий раз постарайся сдерживаться, — мягко пожурил он, ухмыляясь. Затем прошептал ей на ухо: — Даже если он сам напрашивается. — Да, сэр, — сказала Рэнди, слегка покраснев. Дамблдор скрестил руки на груди, напомнив Гарри Северуса, хотя суровую позу портило легкое покачивание бороды Альбуса. — Мистер Крейвен и мистер Смит, у вас, кажется, появилась ужасная привычка запугивать одноклассников с помощью магии, — директор покачал головой, — а также оскорблять их самым унизительным образом и считать, что вы в своем праве. Это очень тревожная тенденция. Я хотел бы знать, где вы научились такому отношению. — Стив постоянно твердит, что слизеринцам нельзя доверять, так как все темные были с этого факультета, — тихо сказал Захария. Дамблдор покачал головой: — Тогда он сильно ошибался. Потому что в каждом факультете были и есть те, кто предпочел темный путь. — Даже Хаффлпафф? — прошептал Смит. — Да, Захария, даже в моем Доме, — заявила профессор Спраут. — К нашему стыду, было несколько темных магов, которые поклялись в своей верности неправому делу и верили, что поддержка доктрины чистокровных означает лучшую и более легкую жизнь, поскольку часть этой доктрины гласила, что магглорожденные были причиной всех бед в обществе, и именно они первыми стали причиной охоты на ведьм несколько столетий назад. — Ну, твой факультет вообще сборище придурков, — усмехнулся Крейвен. — Эй! — нахмурился Захария. — Следи за языком! По крайней мере, не мой факультет хвастается тем, что в нем есть Поттер, а потом гнобит его только потому, что у него теперь есть нормальная семья! Крейвен напрягся: — Мама говорит, что Поттеру следовало скорее пойти просить милостыню на дороге, чем соглашаться на усыновление слизеринца! — В самом деле? — проговорил Снейп. — И кто твоя мать, мальчик, чтобы делать такие заявления о том, что ее не касается? Крайвен посмотрел на высокого профессора: — Мама говорит, что училась в школе вместе с вами… и вы водили дружбу с детьми, ставшими потом Пожирателями… сэр… и Мерлин знает, какие тёмные проклятья вы знаете! Глаза Снейпа нехорошо блеснули: — Ваша мать, как я понимаю, училась на Гриффиндоре? — Разумеется! — гордо ответил Крайвен. — Х-м. Очевидно, тогда она не могла ничего знать об истинном положении дел на факультете Слизерин в те времена. Как её звали? — Мэри. Она была Мэри Макдональд до замужества. — Да, это многое объясняет. Тогда ваша мама стала жертвой двух жестоких слизеринцев, а потому решила, что и остальные воплощённое зло. — И она права! — настаивал мальчик. — Нет, безмозглый придурок! — влез Локи. — Да, любой, кто имеет хоть немного серого вещества знает, что Вóрон никогда не выберет тёмного волшебника. А Северуса выбрал папа много лет назад! — Локи прав, — заметила Лина. — связь между Вороном и любым носителем тёмной магии просто невозможна. Они антагонистичны. Так что и вы, мистер Крайвен, и ваша мать ошиблись. Хоть Сами-Знаете-Кто и выходец со Слизерина, не стоит судить остальных по нему, потому что Мерлин тоже был с этого факультета. Вам этого мама не рассказала? Крайвен недоверчиво хмыкнул, явно не зная об этом маленьком факте: — Но… мама говорила, что Мерлин учился на Гриффиндоре! — Нет, он был слизеринцем, использовавшим свою хитрость и находчивость для помощи королю Артуру, чтобы спасти Британию, — просветил его Дамблдор. — Можете почитать об этом в библиотеке. Мальчик казался шокированным и удивлённо воззрился на Дафну и Рэнди, которые в ответ лишь усмехнулись. — Не верю! Снейп стиснул челюсть: — Верите или нет, с фактами не поспоришь. А это — исторически доказанный факт. Но, даже если бы он и не был с этого факультета, судить всех слизеринцев за преступления Сами-Знаете-Кого крайне неразумно и глупо. Впрочем, я не удивлён, учитывая привычку вашей матери вечно проецировать собственные непродуманные теории на тех, кто ей не нравился и игнорировать факты, когда они её не устраивали. Похоже, вы, Крайвен, унаследовали от неё эту черту. Крайвен напрягся: — Вы обвиняете мою маму во лжи? — Нет, всего лишь в узколобости и невежестве, — «утешил» его Снейп. — И передающей собственные предрассудки по наследству, — нахмурилась Минерва. — Что приводит к жестокости и нетерпимости. — Похоже, она рассуждает, как моя чокнутая крёстная, — заметил Гарри. — Заткнись, Снейпёныш! — рявкнул Крайвен. — Считаешь, что если твой папаша — профессор… — тут он осёкся, когда Гарри одарил его взглядом, достойным василиска. — Считаю, что? — уточнил он. — Ничего, — пробормотал в ответ Крайвен. — Да, я так и подумал, — фыркнул Гарри. — Просто позор, что такие распри поощряются в наше время, когда всем нам нужно объединиться против общего врага, — добавил Дамблдор. — Так мы это и делали, сэр! — возразил Крайвен. — Мы с Заком были против этих гадюк! — О, Мерлина ради, Крайвен, включи мозги! — рявкнула Дафна. — Директор говорит о том, чтобы всё факультеты объединялись против Урода Волди! Гарри кивнул: — Как говорит Данте: «Вместе мы сила, а по одиночке не выстоим». — Мистер Принц весьма проницателен для своего возраста, — похвалил Дамблдор, — и он прав. Ничто не позволяет злу так хорошо укорениться, как распри между союзниками. Все вы ученики Хогвартса, и у вас гораздо больше общего, чем вы думаете, независимо от принадлежности к факультету. Старый волшебник задумчиво потеребил бороду: — Полагаю, самое время возродить одну старинную традицию. Северус только поднял бровь. Что задумал старый лис на этот раз? Этот блеск в глазах явно не к добру. — Что за традиция, Альбус? — спросила Помона. — «Круговой дуэльный клуб» с призом в виде золотого кубка и ста очков команде-победителю, — объяснил Дамблдор, его глаза опять весело блеснули. — Команде? — озадачено спросил Захария. — Но, сэр, разве дуэль не одиночный вид соревнований? — Обычные дуэли, да, — кивнул директор, — однако в «Круговом турнире» команда состоит из четырёх человек, которые сражаются с другими такими же командами. Кроме того, в состав команды входят по одному представителю с каждого факультета. — О боже! Такое когда-то проводилось раньше? — нахмурилась Помона, пытаясь припомнить. — Да, но уже давно не практикуется, — ответил Дамблдор, посмотрев прямо на Снейпа. — Северус, примешь должность инструктора по дуэлингу? Я знаю, ты точно сделаешь всё возможное, чтобы студенты были в безопасности. — Отличный выбор, Ал! — каркнул Пройдоха. — Тогда ни один ребёнок не вернётся домой в спичечном коробке по частям, как наверняка случится при наставничестве Гилдероя! — Да, директор, — кивнул Северус. — Замечательно! — Альбус выглядел довольным. — Надеюсь, это поспособствует межфакультетскому сотрудничеству. Я позже назначу вам встречу, чтобы обсудить это подробнее. Но сначала… решим вопрос с мистером Смитом и мистером Крайвеном, — его взгляд утратил недавний благодушный блеск. — Моё решение: вы оба отбываете двухнедельное наказание, в течение которого будете отстранены от уроков, что означает запрет покидать свои гостиные и спальни без сопровождения кого-нибудь из профессоров, вы не должны посещать уроки, но домашние задания вам будут регулярно давать после каждого урока и требовать их обязательного выполнения вовремя. В дополнение к всему выше перечисленному, вы также будете проводить время на кухне, помогая домовым эльфам отмывать кастрюли и сковородки, а также делать другую работу, которую назначит Верховный эльф. Вам запрещено приближаться к мисс Каммингс или заговаривать с ней, а ещё вы напишите мне трёхфутовое эссе об уважении к другим ученикам, независимо от их принадлежности к факультету, и об обращении с ними так, как вы бы хотели, чтобы относились и к вам. — А… как насчёт Турнира? — спросил Смит. — Мы сможем в нём поучаствовать? — Если достойно примете своё наказание и извлечёте из него урок, тогда я подумаю, — ответил Дамблдор. — Это ваше первое и последнее предупреждение, джентльмены. Если продолжите проклинать и запугивать других учеников, вас исключат. «Давно пора, старик!» — подумал Северус. — «Сдаётся мне, все эти вторые, пятые и десятые шансы должны были, наконец, закончится!» Снейп не раз предлагал Дамблдору в прошлом ввести более жёсткие меры, когда речь заходила о травле одних учеников другими, особенно когда издевались над младшими школьниками или одиночками. Он всегда приводил в пример печально известную банду «Мародёров». Их так называемые «шутки», которые устраивали над ним и многими другими, были скорее унизительными и жестокими, нежели смешными. И поскольку их не остановили в самом начале, они зашли слишком далеко, едва не совершив преднамеренное убийство, используя в качестве орудия своего приятеля Люпина. Он неоднократно указывал, что такое попустительство и безнаказанность хулиганам разрушает самооценку их жертв, делая тех лёгкой добычей для влияния тёмных магов, или же те впадают в такую тяжёлую депрессию, что доходят до самоубийства. Он даже не раз приводил несколько примеров директору подобных случаев из маггловских газет. Для директора это стало настоящим откровением. Сейчас Северус испытал огромное облегчение, что Альбус всё же запомнил их беседы, и этого стало достаточным, чтобы изменить школьную политику. Он внимательно наблюдал за двумя нарушителями. Ничего особенного, разве что, Смит выглядел пристыженным и расстроенным, в то время, как Крайвен злился, вне всякого сомнения думая написать домой и пожаловаться маме о том, как несправедливо с ним обошлись. «Посмотрим, как всё пойдёт… и если не подействует, то меньше волнений на двух хулиганов в школе». — Вы свободны. Мистер Крайвен и мистер Смит, вас проводят ваши деканы в гостиные и на обед. Гарри, Дафна и Рэнди, идите поешьте. Наверно, вы очень проголодались, — проговорил Дамблдор, махнув им рукой и ободряюще улыбнувшись. Когда сын с друзьями вышел, Северус с Линой тоже собрались уйти, надо было начать изготовление защитных амулетов для детей против ментального воздействия драконеллы. До того как выйти, он обернулся к Дамблдору и уточнил: — Альбус, ты уверен, что это — мудрое решение, начать организацию турнира сейчас? С неусыпной драконеллой на хвосте? Может, стоит сосредоточиться на решении проблемы избавления от неё до начала организации турнира? — Понимаешь, Северус, я подумал, что турнир отлично отвлечёт всех от страха и подозрений, да и поспособствует большей сплочённости. Мы можем провести его в Большом Зале, а не за территорией замка, так что шанс нападения драконеллы будет сведён к минимуму. Северус вздохнул, понимая, что директора не переубедить: — Хорошо. Я натаскаю их на дуэли, и также научу защищаться от драконеллы, — он понизил голос. — Гарри узнал от домового эльфа, что, возможно, существует зелье, которое может убрать природную невосприимчивость магии драконеллы. Правда, он не знает, где его взять. У меня есть слеза дракона, один из его компонентов. Я надеялся, что у Общества есть какие-нибудь книги по этой теме. — Северус, это просто замечательно! Надеюсь, ты сумеешь воссоздать его. Никогда не знал, что подобное существует. В те времена, когда драконеллы ещё попадались на воле, мы применяли Ослабляющие Заклинания для снижения их иммунитета к магии, но этого часто было недостаточно. Они просто дьявольски быстры и злобны, даже с учётом применения стрел со смазанными кровью саламандры наконечниками, они были в состоянии убить несколько волшебников. — Вы знаете, как можно блокировать их зов, — поинтересовался Снейп, как окклюмент. Альбус покачал головой: — Нет. Тебе ли не знать, насколько сложна магия разума. Среднестатистический волшебник может овладеть её азами в лучшем случае после недель обучения. А телепатический зов драконеллы по силе сродни Империусу. Только сильнейшие и самые независимые могли противиться ему, но даже в случае успеха, она всегда могла молниеносно напасть. — Ты с «Обществом» не связывался? — уточнил Северус. Альбус вздохнул: — Это было как раз в самый разгар войны с Гриндевальдом. Министерство было слишком сильно занято, пытаясь защититься от него и его последователей, и там считали, что «Общество» не более, чем кучка эксцентричных ведьм и волшебников, изучающих уже несуществующие отрасли магических наук. Оно не было тогда так уважаемым, как сейчас. Северус нахмурился: — Значит, ты никогда не обращался к «Кодексу»? — Нет, — вздохнул Дамблдор. — Понятно. Ну, тогда это сделаю я. Книга содержит древнейшие знания, которые большинство современных волшебников давно забыли, либо вообще не утруждались изучить. Надеюсь, она поможет нам создать нечто вроде оберегов для защиты детей. В противном случае, думаю, тебе придётся снова закрыть школу. — Попечительский Совет будет очень недоволен. — Х-м! Держу пари, там ещё больше будут недовольны, если кого-то из их отпрысков покалечит или убьёт драконелла, — холодно заметил Северус. Дамблдор печально кивнул. Затем вдруг высказался таким непререкаемым тоном, что у Мастера зелий невольно по спине пробежали мурашки: — Найди способ блокировать зов драконеллы, Северус. Ты самый сильный менталист из всех моих людей, и твой ум не зашорен, в отличие от большинства. Если кто-то и сумеет найти способ победить это существо, то только ты. — Альбус, я не могу гарантировать… — начал было Северус в ужасе от того, что старик взваливает бремя спасения детей на его плечи, — даже с помощью «Кодекса» и Лины… — Северус, мальчик мой, твои догадки и озарения лучше, чем факты и домыслы других людей. Я поручаю это тебе. — Ну, ладно, — фыркнул Снейп и вышел из кабинета, только чёрный полы мантии взметнулись. Пока Северус и Лина искали способы изготовить защитные амулеты в «Кодексе», Гарри, Дафна и Рэнди входили в Большой Зал на обед. К удивлению детей, сама встреча продлилась лишь пятнадцать минут, хотя им показалось, что намного больше. Гарри с Дафной направились к столу с друзьями, одинаково удалённо стоявшему как от Слизерина, так от Гриффиндора. — Эй, друг, чего задержался? — спросил Рон, поедая огромный сэндвич с курицей и жидким сыром с беконом, одновременно с жаренной картошкой и шоколадным тортом. — Спасал меня от Крайвена и Смита, — ответила Рэнди. — Они пытались силой споить мне экспериментальное зелье. — Что?! — воскликнул Блейз. — Вот, уроды! — рявкнул Драко. — Что случилось, Каммингс? Гарри сел вместе с Дафной, дав Рэнди самой рассказать всё, пока они ели. Послышались возмущённые шепотки и восклицания, когда слизеринцы узнали, что Крайвен ударил их декана. — Что за гнилой флобберчервь! — сплюнул один из них. — Надо бы преподать ему урок хороших манер! — Он точно напросился! — согласился Перси, который был возмущён не меньше остальных. — И порку от Снейпа! — прошипел Драко. — И никаких посещений Хогсмида! — добавил Данте. — Он под «домашним арестом» на две недели, — рассказал им Гарри. — И ещё отработки на кухне. — А что насчёт Смита? — уточнил кто-то из гриффиндорцев. — То же самое, — ответила Дафна, откусывая сэндвич. — В следующий раз, когда куда-то пойдёшь куда-нибудь после уроков, держись компании кого-нибудь из слизеринцев, Каммингс, — сказала Алиса маленькой первогодке. — Так к тебе никто не привяжется. Рэнди кивнула и начала неторопливо есть. Затем Гарри поделился новостью о новом дуэльном турнире, и все тут же начали её восторженно обсуждать. Тем временем, в Запретной Секции, Северус и Лина искали, как создать защитные обереги, пролистывая «Кодекс» и ещё несколько старинных книг по теме, все что ведьма сумела найти в библиотеке. После пятнадцатиминутного чтения раздела о защите разума Северус наткнулся на главу, где упоминался способ блокировки и защиты разума от нежелательного вторжения, если ты не являешься прирождённым окклюментом или не владеешь ментальной магией. — Лина, ты только послушай, — проговорил он, слегка хриплым, но взволнованным голосом. И начал читать: «… из всего вышесказанного, эти камни лучше всего способны защитить ваш разум от нежелательного ментального вторжения или попытки подчинить. Оникс и сердолик часть применялись ещё в Древнем Египте для украшения саркофагов. Камень оникс способен также защитить от воздействия вредной ауры и обладает целебными свойствами. В сочетании с сердоликом он может обеспечить защиту от попыток воздействия на чей-либо разум, создавая барьеры для любого, кто стремится контролировать и применяет магию разума». Он показал ей иллюстрации камня в форме слезы — сплава из оникса и сердолика, висевшего на серебряной цепочке: — Вот, что нам нужно сделать. Лина нетерпеливо кивнула. — И в этом разделе написано о способах изготовления Рунического Камня для отражения злых намерений, — она ткнула в нужный абзац, где подробно разъяснялось, какие и в каком порядке сочетать руны для ментальной защиты. — Мы могли бы выгравировать их на камне-кулоне, да в сочетании со свойствами камней… чтобы отразить телепатический призыв драконеллы. — Верно. Ты же вроде бы изучала Руны, сможешь сделать гравировку? — Смогу. Но где мы найдём столько оникса и сердолика, чтобы сделать подвески на всех учеников? — Это-то, как раз и не проблема. Мы сможем их просто размножить после изготовления образца, — ответил Северус. Он ненадолго задумался. — У меня есть оба камня в лаборатории. Он призвал их и принялся за работу, пытаясь соединить их в амулет. Он накладывал и пробовал различные чары на оба камня, пока, наконец, не вспомнил одно заклинание, позволяющее их объединить в единое целое. Применив его, Снейп, придал форму капли полученному сплаву. — Вот так. Теперь ты можешь нанести гравировку и сделать его «Рунным Камнем». Лина призвала собственный набор серебряных и золотых инструментов для гравировки, и приступила к работе, медленно и кропотливо вырезая руну защиты и вторую — руну разума на каплевидной подвеске. На это ушло чуть больше часа. Пока она работала, Северус просмотрел множество книг по Зельеварению, пытаясь найти рецепт «Зелья из Драконьих Слёз». Он пролистал десятки томов, но ничего не нашёл. Расстроенный, он закрыл последнюю книгу и, подняв взгляд, увидел, что Лина уже убирает инструменты. На подушечки из мягкого бархата лежал только что законченный амулет. — Ну, как тебе? Он поднял кулон, почувствовав заключённую в нём магию: — Кажется, все чары держатся, теперь надо бы проверить. — Давай позовём тётю Ирму. Она не владеет магией разума, как я. Всегда могла считывать её мысли. Если амулет работает, то я вряд ли смогу это. Северус аккуратно расставил книги обратно по полкам, которые просматривал. Затем они покинули Запретную Секцию. Они заметили Ирму за уборкой книг со столов, оставленных школьниками. — Тётя Ирма, я бы хотела тебя попросить принять участие в небольшом эксперименте, — начала Лина. Она объяснила родственнице, что именно делать и почему. — Ну, конечно же я помогу тебе, — любезно согласилась Ирма. — Мы все должны действовать сообща, чтобы защитить детей, — она взяла протянутый Линой амулет и надела его. Он слегка заискрился, когда активировалась заключённая внутри магия. Лина как следует сосредоточилась, пытаясь проникнуть в сознание тёти, но при каждой попытке как будто натыкалась на невидимый барьер, блокирующий её телепатию. Нахмурившись, она продолжила. — Работает? — спросил Северус. — Я совсем не ощущаю тебя в своём сознании, дорогая, — заметила Ирма. Лина прекратила попытки: — Я пыталась мысленно позвать тебя на прогулку. Если ты этого не почувствовала, значит, действует. Она улыбнулась и повернулась к Северусу: — Теперь ты попробуй, Сев. — Хорошо, — он вытащил палочку и произнёс: — «Легиментс». Он ощутил, как собственная магия устремилась в сознание библиотекарши. Но подвеска как будто отзеркалила его мысленный зов, отскочивший от ментального щита, который выглядел нерушимым и монолитным, как алмаз, и тускло блестел. Ещё несколько мгновений спустя, Снейп прекратил, довольный, что подвеска блокирует даже сильного телепата. — Лина права. Кулон блокирует даже Легименцию. А значит, и с телепатией драконеллы он тоже справится. Ирма торжествующе улыбнулась. — Теперь, всё, что нам остаётся, это — размножить их. Применим «Джеменио»? Но Северус покачал головой: — Нет, оно лишь будет делать физическую копию объекта, но никак не его магические свойства. Нужно заклинание, которое полностью воспроизведёт оригинал. Ирма нахмурилась: — Боюсь, я не знаю таких заклинаний. Может, спросим у Филиуса? — Я знаю, тётушка, — тихо проговорила Лина. — Собственно, я его и придумала. Так и назвала «Реплика Магика». Правда, я применяла его только к мелким магическим предметам, — она взяла в руки цепочку с кулоном. — Он, правда, тоже не очень большой. — Впечатляет, — похвалил Северус. — У меня разработано зелье, дублирующее объекты, как магические, так и нет. Я назвал его «Зелье Доппельгангера». — В самом деле, Северус? — Лина выглядела, как ребёнок, попавший в кондитерскую. — И сколько тебе его нужно для одного дубля? — Капля, не больше, — ответил Мастре зелий. — У меня есть три флакона. Должно хватить, чтобы сделать много копий таких подвесок, по крайней мере, для половины учащихся. А потом придётся сварить ещё. — А посмотреть можно? — не смогла сдержать обуявшее любопытство Лина. — Да, если научишь меня своему заклинанию, — тут же поставил условие Снейп. — Договорились! — рассмеялась она. — Давай спустимся в мою лабораторию. Успеем сделать по крайней мере пятьдесят экземпляров до начала уроков. Сегодня у меня занятия с третьей пары. Он повёл её личную лабораторию, и достал из шкафчика маленький флакон из гранёного хрусталя с двойной зелёной бриллиантовой пробкой. Зелье внутри слегка блестело голубоватым цветом с золотистым оттенком. Северус достал из выдвижного ящика пипетку для лекарств, затем капнул зелья на кулон. Он блеснул, а рядом появилась точно такая же копия. Лина подняла её и кивнула: — Я ощущаю в нём магию, — а затем проговорила нараспев, взмахнув палочкой: — «Реплика Магика!» Кулон вновь засветился, и на этот раз рядом появился третий экземпляр. Северус кивнул, внимательно наблюдая и запоминая взмах палочки: — Приступим? — он капнул ещё, и появилась следующая копия. Лина продолжила до тех пор, пока стол не был буквально завален цепочками с амулетами. Только тогда они остановились, и Северус наколдовал мешок из кожи мокея, чтобы сложить туда готовые обереги. Они продолжили копировать. Прошло десять минут тому времени, когда они сотворили пятьдесят экземпляров, когда в лабораторию влетел Пройдоха. — Северус! Тебе срочно нужно в хижину Хагрида! Сейчас с ним Калли, говорит, что он внезапно упал на пол, стонет и, кажется, страдает от сильной боли! Северус замер: — Что, во имя Мерлина?! — О, Сев! Как считаешь, это может быть сердечный приступ? — предположила Лина. — Трудно сказать без осмотра, — ответил он, хватая аптечку с зельями для оказания первой помощи. — Плут, лети к Поппи и предупреди её, что я доставлю к ней Хагрида. — Уже в пути! — каркнул ворон и вылетел из помещения. Снейп воспользовался потайным ходом из подземелий, ведущий к тропинке с тремя камнями прямо к хижине лесничего. Оттуда он быстро побежал и ворвался в дом. — Хагрид! Мерлин помилуй, что с тобой? Полувеликан лежал на полу, тяжело дыша: — Сев… на помощь… Снейп выхватил палочку и скастовал диагностические чары. — Точно не сердечный приступ… — он нахмурился и стал внимательно осматривать лесника. Именно в этот момент он заметил царапины на предплечье Хагрида, воспалённые и сочащиеся какой-то чёрной жидкостью. — Черт! Это какой-то яд, — выругался Северус, доставая флакон с «Универсальным антидотом». «Драконелла! Наверно это она его оцарапала!» Северус опустился на колени и вылил зелье прямо на раны. Последовала серебристая вспышка, затем яд исчез. Теперь царапины вяло кровоточили, и Снейп залечил их простым исцеляющим заклинанием. — Ну, вот и всё, Хагрид. Теперь с тобой всё в порядке… Тут он в ужасе замолчал, поняв, что лесник не дышит. — Нет, чёрт побери! — воскликнул Северус. — Не смей умирать у меня на руках! — он приложил ухо к груди здоровяка и услышал слабое биение сердца. «Должно быть, из-за яда», — он вытащил безоар и надавил на челюсть полувеликана. — «Ну, давай, открывай! Отлично!» Снейп быстро сунул безоар в рот Хагриду…